Динамит для сердца

      Я заселился в общагу. Помощник коменданта назвал мне номер комнаты, выдал ключ, и я потащил свои вещи наверх. Вот оно, мое новое жилище. Мне было интересно, кто будет моим соседом, и удастся ли нам поладить. Дверь не была заперта на ключ, значит мой сосед уже там. Я повернул ручку, открыл дверь и вошёл. — Привет, я Азуру Сатомаки.       И в этот момент пальцы разжались, и моя сумка со стуком упала на пол. Моим соседом оказался Кобаяши Макишито. — Ты? Как… Как ты тут оказался? — Я поступил в этот университет. Ты не знал? — Нет. — И почему я не удивлён? Ведь ты никогда никого не замечал.       Я растерялся. Действительно, после того случая в раздевалке я сторонился Кобаяши Макишито и его парней. Я прибился к компании Такеши, лишь бы перестать быть одному. И благодаря помощи Такеши смог хорошо сдать экзамены и даже поступить сюда. Кто бы мог подумать, что здесь я встречу этого придурка, и мы окажемся соседями по комнате. — Ты куда? — Мне нужен комендант или его помощник. — Хочешь поменять комнату?       Я смотрел на Кобаяши, он на меня. — Раз уж я буду здесь жить, мне нужен стул. На одном мы не уместимся.       Я вышел из комнаты и закрыл дверь. Да уж, сюрприз… Так началась моя студенческая жизнь.       Не могу сказать, что проживание в одной комнате с Кобаяши Макишито сильно на меня давило. Он оказался, в принципе, неплохим парнем. Я старался не сильно заморачиваться по поводу его отношений с парнями из его школьной компании, но похоже, что они больше не общались. Как и я, Кобаяши в университете начал новую жизнь.       Мы не только оказались соседями по комнате, но и поступили на один факультет, на одну специальность, и были зачислены в одну группу. Когда я узнал об этом на первом же занятии, в моей голове пронеслась одна мысль: «Судьба». Но Кобаяши не навязывал мне своё общество. Он достаточно быстро перезнакомился со всеми в группе, а затем и на факультете. Надо признать, что он легко сходился с людьми, в отличие от меня. Несмотря на то, что факультет был техническим, на потоке было много девушек. Может быть со временем я смогу завести подружку, а пока я ходил и возвращался с занятий в одиночестве.       Кобаяши наоборот, записался в какие-то комитеты, и стал частенько задерживаться в университете после занятий. Меня все устраивало в этой ситуации. Но однажды Кобаяши притащил вечером какого-то парня и заявил, что тот останется на ночь. Это был удар под дых. Мне почему-то казалось, что между нами существует негласное соглашение, и мы не будем тащить наших партнёров туда, где живём. Похоже, я снова ошибся. Быть свидетелем их секса мне совершенно не улыбалось, поэтому я спросил в какой комнате живёт пацан и отправился ночевать туда. Такая ситуация повторялась ещё несколько раз. Пацаны всегда были разными, и внешностью тоже отличались. Либо Кобаяши ещё не осознал какой тип парней ему нравится, либо был всеяден. Утром, приходя в свою комнату, я неизменно заставал Макишито на моей кровати в обнимку с моей же подушкой. И отговорка у него всегда была одна и та же — он, как гостеприимный хозяин, уступал свою постель гостю. Поэтому выхода у него, кроме как спать на моей кровати, не было. Почему он не спал вместе со своими партнерами я понять не мог, но и его спрашивать не хотел.       Со временем я стал замечать одно изменение, произошедшее в моём соседе — иногда я ловил на себе его пристальный взгляд, словно он сканировал меня, словно проверял — весь ли я вернулся домой. Не скажу, что меня это сильно беспокоило, но иногда где-то из глубин памяти всплывала сцена в спортивной раздевалке, когда Кобаяши говорил: «Смотри на меня, Сатомаки. Это то, что я хочу сделать с тобой». Но ведь он ни разу не позволил себе распустить руки или сказать в мой адрес какую-нибудь пошлость. Поэтому я просто гнал от себя эти воспоминания и наваливался на учёбу.       В один прекрасный вечер Кобаяши притащил нового парня, но на мой вопрос, в какой комнате он проживает, последовал совершенно неожиданный ответ. — Он живёт в городе, Сатомаки, тебе придётся остаться.       Это был просто пиздец.       Я лег в кровать и отвернулся — совершенно не хотел видеть, что творится на соседней кровати. Если бы я мог ещё отключить слух! Но их стоны… эти влажные звуки, которыми наполнилась комната… запах, исходящий от двух парней, активно занимающихся сексом… С ужасом я понял, что у меня произошла эрекция. И что мне теперь делать? Я пытался отвлечься, занять голову другими мыслями. Блядь, да хоть устным счётом! Всё было бесполезно. Я вспомнил как занимался любовью с Шизуи сенсеем, вспомнил полный ненависти взгляд Кобаяши Макишито, которым он смотрел на меня когда-то. Я молился всем богам, чтобы сейчас Кобаяши не заметил, чем я занимаюсь под одеялом, повернувшись к ним спиной. Потому что я отчаянно дрочил, наглаживая свой так не к стати вставший член. И вдруг поймал себя на мысли, что подстраиваюсь под темп, задаваемый скрипом кровати Макишито. У меня слишком давно не было секса, а ведь я уже попробовал его. Теперь организм отчаянно напоминал мне, чего он хочет. Я так увлекся процессом, что сумел кончить вместе с парочкой на соседней койке.       И что мне теперь делать? Не мог же я встать и пойти в душ, откровенно продемонстрировав, чем тут втихаря занимался. Придется ждать, когда они уснут, либо встать завтра раньше их. Пока я размышлял как лучше поступить, по полу раздались тихие шаги, замершие у моей кровати. Подняв глаза, я встретился взглядом с Кобаяши, который молча протягивал мне салфетки. Значит, он все понял. Это был полный пиздец.       Утром я свалил из комнаты как можно раньше. Пока собирался, старался не смотреть на соседнюю кровать, где в обнимку лежали Кобаяши и его партнёр.       Однако после этого случая Кобаяши почему-то перестал таскать парней в нашу комнату. Не знаю, может они ходили в другие комнаты, или шарились по углам, или снимали номер в мотеле, но в своей постели он больше никого не трахал. Мне бы вздохнуть с облегчением, но…       У меня после этой ночи словно сорвало крышу. Я понимал, что безудержно хочу секса. Я хотел чувствовать прикосновения мужских рук к себе, хотел поцелуев, хотел почувствовать внутри себя член. Эта сволочь Макишито снова лишил меня покоя. Но все, что он делал — это просто смотрел на меня своим тяжёлым взглядом, словно оценивая. Хищник, наблюдающий за добычей.       Я эту пятницу пришёл в общагу позже него. Так уж получилось, что меня задержали на кафедре, потом я зашёл в кафешку и встретил там девчонок со своего курса. Мы немного поболтали ни о чём. Вроде бы и времени прошло немного, но когда я пришёл в комнату, Кобаяши уже был там. Меня снова встретил взгляд, проверяющий целиком ли я вернулся, и я сорвался. Я приблизился к сидящему за столом Макишито. — Я сегодня встретился с девчонкой.       Тяжёлый взгляд. Словно два черных бездонных колодца уставились на меня. — И мы целовались. — Поэтому от тебя так мерзко несёт ее духами? — А мне нравится.       Я хотел его разозлить, потому что сам был на него зол. Посмотрим, что он сделает. Я отправился в душ. А когда помылся, то специально вышел в одном полотенце. Я сознательно провоцировал Кобаяши. Прошёл к входной двери и положил руку на дверную ручку. Меня остановил его окрик. — Куда собрался в таком виде? — Никуда. Мне показалось, что дверь открыта, хотел проверить. — Дверь закрыта.       И уже из дверей душа добавил: — И закрыта хорошо.       Я усмехнулся. Похоже, что моя провокация удалась.       Дверь действительно была закрыта хорошо — на ключ. Я сел на свою кровать и стал ждать. Много времени это не заняло — Кобаяши вышел из ванной. Я смотрел на мелкие капельки воды, падавшие с кончиков волос на его грудь, и представил, как слизываю их. Дорожка из темных волос протянулась от пупка вниз и пряталась под полотенцем, опоясавшем его бёдра. Живот стянуло узлом. Он подошёл ко мне практически вплотную. — Почему ты до сих пор не оделся? — А зачем?       Я поднял на него бесстыдные глаза, протянул руку и развязал его полотенце. Моему взгляду предстал налитый кровью член, красноречиво говорящий о его намерениях. — Разве ты не собирался снять её с меня?       Я приблизился к Кобаяши и взял в рот головку его члена. Я посасывал её, облизывал языком налитой ствол и снова возвращался к головке. У меня не было желания доводить Кобаяши до оргазма ртом, но я хотел сделать ему приятно. Однако моё желание ощутить этот член в себе росло с каждой секундой. Я дразнил дырочку на его головке и параллельно ласкал второй рукой свой собственный член. Кобаяши оттолкнул мою голову от себя и опрокинул меня на кровать. Наконец-то он прикоснулся ко мне, и от этих прикосновений по моему телу прошла дрожь. Его губы захватили мои, и мы слились в поцелуе. Его язык проскользнул внутрь, нашёл мой, и мы переплели их. Наши руки трогали и гладили тела друг друга, мы тёрлись нашими членами и переплетались ногами. Я сходил с ума от желания. Мой член сочился предэякулянтом. Я жаждал ласк Кобаяши каждой клеткой своего тела. Достав откуда-то лубрикант, Кобаяши широко раздвинул мои ноги и ануса коснулась прохладная и вязкая субстанция. Внутрь вошёл его палец. — Аааааа.       Этот то ли стон, то ли просьба сорвался с моих губ, и я двинул бедрами навстречу этому пальцу. Кобаяши хищно улыбался. Он молчал; никаких пошлых фразочек, как я думал услышать, он не говорил. Его глаза пожирали меня, и снова на ум пришло сравнение с хищником и его добычей. Кто был добычей у меня сомнений не было. Это наполняло мое сердце радостью и предвкушением. Я и не заметил, что внутри меня двигались уже три его пальца, растягивая и разминая мой вход. Если он не войдёт в меня сейчас же, то я кончу не дождавшись. Но в планы Кобаяши это не входило. Он приставил свой член к моему подготовленному анусу и толкнулся вперёд. Как бы хорошо он не размял меня, моё тело выгнуло дугой. Я вцепился руками в его предплечья и двинул бедрами навстречу. Я хотел его внутри себя. Целиком. До упора. И он дал мне это. Его толчки были равномерными и глубокими, он растягивал стенки моего кишечника, задевая простату и наполняя меня неизъяснимым удовольствием. Сливаться с ним в одно целое… Не отпускать… Сжимать его член кольцом своих мышц… Всё это я делал чисто интуитивно. Кобаяши вбивался внутрь меня, а мне всё было мало. Я хотел ещё, хотел больше. Он ускорил свой темп, и в моих глазах рассыпались звёзды. Мы кончили одновременно, выплескивая сперму из своих членов и освобождая себя от того дикого напряжения, которое копилось в нас в последние дни. Кобаяши упал на меня, сгребая своими руками в объятия. Я прижимался к нему, пока меня била дрожь, зарывался пальцами в его густые волосы. Наконец, дрожь, сотрясающая меня, успокоилась, и я затих в его руках. Он приподнялся на локте и посмотрел мне в глаза. Сейчас из них ушла злость, а её место заняла нежность, от которой зашлось мое сердце. Я очень надеюсь, что в моих глазах он увидел отражение своих эмоций. Наши губы одновременно растянулись в улыбке.       Потом Кобаяши лежал на моей кровати, прислонившись спиной к стене, а я вытянулся вдоль его тела, удобно устроив голову на его животе, и обнимал его. Пальцы нежно перебирали мои волосы. — Кобаяши… — Да. — Я нравлюсь тебе. — Да. — Ты хочешь посадить меня в клетку или на короткий поводок со строгим ошейником. — Да. — Ты хочешь стать моим миром. — Да. — Ты не боишься? — Нет. — А я боюсь. — Чего? — Если ты не оставишь места я не смогу развиваться… И тебе станет скучно со мной… И ты уйдёшь от меня… — Дурак. Я не уйду от тебя, и тебе не позволю уйти. Ты сделал свой выбор сегодня. Думаешь, я не понял? — Ты правда понял? — Ты действительно целовался с той девчонкой?       Я не видел смысла скрывать правду от него. — Нет… От неё мерзко разило духами… Чуть не стошнило… — Азуру…       Это был чуть ли не первый раз, когда он назвал меня по имени. — Что? — Расскажи мне… Про тебя и Шизую сенсея.       Я заговорил. Я рассказал ему о том, как Шизуя сенсей пригласил меня после урока, о том, что произошло в кладовой спортинвентаря. О том, как он позвал меня к себе домой и мы занимались любовью. Я понял, что говорю, словно о героях давно прочитанной книги или когда-то просмотренного фильма. Это было всё интересно тогда, но сейчас я не был эмоционально затронут сюжетом. Это всё прошло без возврата. Наверно, Кобаяши понял моё настроение, потому что сказал: — Хорошо… — Что хорошо? — Хорошо, что ты перерос эти отношения, что ты это понимаешь. — А ты? Когда ты понял, что тебе нравятся парни? — Ну… где-то в середине средней школы. Когда у девчонок начинает расти грудь, и все парни начинают пялиться на них, я понял — мне это не интересно. Мне больше нравилось смотреть как взрослеют мои одноклассники. Когда мы переодевались на физру… знаешь, я глазел на них, а потом по ночам дрочил, как сумасшедший. Но мой первый раз произошёл на последнем году в средней школе. — Расскажи. Кто это был? Одноклассник? Или ты совратил малолетку?       Кобаяши рассмеялся. — Малолетку, скажешь тоже. Всё было прозаичнее. Моим первым мужчиной был учитель математики. Я видел, что он смотрит на меня по-особенному. И тогда я пришёл к нему сам и предложил обмен: он подтягивает меня по математике, а я взамен позволяю ему делать то, что он хочет.       Я молчал, не зная, что и сказать. — Так что у нас было деловое соглашение. Но знаешь, Азуру, я получил от этого сотрудничества больше, чем он. — Почему? — Подумай сам: я получал дополнительную подготовку по математике и плюсом уроки секса, и поверь мне, неплохие уроки. А он остался при своём, и вся его прибыль — молодой мальчик во временное пользование. Не самый равнозначный обмен, как думаешь?       Мне не хотелось думать о подобном рационализме. Я прижался губами к его животу. Было хорошо и спокойно лежать вот так рядом, ощущая его тепло. Сам не заметив, я провалился в глубокий сон. А когда проснулся, обнаружил, что Кобаяши всё ещё прижимает меня к своей груди. Мы спали на моей кровати, укрывшись одним одеялом, между моих ног было проложено полотенце, в которое впиталась вытекшая из моего ануса сперма Кобаяши. Мне было хорошо.       Я попытался встать, но он моментально прижал меня к себе ещё крепче. — Ты куда? — Кобаяши… Я хочу сегодня навестить родителей. Скоро начнется подготовка к экзаменам, и времени совсем не останется… Ты не хочешь навестить своих? — Нет. — Тогда… Хочешь пойти со мной? — Как твой парень? — Как мой друг.       Я почувствовал, что он напрягся. — Кобаяши, пойми. Мои родители очень традиционны. Я не хочу сейчас их волновать. Но я готов привести тебя как своего друга, соседа по комнате и одногруппника. Пойдёшь со мной?       Я лежал головой на его плече и водил пальцами по груди, рисуя узоры. — Но если ты откажешься, я не обижусь. — Правда не обидишься? — Правда. Но тогда отпусти меня. Чем раньше я уйду, тем быстрее вернусь.       Я выбрался из его объятий, заплатив за свободу парой-тройкой поцелуев, и стал собираться. Кобаяши продолжал лежать на моей кровати и наблюдал за мной. — Я пошёл. — Возвращайся не поздно, хорошо? Я буду тебя ждать.       Обратно в общагу я возвращался уже в темноте. На душе скребли кошки, а рот наполнялся горькой слюной, стоило только вспомнить сегодняшний разговор с родителями. И какого черта я не удержал свой язык! Идиот. Ведь я знаю их взгляды…