Жасмин для Танабаты

Бессонная ночь - всегда бессонная ночь, и, пока Мегуми суетилась на кухне с завтраком, Каору задремала у стенки. Докторесса сразу взяла свой привычно-пренебрежительный тон, наотрез отказавшись есть нечто «от Тануки». В этот раз Каору пропустила оскорбление мимо ушей: язык у Мегуми, конечно, остер, как жало, но сегодня она из кожи лезла, пытаясь смягчить напряженную ситуацию. Щиколотку Каору обхватывала тугая повязка, позволяя теперь даже перемещаться без посторонней помощи: Мегуми, сообщив, что там просто легкое растяжение, посоветовала пару дней не напрягать ногу - и только. Брошенные в запале слова Яхико до сих пор жгли душу. Когда дело касалось Кеншина, день или два играли очень даже большую роль. Однако все что оставалось Каору в данной ситуации - ждать возвращения Сано или Яхико, а потому, привалившись к стене додзе, вымотанная бессонной ночью, она просто уснула. Сон был нарушен грохотом по террасе кадушки для тофу. - Здорово, Малышка, - устало кивнул от ворот Саноске. - Это тебе расчет за утренний пинок. Черт! Я тут жизнь кладу, чтобы разузнать, куда девался Кеншин, а ты дрыхнешь. Что за дела? Каору поднялась. - Не смешно, Саноске. - Да не то слово. Ты одна? Скажи, что Мегуми еще тут. Ее глаза опустились к кадушке - к ее собственной кадушке, запачканной кровью. Голова пошла кругом. Потом пришло осознание, что у Сано какой-то не слишком ровный голос. Она кинула на него пристальный взгляд, только сейчас заметив то, что пропустила в полусне: кровь на подбородке и тыльной стороне рук, хотя эти царапины были сущими пустяками по сравнению со здоровенным, сверху до низу, багровым пятном на его ги. Второй рукой он зажимал рану на плече и при всем при том продолжал ухмыляться даже с каким-то намеком на юмор. Еще до того как Каору успела позвать Мегуми, та сама возникла у Саноске за спиной. Ее реакция оказалась куда быстрее: побледнев, как полотно, Мегуми вскрикнула: - Ах ты дубина! Ты же на разведку пошел, а не в драку лезть! - А я и не лез! - возразил Сано, пока она пихала его в сторону дома. - Они сами на меня полезли! Мать твою, Лисица, я же не такой идиот, чтобы махаться с двумя мечниками! - Ну, это еще вопрос, - возразила докторесса, наконец-то усаживая его и приступая к осмотру. Вместе с Каору они стянули с него рубаху. Рана на спине была поверхностной, а вот плечо внушало серьезные опасения. Бормоча проклятья, Мегуми промыла его и поднялась. - Так, я за аптечкой. Постарайся за время моего отсутствия не наворотить глупостей. Сано проводил ее возмущенным взглядом и снова повернулся к Каору. - Виноват, - буркнул он. - Не хотел тебе пол кровищей заляпать... - Забудь, - резко перебила она, стирая своим рукавом кровь с его груди. Еще одно неглубокое ранение. - Саноске, что произошло?.. - Вернулся, чтобы потолковать с торговцем, - ровным голосом ответил он. - Вообще, по делу-то, надо было остаться и сразу его прищучить. Именно он и напал на Кеншина, Малышка. А потом поджидал моего возвращения с двумя какими-то отморозками. И они не желают, чтобы мы за ними гонялись. Она сморщилась: в его словах, сознательно или же нет, прозвучал укор - ведь именно она помешала довести дело до конца. Похоже, благие намерения стали причиной серьезных проблем. - И этот человек... Он действительно настолько хорош, что сумел победить Кеншина? Сано миг поколебался, решая, говорить или же нет. Потом вздохнул. - Сомневаюсь, что он вообще на что-то способен, Малышка. Он сказал, что чем-то его опоил. Судя по всему, Кеншин его раскусил и попытался добраться до дома. А если ему стало плохо... или он засыпал на ходу... тут, хорош ты или же нет, - роли уже не играет. Ему много и не надо было. Когда Сано закончил, выражение его лица было на удивление мягким. Он добавил, осознав степень ее потрясения: - Малышка... Он жив. И мы его вернем. Она глубоко вздохнула - раз, другой. Попыталась успокоить мысли, отогнать тревогу и начать рассуждать логично. - Если его отравили, он сейчас совершенно беспомощен. Мы должны его найти. А кто на тебя напал? Сано пожал здоровым плечом. - Ну, тут есть и добрые вести. Вообще-то торгаш слинял. Полагаю, в тот миг, когда увидел, что я беру верх. Но... короче, один из этой парочки получил удар сакабато - а значит он кое-что да знает, к гадалке не ходи. Я по дороге сюда получил весточку от полиции: их арестовали под предлогом нарушения закона о мечах. А ты еще насчет Кеншина им не говорила? - Яхико все передал, - Мегуми уже вернулась. В ее руках была аптечка. - И довольно давно, кстати говоря. Каору вдруг осознала, что уже перевалило за полдень. По всем расчетам мальчишка давным-давно должен был вернуться. - Его где-то носит. - Лучше б его найти, - заметил Сано. - Будь я десятилетним пацаном, и случись что с моим кумиром, уж я-то знаю, чем бы занялся. Мальчишка. Бегает по улицам. А торговец, между прочим, нанял двух человек, чтобы убить сунувшего нос не в свое дело Саноске. Едва ли, конечно, Яхико обратит на себя внимание, но... Каору поднялась: - Пойду искать. - Не будь дурой, - отрезала Мегуми. - Я только привела твою ногу в порядок. - Лисица права, - заметил Сано. - Я пойду. - Молчи! На тебе так вообще живого места нет! - Мегуми-сан, вы сами сказали, что я могу ходить. Плечо Саноске куда серьезней моей ноги, - Каору сняла со стойки боккен. - Именно потому вы тоже должны остаться: мне единственной нечем заняться. И потом, сомневаюсь, что они рискнут напасть на кого-то средь бела дня, на улице. Так что, полагаю, ничего не случится. *** Он узнал ножны с первого взгляда. Ясное дело - после стольких-то месяцев наблюдений, как Кеншин разит врагов своим сакабато, после стольких месяцев вожделенных взглядов на этот чудо-клинок и грез о будущем, когда он, меч, ляжет в его, Яхико, ладонь... Он бы узнал ножны где угодно. И сейчас, преследуя этого человека, кипел гневом от мысли, что кто-то посмел разлучить меч и его хозяина. Первым порывом он вообще хотел вызвать этого гада на поединок - прямо тут, посреди улицы - выхватить из-за спины свой шинай и вот так вот прямо взять и вызвать. Правда, здравый смысл, посещавший Яхико, надо сказать, нечасто, взял верх до того, как рукоятка оказалась в кулаке. Он оценил ситуацию. Вызывать этого человека - глупость. Даже если он победит, единственным призом окажется сакабато, уж никак не сам Кеншин. Хотя, наверное, выслеживать кого-то вдвое тебя больше, тоже не слишком-то мудро... - однако эту мысль Яхико тут же отшвырнул. Если он будет достаточно осторожен... достаточно удачлив... то этот хмырь непременно, непременно отведет его прямиком к Кеншину. Хмырь, меж тем, отнюдь не спешил - дрейфовал себе по переполненной людьми улице меж лавчонок, притормаживая время от времени - то поболтать с продавцом, то обменяться вежливыми приветствиями с какой-то старушенцией... Он был едва ли не на полголовы выше толпы, а потому Яхико позволил себе поотстать, затерявшись меж покупателей. Пока они на главной улице, можно следить за ним без риска оказаться замеченным. - Яхико-кун! Он подпрыгнул от звука собственного имени и обернулся: Цубаме с полными руками покупок и улыбкой на лице. В любое другое время Яхико был бы рад, но не сейчас. Силясь найти что-то не слишком резкое в ответ, он судорожно крутил головой, чтобы не упустить из вида удаляющуюся цель. Цель опять притормозила - видимо, чтобы поболтать с очередным торговцем. - Привет, Цубаме. Ты что тут делаешь? - он поморщился при виде разом поблекшей улыбки. Так, еще раз, дурак. - Прости... Чего это я, действительно... Ходила за покупками для Тае? - Да, я почти закончила, - она застенчиво взглянула на его пустые руки и снова просияла. - А ты тоже пришел что-то купить? - Что? Ну... я... - он умолк, быстро соображая: объяснять, что происходит на самом деле, было слишком долго и не очень-то умно. Человек с мечом Кеншина ушел не слишком далеко вперед, чтобы до него случайно не донесся их разговор. - А-а, я... за... за... тофу. - Тофу? Да, пожалуй, с кадушкой в руках он бы выглядел поубедительней. Как есть дурак! Сначала надо башкой думать. Он открыл рот, чтобы загладить оплошность, но тут ее лицо внезапно посерьезнело, будто что-то внезапно пришло ей на ум: - Кен-сан вчера добрался домой? Яхико вновь похолодел, и глаза непроизвольно метнулись к человеку в толпе. Кажется или он действительно чуть наклонил голову? На всякий случай Яхико отвернулся, пряча лицо. - Цубаме, а ты откуда знаешь? Она недоуменно заморгала от его внезапного шепота. - Ну... Саноске-сан вчера был в Акабеко и спрашивал... Яхико-кун... С тобой все в порядке? ...Слышал? Заметил? Яхико боязливо покосился через плечо: мужчина снова двинулся вперед, все так же вразвалочку. ...Похоже, нет. Он с облегчением перевел дух. - Яхико-кун? Теперь она разволновалась. Он сверкнул быстрой улыбкой. - Все в порядке, Цубаме. Но если не двинуться вперед немедленно, он его потеряет. - Не беспокойся. Мне пора. Он припустил побыстрее, оставив ее посреди толпы. Незнакомец меж тем покинул рынок и теперь шествовал по безлюдной и тихой боковой улочке. Яхико продолжил слежку, соблюдая меры предосторожности: их разделяло теперь недостаточное для маскировки количество народа, и реши незнакомец обернуться... Однако он не оборачивался, и вот - еще несколько переулков оказались позади. Потом-то он осознал, что именно беспечность и должна была его насторожить, но тогда Яхико поверил в свою удачу - незнакомец повернул за угол, и мальчишка припустил следом уже вприпрыжку. Они добрались до реки. Если все так, как он рассчитал, то на тот берег они перейдут по мосту, где Яхико когда-то попытался забраться Кеншину в карман. Появившаяся при этом воспоминании улыбка исчезла, едва он осознал, что человек исчез, будто его и не было. Впереди расстилался заросший травой берег, из-за вчерашнего дождя уровень воды заметно поднялся, река была грязной, мутной и очень быстрой. Яхико недоверчиво покрутил головой. Глазам не верю. Впереди был мост, и он кинулся к нему, судорожно оглядываясь. Не мог же он просто испариться! Ни единого следа. Но ведь невозможно за такое короткое время добежать до моста и перебраться на тот берег! Разве что... Он соскользнул по травянистому откосу вниз, заглянул под мост... И тем самым совершил вторую ошибку. Сильная рука схватила его за горло и вздернула в воздух, вторая ударила по губам с такой силой, что Яхико показалось, будто его шмякнули физиономией об стену. - Говорили же тебе, - сообщил спокойный голос, - не вызывай на бой того, с кем не в силах справиться, - пальцы сдавили горло, перекрывая доступ драгоценному воздуху. - Ничего личного.