Воспитанник

Дни потянулись своей чередой, уже не такие серые и безнадежные, как раньше. Даниэль привык исправно посещать занятия и неизменно выходил на тренировку по утрам. Он втянулся в такой ритм и стал меньше уставать. А еще… нет, он пока не признавался в этом даже себе, — все это ему начало нравиться. Учителя в целом были им довольны, и даже Грено теперь все реже прибегал к помощи палки, чтобы взбодрить своего ученика. Хотя и оценил его успехи по-своему — увеличил нагрузку. Сегодня Даниэлю посчастливилось выиграть поединок в фехтовании с одним из гвардейцев. Грено одобрительно кивнул и, самое важное, — Даниэль поймал на себе взгляд Каролины. Она улыбнулась ему. Даниэль радовался, как маленький. Это был триумф! Первая настоящая победа! Пусть небольшая, но честная. И ОНА ее видела! Парень и сам не мог понять, почему таким важным для него стало вдруг внимание принцессы. Но ловил его с жадностью. И всю оставшуюся часть тренировки тайком наблюдал за девушкой в надежде, что она посмотрит на него еще раз. Но на этот раз Каролина фехтовала с Грено, и ей было не до того, чтобы смотреть по сторонам. Тот расслабляться не давал никому. Ну ничего, ведь сегодня они увидятся на занятии. С той самой поры, как Каролина пришла к нему в комнату с извинениями, что-то непоправимо изменилось в нем самом. Принцесса, должно быть, и сама не подозревала, что простой, естественный для нее поступок, так потрясет Даниэля. Выходит, ей не все равно что с ним происходит. С каждым днем это ощущение крепло. Ее высочество самолично выделила время, чтобы знакомить его с азами управления и положением дел в Рогнаре. А ведь он видел, как она занята! Теперь видел. Смешно, когда-то он был уверен, что наследники престола — самые большие лентяи в мире. У них слуг навалом, знай себе только приказы отдавай. А на деле оказалось, что принцесса работает больше всех. Сможет ли он также хоть когда-нибудь? Он старался. И готов был стараться уже ради того, чтобы получить ее одобрение. И она, как чувствовала, не упускала случая похвалить. Он открывал для себя новую Каролину. И к этой новой Каролине испытывал что-то вроде робкого почтения. Он стал ждать занятий с ней. Но и в остальное время скучать было некогда. Скучать? А ведь когда-то он не знал, чем бы занять время. Все развлечения так быстро надоедали. Теперь Даниэлю приходилось многое делать самому. Например заботиться о чистоте своей комнаты. Горничная с этажа оказалась беззлобной веселушкой и охотно ему в этом помогала. Остальные слуги тоже не отказывались помочь. Даниэль обращался к ним поначалу со страхом. Но никто не насмехался. Постепенно, осмелев, мальчик возобновил конные прогулки. Только к конюху Гавриилу, тому самому, которого чуть не огрел плетью, обращаться вовсе избегал. Сам седлал своего любимого Ральфа. Дан часто виделся с Греной, а когда было свободное время, забегал к Максимилиану. Рассказывал ему последние замковые новости и про свои достижения. Старик охотно слушал. Потом они пили чай с травами, какой умел заваривать только старый слуга. Даниэль читал ему вслух, или же сам Максимилиан рассказывал что-нибудь про «былые времена». А рассказчик он был — заслушаешься! Даже Герхард перестал показываться и отравлять Даниэлю жизнь. Каро как-то вскользь упомянула, что у кая Герхарда теперь слишком насыщенный график. По правде сказать, Дан вздохнул с облегчением. В делах наступило небольшое затишье. Все, что могла сделать сама, Каро уже сделала, и оставалось ждать каравана из Империи. Вместе с которым должен были прибыть гвардейский полк, таможенники, стряпчие и вообще полноценный штат придворных. Она уже добилась неплохих результатов. Кроме всего прочего, удалось наложить арест на некоторые подозрительные счета. Прошлым вечером прибыли посыльные из Банкирского дома Независимых Княжеств. Переговоры затянулись до поздней ночи, но все вопросы удалось решить. Утром она, как обычно, пошла на тренировку. Ну и что, что глаза слипаются, первый раз что ли? Тем более, что на пробежке организм привычно «включился». Занятия закончились, и она уже размышляла на тему, чего бы такого полезного пойти сделать, и тут коварная усталость вернулась, словно подкравшись из-за угла с пыльным мешком. Каро еще поборолась из чистого упрямства, а потом плюнула. В конце концов, она принцесса, или ломовая лошадь?! Спать! Пусть хоть сроют это герцогство к крабовой бабушке. Проснулась она только к обеду. Сначала подскочила, как ужаленная — мамочки! Сколько времени?! И тут же плюхнулась обратно на подушки. Крабовой бабушки не видать, значит, герцогство постоит без нее и еще с полчасика. Зато в кои-то веки можно поваляться и спокойно подумать. Вспомнилась утренняя тренировка. Даниэль делает успехи. У него сегодня был такой гордый вид, словно он как минимум кубок империи выиграл. Каро улыбнулась. Надо же, как все изменилось. Мама была права. Как всегда. Хотя все равно сначала он был противный — убила бы. Но потом… потом она наверное сама не хотела уже видеть в нем никого, кроме того самого мерзкого самодура. А он изменился. И заметно. Исчезла ленивая разболтанность движений, всего несколько недель тренировок оказалось достаточно, чтобы придать осанке четкость, и пружинистость походке. Даже взгляд! Лицо у него стало другое. Скучающе-презрительная гримаса сменилась оживленным вниманием, Даниэль стал чаще улыбаться, причем удивительно искренне и в то же время чуть застенчиво. Спесивый герцог исчез, остался просто мальчишка. Нормальный такой, даже симпатичный. Правда, держится все еще скованно. Сторонится любой компании. Кстати, из его бывших друзей мало кто остался в замке. Еще бы, работать — это вам не на балу отплясывать и по охотам разъезжать. Остались только те, кому, видимо, ехать было особенно некуда. И что настораживало — Герхард был в их числе. Не уехал (а уж ему было куда!) Даже не особенно возмущается. С кислой миной, но обязанности свои выполняет. Может, оно и к лучшему, пусть будет на глазах. Очень уж он ей не нравился. И история его появления не нравилась. Слишком все как-то гладко. Ну да черт с ним, с Герхардом, хоть один день о нем не думать! Кстати, стоит сегодня рассказать Даниэлю о правах и обязанностях дворянства в империи. И посмотреть вместе с ним, что об этом есть в местных архивах. Он понемногу начинает вникать в положение дел в Рогнаре. Вот уж не ожидала, что парень так быстро соображает, и память у него вполне себе. Умеет сделать выводы из нескольких разрозненных, казалось бы, фактов. И посмотреть на ситуацию под неожиданным углом. В нем проснулся интерес к таким задачкам, и это оказалось неожиданно приятно. И частенько давало возможность взглянуть на проблему свежим взглядом, найти нестандартное решение. Однако, Каролина считала преждевременным раскрывать перед ним всю сложность ситуации. Она присматривалась, слушала, и не торопилась. А Лан сегодня обед не принес. Странно… Каждый день, как штык тут как тут. Будто это и правда его обязанность. «Кормилица». Каро с нежностью улыбнулась. Магдалене расскажу — не поверит. А жаль, что не пришел. Хотя на самом деле давно уже можно этого не делать, но… так приятно! Ее мысли были прерваны стуком в дверь. Каро быстро привела себя в порядок и впустила визитера. — Ваше Высочество, опять без обеда? — Строго вопросил «посетитель», протискиваясь, с подносом в дверь. — Извини, в канцелярии задержали. Каро улыбнулась. С тех самых пор, как она отбивалась от его жужжащего «подарочка», их отношения стали как-то ближе, непосредственнее. Внешне вроде мало что поменялось. Он оставался так же церемонно-вежлив, особенно в присутствии других, но наедине… даже это его «Ваше Высочество» звучало теперь так, что Каро перестала протестовать и требовать обращения по имени. Теперь оно звучало с некоторой иронией и очень тепло. И эта его постоянная ненавязчивая забота… Каро заметила, что в присутствии Лана невольно расслабляется, и принимает заботу не с раздражением — как от надоевших придворных кавалеров — а с удовольствием. Да те и не заботились вовсе, они «куртуазно ухаживали». А Лан… с ним было весело и интересно. И… тепло. — Да разве с таким строгим «кормилицей» обед пропустишь? — В тон ответила девушка. А про себя хихикнула — вообще-то она уже вполне находила время и сама поесть, но Лан упорно продолжал кормить сам. И ей это определенно нравилось.

***

После занятий Даниэль, отдыхал и предвкушал встречу с Каро. До нее оставалось два часа. Целых два! И тянулись они, как водится, медленнее медленного. Даниэль подошел к окну. Постоял, раздумывая, не выйти ли ему в сад, чтобы скоротать время. Он успел полюбить неспешные умиротворяющие прогулки. Там редко кого-нибудь можно было встретить. Можно даже сказать — совсем никого, если не считать памятной встречи с Герхардом. При воспоминании о последнем, парень передернул плечами. Вспоминать эту историю не хотелось. Тем более что за ней неизбежно следовали мысли о Лане, тоже мало его радовавшие. Однако в этот раз размышления исчезли так и не появившись, потому что Дан увидел из окна Каролину.

***

В ворота замка стремительно въезжали всадники. Двор заполнил гулкий стук подков и голоса людей в форме императорской гвардии. Среди них оказалось трое мальчишек лет по двенадцать-тринадцать на вид. Они сразу привлекли его внимание, потому что кубарем скатились с лошадей и, безбожно нарушая субординацию, кинулись к принцессе. Запрыгали возле нее, оживленно жестикулируя и, судя по всему, перебивая друг-друга. Кто это? Братья? Но у Ее Высочества нет родных братьев… тем более троих… тем более одного возраста. Почему же тогда… Она обнимает их?! Кто бы ни были эти мальчишки, Даниэль мгновенно невзлюбил их за то, что они покусились на Каролину. Его Каролину! Если бы он задумался в этот момент над своими чувствами, наверное сам бы немало удивился. Его Каролина? С каких это пор она стала «его»? Как так получилось, что он начал тянуться к ней, жаждать ее внимания, ждать встречи? И вместе с тем все крепче утверждаться в мысли, что ее внимание — только для него. А тут… Даниэль резко задёрнул штору и отошёл от окна. «Дружная троица», «кошмарная триада», «три поросенка» — у них было много прозвищ, от ласковых до опасливо-недружелюбных. Воспитанники наследницы, ее непоседливое «семейство» наконец добрались до своей драгоценной принцессы. Мальчишки озирались по сторонам. Куда это занесло Каролину а теперь и их самих вслед за ней? — Каро, наконец-то! Мы соскучились, как стадо бегемотов! — Каро, а Эрик новый разряд получил! Его сам начальник лейб-гвардии тренировал, пока Грено не было! — Каро, тебе письмо от Ее Величества! А на перевале мы в тааакую бурю попали! — новости сыпались на ошалевшую девушку одна за другой, при этом громкогласное трио наперебой пыталось обнять ее и чмокнуть в щечку. — Роза наша расцвела — вся цветами усыпана. — Мы модель парусника сделали, запустили ее, и Ким в пруд свалился. Целый день потом от кайсы Леоноры прятался. Каро, ну скажи что-нибудь! Каро не сразу пришла в себя — вот сюрприз, так сюрприз! Но уже через несколько секунд девушка счастливо смеялась, обнимая всех троих, теребя, поворачивая, чтобы лучше разглядеть и целуя в ответ. Эти трое мальчишек уже давно стали ее семьей. Они давно стали ей ближе, чем Магдалена и вечно занятая мама. Как же она по ним соскучилась! — Вы как тут оказались, негодники? — Весело спросила она, когда утих первый шквал поцелуев и объятий. — Нуууу… мы подумали, как ты тут без нас… — лукаво улыбнулся Эрик, — кто за тобой еще присмотрит. Питер толкнул его в бок и спокойно пояснил: — Письмо от Ее Величества, срочное. Ну а мы с караваном… напросились . — Да уж, без вас мне тут никак. — Подтвердила Каро. Но тут же слегка нахмурилась. От нее не укрылась ни легкая заминка Пита, ни то как отводит глаза правдолюбивый Ким. Напросились они, хм... Но сейчас она была так обрадована их приездом, что не стала разбираться. Успеется. Даже сопровождающий мальчишек гвардеец с королевским посланием удостоился внимания принцессы не сразу. Решив по-быстрому все официальные вопросы, нетерпящие отлагательства до завтра, Каро снова вернулась к своим драгоценной троице. — Ну Каро, мы просто уже умираем с голоду! А ты нас держишь во дворе! Где тут можно чего-нибудь перехватить? Обидно проделать такой путь и помереть голодной смертью в самом его конце. — Эрик уже успел оглядеться по сторонам и теперь настойчиво требовал к себе внимания. — Грязнуль не кормим! — Тут же засмеялась Каро, напомнив этимпервые дни их знакомства, когда попытка загнать трех упрямых мальчишек в ванну закончилась глобальным потопом в покоях принцессы и запихиванием визжащих поросят в воду прямо в одежде. Выросшие поросята дружно захихикали, эту историю они помнили хорошо. Тогда Каро было не до смеха: мокрая, взъерошенная и злая, она гонялась за разбегающимися в разные стороны мальчишками по комнате, а заглянувшая на шум и благоразумно забравшаяся повыше Магдалена комментировала и давала советы, аккуратно придерживая подол. Еще сильнее выводя Каро из себя своим ехидством. Шум, гам и дым коромыслом в покоях наследницы в конце концов привлекли внимание императрицы. Войдя в комнату в самый разгар погони, Ее Величество несколько секунд внимательно наблюдала за разворачивающимся представлением, а потом спокойно посоветовала: — Попробуй их по одному ловить. — И вышла, больше не сказав не слова. Кончилось дело тем, что Каро последовала совету матери, сосредоточилась на одном из поросят (не повезло быть первым Киму), зажала жертву в угол, сгребла в охапку и с размаху бултыхнула в полную воды ванну прямо в одежде, сразу окунув с головой и подняв фонтан брызг. — Я уши мыл! Вчера! — Под общий смех заверил Ким, опять напомнив всем тот самый аргумент, который верещал во время макания в ванну с головой. Это уже стало традицией, на любое напоминание о чистоте отговариваться мытыми вчера ушами. — Твое «вчера» опять было в прошлом году? — Каро сделала ужасно суровый вид, поддерживая ритуал привычной фразой. — Начина-ается… — пробурчал с деланным возмущением Эрик. — А мы думали, ты тут подобреешь хоть немного. — Каро, это и есть твой жених? — внезапно понизив голос поинтересовался мальчик. — По двору вальяжной походкой проходил Герхард, направляясь к конюшне. — Где? — Каро глянула и тут же чуть не поперхнулась. — Типун тебе на язык! Слава Пресветлому, нет! И вообще, пойдем-ка в дом. Купаться. — ехидно добавила она, увлекая мальчишек за собой. И они, оживленно болтая, скрылись в недрах дворца. Каро на некоторое время забыла обо всем. Ненаглядная троица занимала все ее мысли: устроить их в комнате неподалеку от себя, погнать таки в купальню и со смехом следить, как они устраивают там форменный кавардак с обливанием. Выгнать их в конце-концов из воды и пообещать не кормить, если быстро не вытрутся и не оденутся. Отправиться прямо в трапезную и всем вместе весело накинуться на еду. Только через пару часов Каро вспомнила, что собиралась сегодняшний вечер провести с Даниэлем. Но оторваться от мальчишек сейчас у нее просто сил не хватило — она так соскучилась. Поэтому быстренько отловив первого попавшегося лакея, она отрядила его сообщить Дану об отмене вечерних занятий, и потащила мальчишек в канцелярию. Из-за их приезда принцесса сегодня забросила дела и теперь хотела хоть чуть наверстать упущенное, а заодно познакомить «троицу» с Ланом. Ну и еще кое-что сделать. Из письма матери она уже знала, не все так просто с этим «сюрпризом». Сначала Каролина просто онемела от новостей, потом опомнилась и пожала плечами — а, собственно… чего еще от этих обормотов ждать??? Короткий стук вежливости и в канцелярию заглянул гвардеец. — Кай Ланире, Ее Высочество будет у вас через пять минут со своими друзьями из столицы. — Спасибо, — с улыбкой ответил Лан, приглядываясь к гвардейцу и проверяя канцелярскую привычку запоминать имена, — кай Тедо, вы видели друзей Ее Высочества? Их напугает наш беспорядок? Беспорядок, к слову, в канцелярии был всегда, но с того дня, когда герцог стал воспитанником, а Лан — секретарем, структура беспорядка существенно изменилась. Прежде столы были завалены ореховой скорлупой, апельсиновыми корками, попадались и пробки от бутылок, среди винных пятен. Вокруг пересохших чернильниц валялись обломки перьев, тут же обрывки бумаг. На все это безобразие злорадно поглядывали разжиревшие пауки — жирных мух в канцелярии всегда было изрядно. Ходил слух, будто прежний начальник канцелярии завел поросенка в углу и откормил остатками трапез подчиненных; вранье, конечно, но все же… Теперь столы были вычищены, пауки изгнаны, для их же блага, так как кормовая база из мух исчезла. И чернила были свежие — доливались в чернильницы каждую неделю, и перья острые. Зато на столах повсюду валялись книги из замковой библиотеки, прежде всего различные разряды и описи прежних лет, для подготовки отчетов. Лан постоянно отправлял в библиотеку заказы на новые справочники, а так как прежние книги не отсылал, они грудились повсюду. Тут же черновики, прежние отчеты, письма жителей, коих в канцелярию приходило немало. Изначальный навал работы явно уменьшился, вроде бы, можно было попросить у кайсы Каролины назначить другого секретаря, а ему сменить должность. Но Лан не спешил — быть канцелярской крысой, оказывается, не так и плохо. Примерно, как быть полководцем: послал подчиненных в битву, а сам сидишь на холме, следя, чтобы никто не отступил, посылаешь вовремя резервы, принимаешь отчеты о трофеях и проблемах. К тому же, в библиотеке замка оказалось, столько замечательных книг, которых не удалось прочитать за последние два года. И кому, как не секретарю, удастся спокойно посидеть и почитать? Сидеть, кстати, было и удобно, и приятно. Едва ли не на второй день работы, Лан нашел в куче бумаг жалобу плотников, на какую-то недоплату и, вникнув в дело, переправил ее в казначейство на исполнение. Плотники отблагодарили нового начальника, не просто отремонтировав его кресло, но и снабдив его стальными колесиками. Теперь Лан перемещался по канцелярии, едва ли не быстрее, чем, если бы бежал, а главное — не вставая. Обычный маршрут был от стола с книгами к подоконнику — к солнышку поближе. В этом Лан и блаженствовал, когда выпадала спокойная минтука. Отрываясь лишь если подчиненным было что-то непонятно, или требовалось прочитать подготовленный документ, готовый к отправке. Или требовалась срочная справочная записка. Или происходило внезапное происшествие, как сейчас. — Нет, кай Ланире, — усмехнулся гвардеец. — Подозреваю, друзья Ее Высочества, только увеличат беспорядок. Лан не то что, удивился, распахнул глаза от удивления. Бросил быстрый взгляд на привычный маршрут, оттолкнулся от подоконника и прокатился по залу, да так, чтобы оказаться за столом. Гости пожаловали даже чуть раньше обещанного. Не успела дверь раскрыться, как донеслась печальная просьба. — Каро, ну накажи нас как-нибудь по-другому! — Нет, — ответила принцесса, раскрывая дверь, — за вами присмотрит мой секретарь. И никаких каникул вам, понятно? Будете учиться все лето! На секунду все замолчали, но каждый по своей причине: Лан, как и положено придворному при исполнении обязанностей, поклонился и ждал, пока принцесса первая обратится к нему. Мальчишки замерли на пороге, обреченно вздыхая и пытаясь понять: где же тот самый страшный секретарь? Каро довольно улыбалась. Наконец, она сказала. — Кай Ланире (Лан поклонился еще раз), хочу представить вам моих воспитанников: Питер Росс, Эрик Марено, Ким Вериш. С этого момента они поступают в ваше распоряжение, и должны находится под вашим присмотром все свободное от занятий время. Буду вам признательна, если вы подробно расскажите им о замке, о городе, и о герцогстве Рогнар. У них непременно будут вопросы, на которые столичные учителя не ответят в любом случае. — Будет сделано, Ваше Высочество, — ответил Лан поклонившись. Каро, на минуту забыв воспитанников, обратилась к Лану с весьма важной просьбой: изучить послание соседнего герцогства Дархаар, и понять, насколько обоснованы его претензии. Воспитанники же, по инерции войдя вслед за Каро, так и застыли. У них хватило сил лишь автоматически поздороваться: Питер — неуклюже, Эрик — в полпоклона, Ким — изящно. После этого они замерли, таращась на Лана и недоумевали — неужто это секретарь? А они-то думали, что будет кто-то похожий на личного секретаря Ее Величества — сухопарая, с вечно поджатыми губами, строгая кайса Леонора не раз и не два гоняла неугомонную троицу за проказы. В отсутствии принцессы ей вообще поручили присматривать за воспитанниками ее Высочества, и мальчишки взвыли на второй день. Но вечно недоумевать они не могли. Ким с интересом уставился на огромную книгу, в кожаном переплете и медными краями. Эрик потянул руку к столу, нашел черновик. Подтянул пальцем к себе, осторожно нащупал чернильницу… Питер ухватил его за руки, скорчил гримасу: «дурак?». Эрик отмахнулся: «нашелся воспитатель!». И, хоть оглядываясь, но решительно, начал быстренько изображать на листе какую-то людозверептицу. Лан, как и подобает придворному, беседовал с принцессой, не сводя с нее глаз. Что же касается бокового зрения, то оно этикетом не запрещено… — … В частности, Ваше Высочество, консолидированные проценты за Неурожайный заем, были выплачены еще десять лет назад, пять лет спустя после выплаты самого займа. Что же касается упомянутых в письме пользовательских процентов, то поскольку, они не упоминались в договоре, а также отсутствуют в законодательствах обеих стран, как таковые, то данная претензия… Рисунок Эрика был уже закончен. Лан стремительно шагнул вбок, схватил черновик, выхватил у слегка обалдевшего Эрика перо, написал рядом с изображенным монстром — «Эрик», еще и стрелочку пририсовал, и показал лист Каро. — … Данная претензия обоснована не больше, чем утверждение, будто в лесах наших уважаемых соседей водятся такие бестии… Смеялись все, включая канцеляристов. Первым прекратил Ким. Он серьезно взглянул на принцессу и сказал. — Спасибо! А менее вежливый Эрик толкнул в бок Питера. — Где же она себе такого секретаря нашла? У Питера был другой вопрос. — Каро, это твой жених? Все трое с надеждой взглянули на принцессу, а та покачала головой. Питер вздохнул тихо и искренне. Эрик — искренне, и совсем не тихо. Ким сдержал любые звуки, но сделал такую гримасу, что последний паучишка канцелярии, устроившейся за шкафом, чуть не выпал из своей паутины. Каро старательно сделала вид, что не слышала вздохов, не видела гримас, а главное — не заметила стремительно полыхнувших щек кая Ланире. Еще примерно полчаса мальчишки маялись на стульях у окна, разглядывая картинки в первой попавшейся книге, которую сунула им Каро, а принцесса выясняла деловые вопросы с начальником канцелярии. Наконец это издевательство прекратилось, и Каро весело скомандовала: — На сегодня рабочий день закончен, все свободны. Кай Ланире, не хотите прогуляться?

***

Остаток дня не принес Даниэлю облегчения. Наоборот. Приближалось долгожданное время встречи с принцессой, когда явился лакей, присланный Ее Высочеством и сообщил, что занятия на сегодня отменяются. О причине гадать не приходилось. Раздосадованный таким поворотом, Даниэль отправился к Максимилиану. Но и это не принесло ему облегчения. Он слушал старика в пол-уха, отвечал невпопад. А потом торопливо попрощался и со всех ног кинулся обратно. Куда именно он бежит, Даниэль не знал, зачем — тоже. Ему очень хотелось увидеть Каро… Ну он и увидел! Он просидел в этих проклятых кустах битый час, подглядывая издалека на то, что ему было недоступно. И Каролина... такой Каролины он до этого момента не видел, даже не подозревал о ее существовании! Она была… она светилась, словно солнышко, ласковое, домашнее. Светилась каждым жестом, каждой улыбкой, взглядом, предназначенными не ему! Он нашел в себе силы отвернуться и уйти, так и оставшись незамеченным. — Последний дракон в наших краях был убит и подан на герцогский стол сто лет назад, — серьезно говорил Лан. Что же касается разбойников, — он взглянул на мальчишек, — похоже, они появились как раз сегодня. Вся компания расположилась на обломках замковой стены. Каро блаженно откинулась на мягкий от мха обломок камня, положив голову на колени Кима, который сидел чуть выше. Пресветлый, какое блаженство вот так просто полежать ничего не делая! Эрик и Пит устроились поблизости и теперь внимательно слушали. Правда, Эрик исподтишка кидал в Лана прошлогодними желудями, когда тот на него не смотрел. И делал вид, что он тут совсем ни при чем. — Так что, единственный чудовищем, водящимся в окрестностях замка, — столь же серьезно сказал Лан, — Он, почти не глядя, поймал двумя пальцами летящий желудь, переправил Эрику в лоб и договорил.- … Является жук-краснобрюх. Договорив Лан взглянул на Каро не без опаски — мало ли что? — Бррр! — Каро передернула плечами и поднялась с камня. Ким недовольно сопнул носом — ему не понравилось, что Каро от него отодвинулась. — Это действительно жуткое чудовище! Эрик тоже демонстративно надул губы, получив желудем по лбу. Но как обычно ненадолго. Он сполз с камня и начал подкрадываться к Лану со спины, корча друзьям многозначительные рожицы. — Еще вопросы? — безмятежно сказал Лан, делая вид, будто не замечает готовящегося покушения. Каро с улыбкой смотрела, как Эрик опять втягивает троицу в авантюру — два других поросенка словно бы невзначай стали придвигаться к Лану, и глазки у всех троих были хитрющие до невозможности. — Это ты что ли, Каро жуками пугал? — Проницательно заметил Пит, отвлекая внимание противника. — Она жуткая трусиха, от каждой букашки тааакой визг поднимает! — Он закатил глаза. — Как ты мог такое подумать?! — Лан не то, что изобразил возмущение, пожалуй, даже искренне возмутился, — я ей их показывал, а Ее Высочество изволили делать вид, будто боится. — Твое высочество точно делала вид, или просто визжала? — Хитро спросил Ким у принцессы, за что тут же заработал: дернутое ухо, шлепнутую попу, и взлохмаченную шевелюру. — Нет, ты посмотри на них! — возмутилась принцесса, отпуская верещащее и брыкающееся. — Кто еще визжит! — Твое Высочествооо! — Радостно завопил Эрик, который наконец выбрал удобный момент и прыгнул Лану на спину. — В атаку!!! — Пит послушно прыгнул следом. Баталия продолжалась минуты три — Лан использовал приемы тайной борьбы Кот-щекот: увертывался от шести тянувшихся к нему рук, и выводил из игры противников короткими щекотами. Но так, как выводил лишь на три-четыре секунды, атаки возобновлялись, и сам Лан уже смеялся чуть запыхавшись. Пока, наконец, Каро не решила вмешаться. Но вмешательство получилось своеобразное: выбрав удобный момент, когда все четверо сплелись в одну кучу-малу, она ловко подставила ножку, чуть подтолкнула одного, чуть придержала другого… в результате вся компания растянулась на мягком ковре из прошлогодних листьев у ног принцессы. — Ну? — Глаза Каро смеялись. — Признаете, что девчонки всегда побеждают? — Всех, кроме жуков, — задыхаясь от смеха ответил Лан. — Ну вот еще!!!! — Эрик ловко подкатился Каро прямо под ноги и дернул ее за лодыжку. — Мы сильнее жуков!!! Каро взмахнула руками, взвизгнула, но устояла. Однако ненадолго. Лан на всякий случай схватил Кима, прикрываясь им. Тот махал ручками-ножками, как настоящий жук, ухваченный за спинку. То ли нарочно, то ли случайно, дернул Каро за рубашку, и она присоединилась к общей свалке. Прошлогодняя листва взлетала фонтаном и потом тихо планировала на визжащую, хохочущую и брыкающуюся кучу-малу. Только минут через пять раскрасневшаяся принцесса смогла на четвереньках отползти на пару метров и сидела на земле, продолжая смеяться. Как же хорошо! Как она соскучилась! Только с ними, да и то не часто, она могла позволить себе так дурачиться — без оглядки, самозабвенно и весело. И Лан… смеющийся, открытый… как тогда на горе, только еще ближе, еще раскованнее. А он красивый… когда так смеется… Потом они шли в замок, выбирая самые извилистые тропинки — так не хотелось покидать этот сад и это настроение. Троица непосед ускакала вперед, им все нипочем, им везде хорошо. — Давно они с тобой? — Спросил Лан, искоса поглядывая на принцессу, которая неторопливо заплетала растрепавшиеся в свалке локоны в косу. — Четыре года уже. — Улыбнулась Каро. — Ужас, как я столько выдержала? — Ну уж, сразу ужас! — Усомнился Лан. — Да ты их еще не знаешь! Мне тут письмо привезли. От матушки. Эти паршивцы должны были не с караваном в Рогнар, а с воспитателем в летний лагерь ехать! Так они от воспитателя сбежали, ты представляешь?! И почти три дня, паразиты такие, втихаря за караваном ехали, пока тот бедолага пол-империи на уши поднимал. Еще бы, ему перед Ее Величеством отчитываться! — А… обалдеть! — Лан действительно впечатлился, если позволил себе такие выражения в присутствии Каро. — И что? — И ничего. — Хмыкнула принцесса, перебрасывая заплетенную косу на спину. — Дождались, пока караван дошел почти до перевала, и нате вам — объявились. Впрочем, мамочка это предвидела, поскольку заранее связалась с капитаном гвардейцев. Велела довезти оглоедов, и сдать мне с рук на руки. С письмом, в котором красочно и с подробностями расписала мне, что с ними нужно сделать. А я, дурочка, так им обрадовалась, что просто рука не поднялась выпороть. Хотя надо бы. — Каро вздохнула. — Ничего. Я их иначе накажу. Не захотели на каникулы к морю? Прекрасно. Значит, никаких каникул, будут учиться вместе с Даниэлем, все лето. И мне спокойнее, когда они делом заняты. И наказание достаточно серьезное, раз всыпать не смогла. — А ты… — Лан как-то уж очень внимательно изучал тропинку у себя под ногами. — Ты их раньше наказывала? — Приходилось. — Каро опять вздохнула. — Иначе они бы нам весь императорский дворец разнесли! Представляешь, они однажды… И Каро увлеченно стала рассказывать историю двухлетней давности. Опуская, правда, некоторые детали и подробности. Но сама вспомнила все, словно произошло это только вчера…