Волейбол идиотов

—Хошиуми-сан, сегодня ты потрясающе играл!- восхитился Хината, смотря на аса своей команды. Хошиуми, который, скажи ему это кто-то другой, сразу же бы стал хвалиться и говорить, что соперники были слабаками, что он самостоятельно мог бы справиться, под взглядом Хинаты смутился и покраснел. —П-Правда? Ну, ты же знаешь, я довольно неплохо играю! Меня даже звали в лагерь юниоров, поэтому да… да, сегодня я…- замялся Коурай. Хиругами, стоящий рядом, хихикнул. Как непривычно видеть №5 таким неуверенным в себе. Рядом с рыжеволосым менеджером вся крикливость и напыщенность исчезали. И куда только делся игрок, любящий ругаться с журналистами? Хината, конечно же, не замечал разницы между поведением Хошиуми в своём присутствии, и без него. Едва ли он вообще что-то замечал, хотя со своей работой справлялся на отлично. Только что закончился финальный матч префектуры Нагано, и победителем стала школа, уже 10 лет подряд попадающая на Национальные соревнования, - Академия Камомедай. Хината радостно прыгал от одного волейболиста к другому, восхищаясь подачей или приёмом, или атакой, параллельно раздавая всем бутылки с водой. Игроки Камомедай улыбались своему менеджеру, поддержка которого влияла на каждого из них больше, чем поддержка от членов семьи. Хината Шое - первогодка, которого, как и остальных ребят, которые не записались ни в один клуб, распределили в качестве помощников. Хинату назначили менеджером волейбольного клуба, и это изменило многое… Шое, хоть никогда раньше не интересовался этим видом спорта, со всей серьезностью отнёсся к своей должности. Казалось, он всегда был полон энтузиазма и счастья, на матчах громко поддерживая своих товарищей, собирая для них информацию о будущих противниках и зачастую успокаивая после обидной ошибки, совершенной во время игры. Хината почти сразу же стал солнцем клуба Камомедай, которое все игроки активно защищали во время соревнований, когда какой-нибудь несчастный парень хотел познакомиться с Шое. Стоило чужаку близко подойти, как разозлённая стая чаек тут же отгоняла его (крича что-то вроде «Что тебе надо от нашего драгоценного менеджера?!!») до того, как менеджер успел бы что-то заметить. —Ну что ж,- начал тренер Мёрфи.—Вы отлично справились! Сейчас сделайте растяжку, и я буду ждать вас в автобусе. Как вернёмся, проведём собрание. А пока передохните. —Есть!- хором ответила команда. Волейболисты выполняли растяжку, пока Хината собирал вещи: бутылки с водой, аптечку, блокноты. Было больно смотреть на то, как такой маленький первогодка старается утащить все это на себе. Связующий, он же капитан, Сува, вскочил и взял у Хинаты самую большую и тяжелую сумку. —Шое-кун, давай я тебе помогу,- улыбнулся парень. Хината начал размахивать руками, отказываясь от помощи: «Акичи-сан, тебе нужно растяжку делать, я как-нибудь сам! Лучше о своих мышцах позаботься!» —Я уже закончил, пойдём,- Сува проигнорировал отказ Хинаты.—Заканчивайте! Нам пора!- передал он команде. Победители вышли из зала, точно зная, что скоро снова окажутся на Национальных соревнованиях, где будет не так просто играть, как в собственной префектуре. Волейболисты устало вздохнули, и если кто-то (они все) заметил, каким уничтожающим взглядом Хошиуми прожигает спину капитана, мило разговаривающего с менеджером, то он сделал вид, что ничего не видел. Все же, с Хошиуми ругаться сейчас никто не хотел. Сегодня они победили.

••• ━───── • • ─────━ •••

Это известный факт, что Хошиуми - жуткий собственник. Во всем. Хотя он умел работать в команде, для него, все равно, в приоритете стояла задача показать себя. Он играл так, словно он на площадке один, словно все зависит не от игры шести человек, а от него самого. В первую очередь ему было важно, чтобы заметили его, как отдельного игрока, жаждущего стать профессионалом, а не как члена команды. Коурай любил внимание и лесть, и больше всего он любил, когда это самое внимание ему уделяет драгоценный менеджер. Но случалось это редко. Шое никогда не хвалил кого-то больше, чем другого, никогда не показывал разницу в отношении или собственных предпочтениях. Если хвалили Хошиуми, то такую же похвалу получал каждый член команды. Это хорошо, но… №5 отчаянно хотелось, чтобы Хината хоть намеком, хоть жестом показал, что Хошиуми он уделяет больше внимание, что иногда украдкой смотрит на него, но… нет. Все бестолку. Шое был способен запомнить, когда у кого день рождения, какая еда кому нравится, но Коурай, привыкший быть в центре внимания, не получал его больше, чем тот же Хакуба Гао или Изуру Нозава. И это злило. Злился он не на самого менеджера (Хошиуми никогда бы не разозлился на своего любимого Шое), а на свое бессилие. Улыбка Шое и его смех сопровождали Хошиуми весь день: от звона будильника до перерыва на обед, во время уроков и тренировок, даже когда он ужинал с семьей, и старший брат интересовался «В кого же наш маленький Кури-кун влюбился?» (Мама всегда останавливала этот допрос, чтобы сыновья не поругались, но Коурай прекрасно видел этот блеск в глазах женщины, на которую он был похож, как две капли воды, и понимал, что скоро она сама начнёт выяснять, кто сумел вытеснить из его головы мысли о волейболе и заполнить собой все пространство.) Каждый раз, когда он оставался наедине с матерью, и она начинала мило улыбаться, Хошиуми тут же сбегал, не готовый признаться ей в своих чувствах к очаровательному рыжеволосому менеджеру. Почему рядом с Хинатой он становился таким трусишкой?

••• ━───── • • ─────━ •••

Хината записывал какие-то данные в таблицу, которую ему передал тренер, пока игроки Камомедай тренировались, готовясь к Национальным соревнованиям. Коурай засмотрелся на то, как солнечный свет падал на волосы менеджера, заставляя их отливать бронзой. Хиругами, который отжимался рядом, хихикнул: «Ты такой жалкий.» Хошиуми тут же разозлился: «Что сказал?» —Что слышал,- фыркнул Сачи.—Может ты все-таки… ну, я не знаю… попытаешься пригласить Шое на свидание? Или попробуешь ухаживать за ним? —Согласен,- прохрипел Гао, закончивший пятиминутную планку.—Надоело смотреть, как ты после каждого забитого тобой очка постоянно поворачиваешься к Шое, чтобы увидеть его реакцию. —Кстати говоря, он на тебя даже тогда не смотрит,- ухмыльнулся Сачи. —И вот после этого вы хотите, чтобы я куда-то пригласил его?- возмутился нападающий.—Сами говорите, что я ему безразличен, а теперь… Да вы просто хотите меня опозорить! Хакуба прыснул, но отрицательно замотал головой: «Хоть ты и невыносимый, но видеть тебя таким жалким печально. Странно, что Шое ещё не заметил, но… может оно и к лучшему.» —А вы… вы мне поможете?- задумался Коурай. Сачиро и Хакуба посмотрели друг на друга, улыбнулись и одновременно сказали: «Нет!» Тренеру пришлось остановить практику, чтобы Сува остановил Хошиуми, с кулаками набросившегося на товарищей. А когда Хината спросил Сачиро, что случилось, он, как настоящий подлец, посмотрел в глаза Хошиуми, потом перевёл взгляд на Шое и улыбнулся: «Просто Коурай-кун настоящий трусишка.»