Волейбол идиотов

Вашио и Коноха с вытянутыми и раздражёнными лицами смотрели в сторону Бокуто. —Расслабились мы…- пробормотал игрок под №7. —Что на этот раз не так?- скривился Коми. —Да, его сегодня ещё не блокировали,- кивнул Вашио. Бокуто вошёл в всем известный режим «эмо» и слонялся по залу, вместо того, чтобы учавствовать в тренировочном матче. Плечи аса были опущены, а выражение его лица было таким, словно он был готов расплакаться. Игроки Фукуродани внимательно наблюдали за Бокуто, стараясь понять, что было не так, что так сильно расстроило его. —Может слабость №3?- предположил Саруки, вытирая лицо полотенцем. Игра всегда стопорилась, когда капитан погружался в себя. —Не думаю… хотя с Бокуто никогда не знаешь наверняка,- пробормотал Коноха. У Бокуто было шесть слабостей, которые были названы Акааши, и теперь все, если Котаро входил в режим «эмо», пытались припомнить, чтобы вернуть его в строй. У них даже появился протокол, объясняющий, как нужно себя вести, когда Бокуто входит в режим «эмо» и просит больше не пасовать ему. Слабостями Бокуто были: №1 - отсутствие Акааши №2 - голод №3 - не было болельщиков, которые бы поддерживали Бокуто №4 - Бокуто несколько раз блокировали в игре №5 - ему не нравился цвет майки для тренировочного матча №6 - желание выделяться И тут игроков Фукуродани осенило. В этом году у их аса появилась новая слабость под №7, и звали ее Хината Шое. Очаровательный менеджер-первогодка появился в клубе после того, как Юки и Каори, их предыдущие девушки-менеджеры, окончили школу. На их место пришел маленький рыжеволосый Хината, которого все члены команды мгновенно полюбили. Сильно. (В случае Бокуто даже слишком) Бокуто - человек-косяк, вечно забывчивый, он признает лишь один уровень громкости - максимальный. Мужская волейбольная команда Фукуродани привыкла к странностям своего аса. После появления Хинаты в клубе у аса появилась новая странность. Сначала он называл себя лучшим капитаном, а потом, в какой-то момент, переквалифицировался в отца. Когда команда услышала, что Бокуто считает себя полноправным отцом Хинаты, то они не обратили внимание на это. Единичный случай, это пройдет. Но не прошло. Котаро, вместе с Акааши, сопровождал Шое до его дома, чтобы с ним ничего не случилось (Коноха был удивлён, что Бокуто ещё не запер менеджера у себя дома), защищал от «потенциальной угрозы», молодых людей, которые хотели познакомиться с Хинатой, и приносил ему сладости и бенто, старательно целый вечер выкладывая трёх сов из риса, обозначавших самого Бокуто, Акааши и Хинату. Игроки Фукуродани полагали, что, возможно, в этом есть какая-то странность. Но это же… Бокуто. Да и все игроки клуба чувствовал к Шое то же самое, просто их капитан был самым активным. —Шо-чан сегодня не пришел,- осенило Коми. —Ооооо,- протянул Вашио.—Точно, у него дополнительные занятия по английскому. Акааши прошёл мимо сокомандников и пробормотал: «Я пытался вернуть Бокуто-сана в норму, но у меня ничего не получилось. Он ходит по залу и бормочет что-то вроде: «Я наверное так надоел Шо-куну, что он больше не хочет быть менеджером.»» Все игроки одновременно тяжело и страдальчески вздохнули. Этот Бокуто… —Я сказал ему, что это на один раз, и что завтра Шо вернётся, но Бокуто-сан меня не слышит. Члены волейбольного клуба Фукуродани посмотрели на своего аса, который сел прямо на пол, вытянул ноги, его плечи были опущены, и казалось, что он близок к самоубийству. Котаро водил пальцем по паркету, будто вырисовывая что-то, периодически вздыхая и бормоча что-то. —Ну… я так понимаю, на сегодня тренировка окончена, да?- предположил Саруки.

••• ━───── • • ─────━ •••

—Ох, Шо-кун, мне было так плохо без тебя!- бормотал Бокуто, обнимая своего менеджера всем телом. Хината улыбался и ласково гладил капитана по волосам: «Но я же сказал, что пропущу всего одну тренировку…» —Это не важно!- взвыл ас. Коноха вздохнул и, повернувшись к Акааши, сказал: «Пойду ему помогу что ли, а то Бокуто его задушит.» Стоило только Коноха начать приближаться к Бокуто и Хинате, как Котаро, заметив его, пронзил друга взглядом, а в янтарных глазах промелькнула вспышка ярости, если бы Бокуто умел рычать, то он бы прямо сейчас это и сделал. Коноха отшатнулся, не ожидая такой реакции. Ас не переставал гладить Шое по волосам, чтобы тот не заметил резкой перемены в поведении капитана. —Боже, по-моему, это даже для Бокуто слишком,- выдохнул Коми.—Акааши? Связующий ещё несколько мгновений наблюдал за Котаро, прижимающего маленького первогодку к груди и гладящего его по волосам и спине, получая ответные объятия, нахмурился и сказал: «Здесь я бессилен.» Когда закончилась тренировка Бокуто схватил Хинату и Кейджи за руки и протянул к выходу из школы, желая больше всего на свете оказаться рядом со своими любимыми людьми. По пути он говорил что-то о том, что его старшие сестры не перестают его опекать и постоянно приглядывают за ним, не желая выделять ему личного пространство. (Когда Вашио заметил: «Кто бы говорил!» и указал на Хинату, Котаро обиделся и постарался как можно скорее исчезнуть из зала.)

••• ━───── • • ─────━ •••

Когда Хината был рядом, Бокуто почти никогда не в ходил в свой печально известный режим. До тех пор, пока на матчах Шое поддерживал его со скамьи, Котаро не отчаивался, если его блокировали. Пока Бокуто брал Хинату за одну руку, а Акааши за другую, и они втроём шли после тренировки домой, у аса Фукуродани не было причин расстраиваться. Не тогда, когда его самые любимые люди были рядом.