La Fuga Della Vita

Потихоньку, не спеша, над вечерней Венецией начали собираться лёгкие дождевые облака. В них не было ни капельки тяжести или злости, лишь… свобода. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, уступая ночь игривому молодому месяцу, а у него были уж очень большие планы на сегодня. Впрочем, не больше чем у полюбившимся всему миру, и прекрасно знакомых нам музыкантам. Встать у площади оказалось задачей непостижимой, поэтому Виктория приняла вынужденные меры и заехала в какой-то богом забытый закоулок, глуша двигатель. Посидев с минуту в тишине, ребята принялись разворачивать свои подарки от Карло, попутно слушая наставления Де Анджелис. – Все помнят план действий? – спросила она, не поднимая взгляда от своего мешка. – Да, да, мам, встречаемся в центре ровно в девять, – парировал Раджи, с не меньшим интересом роясь в своём свёртке. «Вот это дежавю» пронеслось в голове Дами. «Кто бы мог подумать». Хотя в этот раз, конечно, у него было чуток больше чем два часа. – И самое главное, – девушка подняла взгляд, смотря на каждого из пассажиров по очереди. – Не снимаем маски, – ответили все вместе хором. Боже, она раз сорок это повторила пока они ехали. Хлопнув дверьми бедного минивэна, группа сразу же разбрелась кто куда. Итан с Вик направились в сторону площади, но по разным диагоналям. Дамиано завернул в переулок, а Томас и вовсе побрёл совершенно в другую сторону. Настало время примерить костюмы. Растянув чёрный пакет, брюнет сунул внутрь руку и достал первую попавшуюся твёрдую вещь. В его ладони засверкала серая маска. Приглядевшись в лунном свете, он смог разглядеть отчётливо выделяющиеся усы. Сверху двумя аккуратными треугольниками были приделаны кошачьи ушки. Прорези для глаз в виде ромбиков казались совсем крохотными. Ну конечно. В пакете также оказался довольно приличной длины хвост, который парень поспешил закрепить сзади на петельку для ремня. – Значит, котёнок подрос, – ухмыльнулся он сам себе, осторожно надевая маску и выходя из переулка.

***

Достав из своего мешка алое перо, Виктория прыснула со смеху. О да, дядюшка Карло знал её лучше всех на свете. Помнил как она обожала все эти пышные костюмы птиц которые так бросались в глаза. Кажется, сегодня ей суждено стать одной из них. На элегантно выполненном клюве блестели тысячи золотых блёсток, плавно вливаясь в тройку перьев по бокам от волнообразных прорезей. Одев на себя это произведение искусства, девушка вытащила главный аксессуар. Крылья. Огромные бордовые крылья (уже) за её спиной переливались всеми оттенками красного. Ближе к центру перья горели огнём в тёплом оранжевом цвете, а уходя к краям меняли окрас на тёмно кровавый, обводя границы явно не ангельского образа. Жар птица, феникс, да попросту Де Анджелис. Девушка была идеальна с любым прозвищем.

***

Итана тоже улыбнул свой образ. Ему достался волк - да ещё какой! Острые края подчёркивали мужественные скулы, а клыки служили своего рода предупреждением. Сама маска прикрывала верхнюю часть рта, оставляя открытым только подбородок. Значит он наконец-то сможет улыбаться, как человек, не сдерживаясь и не пряча зубы. Всё как он любит. Идеально. В дополнение ко всему шёл пушистый плащ до колен, только прибавляя мистичности ко всей картине. В кои-то веки по настоящему насладившись собой, парень шагнул в толпу.

***

Пожалуй, из всех ребят больше всего своему костюму удивился Томас, ведь первым что он достал из пакета оказалась шутовская шапка. Три обвисших кончика; зелёный, красный и синий, звонко позвякивали бубенцами. В центре на медальоне красовалась чёрная нотка. Нет, нет, конечно ему нравилось, и он с нетерпением хотел увидеть остальную часть костюма. Просто он не ожидал именно этого. С нарастающим любопытством парень достал свою маску. Красивый овал был сделан так, чтобы закрывать всё лицо. Нарисованные глаза-пуговички с четырьмя дырочками для глаз на каждой немного пугали. Ему сразу же вспомнился мультик о Коралине в стране кошмаров. Огромный рот растянулся от уха до уха; одна сторона улыбалась во все тридцать два, другая же плакала в муках. На месте носа был шов. Раджи смотрел на маску, а маска на него. А этот Карло не настолько прост как казался… Он всё понимал. Всё чувствовал в каждом из ребят. Как иначе объяснить такую точность? Возможность носить плащ гитарист разделил с Торкио. Только в его случае плащ был не пушистым, а двухслойным. И красным. И вообще другим. Снизу с белой мишурой, а в центре с множеством ромбиков и какими-то красиво выведенными узорами, в лучших королевских традициях. Ну что ж, если на сегодня он – придворный шут, то стоит немедленно найти своих королей и королеву.

***

Выйдя на площадь, Дамиано замер. Всё вокруг отдалённо напоминало детство, но что-то изменилось. Динамика праздника точно осталась, все огоньки, сладости, шум, но что-то… Кап. Кап. Кап, кап, кап. Моросящий дождь. Вот что изменилось. Мелкие капли звонко отскакивали от брусчатки, усиливаясь с каждой секундой, но кажется, людям здесь было совершенно плевать. Даже наоборот, дети будто-бы начали визжать громче, мелодии стали отчётливей, а запах сладкой ваты теперь смешался с мокрым асфальтом в идеальных пропорциях. Шаг. Один шаг и он внутри. Снова в гудящей толпе. Снова в людях. Снова в реальности. Жизнь била ключом. Крики, визги, смех, слова, музыка. Он чувствовал её. Чувствовал Марлену рядом с собой, скорее даже внутри себя, где-то глубоко под кожей. Не думая дважды, брюнет направился к ближайшему стенду со вкусняшками и через минуту уже стоял счастливый, словно ребёнок, с ведёрком того самого карамельного попкорна. Этот показался ему даже вкуснее. Не хватало только одного. Уличных музыкантов. Парень начал скитаться по площади в поисках того самого, хотя то самое уже неосознанно было с ним. Глаза то и дело цеплялись за яркие костюмы, за счастливых детей и их беззаботных родителей. … На секунду, он просто замер смотря по сторонам. Вокруг него разворачивалась настоящая сказка. Мимо него пролетали птицы всех цветов и размеров с перьями больше его собственных рук, волки и лисы, кавалеры и прекрасные дамы, шуты и рыцари, собаки и кошки … В лёгких перехватило дыхание. … Толпа пульсировала звуками и мальчик дышал этой пульсацией. Всё происходило здесь и сейчас, прямо вокруг него. Отдалённые ритмы ударных, низкая вибрация баса и целый коктейль других инструментов сводили его с ума … … И тут он услышал музыку … Музыка. Он услышал чёртову музыку. Дамиано побежал так, как не бегал никогда раньше. … Проталкиваясь через гигантских людей, он шёл словно под гипнозом к эпицентру своего интереса. Толпа становилась всё теснее и теснее, и вот наконец он протолкнулся через последний ряд, буквально вылетая на маленькое открытое пространство … Конечно, перед ним не оказалось тех прекрасных тёмно-зелёных глаз, но он и не ждал их увидеть. Брюнет прекрасно знал, что те самые глаза и так с ним сейчас, и ему не нужно в них смотреть чтобы почувствовать то, что он почувствовал тогда. Всё те же «попрошайки», та же переделанная попса, та же отдача от публики, но его уже несло. Окончательно и бесповоротно. Детские крылья значительно выросли, поднимая его ещё выше чем тогда, выше облаков, выше луны. И он пустился в пляс. Танцевал, будто завтра уже не наступит, будто вокруг никого и нет. Пара весельчаков из толпы не заставила себя долго ждать, мгновенно присоединяясь к его танцу жизни. Толпа росла, люди подхватывали ритм, двигались и смеялись, поражаясь лёгкости парня. Музыканты подбавляли громкость, выкручивая усилители на максимум, мысленно благодаря такого жизнерадостного незнакомца на нахлынувшее вместе с публикой веселье. Всё кружилось и пестрило красками прямо вокруг него. И Дамиано вновь почувствовал себя живым.

***

Торкио в своём репертуаре, спокойно ходил и наслаждался всем происходящим вокруг. И лишь только он один знал, что под маской грозного волка сейчас красуется самая счастливая детская улыбка в мире. Боже, да он готов был завизжать от радости. Столько цветов, столько запахов, столько звуков! Карнавал буквально вдыхал в него энергию. Жутко хотелось выплеснуть её куда-то. Желательно, конечно, в музыку. Он слышал переплетения мелодий, отстукивал ритм толпы по коленям, и про себя отметил, что надо будет всё это записать по приезду домой. Ну или как только откопает какую-нибудь тетрадочку в Нарнии их багажника. Неожиданно, по ушам ударил до боли знакомый голос. Сначала парень подумал что ему показалось, но нет, он очень даже отчётливо услышал в далеке голос Дамиано. Да быть такого не может. Путь до своей цели не занял много времени, и какого же было его удивление, когда протолкнувшись через жуткое скопление людей он вышел на виновника сего торжества. Дамиано Дэвид, с собственной персоной, уже по «братски» обнимался с каким-то пареньком лет 18-ти и что-то бурно рассказывал толпе. За ним стояли три музыканта, немного поодаль от своих инструментов, и увлечённо его слушали. Мать твою, что здесь проис- – ЭДГАРРР! – заорал брюнет, увидев барабанщика, когда тот подошёл совсем уж близко. – Тп- Шшшш, – попытался угомонить его тот. Неужели этот балбес уже успел где-то пригубить винца или чего покрепче? Дэвид кинулся к нему, что-то раззадоренно шепча на ухо. – Мы тут такое- Щас это- Да блять что я распинаюсь! Где Вик и Томас когда они так нужны?! – Боже мой, успокойся, – опешил Торкио от такого напора. – Что ты тут уже устроил? Скажи честно, ты пил? – Да щас! Ты м- – Меня кажется звали? – Томас вылез буквально из неоткуда. Дамиано сразу же переключился на него. – О, Ражди, нет времени объяснять, срочно з- Договорить он не успел, ибо за королевским шутом из толпы выскочила и Виктория со своими крыльями, задевая всех кто стоял у неё на пути. – Блять, Томас, ты не мог бежать ещё быстрее, а? Я и так еле за тобой поспевала с этими ебучими крыльями, так ты ещё и в самый центр толпы нырнул! – Так, ребята, сраться будете потом, – прервал их Дамиано. – У меня есть отличное предложение. – О нет… – Торкио прекрасно знал, что такие «предложения» ничем хорошим не заканчиваются. – Хотите тряхнуть стариной и поиграть на улице? – продолжил парень с дьявольской ухмылкой. – Блять, ты совсем спятил? Да нас тут каждый второй знает! Никогда в жизни не отвяжемся! Бедному Итану пора бы уже запомнить, что в таких ситуациях его мнение мало что изменит. Виктория молчала. – Спокойно, рапунцель. Мы же в кос-тю-мах, – последнее слово брюнет выговорил по слогам, игриво щёлкая по деревянному носу Итановской маски. – Да и я тут уже распинаюсь минут 15. Всем плевать. Люди просто хотят веселья и музыки. Торкио только подготовил слова для ответа, но его речь перекрыла гитара. Повернув голову он увидел Томаса, во всю жгущего любимые разогревы на чужом инструменте. Но паренька гитариста, кажется, это вообще не смущало. Он стоял рядом, хлопая в такт и даже смеясь, завороженно наблюдая за игрой Раджи. Пропавшая из виду Де Анджелис мгновенно нашлась рядом с басистом, что-то радостно с ним обсуждая, пока тот бережно надевал на неё свой инструмент. Торкио вернул взгляд на Дамиано. Тот осторожно взял его за ладони. – Be ware, for I am fearless and therefore powerful*. Цитировал Франкенштейна. Его любимую книгу. Вот же подонок. – Ты невыносим, – прошептал Итан, еле сдерживая улыбку. – Я тоже тебя люблю, – также тихо ответил брюнет, тащя его к установке. – Давай, покажем им, как это делается. Торкио ничего не оставалось, кроме как принять свою участь. Поэтому он решил погрузиться в свою стихию с головой. Не давая ему времени на раздумья, Вик переглянулась с Дамиано, тут же начиная играть начало из Somebody Told Me. One, two, three, four! Голос Дэвида разрезал воздух, словно раскат грома. Толпа взорвалась свистом.