Ветер зимы

В далеких южных землях Ричард покупает раба. Не собирался, и на рынок они пошли, только порасспросить, присмотреться, понять, где он начнет поиски сестры своей Королевы. Но заметил, как Леди повела носом, остановилась. Люди проталкивались, смотрели на нее с опаской, но не так чтобы слишком. Чего здесь только не увидишь, если хорошо заплатить. Поговаривают и яйцо дракона можно купить, рискуя, впрочем, приобрести резной драгоценный камень. Волчица остановилась и он увидел. Спутанные смоленые волосы, грязная рубаха. И хотя лица Ричард не видел, руки эти никогда бы не забыл, пусть сейчас они были в ссадинах, без перстней и тонких колец. Немногих остальных раскупили быстро. Ричард походил по рынку еще, растягивая время, внутренне обмирая, что найдется еще желающий, еле выждав достаточно, лениво прохаживаясь, вернулся к помосту. - Не идет у тебя торговля, - шутя, обратился он к смуглому скучающему, судя по виду, дорнийцу. Тот хохотнул: - Его никогда не покупают, вряд ли вы найдете ему хорошее применение, слишком стар, строптив... - Не нахваливаешь товар - отговариваешь? - улыбнулся Ричард, поощряя болтливость торговца. - Я честный человек, - гордо надулся торговец, - вы вернете его мне завтра же, так что я останусь вам должен. Еще какое-то время он умело расхваливал свой товар, делая вид, что рассказывает о недостатках. А Ричард поглядывал на смиренно стоящего молча и опустившего голову, человека. Перекинувшись с торговцем еще парой ничего не значащих фраз Дик отвернулся. - Так не желаете приобрести? – раздалось вслед. Изобразить безразличие, скуку, окинуть взглядом фигуру стоявшую на солнцепеке. - Скажешь может и хорошее что-нибудь? - Он вынослив. Южная жара никогда его не убьет. И немного понимает в лекарском искусстве, когда не прикидывается балаганным шутом. За это бывает бит. Цена оказалась не высокой. Вечером Дик случайно обжигается о поленья в камине, но ожог идет, не волдырями даже, уродливыми пятнами, и слуга суетится рядом. Нахмурившись и отмахиваясь от него, Ричард бросает: - Раб, которого мы купили, понимает в лекарском искусстве, так сказал торговец. Вот и проверим. Приведи-ка. Его переодели, дали умыться и немного поспать, но выглядел он все равно будто бы бледной тенью себя самого. Когда он тихо заговорил рассмотрев повреждение, Ричард порадовался, что в голосе все еще слышится что-то прежнее. - Ничего здесь не сделать. Вы же сами натерли руку соком шиа, а нагревания он не выносит. Пройдет. А рану лучше перевязать. Ричард накрывает смуглые пальцы поверх своей руки и тихо говорит: - Север здесь почти такой же. Замерев на мгновение, Рокэ, смотрит на их сцепленные ладони и с затаенной горечью в голосе говорит: - Юг совсем не такой. - Почему мы здесь? – Дик вглядывается в его лицо, но Рокэ молчит. - Значит, ничего не получилось. Каэртиана погибла? Спрашивает, Дик? Констатирует? Вытянув свои пальцы из рук Ричарда, Рокэ мелено накладывает повязку из чистой тонкой ткани, хмурится, отводит взгляд. И молчит. Здоровой рукой, заставляя отвлечься от повязки, Дик поднимает за подбородок голову своего бывшего эр, а нынче приобретения с невольничьего рынка, и требовательно смотрит в глаза. Но сапфировое небо гаснет. - Я не знаю, Ричард, я не знаю...