На краю крыши

Вж-ж. 02:29. Арс: «Спишь?»       Я вскочил и схватил телефон. И да, я переименовал его в контактах. А то, если узнает, как он у меня записан, я огребу по уши. 02:30. Я: «Нет, не могу.» 02:30. Арс: «Тоже.» 02:32. Я: «Душно в комнате очень. Прям дышать нечем» 02:33. Сеня: «А мне прохладно как-то… Может придешь?» 02:34. Я: «Хочешь, чтобы я пришел?» 02:34. Сеня: «Очень…» «Мд-а, Арсений, краткость — сестра таланта?» 02:35. Я: «И для чего.?» 02:35. Сеня: «Не хорошо сегодня в кладовке получилось. Хочу исправить кое-что.)))» «Боже мой, Арс!» Улыбка появилась сама по себе. Не долго думая, я направился к парню. На этот раз я мог зайти к нему уверенно.       Арсений стоял посередине комнаты и застыл. Защелкнув дверной замок и сняв холтер, я подошел к нему ближе, прикоснувшись лбами, мы переплелись дыханием. Я обхватил его талию и жестко прижал к себе, что мужской голос так по-детски визгнул. Из-за моего высокого роста, его ладонь приложилась к моей шее, наклонив мою голову ниже. Он проводил носом по моей щеке, а я с закрытыми глазами обволакивал пальцами упругое тело парня.       — Ты заставляешь меня чувствовать невыносимое… — на выдохе прошептал он. Я открыл веки и заострил внимание на голубых глазах напротив. — Аж бесишь.       — А мне нравится, когда ты бесишься, — я уверенно облизнулся и поцеловал его, смачивая его сухие, потресканные губы. Отрывисто мы причмокивали, то отстраняясь, то снова сближаясь, перерастая во взрослый поцелуй, что было для меня в новинку.       Вот и все обиды сразу забылись.       — Ты говнюк, — отстранился брюнет.       — Я знаю. Тебя очень просто взять врасплох.       — Не правда, — Арс нахмурил брови.       Я насмешливо улыбнулся, обхватив его тонкие бедра руками, взял на ручки и бросил на кровать, упав следом сверху. Старая кровать заскрипела. Парень испуганно открыл рот и задержал дыхание, а я мило чмокнул его в носик.       — Ладно… Правда, — выдохнул он. — Подыграю тебе.       Я повис над ним, словно в воздухе. Его челка небрежно упала на глаза, голубой цвет которых сверкал сквозь нее. Я большим пальцем убрал ее, и тот нервно заморгал.       — Мне кажется, мы можем продолжить…       — Что? — я сделал вид, что ничего не понимаю.       — Не прикидывайся.       — А, оу, ну, ладно, — заикался я. — Прямо сейчас?       — Ну, да. Только давай ты сверху, а то я не смогу на руку облокачиваться, — он засунул руку в карман и вынул оттуда двумя пальцами один презерватив, протянув мне.       — Т-так быстро? Л-ладно, — я выхватил его ртом и оставил держаться между зубами.       Мои руки слегка затряслись. Я потянулся к ширинке его джинс и как назло не мог расстегнуть их. В легком треморе пальцы соскальзывали с замка, что больше волновало меня.       — Черт, — злобно ругнулся я, и презерватив упал на его грудь. «Бля-я-я, сука-а-а…» — замок продолжал выскальзовать из рук.       — Тох, Тох, Тош, — останавливал меня Арс, но я не слушал. — Успокойся, Тох.       — Не, не, нет, я смогу, — тряска меня подавливала. — Сейчас!       — Солнце! — рыкнул он. Я остановился и вопросительно поднял на него глаза.       — Как ты меня назвал? — переспросил я.       — Солнце…       Он убрал мои руки в сторону и справился с молнией самостоятельно, стянув вещь с ног и бросив на пол. Я оторопел и следил за ним.       — Просто расслабься.       Он снял футболку и бросил к штанам. Я не растерялся и тоже начал раздеваться. Оголившись почти полностью, он упал на подушку и потянул меня за собой. И я, пристроившись у него между ног, осторожно провел пальцами по его торсу к паху, где за резинку стянул трусы. А он более чем профессионально открыл упаковку, откуда достал содержимое и отдал мне. Я судорожно снял свои боксеры и еле как надел резинку.       — Ты уверен…? — уточнил я.       — Да-да… — он тяжело выдохнул и положил забинтованную руку мне на плечо.       — А-э, может все-таки ты…? У тебя же уже было, — меня трясло, как осиновый лист и не отпускало.       — Нет, все хорошо.       — Я не смогу… — я опустил голову.       — Тош… — он поднял меня за подбородок на себя и улыбнулся. — Все хорошо. Я хочу, чтобы это сделал именно ты. Просто делай, как чувствуешь. «Блять, я нихуя кроме шума в голове и тряски не чувствую!»       — Л-ладно…       Я решил повторить все, что видел когда-то в порнухе. Все-таки там все выглядит достаточно эстетично и неплохо.       Я опустился губами к его щеке и непроизвольно кончиком языка лизнул кожу. Руками я схватил его бедра и поджал его таз плотно к себе. Он обхватил меня руками, словно коала, и я, опустив руку к низу, попытался войти, но выходило скверно.       — П-п-прости, — виновато проскулил я.       — Эй, все хорошо. Подожди, не так быстро.       Попов поцеловал меня в губы и здоровой рукой потянулся под подушку, откуда достал тюбик, взял мой член, и, выдавив содержимое, намазывал гель. Я возбужденно простонал, ощущая прилив крови снизу. Я уже готов был кончить только от мысли, что это делал Арсений.       Забинтованной рукой он обнял меня. При помощи другой Арсений начал уверенными движениями водить по моему члену, от чего ноги начали подкашиваться. Я протяжно простонал и прикусил губу.       — Ш-ш-ш-ш, — прошипел брюнет и провел пальцами по моей спине. — Давай шепотом.       Моя голова сама уткнулась в его лоб, а кудрявые светловатые волосы упали на его ровные и темные локоны. Наши влажные дыхания обдували кожу друг друга.       Он перенес руку на мою щеку и потянул мои губы к себе, поцеловав, как мне казалось, очень жадным поцелуем. Второй рукой поджал меня и начал туго входить внутрь, вдавливая ляжками меня в себя. Подавленный и тихий визг прозвучал у меня под ухом. И я ощутил пальцы, которые ногтями вцепились под мою лопатку. Я аккуратно двигался, ускоряясь с каждым разом все быстрее. И упорно молчал, пока брюнет не сдерживаясь пищал.       Быть сверху — брать всю отвественность на себя. К моему счастью, он помог мне справиться со всем процессом.       Когда он стал превышать норму тишины своим неуравновешенным стоном, я не знал как его приостановить, чтобы он никого не разбудил. И это он сказал про шепот? Все-таки я решаю предпринять какое-то действие и левой рукой закрываю его рот, которую он прикусил зубами. Я не обращал внимание на эту легкую боль благодаря нереального горения внутри и удовольствия, которое щекотно кололо все тело.       Я надеялся, что делаю все правильно и он ощущает все тоже самое, что и я. Сделать его довольным — самое главное, что меня интересовало в данный момент.       Со временем я убрал руку со рта брюнета, тогда он уже стал сдерживаться сам. Усталость появлялась в мышцах спины, и я щекой прилег на его грудь, согнув спину. Пальцы парня вплелись в мои запутанные волосы и сжали их.       — Все хорошо? — сквозь тихий стон осмелился произнести я.       — Да… Да… — отрывистым писком произнес он.       Как только я входил, пекло внутри него обжигало меня. Вскоре в комнате вовсе стало душно и я скользил по грудной клетке Попова. А с моих кудрявых волос капал пот на его нежную кожу.       — Я сейчас… — я схватил забинтованную руку, удерживая и вдавливая ее в кровать. Последний раз пошел в него и испытал то самое завершающее восхитительное чувство любовного процесса. Я упал всем телом на Арса, который расслабленно отцепился от меня положил раненую руку мне на голову, ласково поглаживая меня, словно ребенка.       — Все было хорошо? — с надеждой спросил я сквозь хриплую отдышку.       — Все было отлично.       — Точно?       — Да, ты просто солнце.       Я поднял голову и остановился в пяти сантиметров от его глаз. На его лице повисла легкая улыбка, источающая красоту и доброту одновременно.       Я считал себя настоящим мужчиной, способным удовлетворить. Это бесспорно было нереально приятно, но меня насторожило моя жесткость. Я как-будто в момент не смог контролировать себя.       — Руку больно было?       — Да не, нормально. Только это… Ты слез бы с меня, а то тяжеловато, — усмехнулся он.       — А, да-да-да, прости, — я перекатился с его груди рядом на кровать, закинув ногу, и положил голову к нему на плечо. Мое дыхание чуть успокоилось.       — Я тебя люблю, — недумая сказал я, всматриваясь в его наполненные спокойствием глаза.       — Нельзя.       — Что нельзя? — я навис своим лицом над его.       — Любить меня нельзя…       — Почему?       — Я тебе больно сделаю.       — Мы уже говорили об этом.       — Но это правда…       — Меня не тревожит будущее, и тебя не должно.       — Не получается по другому, Тош.       — Слушай, ты пообещал мне не говорить о будущем. Зачем начинаешь опять?       Он молча выдохнул и отвернулся.       — Арс, посмотри на меня, — попросил я, но тот не ответил. — А-а-арс!       Я схватил его подбородок и повернул на себя. Он непонимающе захлопал ресничками.       — Ты самое лучшее, что случалось со мной за эти годы. И я серьезно, — моя рука прошлась по его груди, остановясь возле живота.       — Врешь, — усмехнувшись, Арс закатил глаза.       — Я тебе никогда не вру, — я чмокнул его в щеку и прижался, положив голову на его плечо. Мы пролежали молча минут пять, и я все это время слушал его завораживающее биение сердца.       — Слушай… — Арс прервал мою дрему.       — Мм? — замычал я.       Голубоглазый аккуратно оттолкнул меня и вскочил, натянув трусы и шорты, подошел к сумке на полу. Я тоже оделся, нахмурился и сел, небрежно причесав рукой волосы.       — Ты что делаешь? — я наблюдал, как парень копался в кармане сумки, отвернувшись от меня спиной.       — Сейчас… — шуршал тот.       — А ты не многословлен, — я закатил глаза и стал игриво раскачивать ногами.       Парень встал и закинул правую руку за спину, а левой начала глупо теребить штаны.       — Я… Я хотел тебе кое-что отдать, — он подошел ко мне и сел на колени перед кроватью. Я открыл рот и остолбенел.       — Что?       — Вот, — он неуверенно вытащил руку и протенул мне. В ней лежала черная коробочка, перевязанная каким-то белым шнурком.       Я удивленно захлопал глазами и настороженно взял ее себе. Потянув за край шнурка, сбросил его в сторону и открыл крышку. Внутри, на кусочках ободранной ваты лежало толстое кольцо. Я с опаской взял его уголками пальцев и поднес к лицу.       — Арс, это кольцо…       — Я знаю. Нравится?       — Что? Это типа мне? — я перевел на парня взгляд, который как мне казалось, был испуганным со стороны. Но я просто не ожидал.       — Ну да. Так нравится или нет?       — Шутишь? Конечно, да! — я нацепил колечко на указательный левый палец и стал крутить.       — Я просто не знал, что может быть символичнее, чем кольцо. Может банально…       — Нет-нет, не банально, — я спустился вниз на колени и обнял его, обхватив шею.       — Хах, я рад, — почувствовал, как тот говорил сквозь улыбку.       Мы вернулись в постель и примерно полчаса еще обнимались, после чего я стал слышать легкое сопение над ухом. Приятный, сладкий аромат источало тело парня. Я осторожно подполз ближе, уткнувшись в его грудь. В скором временем задремал и я. «Кофе, алкоголь не стирают боль Только ароматы твоих духов Если бы могла говорить любовь Прозвучал бы шёпот довольных слов В этой тишине исчезает суть Это ты молчишь или я кричу? Это ты во мне или это ртуть? Только прошептать тебе так хочу Мы с тобой шёпотом, шёпотом Спрашивали, что потом, что потом будет? Шёпотом, шёпотом Не хочу кричать о том, что друг друга забудем»