Последняя шиноби Водоворота

— Ну что же, с очередным почином тебя, Акане. — Выплюнула куноичи, смотря на прах, который остался от пленного шиноби, судя по жилету и подготовке джоунину, Травы после окончания допроса, и залпом опустошила целую бутылку саке, что неприятно обожгло горло. — Ты стала еще ближе к шиноби и еще дальше от человека. Чтобы пробраться в скрытое селение шиноби, нужна была информация. С разбегу в карьер не сунешься, если конечно не хочешь нарваться на весь боевой состав деревни, не очень мирно настроенных по отношению к тебе шиноби. Даже малые скрытые деревни всегда хорошо и грамотно охраняют свою непосредственную территорию около селения. И уж тем более саму деревню непосредственно. Шиноби, по сути своей, не способны на окопную войну и классическую фронтовую развертку войск, у них банально не хватит на это численности. А вот борьба небольших диверсионных групп небольших штурмовых отрядов, это уже другой вопрос. Во всех предыдущих войнах и столкновениях, вплоть до периода «Войн кланов», который предшествовал эпохе скрытых деревень, воевали именно небольшими отрядами. Как правило от одной до двух сотен в каждом максимум. А уже эти отряды собирались вместе в укрепленные лагеря и разбросанные по местному аналогу линии фронта на небольших форпостах. Сами же войны проходили по схеме постепенного захвата этих точек и уничтожения как можно большего количества вражеских шиноби, чтобы вывести селение из войны. Загонять деревни в угол, по крайней мере большую пятерку, никто не решался из-за оружия последнего удара — Джинчурики. Что же касается атак непосредственно на селения, то такие случались достаточно редко. Диверсионные проникновения и шпионаж — Регулярно и по мере возможности, полномасштабный штурм селения шиноби — Очень редко. Единственный раз, когда селение было полностью уничтожено, а не просто распущено самими его шиноби, это бойня за остров Водоворота. Но даже там, из смутных воспоминаний Акане и полученной ею информации, полегла почти половина джоунинов Тумана, что в поседствии стало одним из предпосылок к гражданской войне, и почти столько же у Облака. В том числе был тяжело ранен джинчурики двухвостого биджу, что впоследствии привело к тому, что через несколько лет его пришлось менять. Собственно, именно тот факт, что два селения фактически убились об Узушио и позволило Конохе выйти в существенно более целом состоянии из второй войны, чем это могло бы быть изначально. И естественно Акане не собиралась в одиночку повторять подвиг двух великих деревень и брать на меч Траву. Даже малая деревня способна, если объединится вся, вывести ее из строя. Тем более, что рисковать та и не собиралась. Все же шиноби Травы не идиоты, такие долго в этой профессии не живут, и быстро поймут зачем она прибыла и кого нужно использовать как заложников. Собственно, именно для получения всей необходимой информации по системе защиты селения она и напала на один из приграничных блокпостов во время пересменки и захватила командира для допроса. Можно было, конечно, захватить и патруль АНБУ, но его пропажу быстро бы заметили, и не было гарантии, что те не смогут покончить с собой при пленении, что было обычной практикой для подобного подразделения в любой скрытой деревне. Ну а из допросов она узнала не так уж и много, как хотелось бы. Точное местоположение селения, примерный график патрулей (пришлось трижды повторять так как тот врал), примерную численность шиноби уровня джоунин (молчал особо долго на данном вопросе), расположение особо важных точек в деревне (резиденция правителя, госпиталь, штаб АНБУ, академия, центральный архив, склады снаряжения шиноби и т.д.), и, наконец, непосредственно о цели своего визита. О ней он молчал дольше всего и не хотел говорить, по причине понимания ее важности, однако информацию все же выдал. На допрос было потрачено более восьми часов и десяток склянок с зельем здоровья, так как Акане не была профессионалом в допросах и множество раз едва не убила пленного. Под конец было особенно жутко, когда от шиноби травы остался, фактически, еще живой агонизирующий кусок мяса, который та и добила. Причем, что даже удивило Узумаки, по итогам она осталась в сознании и даже не то чтобы сильно переживала. Скорее как остаточный эффект, как круги на воде от брошенного камня. Это вызвало куда больше волнения, чем все остальное, но время было не на ее стороне и следовало торопиться, пока не стало известно об уничтожении приграничной заставы и не подняли на уши всю деревню. Поэтому уже ближе к раннему утру, или даже поздней ночью, примерно в половину третьего, следующего дня она сидела в засаде около деревни под множественными маскировочными барьерами и ждала подходящего шанса для проникновения на территорию. Это не какая-нибудь деревенька или лагерь бандитов, и даже не город, это скрытое селение шиноби. Спустя еще сорок минут она, наконец, улучив момент, пробралась на территорию деревни и сразу же применила артефактное кольцо, меняющие внешность путем наложения, как она выяснила у Изао, сверхсильной материальной иллюзии, а после сама себе нанесла печать подавления чакры. Ее она могла снять только с задержкой в целых полминуты, но зато теперь та не горела, словно маяк в ночи, для сенсоров, оставаясь, если и не просто гражданской, то человеком с потолком в слабенького генина. Первым, что она сделала после этого, эта пробралась в полуразрушенный клоповник и, заняв одну из квартир, отсиделась там до восьми часов. Все же, как та считала, будет подозрительно если кто-то будет шастать по деревне в такую рань. Ну а так можно будет более-менее слиться с толпой. За основу для внешности был выбран самый обычный мужчина, с темными волосами и ничем не примечательными карие глазами. Не красавец, но и не урод, простая серая мышь без каких-либо особенностей. И вот уже новоиспеченный гражданский вышел из своего укрытия и, пошел в сторону магазинов, купив одежду и переодевшись, тот отправился в укромное место и вновь сменил образ на такого же непримечательного мужчину и переодевшись направился в сторону места проживания своей цели. Прибыв на место он обнаружил небольшое пятиэтажное здание, на вроде того клоповника в котором он отсиживался, разве что состояние было явно получше, но не сильно. Пройдясь вдоль дома он обнаружил пару не очень то и сильно скрывающихся шиноби, которые наблюдали за одним конкретным окошком. Исходя из этого, вычислить примерное расположение нужной квартиры не составило большого труда. После непримечательный гражданский пошел в парк, прогулялся там около получаса, пару раз перебросившись ничего не значащими разговорами о погоде с местными, и полюбовавшись на озеро, направился ближе к центру, в сторону госпиталя. Уже непосредственно около него зайдя в небольшое уличное кафе где просидел около двадцати минут и уже собирался уходить с мыслями как бы незаметнее и обыденнее попасть в госпиталь, как заметил нужного ему человека и «Поддавшись на уговоры милой официантки», заказал себе еще порцию данго и чая на десерт, при этом активно прислушиваясь к беседе пары девушек за соседним столиком. — Да уж, наконец-то смена закончилась, а еще я завтра выходная… — С расплывающейся по лицу улыбки произнесла блондинка своей подруге с чуть выцветшими, но все еще не потерявшими своего малинового оттенка, волосами. — Как раз схожу на свидание с Тоей… — Не трави мне душу мыслями о выходных, мне они светят еще не скоро между прочим. — Слегка обиженно протянула та, с тяжелым вздохом смотря на подругу. Если исходить из внешности, то она была на несколько лет младше нее. — И вообще, ты еще не решилась на свадьбу? Вы же с Тоей уже давно знакомы? — Еще с детства. — Слегка покраснев, ответила неизвестная пока девушка, явно смутившись слов Узумаки. — Но вроде как-то рано, да и он сам пока не решается… — Лучше не затягивай слишком сильно, все же и ты и он — Шиноби. — С легкой, едва ощутимой, грустью произнесла та, смотря на блондинку напротив. — Он вроде чунин? — Да, но он поговаривает по поводу запроса на экзамен для повышения на джоунина. Слушай, Марико, ты правда думаешь, что нам следует уже подумать об… — На лице девушки вновь появилась краска в тон волос ее подруги. — Этом? — Ох, Силика, вроде уже взрослая, а ведешь себя как ребенок. — После этих слов блондинку погладили по голове, на что она только возмущенно посмотрела на собеседницу и надулась. — Поверь мне, тут нет ничего страшного, а став матерью ты… — Марико! — Однако ее прервала уже откровенно красная девушка, порывающаяся закрыть подруге рот, на что та только рассмеялась, что чуть погодя подхватила и Силика. — Эх, ладно, может ты и права. Думаю… я смогу сделать первый шаг и подтолкнуть его к действиям. Кстати, раз уж вспомнили, как поживает Карин-тян? — Неплохо, недавно начала проявлять интерес к рисованию. — С легкой улыбкой, за которой скрывалась горечь, произнесла Узумаки, вспоминая свою малышку. — Правда мне времени не хватает на нее с этим госпиталем. В последнее время даже приходится нанимать няньку, чтобы приглядывала за ней. Ты ведь понимаешь… — Ага… — Грустно вздохнула, глядя на подругу Силика, закидывая в рот очередную сладость. — Ты все же ведущий ирьенин, я даже слышала что Камита-сан планирует передать тебе пост главы госпиталя через лет пять-шесть, когда уйдет на пенсию. — Вот уж чего мне точно не надо. — С улыбкой ответила Марико на сплетни, которые уже какое-то время гуляют по госпиталю. Сама она понимала, что старик Камита вряд ли добьется одобрения данного решения из-за особенностей ее положения, но подруга об этом не знала. — Тогда мне кроме кучи пациентов еще придется перебирать не меньшую по весу кучу бумажек. — Ой, да ладно, не может же все быть настолько плохо? — Весело спросила та, но заметив грустный взгляд Марико, невольно переспросила. — Ведь не может? — … — Ответом ей было многозначительное молчание. — Да ладно, я уверена, все не так страшно. — Весело похлопала Силика по плечу подругу и улыбнулась словно змей искуситель. — Зато представь, какой статус, аж целый глава госпиталя. Небось даже сможешь прикупить себе отдельный домик для себя и дочери. — Может тогда сдашь экзамен на А ранг в госпитале? — Ехидно спросила Марико, чем заставила подавиться чаем подругу. — Ты ведь хороший ирьенин и опыт работы за два года в госпитале есть, и полевой, когда ты со своей командой на миссии ходила. Я вполне могу потренировать тебя и подписать рекомендацию для Камита-сана. — Ты что, смерти моей хочешь? — Слегка обижено произнесла та, дуясь на слова Узумаки. — Меня уже при моем В ранге гоняют как не в себя в госпитале, а что начнется, когда я стану третьим человеком в деревне со званием мастера ирьениндзюцу и А рангом?! — Ну ладно-ладно, не кричи. — С улыбкой довольного местью кота произнесла Марико, смотря на дующуюся Силику. — Но все же я серьезно, попробуй сдать через годик-другой на А ранг, тебе это вполне по силам. — Чтобы новой главе госпиталя было на кого скидывать всех тяжелораненых, и было свободное время на бумажки? — Ехидно спрашивает та, поигрывая бровями. Марико на это только тяжело вздохнула и закатила глаза. — Ладно, мне пора. Ты сегодня когда освобождаешься, а то что-то я давно не виделась с малышкой Карин? — Хм… Моя смена сегодня до четырех, так что приходи к часам шести. Я как раз успею немного отдохнуть и привести себя в порядок. Заодно и поужинаешь с нами. — Вот и договорились! — Весело произнесла та, после чего те расплатились и начали расходится. Марико в сторону госпиталя, а Силика пошла куда-то в торговый район деревни. — Занятно, все складывается даже лучше, чем я думал. — Тихо пробурчал себе под нос фальшивый гражданский, незаметно следуя за подругой красноволосого ирьенина. — Может даже то, что сообщил мне тот парнишка вообще ложь. Но все равно, проверить не помешает. План действий сложился быстро и в исполнение пошел незамедлительно. В ближайшем удобном месте вновь была изменена внешность и слежка за Силикой продолжалась вплоть до ее дома, куда она пошла через рынок, закупаясь продуктами. После получаса слежки было подтверждено, что вокруг нет свидетелей и фальшивый гражданский, с очередной фальшивой внешностью, проник в нужную ему квартиру. — Кто… — Несмотря на то, что его заметили в последний момент, он одним точным ударом ребром ладони под подбородок, но не слишком сильным, чтобы не убить, лишил девушку голоса, а после мгновенно воткнул смазанные ядом сенбоны. Яд был отличным, поэтому мгновенно парализовал девушку и на несколько минут дестабилизировал ток чакры, чтобы не было возможности начать выводить яд с ее помощью. Этого времени хватило, чтобы установить бумажную печать подавления чакры и парализации на цель. Сколько бы та не сопротивлялась и не бросала злобные и испуганные взгляды на своего пленителя, ей это не помогло. Однако враг ничего не делал, просто уложил ее в диван, от чего она сначала покраснела и задергалась особо активно, и стал ждать. Ждать долго. И страшно. Очень страшно, поскольку вражеский шиноби, замаскировавшийся под простого гражданского, НИЧЕГО не делал. Просто смотрел на нее и поглядывал на часы. Долгие часы ожидания без возможности что-либо сделать или узнать вызывали гораздо больший страх, чем если бы с ней действительно что-то делали. — Ну что же, пора. — Эти слова вывели Силику из состояния ожидания и стали апогеем ее волнения и, чего уж греха таить, страха. Сам же ее пленитель подошел к не сомкнувшей все это время глаз девушке и тихо заговорил. Одновременно с этим достаточно грубо и болезненно выкачивая из нее одну ампулу с кровью. — Я ничего тебе не сделаю, если будешь тихо сидеть тут. Печати спадут к полудню следующего дня. И лучше бы тебе забыть, что видела меня. Конечно же он знал, что она все о нем доложит. Не сможет не доложить. Все же проникновение в деревню и, фактически, похищение с диверсией это не та тема, которую можно утаить. И он прекрасна знал, что она знает, что он знает. Это выводило девушку из себя и заставляло активно думать и анализировать ситуацию, в которой та оказалась. Она была поймана и обезврежена, но не убита. Ее не пытались вынести за пределы деревни. Ее оставили в сознании, пусть и без возможности двигаться и пользоваться чакрой. Для этого были использованы сначала яд, а после печати. И то и то весьма дорогие расходники, на кого попало, такое не тратят. Однако мозговой штурм ей дал мало, все же она не аналитик, да и ее лично похищать особого резона не было. Ни особых данных, ни особого генома. Обычный чунин средней руки, пусть и ирьенин В ранга. Но ответы на ее вопросы появились сами собой. Шпион, видимо не заметивший неудачного расположения зеркала, из-за чего его было видно оттуда, откуда Силика лежала, и выпил ее крови. Мгновение ничего не происходило, но после глаза девушки чуть не полезли на лоб. Самый обычный мужчина буквально на глазах превратился в ее полную копию, а после направился в ее комнату и, спустя минут пять, вышел в ее обычном повседневном наряде. Вот тут неудачливая ирьенин сразу все сообразила. «Он принял мой облик?! Но как?! Какая-то техника, основанная на копировании генного материала из крови? Но почему тогда просто не прикончил меня? Требуется живой оригинал на время действия превращения? Скорее всего…» — Быстро пронеслось у нее в голове осознание, как и понимание, какая это опасная техника и как много с ее помощью можно натворить в деревне. А учитывая, что она ирьенин и имеет доступ к госпиталю и некоторым закрытым архивам… Сама же фальшивая Силика, слив дезинформацию по поводу своих способностей и мотивов, вышла из поля зрения оригинальной девушки и вновь сменила обличие. На этот раз на девушку среднего роста, чтобы габариты тела подходили под добытую одежду, и неприметной внешностью и в таком виде направилась на встречу со своей родственницей, чтобы наконец успокоить бурлящую кровь. По дороге прошлась по рынку и купила здоровенную плюшевую игрушку и набор красок с кисточками для рисования, а спустя какое-то время незаметно спрятала все это в свой инвентарь. Все это было упаковано в приличную по размерам подарочную коробку. Конечно, по всему этому ее могли бы выследить, но все же приходить без подарка она не хотела. Если придется выкрадывать родственниц из деревни, то все это можно легко спрятать в свиток и забыть до лучшего момента, а если нет, то подарить сразу и каким-то способом списать все на диверсию Камня. Благо при обоих раскладах было бы выгодно подорвать незаметно заложенный заряд в ряде мест в деревне. Потерь среди простых гражданских и шиноби не будет, поскольку заминированы были безлюдные участки, но вот то, что подобное поднимит шумиху, было понятно как день. Особенно учитывая то, что Трава готовится воевать со скрытым Камнем. — Время пришло. — Тихо прошептала та, уже приняв облик Силики и стучась в нужную дверь квартиры, которая открывается спустя десяток секунд после этого.

* * *

— Тётя Силика пришла! — Весело сообщил маленький красноволосый ураганчик, услышав стук в дверь и уже побежала открывать, как ее перехватила мать. — Тише, Карин-чан, не кричи. — Пригладила дочери волосы Марико, ничем не показывая появившееся внутри напряжение. — Иди к себе в комнату и спрячься. Давай удивим тетю, по моей команде выпрыгнешь и напугаешь ее, поняла? — Да! — Воинственно сообщила девочка и направилась в сторону своей комнаты, неумело копируя поставленный ей матерью особый бесшумный шаг шиноби. Вот только волнения у старшей Узумаки от этого не уменьшилось. Это правда, что Силика обещала прийти к ним примерно в это время, вот только сама Марико было пусть и не гениальным, но тренированным сенсором. И прямо сейчас из-за двери не чувствовалось чакры подруги, а вот инстинкты говорили о том, что неизвестный ей знаком. Да и к тому же это ощущение приглушенной печатями чакры… Слишком подозрительно и опасно. Но вот что-то на грани понимания и ощущений говорило, что там не враг. Откуда подобное ощущение у нее, особенно после того как она с дочерью затаилась в чужой деревне, где каждый шиноби мог нести угрозы ей и ее дочери. В таких условиях ее сенсорные способности развивались семимильными шагами даже без ее желания. И пусть у Марико появилась пара хороших знакомых и, даже можно сказать друзей, но этого мало. Особенно учитывая ее положение. И вот, когда она наконец дошла до двери и осторожно, вся напрягшись, начала ее открывать, ей казалось, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. А в мыслях крутилась всего одна единственная мысль — Главное защитить Карин. Спустя мгновение, которое для невероятно напряженной Узумаки показалось вечностью, дверь наконец открылась и ей предстало лицо подруги. Подруги, от которой не ощущалось ее родной чакры. Рефлексы сработали быстрее мозга, Марико мгновенно отскочила от двери и выхватила кунай, вставая в защитную стойку. При этом едва заметно мазнула взглядом по комнате дочери и лишь еще сильнее, вплоть до побелевших костяшек, сжала оружие. Лже-подруга же только грустно улыбнулась и войдя в квартиру закрыла за собой дверь. Очень медленно и без резких движений, поскольку те могли стать сигналам к началу боя. — Кто ты? — Сурово спросила куноичи, пытаясь разглядеть сквозь маскировку врага. Однако сколько бы та не пыталась, этого так и не получилось. Что только больше заставляло Узумаки беспокоиться и влить почти половину резерва в защитный фуин на комнате дочери. — Ты не Силика, что ты с ней сделал?! — Раскрыли, впрочем не важно. — Тихо проговорила фальшивка, смотря на Узумаки без грамма враждебности или опасения, лишь слегка улыбаясь. От такого поведения у Марико выступил холодный пот. Так себя ведут либо те, кто абсолютно уверен, что он друг, либо те, кто также уверен, что враг ничего не способен сделать с ним. — Позволь спросить, как поняла что я маскируюсь? — Чакра. У Силики другая чакра. — Враждебно бросила та, уже прекрасно осознавая, что ее единственная подруга, скорее всего, уже мертва. Однако прогнав влагу из уголков глаз, она продолжила. — Что тебе нужно? — Нда, опять все упирается в сенсоров. Надо с этим все же что-то решать. — Тихо пробубнила себе под нос подделка, даже не обращая внимания на полностью готовую к бою куноичи Узумаки и явно хищно поблескивающий охранный контур печатей. Марико не была специалистом в защитных печатях, однако она Узумаки и тот, кто об этом забудет, пожалеет. — Я здесь чтобы поговорить. Не волнуйся, я ничего тебе не сделаю. Видишь, я сейчас не сильно опаснее простого гражданского. После этих слов подделка распахнула юкату и показала печать на животе. У Марико непроизвольно вытянулось лицо от узнавания. На животе фальшивки была вычерчена очень сильная запечатывающая печать, которая теоретически должна блокировать чакру, но вот фактически ее использовали только на ком-то уровня взбесившегося джинчурики, так как если нанести ее простому шиноби, то это смертный приговор. Печать настолько сильно сдавливает ядро и СЦЧ, что у простого человека они бы превратились в фарш и мгновенно убили. А кого-то уровня каге оставили бы инвалидом, и прожил бы он очень не много, медленно умирая от последствий. И все это сразу после наложения печати и ее мгновенного снятия. Жить и свободно перемещаться, не подвывая от невероятной боли, с такой печатью на себе может только три джинчурики сильнейших из биджу. Семи, восьми и девятихвостых зверей. Вначале она даже подумала, что это подделка. Но вот все нутро говорило, что печать настоящая и, что еще более страшно, действующая. И тот факт, что даже с учетом ТАКОЙ печати, чакра все еще выходит за пределы тела и позволяет найти шиноби, пугал ее едва ли не больше, чем сам факт что нашелся сумасшедший, что начертил на себе подобную печать. — К-кто-ты? — Севшим голосом проговорила Марико, уже решившая что ее навестил кто-то из джинчурики и учитывая предстоящую войну… С лица девушки окончательно исчезли все краски, а сама она словно вмиг постарела на десяток лет. — П-прошу, н-не здесь…