Гостьи из прошлого

      Маргарета вдумчиво рассматривала фотографии однополых свадеб. Особенно внимательно смотрела на освящающих брак священников. Иногда брак освящала женщина. Священница! Маргарета бросила «волшебное зеркало» на кровать и принялась метаться по комнате, как оса, ищущая кого ужалить. У неё никак не укладывалось в голове, как это возможно?! Ведь женщины порочны от рождения!       Вернулась Алкиона с прогулки, на которую всё-таки решилась пару часов назад. Она вся прямо светилась от удовольствия.       - Так ты нашла рынок? – спросила Маргарета.       - Нет, я заблудилась, мне помогла местная стражница добраться до этого жилища.       - Какая ещё стражница?       - Довольно симпатичная.       - Я имею в виду, как девушка может быть стражницей? И насколько она была симпатичной? – Маргарета почувствовала непонятное раздражение.       - Это будущее! Здесь женщина может быть кем угодно. Разве это не прекрасно?       Светлая мысль напоролась на замок с башнями из церковных догм, но Маргарета немного задумалась. Последнее время она часто прислушивалась к Алкионе. Они стали ближе. Только Алкиона не рисковала больше домогаться монахини. И вообще поменьше её трогать. Хотя порой очень хотелось.       Стоя под тёплым душем и наслаждаясь этим благом цивилизации, гречанка вспоминала, как сильные руки монахини связывали её руки и ноги. С одной стороны, эта одержимость устрашала. С другой стороны, тело у Маргареты было прелестным – светлая кожа, нежно-розовые соски, пушок светлых волос над стройными соблазнительными ногами. Алкиона опустила руки к своему чёрному пушку и стала себя ласкать, закрыв глаза. Она представляла, как после связывания Маргарета начинает трогать её, а не молиться. Эта фантазия была столь возбуждающей, что жрица достигла пика всего за минуту. Сладко постанывая под горячим душем, она продолжала грезить о монахине. Жаль, в реальности та была слишком непорочна.

* * *

      Сибирь шла домой, хлебая купленную по пути водку и стараясь забыть то, что видела в Аду. Покачиваясь, она шла по парку и с ужасом заметила знакомые лица. Спрятавшись за дерево, она наблюдала за Маргаретой и Алкионой. Сейчас они были в неприметной одежде и выглядели… нормально. Тёмненькая не пялилась на всё вокруг, будто попала на другую планету. Светленькая, что раньше носила монашескую робу, не молилась. Они разглядывали православный храм и что-то обсуждали на незнакомом языке. Возможно, Сибирь ошибается? Это не те самые косплеерши, с которыми её утянули в Ад?       Похлопав себя по лицу и немного протрезвев, Сибирь оставил бутылку и отправилась на выход из парка. Она всё ещё пыталась убедить себя, что всего лишь словила белочку.       - Эй, привет! – донеслось откуда-то сверху.       Сибирь растерянно подняла голову. Голос шёл откуда-то из ветвей.       - Ты не видела, тут Стейси проходила? – на ветку прыгнула рыженькая белка и любопытно смотрела на девушку, ожидая ответа.       Сибирь довольно долго молчала. Потом несколько раз посмотрела по сторонам.       - Н-нет. Я такую вообще не знаю.       - Эх, ну, ладно тогда, - поникшая белочка скрылась в кроне.       Сибирь крепко задумалась над тем, чтобы бросить пить. Она брела домой, всё больше трезвея и печалясь. Сохранить разум или избавиться от тяжких дум? Пить или не пить? Вот в чём вопрос. От невыносимой дилеммы её избавил странный горбатый мужчина.       - Сибирь? Это я, ксеняморф, я сменил маскировку.       - Чевобль? Ты же только что в портал прыгнул!       - Ты же знаешь теорию относительности?       - Я всё-таки брошу пить, - твёрдо пообещала девушка и хотела пройти мимо, но горбун цепко схватил её за запястье.       - Э, чёзанах? Подожди, ты настоящий? – Сибирь ощупала кривое лицо и горб. – Вроде настоящий.       - Я искал кого-нибудь, кто поможет мне установить контакт с А.       - Чё? Не! Только не я! Я еле оттуда вылезла!       - Возможно, мы сможем найти компромисс.       - Да иди ты нахрен, чё те ваще надо?! – Сибирь нервно выдернула руку, за которую всё держался ксеняморф.       - Я несколько переоценил свои возможности. Прошу выслушай! – взмолился горбун.       От мольбы Сибирь замешкалась. Этот ксеняморф, похоже, был в отчаянии.       - Абаддончик слишком неуёмный. Он уничтожает всё, до чего прикоснётся. Я едва смог долететь до Земли, и теперь кораблю нужен капитальный ремонт.       - А чего ты не остался у этих – мужских галактик?       - Меня выгнали, - всплакнул ксеняморф. – За чулки, ты представляешь?! Ну, ещё за то, что я последний самец ксеняморфа. Оказывается, мы вымерли от чрезмерного подражания женщинам, что вызвало мужской гнев всех видов, чьи самки были нами соблазнены. Мне даже вещи не дали собрать!       - Мдауш, жесть. Слушай, я тут ничем не помогу. Только вот те девушки, - Сибирь указала на Маргарету и Алкиону, - могут что-то знать. Их вытащили из Ада намного раньше меня.       Ксеняморф посмотрел на покачивающуюся Сибирь и решил отстать. Выглядела она и правда не слишком внушительно.       - Ладно, попробую, - ксеняморф был отчаянном положении и направился в парк.       Сибири стало любопытно.       Инопланетянин легко разговорился с девушками с помощью технологии распознавания речи. Для Алкионы он стал воплощением Гефеста, а для Маргареты – падшим ангелом, ищущим помощи. Главное, что он смог уговорить их помочь.       Троица пришла в лес, где среди деревьев была замаскированная летающая тарелка. Едва открылся шлюз, как на них пахнуло говном. Абаддончик обосрался и размазал говно по всей рубке. Сама рубка была в плачевном состоянии: многие детали вырваны, провода торчат, местами сыплются искры. Абаддончик, перемазанный говном, уплетал еду из тюбиков, от его огненной отрыжки плавился пульт.       - О, нет! – от волнения у ксеняморфа повылезали тентакли, но его спутниц это не смутило. Мало ли у божественных существ анатомических причуд?       - Так, есть тут вода? Мальчика надо искупать, - Маргарета с суровым видом оглядела разгром. У неё было шесть братьев и сестёр. До монастыря она пять лет с ними няньчилась, пока половина не умерли от чумы, а вторая половина не ушли в крестовый поход.       Алкиона тоже не была белоручкой в этом плане. Быстро искупав малыша, они его запеленали, как умели, вышли из корабля и стали звать ксеняморфа. Но безуспешно. Горе-папаша сбежал. Такова уж было их природа, из-за которой они и вымерли.       Эпилог       Сибирь смогла добраться до дома и ушла в запой.       Алкиона и Маргарета решили остаться в XXI веке ради Абаддончика. Вскоре они уехали в Грецию, где вступили в гражданский союз и усыновили дьяволёнка.       Ангелины и чертовки продолжают борьбу за человеческие души.