Девяносто два дня.

      Это было первое утро из оставшихся у меня трех дней.       И утро, когда я не почувствовала на себе ''наблюдающего'' взгляда. Получается, Хисон исчезла.       Я уже решила, как проведу эти три дня. Утро я посвятила написанию произведений. Закончив, я отложила ручку в сторону и подремала еще пару часиков. Проснувшись, вышла покурить, попутно купив воду из торгового автомата, чтобы утолить свою жажду. Я оглянулась на свою постель.       Сто восемьдесят семь вон. Вот и все. И шестьдесят из них составляли монетки по одной вон. Я пересчитала три раза.       Странное совпадение… От осознания, мое лицо вспыхнуло.       Я не знала, как пройдут эти три дня, но начало мне уже нравилось. Записав новые детали в книгу, я пошла гулять по местам, где мы бывали с Хисон. Правда, на этот раз, я и впрямь была абсолютно одна.       Идя под синим небом, я будто бы пыталась уловить ее аромат. Удивлюсь, если Хисон сейчас не наблюдает за кем-то еще.       Я молилась, чтобы они ничего с ней не сделали.       Я молилась, чтобы Хисон смогла продержаться до конца и выплатить свой долг, а после этого зажила бы такой счастливой жизнью, что навсегда забыла бы все, в том числе и меня.       Я молилась, чтобы в ее жизни появился кто-то, кто стал бы для нее намного важнее, чем я. Кто-то, для кого Хисон была бы намного важнее, чем для меня.       Гуляя по парку, я заметила детей, махавших мне руками. Я ничего не сделала. Просто шла дальше.       Ведь никакой разницы для них не было: «а, эта идиотка Наен снова гуляет со своей выдуманной девушкой».       Но для меня все было совсем по-другому. Реально, просто невыносимо.       Я продолжала делать все как и раньше, только в одиночку, и на меня навалилась такая печаль, что едва хватало сил стоять.       Больше чем когда-либо и чем кто-либо — я осознавала отсутствие рядом Хисон.       Я поразмыслила немного. Что если все это было иллюзией с самого начала?       Я была уверена, что моя жизнь закончится через три дня. Я знала, что все, кроме небольшого клочка моей жизни, было использовано. И это чувство не могло быть ложью. Но существовала ли на самом деле эта девушка по имени Хисон? Не только она, но и существование магазина торгующего отмеренным сроком жизни — разве это не могло быть всего лишь удобной фантазией, когда я ощутила приближающуюся смерть?       Я никак не могла этого проверить.       Я сидела, понурившись на кромке фонтана, когда меня окликнули мальчик с девочкой из средних классов. «Наен, как поживает Хисон?» — невинно спросил парень. «Ее нет» — сухо ответила я. Потрясенная девушка приложила руки к губам. «А? Что случилось? Вы поссорились?» «Что-то вроде того. Хоть вы не ссорьтесь, ладно?» Они переглянулись, и одновременно покачали головой. «Я не знаю, но… Я хочу сказать, даже Наен и Хисон могут поругаться? Если вы двое, когда вам так хорошо было вместе, ссоритесь, думаю о нас и говорить нечего.» Я хотела было ответить: ''Знаете, а ведь вы правы'', но слова не хотели выходить. И прежде чем я поняла это — я заплакала, словно прорвало плотину. Чем больше я пыталась представить рядом с собой Хисон, чтобы успокоиться, тем больше лились слезы.       Двое уселись вокруг меня и пытались утешить.       Но не только мысли о Хисон так действовали на меня. Недавно я была на кладбище, в тот день мне хотелось проверить, правда ли Суджин сделала это (ее родители ничего мне не сказали, а просто закрыли дверь, увидя и узнав меня) Но мне не хотелось верить в это каждым миллиметром тела. С надеждой в глазах, что ее имени там не будет, я читала надгробья. С того дня я каждый день посещала это злополучное место.       А потом, неожиданно для себя, я обнаружила, что людей, знавших обо мне, было куда больше, чем я думала. Люди всех возрастов столпились вокруг этой сцены, как будто говоря: ''Наен придумала что-то новое''.       Друзья Квона тоже были здесь. Одна из подружек спросила меня, что случилось. Я не знала, как ей ответить. «Не может быть, чтобы она была таким бессердечным человеком!» «Так значит, она ушла?» — спросил кто-то из толпы. «Да это просто никчемная девчонка» — хлопнул меня по спине мужчина.       Я повернула голову, чтобы сказать хоть что-то, но так и не смог выдавить ни слова. …И тут, позади меня раздался голос. «Действительно. Подумать только, ведь она такой хороший человек.»       Разумеется, я знала этот голос. Я не забыла бы его за день или два.       Я повернулась на голос.       Я должна была убедиться.       Мне не могло послышаться. Но пока я не увидела бы этого сам, я бы не поверила. «Эта Хисон и впрямь дрянная девчонка,» — довольно хихикнула она.       Она обвила руки вокруг шеи и прижалась ко мне. «Я вернулась, Госпожа Йун… Я искала тебя.»       Я в ответ обняла ее спину, ощущая запах ее волос. Этот аромат был одним из тех ощущений, что означали для меня «Хисон». Это была, безусловно, она. Я был не одинока в своих попытках переварить эту ситуацию. Многие из присутствующих были точно так же сбиты с толку и удивлены. Они наверняка думали что-то вроде: ''Разве этой девушки не должно было не существовать? '' Я просто остолбенела, увидев их реакцию. Нет слов. Хисон видели все. «Как это может быть, ты и есть Хисон?» — робко задал вопрос человек в майке. «Да, я и есть та самая никчемная Хисон, » — ответила она, после чего мужчина хлопнул меня по плечу. «Слава богу! — рассмеялся он. — Кто бы мог подумать, она и впрямь существует. А вы и правда миленькая! Я даже завидую!»       И только я всё еще не понимала что происходит. Почему Хисон здесь? Как остальные могут ее видеть? «Так Хисон… Хисон и правда была, — сказала старшеклассница, округлив глаза. — Да… Так или иначе, ты точно такая же, как я себе и представляла.»       Друг Квона, стоявший где-то в задних рядах этой толпы, предложил всем оставить нас наедине. И люди, подшучивая и поздравляя нас, начали расходиться. Я поблагодарила его. «Пожалуй, Хисон оказалась в моем вкусе, — рассмеялся он. - Удачи вам обоим. Будьте счастливы.»       И мы остались одни. Девушка взяла меня за руку, и объяснила: «Странно, не так ли? Как я могу быть здесь? Как остальные могут меня видеть? Всё просто… Я сделала то же самое, что и ты.» «То же самое?..       Пару секунд спустя, я поняла что она имела в виду. «Как много… ты продала?» «Столько же. Я продала всё. Всё, кроме трех дней.»       Я побледнела. «Как только ты продала свою жизнь, другой наблюдатель связался со мной. Он сказал мне, что ты продала нечто большее, чем свою жизнь, чтобы погасить большую часть моего долга. Как только я услышала это… я решилась. Он утряс все формальности.»       Конечно, я должна была расстроиться. Человек, ради защиты которого я пожертвовала всем, предал мои устремления, и выбросил свою жизнь прочь — я должна был огорчиться. И все же я был счастлива. Ее предательство, ее безрассудство, было для меня дороже всего на свете. Хисон села рядом и прижалась ко мне. «Весьма впечатляюще, Госпожа Йун. Выкупить большую часть моей жизни за счет каких-то тридцати дней… Позволь мне извиниться. Я отвергла ту жизнь, ради которой ты так старалась. Я такая глупая.» «Глупая? — сказала я. — Это я идиотка.»       Хисон радостно рассмеялась и прижалась подбородком к моему плечу. «Благодаря тебе, моя жизнь тоже приобрела немного ценности. Так что, долг не только погашен, но еще и осталось прилично. Куда больше чем мы сможем потратить за эти дни.»       Слезы полились снова, но и у Хисон они текли тоже, поэтому я выкинула эти мелочи из головы.       Я умру, не оставив позади себя ничего.       Возможно, какой-нибудь любопытствующий и вспомнит меня — вероятно как дурака, но куда более вероятно, что все просто забудут.       Но я не против.       Мне не нужна вечность, о которой я когда-то мечтала. Я не против, если меня никто не вспомнит.       Потому что она здесь, со мной, улыбается.       Просто поэтому, я могу простить и забыть все остальное. «Что ж, Госпожа Йун.» Хисон повернулась ко мне с милой ухмылкой. «Как вы планируете провести эти дни?»       Я верю, что эти три дня, по сравнению с печальными тридцатью годами, которые я могла бы прожить, по сравнению с достойными тридцатью днями, которые я могла бы прожить, будут намного, намного ценнее.