Chapter 18: Ветка развития отношений Намгуков — начало
1 октября 2022 г., 18:00
Намджун живет у Чонгука уже недели три и пора бы уже съехать, хотя как сосед Чон очень удобный: готовить умеет, неконфликтный, как бы это Нама не бесило, чистоплотный до чертиков, постоянно чем-то занят и не сидит на месте. По сравнению с гаммой, бета ощущает себя абсолютной развалюхой, наблюдая за тем, как младший аки сайгак носится по каким-то своим важным делам, связанными с работой.
Джун же не имеет возможности даже записать какой-то трек, ведь вся аппаратура осталась в США, что очень его расстраивает. Именно по этой причине ему постоянно нечего делать: он слоняется по квартире, старается не вредить быту просто потому, что с подачи Кима может развалиться буквально каждый предмет от любого тычка.
И как бы репер не пытался поссориться с журналистом, буквально все и сразу шло прахом: этот гаденыш находил к нему подход в любой ситуации, что очень бесило пепельноволосого, который вечно к нему цеплялся от скуки.
В одну из таких попыток к нему прикопаться Чон придавил Нама к стене и шикнул на него:
– Может, ты лучше найдешь работу, а то ты злой такой, что кошмар. От безделья дохнут кони, а ты вообще, походу, решил ласты склеить сразу, старичок.
– Я репер, а не работник ручками – кроме музыки, ничего не интересует, а здесь даже нет нужной аппаратуры, чтобы заниматься тем, что я умею, – рыкнул в ответ Намджун, сверкнув глазами на младшего за его «старичка».
– Так найди студию для звукозаписи, думаю, тебе уж точно могут разрешить пользоваться их аппаратурой, раз ты такой крутой и известный репер, – отпустив старшего, парень отошел от него на несколько шагов и пошел на кухню заваривать кофе.
– Ладно, я подумаю над твоими словами, – хмыкнул Нам, постепенно успокаиваясь, и закатил глаза, направляясь в зал.
Плюхнувшись на диван, он открыл в телефоне карту города и стал искать студию звукозаписи. Найдя ту, которая находится не так далеко и имеет достаточно хороших отзывов, Ким скопировал номер и набрал его.
– Да, алло, я хотел поинтересоваться, могу ли я использовать вашу звукозаписывающую студию для своего нового альбома? Я RM, да, вы правильно распознали мой голос. Да, хорошо, спасибо, я скоро подъеду, до встречи, – Нам спокойно положил трубку и отправился на встречу.
– И куда ты уже собрался, а? – уточнил Чон, держа в руках чашечку кофе и рассматривает взбудораженного бету, которого едва ли не потряхивало от радости.
– Да так, нашел одну работенку, вернусь поздно, так что если вдруг что-то будешь готовить, то оставь и мне, а то я тебя знаю: съешь все и мне не оставишь ни крошки.
– Идет, о ненасытный, – со смешком ответил Чонгук, улыбнувшись слабо, и помахал ему рукой на прощание.
***
Намджун приехал в довольно милое местечко, которое являлось не особо притягательным, но и не слишком обшарпанным. Нам улыбнулся, хмыкая своим мыслям об этом месте, и вошел внутрь, в небольшое помещение, которое было почти полностью пустым: один маленький диванчик, журнальный столик и фикус. Подойдя поближе, бета недовольно фыркнул: растение было искусственное. Услышав в одном из коридоров ругань, репер решил не задерживаться; уже издалека доносились весьма возмущенные возгласы на тему отсутствия серого вещества у некоторых индивидуумов. Ким прошел по не особо длинному проходу и открыл дверь, из которой и была самая лучшая слышимость. – Мать твою, да как тебя вообще земля носит, а?! Р’азве я тебе не говор’ил, что вр’ать – плохо?! – произнес возмущенно небольшого роста пухлый мужчина лет 30, довольно заметно картавя. – Добрый день, – отозвался спокойно Нам, наблюдая за тем, как из злого толстячка, главного, походу, в этой студии, он превращается в улыбчивого и почтительного, слабо кланяясь ему. – Добр’ый день, я очень р’ад, что вы р’ешили выбр’ать именно нашу студию. Чем мы вам можем помочь? – осведомился тот, смотря прямо на Намджуна, преданно и даже как-то немного льстиво заглядывая в глаза младшего. – Я бы хотел использовать ваше оборудование для своих нужд, если вы не против. Мне очень нужно записать следующий альбом, а у меня, как на зло, нет с собой нужных вещей, – разведя руками, произнес Нам, вздыхая. – Да-да, вы можете взять все, что вам нужно, конечно-конечно! Не будем вам мешать, – мужчина стал быстро утягивать своих двух помощников в соседнюю комнатку, оставив Намджуна один на один со своими мыслями. Осмотрев помещение и присев за рабочее место, бета потер довольно руки и улыбнулся. Теперь существует только он и его любимая работа, которую молодой мужчина очень любит и ценит. Ему даже дышать, как показалось, стало намного проще среди знакомых для него вещей и всей этой аппаратуры. Ощутив себя в своей стихии, Нам взялся руками за мышку и хмыкнул, собравшись с мыслями. – Ну, что ж, начнем.***
Намджун провозился со своей работой не менее двух, а то и трех часов, стараясь вникать в каждую деталь, серьезно относясь ко всему, что ему подсовывали временные «коллеги», старающиеся помочь Наму упростить работу и сделать ее мобильнее и живее. И вправду, первая версия песни уже звучала ничего так, особенно если учитывать то, что он работал не сам, как до этого, а в команде. Хотя поначалу бета помощи не просил и лишь ненавязчиво пытался от нее отделаться, но, видимо, рабочие звукозаписывающей студии совершенно не разделяли его желание побыть наедине и подумать обо всем самостоятельно. А главный не только лез помогать самым первым, так и еще периодически подкармливал Нама, который явно уже стал подозревать, что скоро растолстеет с таким темпом и не будет под конец работы пролезать в дверной проем. Но его подозрения не оправдались, и Ким не выкатился из студии, а спокойно вышел, будучи в приподнятом настроении, ведь наконец начал делать что-то. Решив, что на сегодня с делами покончено, пепельноволосый с чистой совестью направился ловить такси и назвал адрес кафе, в котором не только подают отменную выпивку, но, как говорил как-то ему Юн, отменную выпечку и кофе. Кофеин уставшему организму не помешает, хоть он и выпил за три часа не менее 3-4 кружек. Тихо зазвенел колокольчик у входа, когда Джун зашел внутрь, и молодого мужчину сразу окутал запах свежеиспеченных булочек и бодрящего напитка. Нам невольно улыбнулся, погружаясь в эту умиротворенную атмосферу, и облюбовал себе столик у окна, терпеливо ожидая официанта. – Добрый день, что будете заказывать? – не прошло и минуты, как к нему подлетел улыбчивый паренек не особо крепкого, но и не хрупкого телосложения. Принюхавшись, бета понял – перед ним гамма. Очень милый и привлекательный, если судить по внешности. Но когда Нама она заботила в первую очередь? Намджуну важно увидеть сначала наличие мозгов и умение ими пользоваться у кандидата, а уж потом все остальное. Что довольно забавно, парень его разглядывал во все глаза с явным интересом, но старался это скрыть. Неудобно все-таки рассматривать посетителей столь бесцеремонно. Во взгляде читалось удивление и даже какое-то восхищение. Но, взяв себя в руки, официант решил ничего не говорить и просто принять заказ у восходящей звезды, которую уже успели раскрутить продюсеры в США и за его пределами. – Добрый день. Хм… Пожалуй, я буду американо и лимонный чизкейк. На этом все, – репер решил не пугать паренька своим изучающим взглядом и посмотрел на него спокойнее, и улыбнулся в ответ. Такому человеку грех не подарить ответную улыбку, даже после самого тяжелого и изматывающего тебя морально дня. – Хорошо, ожидайте, скоро принесу, – кивнул гамма и умчался на кухню. На счастье Намджуна, посетителей было немного, поэтому бегать и надрываться официанту не приходилось, и по этой же причине его заказ был подан быстро. Нам даже заскучать толком не успел, лишь осмотрел окружение и отметил, что здесь совсем недавно прошел косметический ремонт. В воздухе все еще витал запах краски, который не успел выветриться до конца. И стены радовали глаз приятным, слегка приглушенным оранжевым оттенком. – Благодарю, – кивнул бета, улыбнувшись ещё раз пареньку, и спокойно стал попивать кофе, и ложечкой ковырять чизкейк, прищуриваясь и слегка поджимая пальцы на ногах от удовольствия и взрыва вкуса на языке. – На здоровье, – хмыкнул гамма и ускакал выполнять оставшиеся заказы, разнося с подноса кофе и выпечку. Хоть есть молодой мужчина старался небыстро, вскоре десерт полностью растаял на языке, а последняя капля напитка капнула на стол. Намджун тут же спешно стал вытирать – не хотелось доставлять проблем со своей неуклюжестью. Какой бы «важной» персоной он там ни был, все же не стоит забывать о банальных правилах приличия. Хотя, если задуматься, Нам себя не ощущает ею, даже спустя столько лет нахождения в свете софитов и почти под неусыпным вниманием репортеров. Благо, что сюда он прилетел анонимно, и его узнать могут только некоторые люди, которые, к его же великому счастью, не пытаются как ненормальные орать и просить автограф, тем самым выдавая его пребывание в Южной Корее.***
Покончив со всем и оплатив счет, Намджун вновь вызвал такси и направился к дому. «Забавно, что я это место уже называю домом, хотя это даже не моя квартира», – фыркнул Нам, улыбнувшись своим мыслям, и спокойно рассматривал огни, и проплывающие мимо него здания, людей, машины. Он даже не заметил, как оказался возле нужного подъезда, задремав на полчаса. Веки постепенно наливались свинцом, и он отрубился, убаюканный спокойствием и размеренной ездой без единой ямы на дороге. Разбудил его водитель, осторожно и тактично кашлянув, чтобы не сильно дергать клиента и не пугать его. – Ох, прошу прощения, что-то я задремал. Вот, сдачи не надо, небольшая компенсация за простой, думаю, должно хватить, – улыбнулся неловко Намджун, выходя из машины, и направился к дому. Поднимаясь на лифте, Нам даже подозревать не мог, что Чонгук может отреагировать на его появление. – Чонгук, я вернул… Кхм… Что ты… Твою мать… Делаешь? – удивленно спросил Нам, запинаясь почти на каждом слове из-за резкого выхода воздуха от соприкосновения спины со стеной. – Это что ты делаешь. От тебя прет каким-то гаммой, – рычит Чон, сощурившись. Взгляд его горел злобой, на лице играли желваки, а сам он не мог избавиться от раздражающего чувства внутри, которое жгло его, от страшной догадки, которую он сам себе и придумал. Не дав Намджуну оправдаться, Чонгук вжал тело напротив своим, не давая выбраться и впился своими губами в губы Нама. Сказать, что бета ахуел – значит не сказать ничего. Ну не ожидал старший такого жаркого приема, будто он что-то натворил. Не став сильно долго опираться, пепельноволосый ответил на жадный поцелуй, в котором явно прослеживалась нотка безумия и…злобы? Весьма странно, если задуматься над причиной. Потому что ее как раз и не было. О чем вообще говорил Гук, сказав, что от него прет гаммой? Что за бред вообще? Парень же ни с кем даже не стоял рядом и специально не терся об человека, чтобы оставить запах на своей одежде. В то время как Намджун задумывался о причинах поведения младшего, брюнет предпочел не думать, а действовать, заставляя своими действиями забыть и забить абсолютно на все. Раствориться и отвечать так же страстно, жадно, жестко, до крови искусывая губы и заставляя пламя внутри разгораться пожаром, окутавшим обоих и поглощающим их без остатка.
