Тяга

Говорят, что если ты когда-то отпустишь своего соулмейта, то тебе больше не выпадет шанс встретить его снова. Эдакое наказание для тех, кто не сумел удержать свою истинную любовь. Я верю в предопределение. Верю в судьбу, ну, или по крайней мере, хочу в неё верить. С тех пор, как я познакомилась с загадочным парнем, прошло уже три недели. Кажется, я начинаю понимать, что поступила глупо и опрометчиво, когда отпустила его.

Ой, точнее, когда вытолкнула его из квартиры, даже не дав ему и себе время всё обдумать.

Так бывает. Иногда родственные души, связанные красной нитью судьбы, понимают, что не хотят быть вместе, и обрекают друг друга на бесконечные страдания, ведь ни с кем больше не могут почувствовать себя счастливыми. Довольно печальная перспектива, но быть одной лучше, чем с кем попало. Да, я сейчас о том незнакомце, которого я привела к себе домой почти сразу после знакомства. И где только были мои мозги? На смене как обычно скучно. Разношу заказы, варю кофе, выслушиваю кривые подкаты. На улице пасмурно. Смотрю в окно, откровенно не завидуя людям, что сейчас оказались под этим ужасным ливнем. И когда только в Лондоне будет ясная погода?! Кафе заметно наполняется людьми. Промокшие, замёрзшие, они забегают внутрь, закрывая большие чёрные зонты один за другим, с которых крупными каплями стекает вода. Интересно, а что делает сейчас он? Тот самый парень, с которым я провела незабываемую ночь и который, по всей видимости, действительно был моим соулмейтом. Как глупо. Я думаю о незнакомце, а о любви всей своей жизни я не вспомнила ни разу с тех самых пор, как познакомилась с парнем, имя которого я так и не удосужилась узнать. Почему он так кардинально въелся в мой рассудок? — Берн, за пятым столиком у клиента нужно взять заказ, — слышу голос менеджера и мягко вздыхаю, походкой великого энтузиаста направляясь к клиенту за пятым столиком. — Добрый день. Приветствую вас в кофейне Wilton Way Café, — утыкаюсь взглядом в записную книжку, тараторя стандартный набор фраз. — Меня зовут Бернайс, и сегодня я буду вашей официанткой. Готовы уже сделать заказ? Отрываюсь глазами от листка бумаги, переведя их на сидящего за пятым столиком клиента. Вновь вижу эти серые глаза, что не выходили у меня из головы все три недели, которые я провела в одиночестве, коря себя за проделанные ошибки. И три недели, которые дали мне понять, что я совершила грубейшую ошибку, позволив своим чувствам и страхам в очередной раз взять над собой верх. — Бернайс, значит, — довольно протягивает мой знакомый незнакомец, смакуя моё имя на языке. — И всё-таки не Афродита. — Из моей груди вырывается короткий смешок, но я давлю его, тут же прокашлявшись. — Неужели судьба снова свела нас вместе? — он выгибает бровь, а я вглядываюсь в его глаза. Эти три недели помогли мне понять не только то, что я совершила ошибку. За эти три недели я успела ответить на его вопрос, который он задал мне перед тем, как покинуть мою квартиру той ночью. — Задай себе вопрос, почему ты так отчаянно пытаешься избежать истинной любви. Задавала. И не раз. Но каждый раз будто блокировала любые проявления эмоций и настоящих чувств при упоминании им понятия «истинная любовь». Что это вообще такое, эта ваша истинная любовь? Для кого-то это самоотверженность, для кого-то — полное принятие любимого, для кого-то — полные страданий и недопониманий отношения. Но что лично для меня истинная любовь? Взаимопонимание. Ласка. Забота. Комфорт. А может... и нет вовсе? Может, я всё это время ошибалась, и настоящая, истинная любовь лично для меня состоит вовсе в чём-то другом? Только вот... в чём? — Сделайте заказ, пожалуйста, — поджимаю губы, выдавив официальную улыбку. — И никакая это не судьба, — тише произношу, слегка наклонившись к нему. — Как ты меня нашёл? Работаешь в правительстве? — Я буду стандартный капучино с корицей, — парень захлопывает меню, едко улыбнувшись. — И круассан с зелёным сыром и копчёным лососем, — он протягивает мне брошюру, опустив локоть на поверхность стола. — И нет, я не работаю в правительстве. У меня машина заглохла. Прямо около вашей кофейни, — уголок его губ медленно приподнимается выше. — У вас ужасный вкус, — ворчу, сжав челюсть, и забираю из его рук меню. — Неужели официанты не должны говорить о том, что клиенты делают хороший выбор? — он вопросительно вскидывает брови. — Предпочитаю резать правду-матку, — издевательски бросаю и уже хочу развернуться, но парень хватает меня за руку. — Эй, какого... — Ты врёшь. Точно так же, как тогда, когда ты сказала, что не испытала со мной оргазм. Я уверен, ты соврала, — незнакомец, который уже успел узнать обо мне столько, сколько не знал даже Джулиус, сжимает пальцы на моём запястье, и я невольно опускаю голову вниз, взглянув на его руку. — Не понимаю, о чём вы говорите, мистер, — вырываю руку, и парень с лёгкостью меня отпускает. — Вам бы проветриться, — вновь вглядываюсь в его серебристые глаза, отдающие пламенным вожделением. А я ведь специально грублю ему, чтобы он возбудился, да? — Погулять. Погода как раз прекрасная, — добавляю почти шёпотом, сглотнув. — Снова грубишь, — он прищуривается, смерив меня небрежным взглядом. — Я весь пылаю, Бернайс, — саркастично кидает, и я вновь закатываю глаза, но не могу сдержаться от мягкой усмешки. — Господи, — бормочу себе под нос и наконец разворачиваюсь, направляясь к бару. — Теперь ты всё равно не сможешь от меня избавиться. И даже Господь Бог тебе не поможет, — слышу вслед фразу, брошенную незнакомцем, и мои губы невольно расплываются в нежной улыбке. Я больше и не хочу от тебя избавляться.

Полчаса назад

— Да, Грегг, какой там адрес? — хаотично бегаю глазами по монитору, следя за перемещающимися точками. — Уилтон Уэй? 28? А, 63... — задумчиво добавляю, поставив в навигаторе пункт назначения. — Спасибо, — сбрасываю звонок и выезжаю на главную дорогу. Да уж, погодка сегодня прелесть. Замечаю за поворотом столкновение трёх машин и разъярённых англичан, беседующих на повышенных тонах. Приехал в Лондон по делам, называется. Почти уверен, что в моём родном Аликанте сейчас светит яркое солнце, пока я здесь преодолеваю расстояния, мучаясь от высокой влажности в воздухе. Не верю, что девушка, с которой я провёл незабываемую ночь, не почувствовала то же, что почувствовал я. Так не бывает — вы либо вместе предаётесь сладким секундам, либо вместе не чувствуете совершенно ничего. И я уверен — то, что произошло между нами той ночью, не может быть случайностью или стечением обстоятельств. Я верю в предопределение. Верю в судьбу, ну, или по крайней мере, хочу в неё верить. Да, я верю в судьбу, именно поэтому понимаю, что она не сможет теперь найти меня, ведь она меня отпустила. Если так можно выразиться, учитывая все факты. Она меня отпустила, точнее, выставила за дверь, не желая мириться с фактом того, что я — тот самый мужчина, которому было суждено быть с ней всю оставшуюся жизнь. Но я её не отпускал. Никогда, даже в мыслях. Отчаянно цеплялся за вкус её нежной бархатной кожи, отпечатывал в сознании раз за разом цвет её глаз, запах её сладких духов и звуки её таких же сладких стонов. Я верю в судьбу, но предпочитаю брать в свои руки построение своего собственного счастья и принятие решения о том, кто будет в моей жизни, а кого я пошлю на три весёлые буквы. Я решаю, кто будет рядом со мной, особенно, если этот кто-то так же особенен, как девушка, с которой я впервые ощутил самый настоящий, взрывной оргазм. Останавливаюсь около кофейни, в которой она работает официанткой. Я уже всё узнал, и даже её имя. Бернайс. Почему-то именно таким я его себе и представлял. Заглушаю мотор и кидаю взгляд в окно. Людей туча, и я не сразу могу разглядеть свою избранницу среди чужих лиц. Но вот я вижу её и вмиг понимаю, что больше никогда не уйду. Что бы она ни говорила, что бы ни делала, как бы отчаянно она меня ни прогоняла — я всегда буду рядом. Потому что хочу. Выхожу из машины и критическим взглядом начинаю её осматривать. Я знаю — Бернайс обязательно пошутит о том, что я нашёл её или что я какой-нибудь сумасшедший сталкер, который только спит и видит, как бы докучать своей раздражающей назойливостью. Именно поэтому я сделаю вид, что это чёртова судьба. Чёртова судьба снова свела нас вместе, детка. И я тут совершенно не причём. Открываю крышку капота, взглянув на двигатель. Всё в порядке, но мне нужно сделать так, чтобы был хоть какой-то намёк на поломку. Или... проще всего сделать вид, что я забыл заправиться, и моя машина остановилась прямо около кофейни, в которой работает она. Да. Определённо ничего подозрительного. Захожу внутрь, растрепав успевшие взмокнуть волосы. Обвожу пространство взглядом, наконец заметив Бернайс у барной стойки. Игриво улыбаюсь, присев за пятый столик, и манерно начинаю разглядывать меню. — Добрый день. Приветствую вас в кофейне Wilton Way Café. — Поднимаю взгляд на неё, с наслаждением рассматривая каждый сантиметр её совершенного равнодушного лица. — Меня зовут Бернайс, и сегодня я буду вашей официанткой. Готовы уже сделать заказ? Бернайс наконец отрывается глазами от своей записной книжки и встречается со мной взглядом. Долго всматривается в мои глаза, будто не может поверить в то, что я действительно здесь. — Бернайс, значит, — проговариваю её имя, будто пробую его на вкус. — И всё-таки не Афродита. Неужели судьба снова свела нас вместе? — выгибаю бровь, пытаясь не выдать всех своих секретов. — Сделайте заказ, пожалуйста, — Бернайс поджимает губы, выдавив официальную улыбку. — И никакая это не судьба, — едва слышно добавляет, а я мягко усмехаюсь. — Как ты меня нашёл? Работаешь в правительстве? Приподнимаю уголок губ в самодовольной улыбке, а в моих мыслях крутится: «Ну, говорил же». Бернайс принимает у меня заказ, при этом не забыв нахамить мне как следует, но это только больше заводит меня, вынуждая проводить её голодным взглядом. Она практически не подходит ко мне за всё то время, что я гощу у неё в кафе. Думаю о том, что официантка из неё так себе, поэтому оставляю пару купюр наличными ей на чай, что может означать лишь пренебрежительный жест со стороны клиента. Оставляю пару купюр и вместе с ними салфетку с надписью: «Андрес. +44 113 667 9078. Позвони мне.» Выхожу на улицу, вдохнув свежий мокрый запах полной грудью. Дождь уже закончился, и на небе даже появилось что-то наподобие солнца. Удивительно. Чувствую вибрацию в кармане, услышав звук уведомления, и достаю телефон, найдя глазами экран. ...: Значит, ты, Андрес, готов так просто отпустить свою родственную душу? Приподнимаю уголок губ, обхватив телефон двумя руками, и начинаю печатать ответ.

Я: Ты ведь говорила, что я не твой соулмейт.

...: Я была неправа. Уже хочу развернуться, чтобы вернуться обратно, ведь мне так сильно хочется увидеть её вновь, но слышу ещё одно уведомление. ...: Я была неправа, когда отпустила тебя. Нежная ладонь касается моего плеча, и я сразу же поворачиваюсь, встретившись с Бернайс взглядом. Замираю, развернувшись вполоборота, и почему-то не могу двинуть ни единой мышцей на своём теле. — Прости меня, — её ладони плывут по моей шее, но я продолжаю стоять как вкопанный, рассматривая её глаза словно в первый раз. — Я так боялась... снова влюбиться. Снова совершить ошибку, — Бернайс опускает взгляд вниз, сделав неуверенный шаг вперёд. — Ты уверена, что хочешь быть со мной? — моё дыхание учащается, и сердце начинает биться чаще. — Уверена, — Бернайс наклоняется ко мне, коснувшись моих губ своими, и я в тот же миг резко притягиваю её к себе, развернув на девяносто градусов. — Боже... — случайно срывается с её губ, и она неловко закусывает нижнюю. — И когда я стала такой неосторожной... — задумчиво бормочет, вглядываясь в мои глаза, пока я прижимаю её к железной двери своей машины. — Ты стала не неосторожной, Бернайс, — опускаю ладони ниже по её телу, и она невольно подаётся вперёд. — Ты стала меньше думать и больше отдаваться моменту. — Да и откуда ты только такой умник взялся? — небрежно бросает, вновь закатив глаза. Вскипаю изнутри от очередного проявления её скверного характера и, опасно склонившись над ней, с силой прижимаю её к машине. Чувствую, как её пальцы скользят по моей шее, острые ногти впиваются в голую кожу, и, едва коснувшись её уха, хрипло шепчу: — Меня послала к тебе сама судьба.