Шанс?

      Гендзи Такия сидел на полу в доме Идзаки, прислонившись спиной к дивану. На колени упала банка холодного пива, Шун плюхнулся на сиденье. Они молчали.       Последнее время Идзаки ходил сам не свой, Гендзи не понимал, в чём причина: они победили армию Серидзавы, иных сильных соперников больше не было. Так в чём дело?       Гендзи открыл банку. Холодное пиво пролилось в рот, и он решился. - Идзаки... Что с тобой? - М? - Я спрашиваю, что с тобой происходит?       Гендзи Такия никогда не отличался терпеливостью, но сейчас он пытался сдержаться. - Ты молчишь... Не смотришь мне в глаза. Я хочу понять. Тебе нужна помощь?       Идзаки молчал. Да, блядь, мне нужна помощь. Чтобы смириться с тем, что я чувствую. Чтобы найти точку опоры. Но он не мог озвучить свои мысли, слишком сложно.       Когда Идзаки Шун принял решение встать на сторону Гендзи Такии, он не думал, что этот момент настанет. Быть генералом его армии, правой рукой, мозгом - это всё позволяло надеяться на то, что рано или поздно он сможет просчитать Гендзи, найдёт его слабое место и будет им управлять. Сейчас, когда Серидзава был побеждён, Гендзи стал королём Судзурана. Тамао с компанией сидел в своём новом штабе в сквере у школы и не высовывался. И вроде всё в порядке, но у Идзаки на душе было неспокойно. Он думал до ломоты в черепе, пытался понять себя и свои чувства. Гендзи сплотил всю школу, тем самым не оставляя места для маневров. Либо полное подчинение, либо что? Протест? Мятеж? Глупо. Он сам добровольно выбрал своё место рядом с Такией. Но теперь Идзаки чувствовал себя ненужным. Даже не так. Он чувствовал, что теряет свою исключительность для Гендзи. Генералов много, да, ни один из них не сравнится мозгами с Шуном, но... черт, их слишком много. Внимания Гендзи на всех не хватит. Уже близко. Идзаки не мог позволить себе выпрашивать этого внимания, слишком гордый. Раньше, когда он был сам себе хозяин, таких чувств не было, но теперь... Неужели он ревнует? Бесится, как какая-то девка, которой парень не уделяет достаточно времени из-за постоянной занятости с друзьями? Но похоже, что именно это раздирает его душу. Идзаки привык постоянно думать, аналирозать, просчитывать ходы. Он старался быть честен с самим собой. Последние дни он препарировал сам себя без жалости, нужно найти эту занозу в заднице, которая отравляла жизнь. И вот, похоже, он может признаться сам себе, что просто ревнует. Блядь! Сейчас, когда мысль приобрела чёткие очертания, Идзаки испугался. Он что? Влюбился?       Идзаки резко рассмеялся. - Я что, сказал что-то охуеть какое смешное?       Идзаки настолько ушёл в себя, что совершенно забыл о присутствии источника всех своих проблем рядом с собой.       Гендзи спокойно отставил банку пива, Идзаки настороженно наблюдал за этой нарочитой медлительностью. Он весь подобрался, его чутье подсказывало, нет, кричало об опасности. В тот момент, когда Идзаки только пошевелился, Гендзи подскочил и вжал его в диван. Он нависал над Шуном, вдавливая его в пружины. Вены на руках вздулись, пальцы впивались в плечи, грозя оставить новые синяки. Глаза были дикими и чёрными, словно бездонные, а губы... Нет! Идзаки не может позволить себе даже тени этой мысли - Гендзи поймёт всё, и это заставит его потерять всякое уважение к Шуну. Кому понравится генерал, сходящий с ума от ревности к своему командиру? - Что, блядь, с тобой происходит?       Идзаки попытался высвободиться из этих цепких рук, но Такия только сильнее сжимал его. Навалился всем телом, блокировал ноги, не давая пошевелиться. Можно сказать, это была их первая стычка один на один.       В самый первый раз Гендзи дрался один против всех парней Идзаки. Он поднимался раз за разом и снова кидался в бой, не обращая внимания на текущую кровь, разбитые лицо и руки. Он тянулся к сидевшему на бетонной кромке фонтана Идзаки, и его воля к победе, к жизни поражала. Где-то очень глубоко мелькнул обрывок мысли: "...отдаться". К чему вдруг?       Сейчас, лёжа заблокированным под Гендзи, эта мысль вернулась. Она билась в стенки черепа Идзаки и кричала во всё горло: "Отдаться Гендзи! Я хочу отдаться Гендзи Такия!"       Идзаки попытался дернуться, высвободить хотя бы одну руку, но добился только того, что Гендзи придавил его своими бёдрами ещё сильнее. Его горячее дыхание обжигало кожу, Идзаки увидел своё отражение в черных глазах, отвёл взгляд и наткнулся на губы. Сухие, потрескавшиеся, красные, они манили к себе, притягивали взгляд и уже не отпускали. Идзаки не слышал, что ему говорил Гендзи. Его воображение рисовало то, как они выглядят со стороны. Два тела, сплетённые руками и ногами, так близко, что... Скрыть свою эрекцию Идзаки не мог. Его секрет рвался наружу, и безусловно Такия это заметил.       Он перехватил запястья Шуна одной рукой, а второй сжал ширинку его джинсов вместе с вставшим членом. Идзаки отвернул лицо, ему было пиздец как стыдно. Но Гендзи уже расстегнул молнию и запустил руку в бельё. Он сжал кулаком ствол и положил большой палец на обнажившуюся головку. Оттуда уже выступила капелька смазки, которую Гендзи растирал теперь по всей поверхности. Идзаки застонал. Такия отпустил его руки и одним рывком освободил от джинс и белья. Идзаки лежал перед ним на диване, закрывая лицо и выставляя напоказ своё естество. Он был готов провалиться со стыда под землю, а ещё лучше сквозь весь Земной шар. Он ждал насмешки, презрения, чего угодно, но совершенно не был готов к тому, что шершавая ладонь Гендзи так удобно обхватит его член и начнёт двигаться. Идзаки посмотрел из-под локтя и наткнулся на бешеный взгляд. Черные и бездонные зрачки, словно космос; они затягивали, как воронка в шторм, они притягивали к себе, словно край бездны. Идзаки снова попытался встать, но сильный толчок заставил его прекратить попытки. Он позволил Гендзи дрочить себе, и сам начал толкаться навстречу этому кулаку. Гендзи остановился и разжал руку. Эта внезапная свобода ошеломила Идзаки, но когда он открыл глаза, то увидел, что Такия всего лишь остановился, чтобы снять футболку. А потом рывком поднял Идзаки, усадил его на диван и опустился на колени. Когда Шун понял, что сейчас произойдёт, он упёрся ладонью в лоб Гендзи. - Нет! Ты... ты не можешь... - А я думаю, что могу... Потому что хочу.       Хочет. Он всегда берёт то, что хочет.       Рука Идзаки ослабла, его ладонь скользнула выше и пальцы зарылись в волосы Гендзи. Голова Такии опустилась, и его рот накрыл член Идзаки.       Сосал Гендзи хорошо, забирая член в рот полностью, до самого основания, всасывал глубокозапавшими щеками, описывая языком круги и дразня уздечку. Он оттягивал мошонку и наяривал рукой ствол. Всё то, о чём Идзаки не мог себе даже позволить помыслить. Гендзи Такия ему отсасывает. Пиздец какой-то. Но как же Идзаки было хорошо. Он двигал бёдрами навстречу этому горячему рту, путался в волосах и наконец, дернувшись в последний раз, кончил прямо в рот Гендзи.       Идзаки привалился к спинке дивана не в силах открыть глаза и посмотреть в лицо реальности. Ему отсосал Гендзи. У него, блядь, дома, на затраханном диване. Как теперь смотреть ему в глаза? Услышав шорох одежды, он очнулся. Гендзи натягивал свою футболку и пристально смотрел на Шуна. - И давно?       Идзаки лениво отмахнулся и начал одеваться. - Я спросил - давно? - Иди к чёрту, Гендзи. Это просто физиология.       Шун ещё надеялся перевести всё в шутку, но лицо Гендзи говорило об обратном. Идзаки реально не представлял, что ему сейчас делать. - Не парься, я никому не скажу. - Не скажешь что? Что я тебе отсосал? Или что у тебя на меня стоит?       Вот так прямо. Это же Гендзи. Без уверток, в лоб. - Не бери в голову, Такия. - И это всё, что ты можешь мне сказать?       Идзаки взбесился. Он чувствовал себя идиотом, его секрет, в котором он даже самому себе боялся признаться, был раскрыт. - Чего ты хочешь от меня? Признания? Да, блядь, я хочу тебя! Хочу с того момента, как мои парни избили тебя! И бешусь от того, что я для тебя никто, всего лишь генерал твоей армии.       Гендзи никогда не видел Идзаки в таком состоянии. Всегда сдержанный, умный, расчётливый, даже ярость, с которой он вступал в драку, казалось, было строго дозирована. И вдруг... Похоже, Серидзава был прав. Такия сделал шаг к Идзаки, но тот отшатнулся. - Уходи, Гендзи.       Гендзи протянул руку. - Уходи, твою мать! Оставь, блядь, меня одного!        Гендзи развернулся и вышел из дома, громко хлопнув дверью.