Плохой и сумасшедший 1.0

В один из дней девушка потеряла надежду. Постоянные звонки, разговоры и сообщения ничего не решали. Ей казалось, что все будет бесконечным… и настолько же бесперспективным. — Так давай просто расстанься с ним! — говорила подруга, утешая ее в тысячный раз. — Он ведь ничего не обещает и держит тебя при себе. — Это неправда, он любит меня… — Что толку, если ты одна? — девушка прижалась к подруге и тихо вздыхала. Один из схожих разговоров каждые пару месяцев. Затем он приезжал, они долго гуляли и пару дней были вместе, затем мужчина отправлялся обратно. — Сон У… когда это закончится? Я не могу столько ждать. — Скоро. Остались некоторые дела, затем вернусь к тебе, — он дружелюбно погладил ее по щеке. А она хотела всего один поцелуй… все это время. Теперь девушка снова проводила Сон У на станцию, и он отправился домой, к своей невесте. «И чего я все жду… он не оставит ее… На что надеюсь?» — думала девушка, сидя на станции в разгар сильного дождя. Вскоре к ней подошел мужчина, спросив время и о том, как давно ушел транспорт. Всего пару минут прошло, а вокруг уже все по-другому. — Знаете, это так странно. Я мог успеть, но задержался, помогая человеку перейти дорогу. Мог бы ехать сейчас домой, но, похоже, придется ждать следующего отправления, — задумчиво сказал мужчина, снимая капюшон с головы. Темно-синяя куртка промокла, а с капюшона капала вода. Зачесав черные волосы назад, он посмотрел на девушку долгим взглядом. — Уехал кто-то важный, раз вы плакали? — Простите, это не ваше дело, — она смущенно отвернулась. Не привыкла к интересу незнакомцев. — Наверное, он очень важен для вас… Девушка не стала продолжать разговор и отправилась к выходу с платформы, чтобы быстрее добраться до дома. Внимательный взгляд темных глаз сопровождал ее до самого автобуса. Она чувствовала, что кто-то наблюдает, но ей было неинтересно. — Девушка, поправьте капюшон, он у вас вывернулся, — сказала женщина, сидящая рядом. — Мне все равно. Я никому не интересна, — равнодушно ответила она, отворачиваясь к окну. Оказавшись в пустой квартире снова, она засела разгребать завалы своей работы. Множество документов сами себя не напечатают. Включив яркий свет настольной лампы, она полностью погрузилась в дела. Казалось, жизнь вошла в свое обычное русло, пока не пропиликало сообщение: «Не волнуйся, я нормально добрался. Спасибо, Ми Чон. Ты такая милая». Снова ее сердце на мгновение растаяло… Он помнит, как она волнуется, если не узнает, как мужчина добрался. Едва улыбнувшись, девушка снова погрузилась в свои дела, где каждый день похож на предыдущий.

***

Спустя пару месяцев она снова ждала Сон У на станции. Он должен был вот-вот приехать. Даже написал, что скоро будет… Ожидая, пока возлюбленный выйдет на платформу, Ми Чон снова почувствовала этот взгляд и обернулась… Но никого не было. Все смотрели на часы, в телефон, но только не на нее. Она усмехнулась самой себе: «Что ты вообразила? Никто тебя не видит. Даже ты себя не воспринимаешь». Мин Чон повернулась, и в дверях показался ее возлюбленный под руку с девушкой. — Мин Чон, познакомься — это моя жена. Ее зовут… Дальше она не слышала. Так и застыла, сжимая в руках ленту для волос. — Ты же покажешь нам город? Ты обещала рассказать о каком-то кафе недалеко отсюда, — сказал мужчина, которого она считала своим. — Нет, — прошептала девушка, раскрыв ладонь, чувствуя, как лента выскользнула из нее. — Пожалуй, теперь ты справишься сам. Мин Чон сделала пару шагов назад, пока не наткнулась на кого-то. — Безобразное поведение, господин Ким. Особенно для того, кто «бьет себя в грудь», что такой добросердечный с другими, — спокойный мужской голос заставил обратить внимание окружающих на молодую пару и их собеседников. Ми Чон не повернулась и не сдвинулась с места. На ее плече лежала широкая ладонь, которая предупреждала любое ее движение. — Так ты знаком с ней? Неудивительно. Я уж думал — не может быть, чтобы ты оставил меня в покое, — Сон У ехидно рассмеялся и окончательно перестал быть похожим на того, кого знала Ми Чон. Мужчины обменялись колкими взглядами, и Сон У вместе с озадаченной всей ситуацией женой отправилась по своим делам. Ми Чон повернулась, столкнувшись с темными глазами, что смотрели на нее с интересом. — Спасибо, конечно, за… помощь. Наверное, это так называется. Но не стоило. Думаю, он ни в чем не виноват, зря вы его так. Я сама себе все придумала и ждала от него каких-то действий. Он ничего мне не обещал. Мужчина взял ее руку в свою и продолжал смотреть столь же пристально. — Прикосновение — это обещание. Коснувшись вас — он уже должен. Если не сдержал его, то не стоит оправдывать чужие действия. Незнакомец убрал руку в карман джинс. — Может, вас подвезти? Судя по всему, вам лучше отдохнуть. — Мне не стоит говорить с неизвестными… особенно если вы знакомы с Сон У. Ничего не хочу о нем знать. Она резко отстранилась и зашагала прочь. — Я благодарна, не подумайте, но мне не стоит больше с вами общаться. Отношения — это не мое. Он обошел ее и снова оказался перед ней. — Я отношений и не предлагаю. Что по поводу беседы? Если захотите поговорить — я к вашим услугам, — мужчина отвел взгляд и достал сигарету, затем предложил девушке. — Не курю. Разговоры мне не нужны. Спасибо. Прощайте. Она быстро ушла в сторону остановки и села в первый попавшийся автобус. Ми Чон уткнулась в свои ладони, но не плакала, просто закрылась от посторонних глаз. Как будто все замечали ее горе… «Может, стоило поговорить с ним? Он не показался отталкивающим. Или Сон У… может, с ним связаться? Наверное, какое-то недоразумение». Чем усиленнее она думала, тем в большие сомнения впадала. Поэтому, чтобы отключить мысли, она просто направилась спать. Спустя пару часов разбудил телефон. — Ми Чон, я знаю, что случилось. Ты в порядке? Мне приехать к тебе? — А? Откуда…что?.. — она пыталась осознать, какой сейчас день. — Я видела новости. Его так жестоко избили, что он вряд ли выживет. Ты, наверное, так волнуешься… Я уже полчаса не могла до тебя дозвониться, уже хотела выезжать. — Чего?! Ми Чон включила новости в телефоне и все узнала. Как только они разошлись, примерно спустя час, его жена вызвала скорую и рассказала, что Сон У жестоко избили, хотя она отлучилась в магазин совсем ненадолго. Свидетелей нет, а вокруг много «слепых» зон, где не работают или отсутствуют камеры. Девушка плакала, пока ее снимали репортеры, но была абсолютно искренней, но Ми Чон ни на секунду не пожалела ее. — Пусть сдохнет. Стоило только проснуться, как она начала по-настоящему злиться. Все поводы для того, чтобы брать вину за его поступки на себя, закончились, она отмела их, потому что решила видеть все в реальном свете. Сон У пудрил ей мозги в течение года, затем унизил ее, указав на отсутствие места в его жизни. Такому нет оправдания. Еще день она отсиживалась дома, не в силах проявить ни сочувствия, ни сострадания. Время, потраченное впустую, и нелепая ложь раздражали ее. И ей хотелось поговорить… Оставив вещи дома, она взяла с собой только телефон и немного наличных. Сама не заметила, как оказалась в больнице. Неясно почему, но ее легко пустили к нему в палату. — Будешь ли жить или умрешь — для меня не имеет значения. Но ты должен знать, что я тебя ненавижу за то, как ты относился ко мне. Слишком хорошо. Сон У прохрипел: — Ты больше мне ничего не простишь… Ми Чон вырвала руку и быстро вышла из больницы. Сверху на нее смотрели темные глаза, а обычно пустая улыбка сегодня была настоящей. — Никогда ничего не проси, особенно от тех, кто сильнее тебя. Придут и сами все дадут. Мужчина усмехнулся и войдя в палату Сон У сказал: — Попрощался? Вот и славно. Взгляд пациента начал тускнеть, когда он ввел ему инъекцию в катетер на запястье. «Ускользающая жизнь из-под моих же ладоней. Что может быть прелестнее?» — думал мужчина. Осталось немного подождать, пока все полностью подействует, а также не оставит следов. Он был очень осторожен, все должно было пройти тихо.

***

Следующее утро показалось Ми Чон по-настоящему светлым. В первый раз ее полностью отпустило. Никаких чувств, эмоций. Больше не надо ждать ничьего звонка. Полная пустота. Дождавшись вечера, Ми Чон собралась прогуляться, поэтому, пока одевалась, включила телевизор. Вскоре, надев худи лишь наполовину, она застыла перед экраном. В новостях вещали о том, что Сон У умер в больнице и сразу после его смерти раскрылись все его махинации с деньгами и другие темные делишки. — Значит, он много кому испортил жизнь. Ну и поделом… — злость еще не утихла, поэтому девушка все еще была категорична. Оказавшись в недорогом кафе за углом, Ми Чон заказала себе сладкий кофе с топингом и пару маленьких пирожных. Захотелось поднять себе настроение после вчерашнего происшествия. — Вот мы и встретились снова, — она услышала бархатный мужской голос, который сразу же изменил унылую обстановку. — Внезапно, я не ожидала. Девушка повернулась и увидела знакомые темные глаза. — Я ведь уже не незнакомец, ведь так? Сегодня Ми Чон была относительно расположена к беседе и начала спрашивать у мужчины то, что он знает о умершем. — Ничего не утаивайте. Я не верю в поговорку, что о покойниках надо говорить только хорошее. — Не проблема. Хорошего я как раз и не заметил, — чуть улыбнулся мужчина, подняв на нее внимательный взгляд. — Удивлен, что вам удалось отыскать. Вскоре девушка узнала о многом из того, что повергло ее в ужас и шок, — оказалось, она многого не замечала. Теперь ненавидеть Сон У стало куда легче. Ми Чон поблагодарила его и собралась уходить, но мужчина удержал ее за руку. — Вы уверены? Девушка оглядела его со стороны и задумалась. Затем обратила внимание на то, как он соединил длинные пальцы на ее запястье, словно закрепил металлический браслет. — Я так понимаю, вы хотите сходить со мной куда-то еще? Да, пожалуй, я согласна, — непривычно смело сказала она. — Только место на ваш выбор.

***

Оказавшись в отеле неподалеку, сразу за закрытой дверью, девушка обняла его и прижала к стене. Ее стремительно охватило желание, но это была не страсть, а отчаяние… Ей нужны были его прикосновения, а ее безрассудство позволило быстрее избавиться от мыслей и чувств, что сопровождали данное действо. Ми Чон сейчас не хотела заботы, внимания, хорошего отношения… «Пусть будет просто секс… Это, по крайней мере, честно», — подумала девушка, страстно целуя мужчину и заодно расстегивая его штаны. Он не задавал вопросов, не делал вид, что она ему интересна или важна, а просто принимал ее, одобрительно поглаживая по пояснице, чтобы притянуть ближе к себе, исследуя ее рот своим языком. Когда девушка освободила его от брюк и белья, он вытащил из кармана презерватив, поблескивая упаковкой, и спросил одними глазами «Хочешь?» Она кивнула, снимая с себя остатки одежды. Падая спиной на кровать, последняя ее мысль испарилась. «Что я делаю?» — этот вопрос больше не мучал ее. Проверив готовность принять его, мужчина резко вошел, вырывая стон и крик, который она никогда раньше не слышала. Крик удовольствия. Она стала очень чувствительной, и, пока он, продолжая движения, задел ее грудь, стон стал ниже и сочнее. — Кричи! Так громко, как только хочется! Не сдерживайся! — громко приказал он, притягивая ее за талию ближе. Ми Чон стала кричать, оглушая себя и, возможно, мужчину тоже, только его лицо не особенно менялось в процессе… А вы когда-нибудь думали, каково это — горевать? Некоторые делают это, рыдая в подушку, а другие — крича на простынях. И сейчас был тот самый случай, когда внутри нее все разрывалось… Неполученная любовь и нежность, которую она потратила, но и не получила в ответ от Сон У. Но вместо этого — такая простая простая и откровенная страсть незнакомца, который легко ее обеспечил этим эмоционально-физическим коктейлем, без каких-либо условий. Немного поменяв положение, он заставил Ми Чон обнять его. На мужчине все еще был свитер… Бездумно, она просунула руки, касаясь голой кожи, и стала ощущать ее шероховатость… «У него шрамы?» — она удивилась, но продолжила поглаживать спину, чувствуя, как приближается оргазм. Затем она выгнулась и простонала в финале, слыша такой же вздох и стон в ответ. Мужчина прижал ее голову к основанию своей шеи и прошептал прямо в ушко: — Можешь рыдать. Можешь говорить, что хочешь или делать, но, выйдя отсюда, ты никогда не скажешь имя Сон У. Стоило только захотеть что-то спросить, как мужчина сильнее прижал ее к себе, показывая, что не собирается отпускать, пока условие не будет выполнено. Спустя полчаса рыданий и беспорядочных фраз о том, как жестко с ней обошлись, она в итоге спокойно выдохнула. — Да, я рада, что он мертв. Наверное, нельзя так говорить, но я правда рада. Жаль, что я многое уже не смогу сказать ему, а так хочу… Мужчина спокойно, даже немного вальяжно ответил: — Скажи мне. Считай, я — проводник в Ад. Передам ему, — он глухо рассмеялся. Девушка зажмурилась, а с глаз капали последние слезы: — Я тебя так любила, что была готова умереть в тот день, что узнала о том, как ты обманывал меня пустыми обещаниями. Но я безумно довольна, что тогда решила подождать… И теперь тебе гнить в аду, а у меня есть шанс изменить свою жизнь. Мужчина улыбнулся, отстранился, заправил ее выбившуюся прядку за ухо и сказал: — Запомни эту мысль. Выходя из здания отеля, она обернулась и посмотрела наверх, на окно, где приблизительно находился номер. Она не могла поверить в то, что сегодня произошло, и в то, о чем сегодня они говорили вдвоем. Ведь провожая ее из номера, где, судя по всему, мужчина планировал остаться, он приобнял ее и прошептал: — Я убил его, но рад, что тебе это тоже дало возможность измениться, Ми Сон. Она слегка улыбнулась, все еще стоя перед зданием, и поняла — больше прошлому нет места в ее жизни. Наутро Ми Сон оказалась в другом городе, чтобы полностью поменять все, к чему привыкла. Вот таким и стало ее исцеление — ночь в отеле с незнакомцем, чьего имени она так и не узнала.