Последний рассвет
15 ноября 2021 г., 23:49
Солнечные лучи еще только начали опускаться на серые крыши Петербурга. С каждой минутой они падали все ниже и ниже, заглядывали в окна домов, пробуждая город, начиная новый день. Это был тот самый тихий миг, когда на улицах еще была тишина. Когда люди могли безмятежно досыпать оставшиеся 5 минут до того, как зазвенит будильник и все начнется заново: завтрак, работа, обед, дом, ужин, сон. К такой размеренной жизни быстро привыкаешь. И майор Гром был одним из тех, кто жил абсолютно так же. Точнее, сейчас он наконец-то смог себе это позволить.
Именно в этот день полгода тому назад он засадил за решетку, пожалуй, самого опасного преступника в городе за последние лет 10, а то и больше. Поимка Чумного Доктора, хоть и была присвоена Стрелкову, прославила майора не меньше, как среди коллег, так и среди местных бандитов, что иногда несло за собой определенные последствия, к которым Игорь был еще явно не готов и даже близко не знал, какой опасной парой может быть популярность мента.
С тех пор почти ничего в Громе не изменилось: как был майором так и остался, повышать и не думали. Одно радовало — Стрелкова повысили, а значит и в Питер он больше не заявиться по таким «мелким» делам.
Зато у Игоря в кое-то веки появился свой кабинет. Целый личный кабинет! И на кой черт он ему сдался…
» — Ты же сам всегда мне говорил, мол, мне нужно личное пространство от коллег, от напарника, чтоб сначала своей головой о делах подумать, вот — будет теперь тебе личный кабинет, хоть на ключ запирайся от всего отдела подальше! » — Твердил ему Прокапенко, когда Игоря «заставляли» улыбаться в камеру и давать интервью по поводу поимки ЧД и жизни «знаменитого» майора в целом.
Хотя кое-что хорошее в своей жизни Игорь все-таки приобрел — Юлю. С той самой драки в башне Vmeste, когда Прокапенко пригласил их обоих на семейный ужин, они решили сыграть влюбленную парочку, чисто чтобы Федор Иванович наконец отстал от Грома со своим: «Работа, работа! У тебя девушка хотя бы есть?». Игорь сам не знал, как смог уговорить на это Пчелкину. Но в итоге эта игра перешла в нечто большее, такое как походы в кино, поедания шавермы вечерами у ларька и редкие походы в рестораны.
И не знаю почему, но Игорь был счастлив. Понастоящему счастлив, когда рядом с ним была эта женщина. А ведь они еще даже не целовались ни разу, так, шутили только об этом. Гром как независимый мужчина старался держать дистанцию, не выражать эмоций, когда не требовалось, ну а Юля. Ну, она делала так же. А Федор Иванович все смотрел на это каждый день, когда Юля встречала Игоря с работы, и вздыхал:
» — Такими темпами, Игорек, ничего ты от жизни не добьешься. Все у тебя работа, как была, так и осталась, а жена, дети, семья… Ты пойми меня правильно, я же не против работы полицейского, но сам видишь — того гляди заявиться еще какой-нибудь такой Чумной Доктор и пиши: «пропало». И Юлька твоя одна останеться, и я не переживу уже.»
Сам Игорь в суть этих слов старался не вникать. Он не хотел об этом думать. Он боялся, сам того не понимая. Он еще не знал, что все эти страхи в конечном итоге, вскоре окажутся куда реальнее, чем Игорь мог себе представить…
***
И так, наступало очередное Питерское утро. Спахнув будильник с тумбочки, за его «дурацкую» мелодию, Игорь протер глаза. Опоздание куда-либо, особенно на работу, как ни странно, никогда к нему не относилось. В конце-концов, что-что а работу он любил не меньше Юли (А может и больше?). Тем не менее — накинув куртку и глатнув холодного чая, который видимо стоял на столе еще с последнего прихода Пчелкиной (а было дня два назад), он захлопнул дверь и зашагал на свою обыденную серую автобусную остановку… Здесь его уже не столь замечали, как в первые дни после прогремевшего дела Разумовского. И Гром был этому только рад — не любил он, когда каждый прохожий лезет к тебе, чтобы руку пожать и поблагодарить. Игорь в полицию пошел не ради благодарностей. Вот только сегодня на него даже никто не взглянул вообще. Разве что на столбе все так же висела газета шестимесячной давности о том, что «полицейский Санкт-Петербурга Маойр Гром оказал не малое содействие Евгению Стрелкову в поимке Чумного Доктора». Каждый день Игорь бывал на этой остановке два раза: утром и вечером. Каждый раз он останавливал себя о того, чтобы сорвать к чертям этот кусок газеты. А сегодня он все же решил с этим поканчить. И дело было даже не в Стрелкове… а в чем-то зловещим. В чем-то, что Гром считал опасным. Или в ком-то, кто рано или поздно придет мстить. Но стоило майору содрать потрепаную газету со столба, как почувствовал пару-тройку негативных взглядов, прикованных к нему. Он обернулся и увидел старушку, которая упорно продолжала рассматривать напечатаный текст в руках майора. — Святой все-таки был человек… — Почти прошептала она и скрылась в дверях подьехавшего автобуса. У Игорь не знал, что на это ответить. Не понимал.***
Каждый день, когда Гром заходил в участок, коллеги не обходились без «искрометных» шуточек или подколов, по поводу недавних преступлений. И Игорь настолько привык к этому, что сегодня практически замер у входа в свой новый кабинет, когда вокруг него была лишь сплошная тишина, вместо привычного хохота. Тогда он медленно отошел о двери и мельком прошелся взглядом по коллегам, которым явно было «не по себе». Как тут ответ нашел его сам: — Игорь? Ты наверное не вкурсе, да?.. — Начала одна из его давних коллег — Зайди к Федору Ивановичу. У него для тебя есть. в общем. небольшое дело. — Голос ее был полон сожаления, при чем сожаления, которое к Грому-то никак и не относилось. В итоге она вернулась на рабочее место, так же быстро, как у подошла, проигнорировав все вопросы Игоря. Майор, будучи в полном недоумении от происходящего, постучался в кабинет полковника, а затем медленно опустился на стул напротив Прокапенко, который что-то уже долго рассматривал на экране ноутбука. — Федор Иванович, вызывали? — негромко спросил Игорь, будто чувствуя неладное. — Вызывал, Игорек. Взгляни. — холодным тоном произнес он и развернул ноутбук к Грому. Спустя пару минут, взгляд Игоря изменился коллосально. И то было ни сожаление, ни злость, ни даже обида — это была жалость. Жалость непроизвольная. — Сегодня утром спрыгнул с крыши больницы. там внизу река, а так как больница на возвышении — скорее всего разбился о скалы. Сегодня вечером поедешь туда, выяснишь обстоятельства, труп… на опознание. Конечно, они скорее всего все спишут на охрану. Еще этот доктор его. хотя что с него взять-то. Вообщем готовься, Игорь, в этом народ в первую очередь будет винить того, кто его туда посадил. И для них он был и остается больше благотворителем и филантропом, чем Чумным Доктором… Похороны мэр уже назначил на двадцатое число. Остальное — наша работа… На этом Гром медленно закрыл крышку ноута, на экране которого рыжеволосый молодой парень в белой одежде бросился практически на скалы, а рядом стоял его врач, который по видимому поймать того не успел… — Да, кстати, завтра к нам опять нового следователя из Москвы присылают. Будете работать вместе, выискивать, на случай если появятся подельники, последователи или еще кто… Как там говориться? «Великими становяться уже после смерти?». И не вздумай, Игорек, с ним не поладить — это человек будет серьезный, не такой клоун как тот Стрелков, с ним шутки плохи.
