Волейбол идиотов

У Куроо почти всегда было хорошее настроение (потому что, в самом деле, у него не было причин расстраиваться), но недавнее объявление Некоматы-сенсея заставило хитрую кошачью улыбку появиться на лице капитана. За несколько лет Некома потеряла связь со своим лучшим и самым долгожданным соперником - Карасуно - однако, благодаря усилиям обеих школ, команды смогут провести несколько тренировочных матчей вместе. Весело присвистывая, предчувствуя замечательную игру и приятное ощущение уставших мышц, боли в руках и пальцах от постоянного блокирования сильного соперника, Куроо наполнил бутылку с водой и неторопливо - почти лениво - направился к физкультурному залу. У Тецуро все отлично: его команда несколько раз была на Весеннем Национальном турнире, Кенма начал увлекаться волейболом, Куроо улучшил свои навыки центрального блокирующего, он сможет сыграть против Карасуно, пока в тренировочном матче, но в идеале - в настоящем, но было самое главное… Хината Шое, который, в какой-то степени, был причиной всех перечисленных ранее фактов. Одно присутствие менеджера на скамейке, пока он делал записи по ходу игры, дарило Куроо лёгкость, и ему, в какой-то момент, начало казаться, что он может взлететь над площадкой или просто перепрыгнуть через сетку на другую сторону, стоит ему услышать нежный голос Хинаты, подбадривающего или хвалящего его со своего места рядом с тренером. Перед матчами капитан любил повторять одну и ту же фразу, которая настраивала команду и заставляла адреналин растекаться по телу даже до того, как прозвучит стартовый свисток - «Мы похожи на кровь в наших венах. Мы должны течь без остановки. Мы поддерживаем поступление кислорода и заставляем мозг работать.» Но теперь Куроо казалось, что этот слоган больше не подходит команде. У него уже подготовлен другой, обновлённый, который он произнесёт перед началом матча. Из зала послышался хохот Инуоки, Льва и… Шое. Куроо улыбнулся, и в этот момент он не походил на дикого кота, скорее на ласкового и домашнего, готового греть колени хозяев. Куроо не проиграет. Не тогда, когда ему хочется летать.

••• ━───── • • ─────━ •••

Может и неудивительно, но первое, что слышит капитан - это крик (правда радости). Тора упал на колени и со слезами на глазах смотрел на девушку-менеджера Карасуно, бормоча что-то о том, что это так нечестно, что у другой команды есть такая красотка. Лев поднял брови и удивленно спросил: «Ты хочешь сказать, что Шое хуже, Тора-сан?» Нападающего тут же поразило громом, он завертел головой в поисках рыжей шевелюры, а когда заметил менеджера застёгивающего бордовую олимпийку, Тора вскочил и в два прыжка преодолел расстояние между ними, упал на колени и взвыл: «Прости меня! Прости меня, Шо-чан! Ты гораздо лучше! Ты самый лучший и красивый менеджер!» Хината залился краской, то ли от стыда, то ли от смущения, и начал пытаться поднять Тору на ноги: «Тора-кун, пожалуйста, что ты делаешь! Тут же люди вокруг, тебя не поймут!» Яку, исполняющий роль строгой, но любящей матери команды, тут же подскочил к сошедшему с ума Торе: «Ну ка прекрати этот цирк! Будь благоразумен!» Тора, все ещё обнимающий колени Хинаты руками, шмыгнул носом и ответил: «И не подумаю.» Пока Яку пытался разобраться с Кохаями, капитан хохотал смехом, напоминающим звуки, которые издают гиены, Кенма не отрывался от телефона, а Хината издавал жалобные звуки, игроки Карасуно смотрели на эту картину и… удивлялись? Цукишима фыркнул: «Ну и цирк. Зачем мы вообще приехали?» Дайчи, тоже немного растерявшийся, неуверенно переглянулся с Сугаварой, и подошёл к Куроо, с некой опаской протягивая руку в знак приветствия. —Привет, Куроо-сан,- протянул Савамура, стараясь звучать непринуждённо (у него не получалось).—Я рад… мы рады сыграть с вами. Капитан Некомы, перестал смеяться и ухмыльнулся, сильнее сжав руку в рукопожатии, чем было необходимо. Краем взгляда Куроо проверил, спас ли Яку Хинату, и, убедившись, что все в порядке, расслабился. —Давно не виделись, Савамура-сан! Посмотрим, на что способны деревенские вороны! Сугавара насупился: «Не говори так, будто в Мияги живут по традициям восемнадцатого века - пасут скот на полях и собирают урожай.» Куроо снова фыркнул: «Ну не знаю… Мияги так далеко от цивилизации!» —Не так уж и далеко,- нахмурился Сугавара, прячась за спиной Дайчи. Некомата-сенсей и тренер Укай махнули своим командам руками, указывая на открытую дверь зала. Хината радостно переглянулся с Кенмой, предчувствуя отличную игру. —Надо будет внимательнее следить за всем происходящим,- пробормотал Хината Кенме.—Если я что-то не запишу, то все пойдёт насмарку. —Ты уж будь внимателен, Шое,- кивнул Кенма. Да, крохотулечка, подумал Куроо, смотри на меня внимательно.

••• ━───── • • ─────━ •••

Волейболисты Некомы собрались в круг, чтобы услышать лозунг, которые они все знали наизусть. Тецуро драматично вздохнул: «Мы похожи на кровь в наших венах. Мы должны течь без остановки. Мы поддерживаем поступление кислорода и заставляем мозг работать. Мы течём, потому что наше сердце без устали работает и бьется только ради нас. Пока мы будем делать то, что должны, наше сердце будет биться вечно.» Глаза членов команды расширились, но они сразу поняли, о каком сердце идёт речь. По ухмылкам игроков Куроо понял, что новый слоган им понравился. —Да! Сегодня мы победим!- воинственно произнёс Тора.—Это мужественные слова, капитан! Инуока подпрыгнул и прощебетал: «Да, мы сделаем все так, как должны!» Когда волейболисты Некомы и Карасуно встали друг напротив друга, и их разделяла только сетка, Яку усмехнулся, глядя на дрожащие от возбуждения пальцы Тецуро: «Боже, ты так влюблен, что мне даже противно.» Куроо ничего не ответил, лишь пожал плечами, а потом посмотрел на удаляющуюся на свою позицию фигуру Кенмы, и вздохнул. Козуме практически никогда не ошибается, но в этом случае он неправ. Куроо любитель разбивать сердца, но если он остановит действие сердца маленького менеджера, то сам погибнет.

••• ━───── • • ─────━ •••

Несмотря на то, что у Карасуно было мало опыта, сражаться против них было невероятно тяжело. Гений-связующий, Кагеяма кажется, проводил безумные атаки, хотя быстрых практически никогда не было. Кенма заметил, что это потому, что он не может синхронизироваться со своей командой. Руки Куроо болели от того количества ударов мячей - от принятия и блока - которое попало по ним. Рука горела и прикасаться к ней было больно, но они победили с уверенным счетом 27:25. Тецуро практически не замечал, что происходило вокруг, его охватило ликование от победы и того, что он снова доказал, на что способен. Волейболисты выстроились в очередь перед Хинатой, после растяжки, чтобы менеджер оказал им первую помощь. Обычно он просто наносил спрей или гель на внутренние стороны рук, чтобы успокоить повреждённую кожу, но иногда требовалась фиксация коленей или пластырь для поврежденных пальцев. —Подлечи меня, крохотулечка,- улыбнулся Куроо, глядя в глаза Шое. Менеджер покорно исполнил просьбу, и, закончив оказывать помощь, внезапно поднял аптечку и поспешил на другую сторону корта - к игрокам Карасуно. Парень в очках, раздражающий центральный блокирующий, сжимал ладони в кулаки, было видно, что ему было больно. Хината подбежал к менеджеру Карасуно и спросил, нужна ли им помощь. Девушка заметила, что у них довольно много повреждений и, судя по жестам, насколько мог судить капитан, попросила Шое помочь ей. Рыжеволосый первогодка достал пластырь и бинты и попросил Очкарика вытянуть руку. №11 только отмахнулся от него и отвернулся, а Шое продолжил настаивать. —Если ему так не нравится, то обойдётся,- заметил Кенма, недовольный, что Хинатой так пренебрегают. Куроо согласно кивнул, издавая звук, похожий на рычание. Очкарик-кун все же, очень недовольно, вытянул повреждённую руку и позволил ее забинтовать. Рядом тут же оказался связующий, которому нужен был спрей, а потом подбежал либеро, просто так крутящийся вокруг троицы. Инуока был уже готов возвращать менеджера назад, когда капитан Некомы первый направился к нему. Он, добродушно и дружелюбно улыбаясь, сказал: «Крохотулечка оказал вам всю необходимую помощь?» Очкарик с вызовом поднял бровь, чувствуя угрозу в словах другого игрока, но все же кивнул. —Замечательно, тогда мы пойдём,- и, ловко выхватив из рук Шое аптечку, Тецуро повёл его к команде. Когда они возвращалась в отель, Яку насмешливо и оценивающе посмотрел на своего друга: «Ты ужасно очевиден, ты знаешь это, не так ли?» Куроо нахмурился и поднял ворот олимпийки чуть выше: «Просто я думаю, что крохотулечке красный цвет идёт больше, чем чёрный.» Яку рассмеялся: «А то.»