О том, как я спасла себя и Третью Реальность

Я сонно зевала. Вчера поздно легла. Теперь понимаю, почему многие не любят понедельник. Теперь я в их числе. Я положила голову на руку и повернулась к окну. Уже светло. То, что сейчас происходит на улице, мне казалось гораздо интереснее, чем урок алгебры. Тем более, эту тему я давно поняла, и раз за разом решать одно и то же — та ещё скукотень. Алиса, тяжело вздыхая, пыталась понять, что она в очередной раз сделала не так, раз ответы с учеником у доски не совпали. Эш, стараясь не палиться, сидела в телефоне, а Салли и Ларри, тихо переговариваясь, играли в морской бой. В дверь постучали. Неожиданно, но интересно. Может быть, ученик, опоздавший и перепутавший кабинеты, а может учитель или директор пришли спросить что-то, а может и шутка от какого-то подростка. Всё лучше, чем алгебра. Но я оказалась не права, причём по всем фронтам. — Класс, к вам новенькая, — сказала учительница, пропуская вперёд девушку со светлыми волосами, некоторые пряди которых были окрашены в светло-розовый цвет. — Рейчел Милтон, — она указала на вошедшую девушку. — У нас чё, каждую неделю новая ученица будет приходить? — сказал громко кто-то из пацанов. Класс заржал, а мы с Эш и Алисой хмуро переглянулись. — Привет! — она махнула нам рукой и села за первое свободное место. — Не повезло ей, — шепнула я Алисе, наблюдая, как Тревис уже что-то говорит своей новой соседке. — М-да, — резюмировала подруга. Но, похоже, они поладили. Тревис что-то говорил Рейчел, а та слушала, кивала и вместе с ним хихикала. Отвратительное зрелище. На перемене Рейчел так же болталась с Тревисом и его компанией. Видимо, она нашла себе друзей. Когда мы впятером пошли в столовую, Тревис видимо решил показать Рейчел, что он может. — Эй, тройка долбоёбов! — окликнул он нас, но мы проигнорировали его. — Безликий, немая и патлатый! Мы переглянулись. Что-то новенькое. Тревис нас так ещё не называл. Я обернулась и увидела, что их компания, в том числе и Рейчел, смеялись над нами. Вот почему-то уверена, что эти прозвища она придумала. — Ну хорошо ещё, что не глухая, — сказал кто-то из друзей, указывая подбородком на меня. Я повернулась обратно, махнув волосами. — Чё-то даже охранник молчит, — задумчиво сказал Тревис. Я не сразу поняла о ком он. Но, заметив, как скривилась Эш, вспомнила, что он называл ее так и раньше. Они продолжали ржать, а мы ушли в столовую. — За три недели у нас прибавилось три ученицы, — задумчиво сказал Лар, жуя купленный сэндвич. — Необычно, — кивнула Эш. — Было бы ещё лучше, если бы Рейчел общалась с нами, — заметила Алиса. — Угу, — подтвердила, с набитым ртом. — Она выбрала себе друзей, — пожал плечами Салли. — Её никто не заставлял. — Угу, — я сделала большой глоток чая. — Я думала, что она такая же как мы. Но, похоже, ошибалась. — Может это и к лучшему, — возразила Алиса. — Над ней бы так же издевались. — Да заебал он! — поставил на стол свою кружку Сал. — На нашей стороне пол класса! — На его — вся школа, — с небольшой грустью продолжила Эш. — Уйду на домашнее, и вас дразнить перестанут, — твёрдо сказал Салли. — Нет, чел, — покачал головой Ларри. — Мы уже в одной лодке, так что если ты уйдёшь, то просто напросто бросишь нас. Трапеза продолжалась молча. Каждый думал о своём. Я же не могла избавиться от какого-то беспокойного чувства. После школы мы всей компанией пошли ко мне. Это стало уже привычкой, и как только рассказали об этом Эшли и Алисе, они начали ходить с нами. Мы переговариваясь обо всём и ни о чём. На дороге перед нами была большая лужа. Ничего удивительного, ведь ночью был ливень. Мы пошли обходить её по дороге, и только Ларри отстал, так как пошёл по другой стороне. — Блять! — раздалось сзади. — Мои кроссы! — Лар поднял ногу и осмотрел свою обувь. — А, — он поднял брови. — Они не мараются. Мы посмеялись. Ларри пошёл дальше по грязи. — Реально не мараются! — он удивлённо шёл дальше. — Нет, блять! — он снова поднял ногу. — Замарались! Ну ёбаный рот! Мы, глядя на эту картину, расхохотались. — Не смешно! — возразил патлатый. — Смешно, ещё как! — Эш заливисто смеялась. Ларри, матерясь и ругаясь, вытер грязь с кросовок о траву, и мы пошли дальше. У меня дома мы сначала попили чай, а потом все вместе сели за домашку. Алиса, Эш и Салли уселись по разные стороны стола, Ларри облокотился на стену и положил тетрадь на согнутые колени, а я в такой же позе, но на кровати. Алгебру и физику я сделала ещё в школе, так как особого желания делать это дома не было. Оставался только английский, с которым я справилась за 15 минут. Друзья, вздыхая, списывали у меня, а я валялась на кровати, смотря в потолок. — А может мексиканцам продать кокаин? — начала я петь песню, засевшую у меня в голове. — А может африканцам продать героин? — я начала болтать в такт ногой. — Продать по килограмму в Кувейт и Перу? Ну это пока так, я примерно беру. Кто-то из друзей хмыкнул. А я продолжила: — Денег нет платить за свет. Выхожу из дома. Кто-то пусть работает. Я хожу у до-ома, — я начала слегка качать головой. — Что-то стало грустно мне, нет теперь музона. Не звонят соседи мне, нет теперь музо-на, — я ненадолго замолчала, но так как никто ничего против не сказал, то стала петь дальше: — А пока мало нала, я пока думаю. Я пока стены зала думами двигаю. Голова не устала. Много я думаю. Вот, что я думаю:.. — Да-а, — хохотнул Салли. — А может мексиканцам продать... — я улыбнулась и перевела взгляд на окно. — Снег! — Снег? — переспросила весёлая Эш. — Африканцам снег бы пригодился лучше. — На улице первый снег! — я села и уставилась в окно, где уже начало темнеть. — Чего? — девушка подскочила и подошла ко мне. — И правда! Остальные так же пришли поглазеть на первый в снег. Казалось бы, только я не видела его несколько лет, но все удивлялись не меньше. — Завтра -5 градусов днём. Ночью вообще -9, — сообщила Эшли. — Ну блять, — растроился Ларри. — Это всё сейчас тает, а завтра будет лёд. — Отстой, — подтвердила Алиса. — Ура! — я одна была рада. — Зима! — я приложила руки к щёкам и радостно нксколько раз подскочила на носочках. Эш хмыкнула и вернулась за стол. Ребята последовали её примеру. А внезапная тревога резко испортила мне настроение. Я что-то чувствовала. Будто, что-то тёмное распространялось по дому. Будто сама реальность плакала у меня на плече. Но я не понимала, что это значит. — Что случилось? — спросила Алиса, заметив мою перемену настроения. — Мне нужен дуотин, — очень тихо, почти одними губами прошептала я. Алиса распахнула глаза и едва заметно кивнула, словно говоря, что достанет мне его. — Нужно рассказать им? — шепнула им Алиса. — Думаю, — я вздохнула. — Надо. Сначала я расскажу им свою историю. — Хорошо, — она тепло улыбнулась и вернулась за домашку. Когда все закончили, я позвала из на кухню, где и планировала всё рассказать. Заодно взяла листок и бумагу, чтобы зарисовать некотрые схемы. — Ты какая-то взволнованная, — сказал Салли. — Ребята, я хотела вам кое-что рассказать, — начала я. — Тайну тапочек? — хмыкнул Лар. — Да, — я улыбнулась. Парень удивился и переглянулся с Салом. Я начала свой рассказ, стараясь сделать это так, чтобы мне поверили. Если я хочу помощи друзей, то мне нужно, чтобы они знали всё. Когда я рассказала о смерти родителей, Эш шокировано приложила руку к губам, с огромным сожалением глядя на меня. Ларри выглядел каким-то странным, распахнутые глаза, какой-то пустой взгляд. И только Салли и Алиса грустно переглядывались. Они уже всё знали. Я рассказала об Иверсте, других Реальностях, упоминала то, что не знал Сал. Изобразила схему, объясняя всё как можно понятнее. Поведала о своей жизни в больнице, рассказав гораздо подробнее, чем тогда на тусовке Салли. Объяснила, кто такой Ремор и Мабука, Валоки и Камалы. Пересказала дневник Леона Кастильо, упомянув, что последние страницы были вырваны. Друзья молча внимательно слушали. Завершением моего повествования стал рассказ о том, почему я вернулась на Землю, и то, что я чувствую сейчас. Я очень переживала, что друзья мне не поверят, но, судя по взглядам, они верили, хоть их и терзали некоторые сомнения. — Фрэн, — сказал Лар, как только я закончила. — Я сначала не верил, но... — он задумался. — Мне кажется, что я знаю, где вырванные страницы дневника этого Леона. — Правда?! — я подскочила. — И где они? — В моём домике на дереве. Я нашёл их давно, но решил не выкидывать. — Мне срочно надо их посмотреть! Может быть там написано, из-за чего я чувствую тревогу! — Сейчас? — спросил Лар. — А можно? Парео кивнул. — Тогда пойдём! Мы накинули курточки и обувь (я опять надела тапки) и вышли. На улице было холодно, снежинки уже не таяли на земле, поэтому образовался тонкий белый снежный слой, на котором оставались заметные следы. Стемнело уже почти полностью. Ларри вёл нас за собой, и вскоре мы оказались возле дерева. Парень полез по висячей лестнице первым, и мы за ним. Когда мы все оказались наверху, Лар, светя фонариком, начал копаться в каком-то сундуке, пока не нашёл стопку вырваных листков. — Вот, — парень протянул их мне, освещая. — Я, когда читал, ничего не понял. Но уверен, что ты сейчас поймёшь. Я приняла листки и начала читать вслух: — 20 апреля, 1880 год. Я побывал в Первой Реальности, самой чистой и светлой. Ни одна чёрная душа, ни одна Камала, ни одно создание Пятой Реальности не может попасть сюда. Населяют Первую Реальность Валоки и другие светлые существа. Мне удалось поговорить с одним из них, он назвал себя "Аллутари", — я посмотрела на рисунок и перевернула листок. — ...Поэтому я не испытал ни одного плохого чувства, — это были последние строки на этом листе. Я посмотрела на следующий. — Я выяснил, что если загнать сюда Камалу, то она моментально превратится в Валока. Таким образом, любое тёмное существо потеряет свою оболочку в Первой Реальности, — здесь был ещё один рисунок, как и с другой стороны. Я взглянула на следующий лист. — Я познакомился с Отцом Тарудом. Можно сказать, что это отец света, полная противоположность Матери Мабуки. Однако принцессы Первой Реальности нет, — я перевернула лист. — Отец Таруд сказал, что принцессу или принца Первой Реальности заменяет Хранитель Ключа. Его выбирают сами реальности. Нынешний Хранитель живёт в Первой Реальности, но у меня не было возможности с ним встретиться, — я посмотрела на следующую страницу, но там был лишь отрывок фразы и рисунок. — ...пять камней, каждый из которых обозначает свою реальность, — я продолжала читать, смотреть и переворачивать листы: — Всё, что я здесь узнал было прекрасным. Я пробыл в Пятой Реальности ещё несколько месяцев, прежде чем покинуть её. На время я остановился в Третьей Реальности. 16 августа, 1891 год. Мне удалось снова побывать в Пятой Реальности. Там я встретился с Ремором. Он был чему-то рад, однако мне не рассказал ничего. После этого он исчез, а я продолжил свои изучения. Спустя какое-то время, проведённое в Пятой Реальности, я начал замечать, как пагубно она на меня влияет. Всё больше тёмных мыслей появлялось в моей голове. После того, как я закончил свои исследования, я сразу отправился во Вторую Реальность, где придал им осознанный вид и пришёл в себя. Я сделал выводы, что все Реальности не только располагаются рядом и друг над другом, но и имеют так называемые лестницы, то есть порталы, существующие с самого начала времён. До этого не знал, как я путешествую между Реальностями. Я нашёл все лестницы, по которым могут перемещаться особенные люди, как я, кроме одной. Мне нужно составить карту, и только тогда, с помощью вычислений, я найду лестницу в Четвёртую Реальность из Третьей. Или же, отправляться на поиски в Пятую, так как она меньше всех остальных по размеру. Но я переживаю за своё здоровье, — всё время, пока я это читала, друзья молча внимательно слушали, смотря на рисунки. — ...занимает некоторое время, и вовсе не похоже на обычную лестницу. Четвёртая Реальность напоминала Третью, но с элементами Пятой. Думаю, небольшие зарисовки помогут мне разобраться с их лором, — у меня осталось буквально пару страниц. — 6 февраля, 1892 год. Мне пришлось приостановить исследование Реальностей. Я нашёл дыру, — мы мрачно переглянулись. — Оказавшись в Четвёртой Реальности я сразу почувствовал некую тревогу. У меня ушло некоторое время, чтобы найти источник. Сам я всё равно ничего не нашёл. На пути я встретил Хранителя. Он сказал, что его позвала Четвёртая Реальность, что тревожное чувство его охватило. Мы вместе отправились к дыре. Из неё с какой-то переодичностью выходили Камалы, которых мы обливали водой. Хранитель достал пять камней и закрыл дыру. "Я чувствовал странное тревожное чувство. Меня тянуло в Четвёртую Реальность. Оказавшись в ней, чувство пропало на некоторое время. Но когда я оказался ближе к ней и понял, что дыра увеличилась, то чувство вернулось. Я потратил не мало времени, чтобы найти её, но заклинания ускорили поиск." — на этом кончились листы. Я сложила их аккуратной стопочкой, села на сундук, предварительно закрыв его, и посмотрела на друзей. — Ты же Хранитель, — сказал Лар. — Угу, — я хмуро кивнула. — Ты то же самое чувствуешь? — спросил Салли. Я опять кивнула. — Это значит, что... — Эшли не решилась произнести, лишь осмотрев нас. Я продолжила за неё: — В Третьей Реальности дыра...