Ограбление по-корейски

      — Давненько я этим не занимался, — сказал Чонин, приступая к работе с документами для Чанбина, — Можешь мне сказать свою дату рождения?       — 11 августа 1992 года.       — Место рождения?       — Сеул.       — А поконкретнее?       — Ой, да на, просто спиши! — Чанбин кинул Чонину на стол папку со всеми своими документами.       — Спасибо, — Ян, как ни в чём не бывало, продолжил вводить буквы и цифры в шаблон диплома об образовании.       Закончив с документами, пора было устраиваться в банк.

***

      — Чанбин, ты точно справишься? Не будешь язвить?       — Чем больше говоришь, тем больше действуешь мне на нервы...       — О чём я и говорил... Просто попробуй быть помягче на собеседовании.       — Да заткнись ты, знаю! Всё, я пошёл, — к удивлению Чонина, мужчина направился в здание Центрального банка не такой походкой, как обычно: размашистой и слишком уж самоуверенной, а медленной, держа свою осанку ровной.       Буквально через 15 минут Чанбин уже шёл обратно.       — Так быстро? Ты там им, случаем, не угрожал?       — Слышь, захлопнись!       Со следующего дня Чанбин приступил к работе в банке.

***

      Прошло 2 недели. От Чанбина ни слуху, ни духу. На часах 11 вечера.       — Может не стоило его вообще брать к нам в команду... — начинал пессимистично размышлять Феликс.       — Да он стопудово просто свалил, так как это работа не для "таких высокопоставленных и многоуважаемых лиц", как он, — подтверждал слова друга Минхо.       — Ребята, всё хорошо. Не думаю, что он из тех людей, которые просто возьмут и уйдут, ничего не сказав. Он объявится, обещаю, — успокаивал всех Сынмин.       — Да чем ты можешь это гарантировать, а? – начал спорить с ним Минхо.       — Ой, да не начинайте... — улыбаясь, остановил их маленькую стычку Чонин. — Когда Чанбин шёл в банк, было заметно, что он серьёзно настроен на миссию. Да, этот парень тот ещё засранец, но не думаю, что он бы бросил нас.       В этот момент раздался звонок в дверь.       — Да не уж то... — начал Минхо.       Сынмин открыл входную дверь и увидел на пороге Чанбина.       — Проходите! — с улыбкой пригласил его в дом парень.       — Явился не запылился. Хоть бы раз позвонил или написал о том, где ты, что ты... — Минхо не переставал пререкаться с Чанбином.       — Что-то ты сегодня слишком грубый. Какая муха тебя укусила? — спросил Чонин.       — Да у него сегодня с ноутом какие-то неполадки, вот и бесится, — объяснил необычное поведение своего напарника Феликс.       — Ну так что, как всё прошло? Что нового узнали? — заваливал вопросами Сынмин. Чанбин сел на диван и развалился на нём, показывая ясное бессилие.       — Неужели всё так плохо?       — Да не в этом дело... Просто... тяжело всё время стоять и следить, чтобы никто ничего не учинил.       — Я же говорил, что это работа не для "таких высокопоставленных и многоуважаемых лиц".       — Да заткнись ты, четырёхглазый!       — Правда, Хо, хватит злиться на всё, что движется, — пытался успокоить его Феликс.       — Короче, охрана там хорошая, но есть некоторые бреши. Нужно подгадать день, когда на смену выйдут именно те охранники, которые нам нужны. Среди них Пак Тэгун и Ким Уджэ. Они наименее бдительные, особенно в ночное время суток.       — Ого, вы так хорошо постарались! Я вам очень благо...       — Благодарить будешь потом.       — В любом случае мы узнали всё, что нам было нужно. Теперь пора готовиться к наступлению.       — А малой чё всё время молчит? — Чанбин указал пальцем на сидящего в стороне ото всех Джисона.       — Я... просто... не знаю, что говорить.       — Эх, поколение интровертов...       — Говоришь как дед, — пошутил Чонин, — Тебе сколько вообще лет?       — 30, а что?       — Ну теперь всё понятно...       — Что тебе там понятно? Вам-то всем сколько?!       — Уж точно меньше, чем тебе.       — Ты что, огрызаться со мной вздумал, а? Жить надоело?       — Да тихо, тихо... Дедуля не должен перегружаться. Вон, приляг лучше на диванчик.       — Да я тебе щас...!!!       — Они так сдружились... — удивился взаимоотношениям старших Феликс.