Определись уже...

Бутылыч и Брялок уже пришли в то место, где собрались оставшиеся обжекты, вероятно, там и будет новое испытание, или какое-нибудь объявление. И они оказались правы. Вскоре там появились оба хоста, и некоторые обжекты немного этому удивились. Ведь в последнее время хосты не пользовались телепортацией вообще,так что в этот раз это было неожиданно. Их выражения лиц были весьма различны: у малиновой буквы был довольно хмурый, уставший, злобный вид. В принципе, он почти всегда был таким. А вот фиолетовая буква выглядела очень нервно, и слегка напуганно. В том месте все сразу же утихли, прекратился шёпот, обсуждения и сплетни между участниками. Всё внимание было сосредоточено на буквах. -И так... Вы наверное пришли сюда ради испытания, да?- Начал свою речь краткий.- Так как я сейчас занят, его проведёт Ёшка, а я скоро вернусь. -Вообще-то- Ёшка не успел возразить, как малиновой сразу же испарился в воздухе.- Ладно... Кхм, сейчас я вам объясню суть сегодняшнего задания... Обжекты очень внимательно вслушивались в слова Ёшки, все без исключений. Правда довольно многих смутило то, почему Краткий сюда пришёл и потом сразу же после этого ушёл. Этому никто особого внимания больше не придавал, кроме тех двоих, которые сейчас стоят дальше всех, и о чём-то друг с другом шептаются. -Что это было..?- Не поворачиваясь лицом к острому, спросил у него рогалик. -Тск...- Недовольно цыкнул Кнайф, после чего скрестил руки, и тихо ответил.- Ты знаешь. -Чёрт, я думал, Ёшка с ним уже разобрался.- Раздражённо произнёс Курасан, после чего бросил свой недовольный взгляд на землю. -Видимо нет... Кто знает, может, он потом с нами лично об этом поговорит... После сказанной ножом фразой, Курасан буквально подавился воздухом, очень громко откашливаясь. После этого они оба стояли в тишине, но недолго. К ним подошёл Бутылыч. -Вы что, не слушали Ёшку?- Тихо спросила у них бутылка. -Нет.- Сразу же ответил ему Курасан. -Ну... В общем... Сейчас нас всех случайным образом телепортирует Ёшка на любую часть острова, и...- Всё в том же тоне продолжал говорить Бутылыч, но потом на пару секунд задумался.- Кажется, кто последний вернётся на поляну, тот и будет исключён сегодня вечером. -Как-то слишком легко...- Вновь ответила ему выпечка. Интонация, с которой Курасан отвечал Бутылычу, показалась ему весьма "агрессивной". По его голосу можно было без проблем понять, что его собеседник начал его раздражать. Но почему? Бутылыч сам лично не желал зла ни ему, ни Кнайфу. Возможно, это лишь из-за того, что он постоянно находится рядом с Брялком, ведёт с ней разговоры да и просто дружит с ней. -Нет...- Слегка отведя взгляд в сторону, вновь продолжила говорить бутылка.- Сегодня будет туман, и поэтому будет не так уж и легко. -Ясно.- Ответил на этот раз уже Кнайф.- С-Спасибо, Бутылыч. -Не за что, и удачи вам... Попращался с ними Бутылыч, после чего вернулся обратно к Брялку. Она его уже заждалась, и с каждой минутой, что он проводил рядом с теми двумя, она злилась всё больше и больше. -И о чём вы говорили?- Как только он к ней подошёл, она сразу же задала ему вопрос, с ещё более агрессивным тоном, чем у выпечки. -Я объяснил им что сегодня надо будет делать...- Стеклянная бутылка подошла к плюшевой игрушке, и остановилась перед ней. -Зачем? Ладно Кнайфу... А Курасану зачем было всё это объяснять?- Уже начала рычать сквозь зубы Брялок. -А почему нет?- Сразу же поинтересовался у неё стеклянный. Действительно, почему бы и не помочь? -Я просто тебя не понимаю. У нас же был план, Бутылыч.- Уже стала довольно опечаленно звучать игрушка.- Или мы уже не заодно? -Я... Прости меня. Я буду стараться придерживаться нашему плану...- Обиженно ответил Бутылыч. Брялок сразу же вновь стала более энергичной. И после фразы "Вот и хорошо!" радостно улыбнулась. Её план не нравился Бутылычу, он считал его не правильным. Не было ничего плохого в том, чтобы просто один из них победил, и они разделили приз пополам между собой. Это даже наоборот, было очень хорошо. Но для того, чтобы один из них выиграл честно, нужно сильно постараться... Брялок всегда могла придумать просто гениальный план, и этот раз не стал исключением. Она сказала, что если они станут подставлять, мешать другим, может даже иногда жульничать, то победа точно окажется за ними. Но что мог сделать Бутылыч? Переубедить её было трудно, если вообще не невозможно. Придумать что-то другое тоже не считалось за вариант, так как Брялок отказывалась слушать его предложения по этому поводу. Так что ему остаётся лишь слушаться её, делая вид, что ему эта идея пришлась по душе. На самом же деле, ему самому было крайне любопытно, что способствовало такому резкому изменению в поведении Кнайфа с Курасаном? Он хотел выяснить, и, может быть, даже помочь им хоть как-то более менее противостоять Брялку вместе со всеми её зловещими планами. Ему не нравилось что она это всё придумала лишь из-за того, что нож с рогаликом просто стали чаще друг с другом общаться. Зачем было на них тогда кричать посреди ночи? Зачем она разбудила буквально весь дом лишь из-за того, что мол те двое шли рядом друг с другом? Этого он не мог понять, да и не хотел. Он не был настроен против неё на данный момент, также как и насчёт Кнайфа. Хоть острый и стал относиться весьма агрессивно по отношению к стеклянному последние пару дней, Бутылыч не держал на него зла. А что же он думал насчёт Курасана? По большей части... Он был весьма равнодушен к нему. Да, раньше французская выпечка могла оскорблять и Брялка, и Кнайфа, и вообще всех из Цветущего Мая... Но сейчас он изменился. К сожалению, мысли Бутылыча были прерваны резкой сменой обстановки вокруг него. Испытание уже началось. Он оказался в совершенно другом месте, он не мог ничего разглядеть вокруг себя... Был лишь густой, холодный туман. Идею для испытания придумал Краткий, но его проводил Ёшка. Это стало сразу понятно, так как все обжекты находились в радиусе не более 200-400 метров от их дома. Туман, конечно, усложнял задачу в разы, так что всё было вполне справедливо. Кнайф и Куро к сожалению не было рядом друг с другом, они даже не слышали своих голосов. Осознав то, что булочка его не услышит, и не придёт к нему, Кнайф решил начать продвигаться в одиночку. Острому эта местность показалась весьма знакомой. На снегу, прямо под его ногами были разбросаны шышки и маленькие камешки, и, кажется, он понял где сейчас находится. Дальше ему было нетрудно по прямой бежать прямо туда, куда ему нужно. Но... Что-то пошло не так. Кнайф споткнулся об камень. Правда ощущения при этом были очень странные. Откуда посреди настолько привычной ему поляны, мог оказаться весьма больших размеров камень? Раньше его тут не было. Он это сам уже понял, и спустя секунду пытался подняться. Отброс был в недомогании. Он либо потерял сознание, и сейчас находился в каком-то очень странном сне, либо он умер. Он видел вокруг себя лишь тёмную комнату... С окном, смотрящим в коридор. Уже стало понятно, где он оказался, и можно было примерно предположить, кто его сюда притащил. Пока он прибывал в шоке, он боялся и пошевелиться. Но после попытки встать, у него не получилось. Его руки и ноги оказались привязаны, и он не мог понять к чему. Он лежал, но на чём... На операционном столе, что-ли? Когда он смог более менее разглядеть комнату ещё раз, то он понял, что именно на нём он и был. Зачем он был здесь, для чего? Что с ним станет? В его голове было много вопросов, да и сама его голова ужасно болела на тот момент. Он не мог толком хоть что-то сообразить, его пугало осознание того, что он снова оказался в ЭТОМ месте, и он, чёрт возьми, не мог даже ПОШЕВЕЛИТЬСЯ. Курасан на последок ещё пару раз выкрикнул имя острого. -Кнайф! Ты меня слышишь?! Он простоял на месте ещё некоторое время, и когда он услышал за своей спиной быстро приближающиеся шаги, оглянулся. К нему бежала Пишка, и не рассчитав свою скорость, она упала прямо на него. -Арг! Да ёмае!- Разозлился рогалик, как только ударился о землю. -Ой, прошу прощения!- Громко ответила ему Пшика, после чего встала и отряхнулась. Курасан и сам тоже собирался встать, но лишь стоило ему сесть, он услышал весьма интересный вопрос со стороны другого обжекта. -Почему ты ищешь именно Кнайфа?- Скрестила руки Пшика, и приподняла одну бровь. Да, она в самом начале на угад побежала в неизвестном ей направлении, и как только она услышала голос лидера команды, она остановилась. Её очень сильно удивило то, что он не звал Нансенсу или её саму, ведь это же логично, они с одной команды, разве нет? Он звал именно Кнайфа, с которым он стал так часто общаться, и она даже сама пару раз видела, как они обнимаются. -А чего в этом такого?- Ответил на вопрос вопросом рогалик, после чего всё-таки встал на ноги. -Ну знаешь, это довольно странно... И ещё Брялок говорила, что вы встречаетесь. Это что, правда?- Очень быстро, и всё так же громко продолжала надоедать выпечке своими вопросами Пшика. -Что за бред? Да Брялок со своей головой не дружит, вот и несёт подобную херню... При упоминании Брялка интонация Курасана сильно изменилась, ему не нравилось то, что из-за этой плюшевой игрушки кто-то тоже стал думать, что они с Кнайфом вместе. -Хотя ты прав, она очень странная в последнее время.- Она с ним согласилась, после чего задумалась на секунду.- О, так давай вместе пойдем, раз твоего Кнайфа нету? На этот раз Курасан решил ей ничего не отвечать, он лишь молча стал шагать вперёд, а лиловый пульверизатор последовала за ним. Они шли очень долго, ведь за всё то время, что они шли, Пшика уже успела поделиться своим мнением о каждом обжекте из Цветущего Мая, Ёшке и Кратком. Она также с особым интересом продолжала спрашивать у Курасана, почему они с инвалидом всё-таки помирились. Ведь она честно не знала, из-за чего они были врагами, и не успела лицезреть их перемирие. Но Курасан не отвечал не на один из её вопросов, да и в чём смысл? Она всё равно продолжала снова и снова спрашивать у него это, вопрос да вопросом. Не давая ему возможности даже поразмышлять над ответом. К счастью, это закончилось. Они вернулись на ту самую поляну, что распологалась перед их домом. Счастью рогалика не было предела, наконец-то его голова сможет отдохнуть от бесконечной болтовни. -Ох, Курасан, Пшика, вы пришли самыми первыми!- Радостно поприветствовал их Ёшка -Другие разве не приходили, вообще?- Спросила у него Пшика. -Нет, вы первые. И я вас поздравляю, ведь вы убережены от исключения!- Всё в том же тоне продолжала говорить фиолетовая буква. Пшика, поняв что у них есть куча свободного времени, собиралась вновь продолжить столь "интересный" разговор с выпечкой, но её уже не было. Курасан еле смог скрыться от неё за деревом, после чего сел, облокотившись об его ствол и стал размышлять на разные темы... К примеру, где сейчас был Кнайф, и когда он придёт? А Кнайф сейчас находился всё в том же месте, где и очнулся. Он уже осознал, в насколько безвыходной ситуации он находился, у него снова чуть не произошла паническая атака, припадок. Но он просто не мог сейчас снова терять сознание, он обязан был выбраться отсюда. Ведь если он этого не сделает, то всё остальные уже успеют прийти к назначенному месту, и он станет исключенным. Да, это была задумка Краткого, он был в этом уверен. Ведь кому ещё могло прийти в голову притащить его сюда, в эту заброшенную больницу, и связать на холодном, операционном столе? Придя в себя, он заметил, что буквально в паре сантиметров от стола, на котором он лежал, был ещё один небольшой, металлический столик на колесах. На нем лежали различные острые инструменты... Ножи, ножницы, щипцы, пара скальпелей... Скальпель среднего размера находился ближе всего к его руке, поэтому он решил попытаться его схватить. Спустя пару попыток, у него удалось его схватить. Далее ему не составило никакого труда разрезать верёвки на руках, дальше и на ногах. Он снова свободен, и не теряя ни секунды, он сразу же выбежал из той комнаты. Это уже... Четвёртый раз, когда он бежит по этим до жути знакомым ему коридорам. За счёт этого он без проблем сориентировался, и смог быстро спуститься на первый этаж этого здания. Уже направившись к выходу, отброс почувствовал, что в этом всём есть какой-то подвох. Ведь всё это не может быть так просто. Он не мог просто так взять, и освободиться, разрезав верёвки, он не мог просто так, без всякого страха пробежать через все коридоры и все лестницы. Да, он был прав. Подвох всё же был. Он это понял, когда потянув на себя дверь, она не открылась. Она была заперта? Но ведь замочная скважина на ней была сломана... -Ты и правда думаешь, что всё так просто, да? О боже, только не этот голос, снова... Он знал, что ему придётся с ним столкнуться, но все равно ему так не хотелось сейчас его слышать. Ему показалось, что в этом месте было куда темнее, чем обычно... Всё те же шаги, что и в прошлый раз, раздавались эхом за его спиной. С каждым шагом, дрожь в его теле становилась всё сильнее и сильнее. -Ты так наивен... И ведь даже не можешь возразить... Обернувшись, Кнайф увидел того, кто толковал все эти речи, наполненные ой каким глубоким смыслом, того, кто так стремительно к нему приближался... Хоть оба хоста были одинакового роста, примерно в полтора раза выше обжекта, Краткий всё равно за счёт этого казался крайне зловеще. Это было трудно объяснить, он не нравился многим, но относился к большинству обжектов равнодушно... За исключением острого, конечно. Краткий подходил к ножу всё ближе и ближе, пока не достал свою волшебную палочку, которая довольно сильно светилась в темноте. Увидев её, нож нервно сглотнул. -Что такое? Тебе эта вещь знакома, так ведь? Всё так же продолжал действовать ему на нервы Краткий. Он приставил палочку прямо перед лицом ножа, на что тот упёрся об стену настолько сильно, насколько он мог. Словно это была не палочка в форме звёздочки, а какая-то циркулярная пила, которой его вот вот разрежут... Его тело словно было парализованно от страха, он не мог и пошевелиться. Дальше нож уже ничего не помнил. Вокруг него пустота, он не чувствовал своё собственное тело, он не мог дышать. Всё вокруг было чёрным, он не ощущал время или даже звуки. Это чувствовалось прямо как звон в ушах, правда самую малость по-другому. Но это всё не продолжалось долго, ведь спустя пару минут, отброс стал слышать очень знакомый ему голос, что звал его. -Кнайф..? КНАЙФ?! Это было самое первое слово, которое он услышал при пробуждении. Он очнулся на снегу, вокруг него стояли другие обжекты и смотрели на него с выпученными глазами. А возле него сидел напуганный Курасан, который как раз таки его и разбудил. -Кнайф ты очнулся..?- Подошла к нему фиолетовая буква, её голос был очень напуганным. -Что...- Это было всё, что мог произнести отброс. Сейчас он прибывал в очень странном состоянии, у него кружилась голова, и неприятный звон в ушах всё также продолжался. И вот ещё к нему в добавок лезут со своими вопросами... -Мне очень жаль но... Все остальные уже пришли и, ты будешь исключён сегодня вечером. Мне очень жаль.- Увидев то, что острый уже очнулся, и стал оглядываться по сторонам, Ёшка решил сказать ему о результатах испытания. -Но я же...- Нож не мог продолжить, да и думать ему также давалось с трудностью. Он схватился одной рукой за своё лезвие, в надежде что хотя бы от этого ему станет немного легче. -Ты умер, правда не знаю как...- Все так же, печально продолжал с ним говорить хост.- Ну, у тебя есть ещё несколько часов, а потом будет исключение. После этого фиолетовая буква начала удаляться из его поля зрения, также как и другие обжекты кроме одного. Хост выглядел точно так же, как и Курасан: напуганно и опечаленно. -Как ты умер?- Всё так же продолжал сидеть рядом с ним Курасан. -Краткий...- По лезвию Кнайфа стекал пот, он руками прижал к себе ноги и в таком положении продолжил сидеть. Кнайф еле как смог вспомнить всё, что с ним произошло в течении часа. Курасан ничего ему не ответил, он лишь изменился в лице. При упоминании малинового, он сразу же понял что к чему. -Мы потом ещё с этим разберёмся...- Серьёзно заявила булка, после чего сильной хваткой прижалась к отбросу. Кнайф на это никак не отреагировал, и продолжил сидеть в этом же положении в течение пары минут. Потом он решил также обнять рогалика в ответ, ведь это действительно было то, что ему нужно прямо сейчас. На холодном снегу, обнимаясь с ним он, как ни странно, чувствовал очень приятное чувство тепла, которое распространялось по его телу. Это довольно сильно сняло с него чувство тревоги, но грусть... Грусть снова к нему подступила. Он снова стал размышлять над своей жизнью. И чего он такого сделал этой никчёмной букве, что он его настолько ненавидит? Возможно не он один задавал себе этот вопрос. Неужели он сделал что-то настолько ужасное в прошлом, что теперь из-за этого Краткий так хочет его всячески убить, поиздеваться над ним? Он и сам не знает, до этого никто из обжектов ни разу не видел этих хостов, они просто жили своей жизнью. Слёзы сами по себе уже начали подступать к его глазам. Сам того не желая, отброс начал тихо плакать, осознавая то, в насколько ужасном положении тот находится. Ему это всё уже надоело, но он не хотел, чтобы его исключали. Он сам наверное даже не знал, чего хотел на самом деле но... Острый был уже не пределе и даже не знал, что ему делать.