Под парусом Катастрофы

Где-то на просторах Бадувого моря. Штормило. Жуткий ветер бил по парусам, заставляя «Катастрофу» качаться из стороны в сторону. Не будь корабль так крепко и надёжно сконструирован, он мог бы и не выдержать таких превратностей погоды. Всем было известно, что самые непотопляемые судна – пиратские. Поэтому капитан Марио, не страшась, проходился по палубе и озирался вокруг, где-то внутри билось неясное чувство тревоги, интуиция подсказывала, что произойдёт нечто неприятное. Но а до тех пор капли дождя падали на его уже не выглядящее молодым в его тридцать лет лицо, на котором особо примечательными были несколько шрамов, полученных в боях, не раз сломанный нос и глаза чёрного цвета, точно такие же, как и вся его форма. Ветер трепал длинные тёмные волосы, спадающие ему на плечи, укрытые плащом. Марио жестом позвал к себе штурмана, но из-за сниженной видимости этот жест остался незамеченным. Тогда капитан лично подошёл к своему помощнику и, чуть повысив тон, чтобы быть услышанным, спросил, всё ли нормально. – Шторм нормальным не назвать, кэп, – так же громко отозвался Ствэр, – но наша «Катастрофа» и не такие переживала, так что бояться нечего. Удовлетворенный ответом, мужчина отправился к себе в каюту, чтобы немного вздремнуть. Его обитель представляла собой небольшую комнатку, заваленную без особой аккуратности всяким хламом, добытым по большей части незаконным путем. Была здесь и кровать, над которой висело изображение двух молодых людей перед уже известным судном. То были сам капитан и его лучший друг в самом начале их странствий. Спустя всего несколько месяцев после сделанной фотографии на них напал корабль пиратов. Атака была отбита, однако не все её пережили. С тех пор Марио старался не подпускать никого к себе достаточно близко, чтобы привязаться, и заперся в себе. А затем и вовсе решил, что терять ему больше нечего и подался в пираты, часть команды это не одобрило, но большинство были только рады… – Кэп! – Громкий голос вывел капитана из раздумий о том, как же он все-таки докатился до такой судьбы. – Что такое, Ствэр? Что-то случилось? – Случилось, но не с нами. Мы наткнулись на корабль, пострадавший от шторма, никто там не проявляет признаков жизни. Будут приказы? – Пойдём взглянем, что же там такое. Марио считал себя уже бывалым моряком, но каждый раз его сердце сжималось, когда видел разрушенные корабли. Будто бы какое-то прекрасное живое существо просто погибло, и теперь его останки плавают по воде. И даже тогда, когда он с командой грабили торговые суда, пушки всегда были крайней мерой. Одного взгляда было достаточно для определения того, что кто-то из экипажа мог выжить лишь чудом. На уже спокойном после бури море плавали одни лишь щепки, на одном из которых была заметна часть названия «…вная уточ…». – Думаю, нам тут уже нечем поживиться, держите курс в заданном направлении, – с этими словами капитан уже было направился обратно в свою каюту, чтобы вернуться к своим размышлениям, но голос одного из матросов, Гэври, заставил его передумать. – А что нам делать с незваной пассажиркой? – видя непонимание в глазах капитана, юноша добавил, – мы подобрали её рядом с обломками, лежит без сознания, но жива. – Может, выкинуть её за борт? – Предложил непонятно откуда взявшийся Лишье, кок, – все ведь знают, что женщина на корабле… – Достаточно, Лишье, все мы знаем эту байку. Но давайте будем чуточку благоразумнее, сначала я взгляну на неё, а потом решим, что делать. Пойдём, Гэври, покажешь мне эту «пассажирку». Девушка лежала в каюте медика. Хоть она и называлась так, но медика на корабле не было вот уже больше года, он погиб вместе с четвертью команды от неизвестной болезни. Гостья была очаровательна. Грубая кровать, на которой она возлежала, абсолютно ей не подходила. Красивые светлые волосы рассыпались по всей жёсткой подушке, на губах стояла полуулыбка, а глаза были всё ещё закрыты, так что цвет их было пока не узнать. Полностью мокрое светло-зелёное платье облегало её тело, раскрывая приятные формы. Ну и наконец, обуви на ней не было, видимо, потеряла при кораблекрушении. – Гэври, не оставишь нас? Я допрошу её, как только она очнется. Парень кивнул в знак согласия и молча покинул каюту. Марио, ещё пару минут полюбовавшись неизвестной, подошёл к ней поближе и с некой неловкостью расстегнул её платье. Капитан проводил практически всё свое время в плавании, поэтому женщин видел очень редко, но он не видел в этом проблемы, его единственной любовью было море. Не без труда стянув с девушки её главный предмет гардероба, он тут же прикрыл её плащом, чтобы та не рисковала заболеть или попасть на глаза кому-то из членов команды. Впрочем, оставлять её тут одну Марио и не собирался. Спустя минут пятнадцать раздался негромкий голос, который этот корабль ещё не слышал: – Как же трещит голова… У вас нет каких-нибудь лекарств? После смерти медика, впрочем, как и до неё, капитан не принимал никаких медикаментов, предпочитая дожидаться того, что болезнь пройдёт сама. Поэтому сейчас он в растерянности копался в коробках, стоящих в каюте, пытаясь отыскать хоть что-то подходящее. Найдя, наконец, упаковку, на которой прямым текстом было написано «От головной боли», Марио повернулся к незнакомке и понял, что та, молча и не отрывая глаз, наблюдает за ним. – Возьмите. Думаю, это вам поможет, – а потом чуть тише добавил: – по крайней мере, я на это надеюсь. Поблагодарив, девушка отправила в рот пару таблеток. – Где Руссо? Кто вы и почему я здесь? – Меня зовут Марио, я капитан «Катастрофы», возможно, вы могли о ней слышать. Сейчас вы находитесь у меня на корабле, потому ваш… не пережил шторма. Боюсь, вы единственная выжившая. На глазах у девушки появились слёзы. Она впервые отправилась в плавание, и тут же её поджидал такой кошмарный случай. – Я должна была попасть к отцу… Я училась в Альцберге… Руссо сопровождал меня… – поток слов тонул в рыданиях, она попыталась прикрыть лицо руками, но плащ на ней в этой момент соскользнул, приоткрыв её плечи. – Почему я голая? Внезапная перемена настроения ввела в ступор капитана, не умел он успокаивать людей, ему лучше удавалось заставить их понервничать. – Мне пришлось… снять с вас платье, оно было всё мокрое, вы могли простудиться, – и чтобы избежать следующих неудобных вопросов, сразу задал ответный, – не скажете, как мне к вам обращаться? – Папа назвал меня Эланией, но все зовут меня просто Элли, так что и вы можете тоже, – воспоминания об отце с новой силой нахлынули на неё, – послушайте, Марио, я понимаю, что некрасиво с моей стороны о чем-то просить, вы ведь и так спасли меня, но я умоляю вас, помогите мне попасть домой, на Златан. Капитан задумался. С одной стороны, на пиратском корабле непросто попасть в сам Златан, да и к тому же команда вряд ли его поймёт, но с другой, это будет не слишком сильное отклонение от их курса, а ещё, кажется, эта Элли начинала ему нравиться. – Мы как раз собирались проплывать рядом с ним, так что нам не составит особого труда доставить вас туда. Девушка от благодарности хотела было вскочить на ноги, но вовремя вспомнила, что на ней нет ничего, кроме плаща, и осталась лежать на месте, немного покраснев. – Думаю, вам нужно отдохнуть, у вас был непростой день. И лучше оставайтесь в каюте, я скоро вернусь. Как только Марио вышел от Элли, к нему тут же подскочил Ствэр с немым вопросом на устах. – Приятель, я не жду, что ты меня поймёшь, но мы слегка скорректируем курс, направимся в Златан. – О-о, кэп, кажется, наша пассажирка произвела на вас впечатление, верно? Дело молодое, всё понимаю. Мне спустить чёрный флаг? Не хватало, чтобы нас сбили ещё до того, как мы доберёмся до порта. Капитан лишь кивнул и, уже отвернувшись, улыбнулся. Он знал, что мог положиться на своего штурмана, с которым плавал вот уже почти десять лет… Все пять дней пути до родного дома Элли Марио просидел у неё в каюте, отходя только на ночь или по срочным делам. Не всем нравилась затея ради какой-то девчонки отходить от плана, который разрабатывался несколько месяцев, но Ствэр успокоил недовольных. Ну а самому капитану начало казаться, что он влюбляется в эту молодую красавицу, хотя он и пытался убедить самого себя в обратном. За время разговоров он выяснил, что у него очень много общего с Элли, вплоть до его увлечений до занятия пиратством и одинакового дня рождения, только с разницей в семь лет. И в день, когда на западе показался Златан, Марио принял решение остаться с девушкой, сумевшей пробудить в нем какие-то чувства, впервые с тех пор, как умер его друг. Для Элли же капитан «Катастрофы» казался настоящим героем из приключенческих книг, которых она прочитала за сотню, и была от него без ума. – … И ты готов бросить твоё обожаемое море ради меня? – Спрашивала девушка перед тем как сойти с корабля. – Но я ведь смогу изредка отправляться в плавания куда-нибудь недалеко, так что почему бы и нет. Элли не успокаивалась: – А скоро ты ко мне вернёшься? – Да, мне нужно уладить последнее дело, это займёт не более пары недель, и мы вновь увидимся. Не переживай, я тебя не брошу. – От меня ты уже так просто не избавишься, – улыбнулась она и нежно коснулась своими губами губ капитана. И, смутившись, тут же спустилась на шлюпку, которую ей дали, чтобы не приближаться слишком близко к городу на корабле с чёрными парусами. – До скорой встречи, красавица! – крикнул ей вслед Марио, затем поймал хитрый взгляд Ствэра и указал возвращаться на прежний курс. Его ожидало последние путешествие на «Катастрофе», после которой он собирался осесть на суше с прекрасной Элли, забравшейся в его пиратское сердце.