Жасмин для Танабаты

Он помнил, как давным-давно говорил Каору, что не умеет обращаться с шинаем. К тому времени он жил в додзе где-то с неделю, а она искала, с кем бы попрактиковаться. Спустя буквально день-другой на мосту на них выскочил Яхико, выхватил кошелек... чтобы тут же быть пойманным Каору. Потом та стычка с якудзой – и вот, в додзе появился юный ученик. С тех пор Каору больше не просила о спарринге – ей выше крыши хватало мальчишки. Однако пусть шинай едва ли был бы его выбором, это отнюдь не означало, будто Кеншин не умел с ним обращаться. Уныло ухмыльнувшись в ночную темноту, он развернулся к Сендзо. ...Уж простите меня, Каору-доно. - Сендзо-сан, - громко произнес он, - уточните ваши условия. - Я не желаю бессмысленной драки, - тут же откликнулся торговец. - Один удар – по голове или плечу - ведь нет необходимости проливать кровь, верно? - салютуя, он коснулся бамбуковым мечом своего лба. Какое-то время они молча примеривались друг к другу, и, наконец, с нечленораздельным воплем Сендзо Каранаи кинулся на противника. Вопреки быстроте, направление удара легко читалось – и Кеншин, защищаясь, вскинул руку. Со звучным треском два деревянных меча скрестились над его головой. Он стиснул зубы: Сендзо оказался сильнее, чем можно было подумать – тогда, решив более не защищаться, Кеншин резким взмахом увел свой шинай вверх и тут же – вниз, задев запястье противника и вынудив его отвести удар в сторону от первоначально намеченной точки. Меч торговца просвистел в волоске от плеча Кеншина – и, разумеется, Сендзо отдернул руку до того, как меч соперника коснулся его запястья. Они понимающе ухмыльнулись друг другу – бесстрастный оскал в темноте. ...Враждебности нет, - осознал Кеншин. Ему это не понравилось. Странно. С другой стороны, давненько он не бился на поединках чести. Опустив меч, он внимательно следил за торговцем. Тот хмыкнул и – на этот раз молча – снова замахнулся. Вторая атака оказалась слабее, и Кеншин с легкостью ее отразил. Так дело и пошло: он ждал, потом защищался. Стиль соперника был для него очевиден – мощный и точный, Сендзо, тем не менее, сам за собой не поспевал: каждый выпад был слишком глубоким, оставляя его открытым для контратаки в тот миг, когда он возвращался в исходную позицию. Кеншин решил этим не пользоваться – он парировал удар за ударом, походя размышляя, каким образом можно свести бой вничью. В конце концов, Сендзо заслужил это, хотя, конечно, уровень его умений с мастерством Кеншина и рядом не стоял. Может, позволить ему разоружить меня? Сендзо сделал шаг назад: - Не надо, Химура-сан. Он оторопел: - Что? - Может, у меня и нет вашего дара предвидения, однако о чем вы думаете, я сказать могу, - коснувшись пальцем лба, сообщил торговец. - Так не честно. Я едва ли смогу поделиться с сестрой, если мы будем сражаться за ее честь на таких условиях, - видя недоумевающий взгляд Кеншина, он терпеливо пояснил: - Химура-сан, я вызвал вас ради нее. Этот поединок чести, это состязание наших умений. Если вы хотите спасти мои чувства и решили просто поиграть со мной, то о честной борьбе и речи быть не может, ведь все, что я смогу сказать сестре, - что вы ответили на мой вызов не по-мужски. Кеншин снова уныло улыбнулся: - Виноват, Сендзо-сан. Вы меня пристыдили. В этот раз ваш покорный слуга не будет поддаваться. - Так-то лучше, - хмыкнул Сендзо. - Тогда начнем по новой. Он сделал два шага, и его шинай полетел вперед по широкой дуге, метя Кеншину в челюсть. Кеншин ответил с силой, вполне достаточной, чтобы обезоружить соперника. Второй удар – чуть выше рукояти – завершил дело: шинай вывалился из руки Сендзо, Кеншин вскинул свой и легко коснулся ямки между ключиц торговца. Тишину нарушил стук ударившегося о землю дерева. Кеншин чуть надавил на свой меч, прикоснувшись им к телу: - Удар. Сендзо похлопал глазами, потом двумя пальцами отвел от себя оружие: - Сдаюсь, - сказал он и улыбнулся. - Благодарю. Заморосило. *** - Я сегодня его видела. Он собирался домой, но, похоже, решил найти чего-нибудь в честь Танабаты. Ну, я так надеюсь. О, это было бы восхитительным сюрпризом для Каору-тян! Сано замер в лучшем стиле театра Кабуки, едва услышал слова Тае. Он оказался настолько непредусмотрителен, что сначала решил съесть чего-нибудь горяченького, а уж потом пустился в расспросы - к тому времени, когда он закончил, вовсю лил дождь. И все равно он помчался в другое возможное место – отмахнувшись от погоды, от почти материнских попыток Тае удержать его: случись это в другой день, он бы не дергался, но исчезнуть в Танабату? Даже Кеншин не так туп. И не так демонстративен, чтобы бросить Каору в такой вечер, пусть даже он сколько угодно отрицает их взаимоотношения... ...Да не, наверное, ничего страшного, - думал он. - В конце концов, это ж Кеншин. Он не из тех, кто становится добычей грабителей... Однако даже его можно сбить с ног. И Киото с Макото Шишио это доказали... Вымокший до костей, он замолотил кулаком в двери клиники Кокуни: - Эй, Лисица! Отпирай, я щас утону тут! Дверь распахнулась, появившаяся из-за нее женская рука схватила Сано за отвороты ги и вдернула внутрь. Мегуми толкнула его в комнату: - Сколько можно?! - зашипела она. - У меня тут пациент! И ни в каком бесновании я тут не нуждаюсь! Присмотревшись к Сано повнимательней, она прыснула: обычно торчащие в разные стороны патлы обвисли от дождя - налипли на щеки, лезли в глаза. Вода лилась с его одежды – под ногами сразу натекла целая лужа. - О... Мне нравится. Твое обличье мне льстит. - Очень смешно, - процедил Сано сквозь зубы. - Я обсохну, ага? Она швырнула ему тряпку: - Держи. Еще не хватало, чтобы ты простудился, будто мне работы мало. Так что тебе от меня нужно? - Ты прям сама сердечность. Кеншина сегодня видела? *** Они успели укрыться под крышей до того, как дождь ливанул всерьез – Кеншин смотрел за порог со смесью ужаса и удивления. - Пока такое творится, вам до дому не добраться, - сообщил стоящий за его спиной Сендзо. - Особенно если хотите донести букет целым. - Оро... Раздался задорный смешок: - Химура-сан, против природы вам не устоять. Гляньте-ка... Кеншин обернулся и увидел в руках своего недавнего соперника кувшинчик. - Отпразднуем наш поединок, пока ждем. Окажете честь выпить со мной сакэ? ...Странный человек, - в очередной раз мелькнуло у Кеншина, - проигранный бой, ливень, а он оживляется прямо на глазах – похоже, дождь наполнил его энергией. Наверное, решил со мной напиться... Он прикинул, как это будет выглядеть: опоздавший, мокрый и разящий сакэ. Каору меня убьет. - Признаться, ваш покорный слуга не... - он осекся: Сендзо уже держал в руках две наполненные чашечки. - Я настаиваю, - заявил торговец. - Упаивать я вас не собираюсь, а то вы наверняка наживете себе неприятностей с вашей... э-э... приятельницей. Но выпить по глоточку в честь знакомства мы должны – исключительно ради удовольствия. И на посошок – чтобы все хорошо завершилось, Химура-сан. Нужно улыбнуться. - Мое почтение, вот так вот. Встретить человека, так относящегося к печальному прошлому, - это... вновинку для меня. Вы очень достойный человек, Сендзо-сан. - Нуте-с... Они опустились на колени у низенького столика, на котором их уже поджидало поставленное Сендзо сакэ. - Признаться, не могу с вами полностью согласиться: иногда во имя бизнеса приходится заниматься не самыми почтенными делами. Но в качестве компенсации я пытаюсь быть максимально достойным в других областях. Кеншин на миг напрягся, потом все же решил пропустить это мимо ушей. Отодвинув в сторону тофу и букет, он поднял чашечку. - Благодарю. Они выпили, прислушиваясь к барабанящему по крыше дождю. Пусть грязный и запущенный, от него домишко все же укрывал; взгляд Кеншина рассеянно блуждал, но в конце концов снова вернулся к нежным цветам. Даже в пыльных запахах комнаты он все равно чувствовал их аромат. Жасмин. Странно, до чего же далеко завело его сегодня желание порадовать Каору... - Очень красиво сделано, - нарушил он тишину. - Вы давно этим занимаетесь? - Да уж несколько лет. Но это так – в свободное время, из остатков производства – так-то я торгую шелком, но всегда остаются лоскутки. Не пропадать же добру, верно? - Сендзо пожал плечами. - И Танабата – единственный день, когда я торгую только цветами, они весьма популярны. - Ваш покорный слуга может понять, почему. ...Крепкое сакэ. Он чувствовал, как из груди по всему телу растекается тепло, и решил отказаться от второй чашечки, коль скоро она будет предложена. - Вашей приятельнице они несомненно понравятся. Говорите, она – просто друг, да? - Сендзо опустил свою чашечку на стол. - Возможно, подарок сподвигнет ее на что-то большее, нэ? Если бы он в это время пил, он бы подавился. - Нет! Каору-доно совершенно не должна... Ей нужно найти ровесника и быть счастливой, она не должна... - он осекся и захлопнул рот. ...Крепкое сакэ. Лепетать оправдания невесть кому – нет, это на него совершенно не похоже. Крепкое сакэ. Что-то не так. - Не должна что, Химура-сан? Он поднял взгляд и со страхом осознал, что комната по краям смазалась и теперь попадала в фокус, только если он не шевелился. Торговец по-прежнему улыбался, однако все дружелюбие с лица исчезло, сменившись... тенью печали и сожаления. Совершенно не так. Он на миг опустил веки, совершив еще одну ошибку, - тут же закружилась голова, и качнувшаяся на него тьма теперь угрожала погрести под собой. Он снова открыл глаза – взгляд упал на стол в поисках подтверждения своих подозрений. Сендзо Каранаи так и не выпил свое сакэ. - Химура-сан? Их взгляды на миг встретились – черный и фиалковый. Предательство. И осознание этого предательства. ...Приходится заниматься не самыми почтенными делами... С рычанием Кеншин схватил кадушку с тофу и швырнул ее в лицо торговцу. В этот раз он уже не миндальничал – Сендзо с воплем рухнул на пол, из разбитого носа хлестала кровь. Когда он отер слезы с глаз, Кеншин уже исчез в ночи, притормозив лишь на миг – чтобы схватить отдыхавший у дверей сакабато. - Простите, Химура-сан, - вздохнул в тишину комнаты Сендзо. - Я не предполагал, что вы настолько приятный человек, но... Дело есть дело, - он поднял взгляд к появившемуся в дверном проеме человеку, мокрому с головы до ног. - Далеко ему не уйти. Догоните.