Дайте шанс полюбить друг друга

      От лица Люцифера. Слова Ребекки глухо раздавались в ушных перепонках, а на моем лице просочилась доля удивления. Она уверенно сложила руки на груди, глядя на Эрагона, который был в полном недоумении. Меня слегка развеселила его озадаченность, но я оставался неприступной крепостью. — Ты сама себя слышишь, Ребекка? — Серафим постепенно вспыхивал, как огонь в камине. — Повторяю: я считаю, что он достоит вступить на Престол, — ее железный голос прошелся по всему кабинету. Все, кто здесь находился, смотрели на нас с нескрываемым удивлением. — Эрагон, нет того самого Демона, кроме Денницы, который знает свой дом. Надо идти на уступки и попробовать поверить будущему Королю Ада. — Я тебя не узнаю! — он выплеснул руками по разные стороны. — Никогда бы не подумал, что ты будешь его защищать передо мной! — Время идёт и существа меняются. Это нормально. И все же я при своём мнении, — она гордо подняла голову, выпрямляя спину. — Азазель слишком стар для правления, побереги его силы. — Как ни странно, но я согласен с Серафимом Ребеккой, — вмешался Йор. — Люцифер хоть и не лучший кандидат на эту роль, но он моложе и его будет слушать новое поколение Демонов. Да, я понимаю, что чем старше, тем опытнее, но Денница, как ни крути, наследник Престола. — Видишь, Эрагон? Поэтому дай свободу выбора мальчику, — промолвила старшая Уокер. Все это время я наблюдал за данной дискуссией и молчал, обдумывая их слова. С каких пор Ребекка заступается за меня? — Хорошо, я вас услышал, — недовольно, почти агрессивно, высказалось высшее существо по чину, сжимая кулаки. Костяшки на руках побелели, а кожа слегка покраснела. — Но в самую первую очередь ответственность будете нести вы. Я ожидал услышать оправдания от любого, но не от тебя, Ребекка. — Просто надо принять тот факт, что Люцифер могущественный Демон, который заслуживает свое призвание в Аду, — Эрагон махнул рукой, уходя в другую комнату, соединённую с большим кабинетом, хлопая массивной дверью. Я победно улыбнулся, кратко благодаря мать Вики кивком и выходя оттуда. Нужно ли гордиться тем, что я заручился доверием со стороны двух Серафимов? Черт возьми, наверно да, но это не в моем репертуаре. Если я что-то хочу, я обязательно это получу, даже без лишней поддержки. Но все же старшая Уокер удивила меня. — Люцифер, погоди, — буквально на середине закрученной лестницы Ребекка остановила меня, положив свою руку на моё плечо. — Нам нужно поговорить. — Хотите услышать благодарность именно с моих уст? — мои губы расплылись в ухмылке. — Препирательства можешь оставить при себе, — абсолютно спокойно сказала женщина. — Ты, может, действительно хороший будущий правитель, но я приняла решение поддержать тебя не из-за личных принципов, а попросту ради дочери, — я взглянул в ее голубые глаза, которые чуть сверкнули. — Я вижу, что между вами происходит и, честно говоря, боялась ваших отношений, но уже поздно. Наши отношения с Вики слегка недоверительные, на то есть свои причины, но я… — она замялась, поджав губы, — не жалею о своём выборе. — Что-то не сходится, — я улыбнулся. — То вы говорите, что сделали это ради дочери, то не жалеете о своем выборе, то не из-за личных принципов… — Не нужно придираться к словам! — грозно сказала она. — В любом случае вам спасибо за то, что заручились, — проговорил я. — Мне нужна была хоть какая-то поддержка, чтобы старый пердун Эрагон разрешил доступ к моему наследственному трону, даже несмотря на то, что он ни разу не спускался в Ад. — Я рада, что смогла тебе помочь, Люцифер. Ах, да, — она неожиданно потянулась к своему корману, пришитому к белому плащу, — передай это Вики, пожалуйста. Мои пальцы схватили письмо, обернутое в крафтовую бумагу, а сверху ее стягивала плотная верёвка. Я покрутил ее в руках, незамедлительно кивая. — Мне лестно, что вы доверяете мне, Ребекка Уокер, — с некоторой иронией в голосе сказал я. — По-другому не могу, потому что уважаю любой выбор Вики. Всего хорошего тебе, Денница, — она махнула мне своей рукой и зашагала по ступеням, скрываясь среди многочисленных перил и стенок. Открывать письмо я не хочу, потому что оно не мое. Я уважаю личные границы, поэтому Вики должна открыть его без посторонних глаз. Мои ноги постепенно начали набирать скорость, пока я окончательно не взлетел над землёй, скрываясь среди облаков, намеренно направляясь в школу. Несмотря на все обстоятельства, что произошли за последнее время, Академия делала вид, что выглядела как безопасное место для пребывания. Учебное здание закрывали огромные врата, а рядом с входом стояли уже по два Архангела, охраняющие непосредственно школу. Внутри все казалось настолько радужным, все эти ученики, добренькие учителя, а на самом на их заднем дворе случались множественные смерти. Всю эту гниль и грязь преподаватели всеми силами пытаются скрыть маской дружелюбия, встречая каждого нового Непризнанного. А они, развесив свои уши, верят им на слово, доверяясь и вступая на землю Академии. Вся эта показушность раздражала и одновременно смешила меня. Попытки сделать это место как-то лучше усугубляет их шаткое положение. Новички, не представляющие весь аспект опасности, явно будут трястись, когда что-то снова произойдёт в стенах школы. Я шел по тропинке, которая вела прямиком в здание. Мое внимание привлекли новые прибывшие Непризнанные, которые с полной боязливостью и некоторым восхищением во взгляде рассматривали статуи, растения и концепцию училища. Пройдя мимо них, я начал чувствовать их пары глаз, прожигающие мою спину и крылья. Некоторые фразы обрывками доносились до моих ушей, но я ускорил шаг, прямиком направляясь в комнату к Вики. Несильный стук в дверь и передо мной показалась та, от которого мое сердце просто вылетает из груди. Она улыбнулась, приглашая войти внутрь, а я с радостью это сделал. Соседки в комнате не было, на что я был достаточно рад. Я уверенно подошёл к девушке, крепко обнимая и целуя в ее потрясающие губы. Прижимая ее к себе, я слышал стук сердечного очага, которое словно вырывалось из ее груди прямиком в мою. Никогда не чувствовал такой теплоты и надёжности, как в этой великолепной Дьяволице. Младшая Уокер трепетно взглянула в мои глаза, а на ее губах поползла ухмылка. Ее голова слегка склонилась вбок, а своими тонкими пальцами она прикоснулась к моей щетине. Черт возьми, эти действия вызвали во мне бурю новых ощущений! Я подвинулся к ней ближе, в полной нехватке ее прикосновений. — Что же ты со мной делаешь… — прошептал я, обнимая мою Вики. — А что я с тобой делаю? — игриво и кокетливо проговорила брюнетка, оказываясь рядом с моим ухом. Я, не в силах оторваться от нее, развернул и прижал к стене, целуя в ее горячую шею. В брюках мгновенно становилось узко, но я не мог не насладиться нежной кожей девушки. Моя рука, будто спрашивая разрешения, опустилась ниже поясницы, от чего Демонесса едва ли слышно простонала, сжимая мою рубашку. Она, несмотря на всевозможные прелюдия, страстно вцепилась в мои губы, а ее дрожащие руки пытались снять мешающую ткань на моем теле, на что я ей и вовсе не мешал. Неожиданно отворилась дверь и в комнату кто-то чуть ли не ворвался. Я отошел от Вики, недовольно смотря на пришедшего гостя. Передо мной стояла улыбающаяся Мими, которая собралась уходить, но я остановил ее кашлем. — Я, так-то, зашел отдать тебе письмо от Ребекки, — моя рука коснулась кармана брюк, доставая бумажное послание и подавая Уокер. Она с интересом в глазах приняла его, но открывать не спешила. — Прошу прощения, если потревожил, — уже через несколько секунд моего присутствия там не было. С разгоряченной душой я отправился в свою каморку, проклиная Мими за то, что вошла в комнату слишком не вовремя!       От лица главной героини. — Мими, ну ты вообще не вовремя! — недовольно сказала я, сжимая в руках письмо, переданное Люцифером. — Ну уж извините, что на дворе почти ночь, и я захотела прийти в свою комнату, чтобы поспать, — она улыбнулась, вальяжно шагая в сторону своей кровати. — Кролики, я просто напомню: у него одиночная спальня, в которой вы можете проводить время сколько хотите. Это так, на будущее, — губы подруги вытянулись в ухмылке. — Сама ты кролик! — сказала я, отворачиваясь от нее, глядя на бумажное послание. Пальцы в быстром темпе начали раскрывать упаковку, а после я развернула письмо, согнутое пополам. Мими с большой долей интереса наблюдала за мной, но не проронила ни слова, чтобы попросту меня не отвлекать. Прямо перед глазами на пустой бумаге начал появляться почерк матери, но в этот раз более размашистый, чем обычно: «Моя дорогая Вики. Пишу тебе это письмо, так как есть много недосказанностей между нами. Во-первых, я чувствую, что что-то надвигается, потому что все эти смерти и похищения не спроста. Мальчика с башни не нашли, но я знаю, что вы общались с помощью зеркал, но это чуть позже. Во-вторых, мне в срочном порядке нужны помощники в Цитадели. Да, я знаю, что ты выбрала сторону Демона, но грядет новый переворот, который полностью перевернёт Небеса и Ад. Одно могу сказать: все то, что сейчас происходит в этом мире, прописано в одной большой книге Шепфа. Я умудрилась заглянуть в нее туда еще раз и мельком увидела то, что всех ожидает что-то безумно страшное. Я специально зашифровала письмо заклинанием, чтобы никто не смог посмотреть то, что я написала. Прошу тебя об этом никому не говорить, потому что вторгаться в книгу Шепфа слишком опасно, даже для Серафимов и Херувимов. Надеюсь на взаимопонимание, Вики. Еще хочу попросить тебя о том, чтобы ты берегла себя и не лезла на рожон, не подвергаясь какой-либо опасности. Если будет возможность отсиживаться в укрытии, то делай это, не задумываясь. Я не хочу потерять тебя еще раз, потому что дорожу тобой и переживаю за тебя. Твоя мама, Ребекка Уокер.» Я читала это письмо, попросту не смея дышать. Какое-то непонятное чувство тревоги заплонило мое тело и появилась некоторая тряска. Буквы исчезли так же быстро, как и появились. Образовался неприятный комок в горле, который я пыталась всеми силами проглотить, но это вызывало большие трудности. Даже не могла себе представить, что существует отдельная большая книга Шепфа, где написано все наперед. Не могу понять одно: как маме удалось найти ее и прочесть несколько страниц? Дрожащими руками я снова сложила листок, отправляя в тот же конверт, а потом кладя письмо в комод, с некоторым грохотом закрывая его. Мими продолжала глядеть на меня, прожигая своим любопытным взглядом и выжидая информации. Я нехотя повернулась в её сторону, складывая руки на груди. — Мне это знать необязательно? — Демоница нарушила тишину, пристально наблюдая за моими глазами. — Я бы все тебе рассказала, Мими, правда… — начала я, от усталости закрывая лицо руками. — Но это не имеет какого-либо значения. — Точно? — сказала подруга с лёгким беспокойством в голосе. — Да, — отрезала я, незамедлительно ложась в свою мягкую постель. — Спокойной ночи, Мими, — она кивнула, и я моментально начала провалиться в сон. Спустя два дня. В Аду сегодня особенно жарко. Все адские существа выстроились перед огромным троном, горящим самым ярким пламенем, который только может быть. Огромная куча Демонов и самых низших приспешников склонили свои головы, не пытаясь как-то пошевелиться. Послышался громкий рев, от которого буквально затряслась земля, и медленно, в каком-то месте грациозно, в центр начал выходить мой Денница. Я позволила поднять голову, глядя на красивого мужчину в своей новой ипостаси, которая чертовски подходила его образу. Он раскинул руками по разные стороны, после чего послышалось рычание подобное самому опасному дикому животному. Все Демоны в миг встали на колени, и я была в их числе. Я ужасно горда своим мужчиной, который доказал чёртовой Цитадели, что он действительно заслуживает свое правительское место. Люцифер вальяжно сел на трон, величественно поднимая голову. Вместе с ним мы подняли свои черепушки в адское небо, складывая руки к груди. Я чувствовала исходящий жар ото всюду, но продолжала подчиняться правилам. — Я, Люцифер Денница, заявляю всем своим кровным душам о том, что я — новый Сатана. Да будет так! — нечеловеческим тембром голоса прокричал Дьявол, на что адское пламя, находившееся повсюду, загорелось еще сильнее. — Да будет так! — прокричала вся толпа существ, торжественно поднимая руки на небо. Мужчина церемонно закончил свое деяние, вставая с трона. Существа поднялись с земли, глубоко кланясь своему новому Королю Ада и ступая прочь по своим делам. Я, не реагируя ни на кого, подошла к своему повелителю, гордо улыбаясь. Он сразу же преобразился в человеческий вид, крепко обнимая меня. Люций повел меня в огромный замок, который полностью принадлежит только ему и никому больше. Все то время, что мы шли по тёмным коридорам, в которых тускло горели настенные свечи, он держал меня крепко за руку, и я чувствовала защиту. Я знала, что он укроет меня от любых проблем, потому что очень сильно любит и дорожит. Все те существа, которые успели переместиться в башню, важно кланялись Правителю и с какой-то озадаченностью смотрели на меня. Наверно, они были совсем не готовы к тому, что бывшая Непризнанная будет иметь связь с величественным Демоном. Но я лишь гордо расправила плечи, выпрямила спину и шла, не обращая на них внимание. Мы вошли в огромный кабинет, находящийся на самом верхнем этаже замка, и я вдохнула аромат пыли и старых книг. Посреди комнаты находился огромный стол переговоров, прям как на Земле, а поодаль от него располагось чёрное дубовое столище, на котором ничего не лежало, пожалуй, кроме загадочной атласной коробки. Мои пальцы начали проводить по древесине короткими движениями, а после я дотронулась до мягкого стула, сжимая его. Какая-то непонятная энергия таилась здесь, но я не могла понять ее. Местами она надвигалась сильнее, а где-то я и вовсе теряла связь, пока мои глаза не заметили темную дверь, из которой доносятся толчки бущующей силы. Я взглянула на Люцифера, взглядом спрашивая разрешения для входа, на что он как-то отрешенно посмотрел на меня, но кивнул. Я отворила дверцу и увидела просто какой-то ужас: огромную клетку, цепи, плетки и тому подобное. Неприятные мурашки забежали по телу, и я вспомнила тот самый случай моего избиения и заточения в тюремную камеру! Там были почти такие же цепи, но эти выглядели более устрашающими. — В этой комнате надо мной издевался отец, — слова Денницы эхом послышались в моей голове, и я повернула на него свою голову. — Я всегда мечтал убрать это исчадие Ада к чертовой матери, когда стану Правителем, — он с полной недоброжелательностью осмотрел пыточную, складывая руки на груди. — Здесь я потерял очень много крови. Очень, — я не удержалась и обняла его настолько сильно, что в первые секунды он опешил, а потом прижал меня в ответ. — Вот только прошу меня не жалеть. Это было, но уже прошло. — Как ты здесь выживал? — я посмотрела в его глаза, которые сверкнули от нахлынувших воспоминаний. — Папочка бил не до смерти, — он улыбнулся, но за этой улыбкой скрывалась вся обида, боль и злость на отца. — Бессмертного может убить только бессмертный, но он делал это, так скажем, «любя». Кто-то же должен был занять трон после его кончины, верно? — В ту самую ночь, когда ты пришёл ко мне весь избитый, тебя пытали здесь? — Да, в Аду только одна пыточная, и ты видишь ее своими глазами. И больше не увидишь, потому что я хочу убрать эту комнату, — он снова взглянул на каморку, но уже в этот раз скептически. — В ту ночь я уже не думал, что выживу, но нашёл откуда-то силы и приволокся в твою спальню, спутав со своей. Прости, что потревожил тогда. — Только не извиняйся, особенно за это. Ты не виноват, — моя ладонь коснулась его щеки, а после я потянулась к поцелую. Нашу любовную идиллию потревожил страшный звук, который начал доноситься с улицы. Мы подбежали к окну и увидели, что Архидемоны, вооружившись боеприпасами, улетали из Ада, прямиком надвигаясь на школу. Наши глаза с Люцифером встретились, и я поняла, что на Академию надвигается война.