Лилия Розы

Пивз не замечал их, пока профессор Люпин не оказался в двух шагах от него. Тогда он пошевелил пальцами на ногах и запел песенку.

— Полоумный Люпин, — пел он. — Полоумный Люпин, полоумный-лунный Люпин…

Почти всегда грубый и неуправляемый, обычно Пивз выказывал хоть немного уважения учителям. Все взглянули на профессора Люпина в ожидании его реакции. К их удивлению, он продолжал улыбаться.

(Гарри Поттер и узник Азкабана, Джоан Роулинг)

Годы, предшествовавшие лету четвертого курса, пролетели как ветерок. Первый год Розабеллы и Джеймса прошел с Сириусом и новеньким маленьким мальчиком по имени Питер Петтигрю, которому больше нравилось следовать, чем руководить. Джеймс в конце-концов начал делить комнату с Сириусом, Питером и Ремусом. Ремус, однако, показался двум мальчикам странным, из-за чего они оставили его в покое. Правда Розабелла не поняла, что они имели в виду. Конечно, он был каким-то маленьким и странным, и казалось, всегда боялся самого себя. У него были шрамы, которые он скрывал и исчезал раз в месяц и, казалось, шептал сам себе. Но для Розы это не означало, что они должны быть злыми по отношению к нему. Несмотря на ее неодобрение, Джеймс и Сириус придумали прозвище «Полоумный Люпин» во время своего первого курса. Оно быстро прижилось и стало популярной кличкой для мальчика. Она решила держаться подальше от их издевательств и никогда не участвовала в них, хотя и не пыталась остановить их, потому что все ругательства и упреки пролетали мимо их ушей. Несмотря ни на что, на втором курсе мальчики начали вести другую школьную жизнь и начали сближаться с Люпином. Розабелла быстро полюбила мальчика, он был хорошей компанией для нее. Хотя, к сожалению, прозвище все же прижилось, но ребята научились останавливаться каждый раз когда кто-либо произносил Чокнутый Люпин, и колдовали над ними. Узнав, что мальчик Люпин был сиротой, у четверых возникла еще большая потребность защитить мальчика. Еще одна вещь, которую следует отметить, заключалась в том, что Розабелла стала членом команды Гриффиндора по квиддичу на втором курсе в качестве Ловца, в то время как Джеймс этого не смог сделать. Только на третьем курсе он попал в команду в качестве Охотника. Какое-то время Джеймс был озлоблен, но после разговора с родителями понял, что глупо сердиться за то, что она не может контролировать, и решил вместо этого гордиться ею. С тех пор пятеро Гриффиндорцев были неразлучны. Ремус, Сириус, Джеймс, Розабелла и Питер быстро стали популярными, и их группа получила название «Мародеры».

***

Лето 1975 года прошло гладко. Джеймс и Розабелла проводили время, играя в квиддич, планируя розыгрыши, заканчивая карту и работая над своим секретным проектом. Они оба обменивались письмами с другими мародерами. Сириус не мог много писать из-за того, что застрял дома со своими ужасными родителями. Ремус писал, но никогда особо не рассказывал о своем лете из-за того, что застрял в своем ужасном детском доме. Питер был в отпуске и часто рассказывал о том, что он переживал. Это заставило Розу и Джеймса проводить каникулы так, как им заблагорассудится. Розабелла, однако, также писала другой компании своих друзей и по совместительству соседям по общежитию, Лили, Марлен, Доркас и Мэри. Розабелла извинилась перед Лили на первом курсе за отвратительный поступок Джеймса в поезде, и Лили извинилась от имени Снейпа за его комментарий. Кроме этого, пятеро гриффиндорских девочек прекрасно ладили друг с другом. Девочки действительно жаловались на то, как много времени она проводила с Мародерами, но вскоре они смирились с тем фактом, что она была Мародером с 1-го курса и всегда будет им. Тем не менее, они принимали ее, когда были в общежитии, или у них было свободное время, или же, когда она больше не могла выносить четырех мальчиков. Розабелле и Джеймсу было по 15 лет, когда они проходили через платформу 9¾, готовые начать свой 5-й курс в Хогвартсе. Семья из четырех человек стояла группой, разговаривая между собой, ожидая, когда появятся остальные. И довольно скоро Роза почувствовала, что ее толкают на землю, ее черные волосы, как обычно, поседели от шока. Там она лежала на полу на спине, слыша приглушенный раскатистый смех брата и насмешки родителей. — Сириус Блэк, если ты немедленно не встанешь с меня и не уберешься к чертовой матери, я прокляну тебя! — Ну-ну, моя маленькая Роза, что это за отношение? — проворчал он, все еще лежа на ней. И прежде чем кто-либо успел возразить, Роза направила свою палочку на Сириуса которой резко ткнула его в бедро, и послала горячие красные искры, заставив его вскочить от боли и слезть с нее. —Черт возьми, женщина! Не могли бы вы попытаться не причинять мне телесных повреждений? И это после того, как мы были в разлуке все лето! Знаешь, было бы неплохо поздороваться! —Могу ли я напомнить тебе, что это ты заставил меня лежать на холодном грязном полу? —Томатные волосы! — воскликнул Сириус, — Красиво, но Роза, кажется, с тобой плохо обращаются. Она фыркнула, посмотрев на свои волосы, и увидела, что ее длинные локоны стали белыми. Закрыв глаза, она снова открыла их и обнаружила, что ее волосы снова стали ее естественным черным цветом. —Кое-то работал над ее способностями — гордо сказал ее отец, помогая дочери подняться. —У меня уже давно все получается, папа. —я знаю. И я по-прежнему горжусь, как никогда! —Хорошо! Хорошо! — Джеймс прервал его— Хватит болтать о ерунде, у нас есть дела, которыми нужно заняться! — Все в порядке? — Ремус ухмыльнулся, глядя на дверь. Роза быстро обернулась, и вскоре после того, как все трое устроились в купе с Питером, прибыл Ремус. Однако, когда он вошел, они говорили о своем секретном проекте. Они планировали вскоре рассказать мальчику, но пока это оставалось тайной. Теперь, когда все пятеро наконец оказались в одном купе, Роза могла отметить изменения, которые они все испытали за лето. Сириус стал выше, чем раньше, теперь достигая роста пять футов пять дюймов (167см). Его лицо заострилось, волосы стали длиннее, детский жирок исчез, а внешность стала более элегантной. Питер вырос на несколько дюймов, став примерно пять футов четыре дюйма (162см), его волосы были чуть длиннее чем раньше, но оставались такими же светлыми, и он был слегка полнее, но в остальном выглядел так же. Джеймс взлетел вверх, как дерево. Теперь он был примерно пять футов шесть дюймов (169см) ростом. Его лицо заострилось, потеряв остатки детского жира, а волосы каким-то образом стали более спутанными. Сама Розабелла тоже сильно изменилась. Ее волосы были длиннее, но теперь доходили до талии. Ее лицо утратило пухлость и теперь выглядит слегка заостренным. Ее тело достигло половой зрелости, и это было не так уж и плохо. Ее грудь сильно распухла, вызвав ревность среди других девочек в Хогвартсе, которым не хватало такой полной груди, как у нее. Ее бедра внезапно появились, придавая ей стройную округлую фигуру. Тот факт, что она играла в квиддич, помог тем, что придал ей рельефный пресс и подтянул ноги и руки в соответствии с ее крепкими чертами тела. К еще большему шоку, у Розабеллы не было недостатка в гене роста, присущему ее брату. Выросшая за лето с печального роста пять футов три дюйма (160см), до пяти футов пяти дюймов (168 см), она соответствовала Джеймсу не только безупречной внешностью, но и ростом. И все же, несмотря ни на что, ее лицо светилось, и она была более уверенной, чем раньше. Укрепив железную хватку над своими силами, она почувствовала себя комфортно в своем теле. Однако Ремус был изменился больше всех их. До этого, он был всего на дюйм выше остальных, теперь же он вырос до целых шести футов (180 см). Его лицо изменилось и перешло из детского во взрослое, он все еще был худым и долговязым, но это было очаровательно. Роза уже собиралась ответить на его взгляд, когда обратила внимание на Сириуса. При появлении Ремуса она заметила, что Сириус напрягся, у него, казалось, перехватило дыхание. Прежде чем она успела прокомментировать это, Джеймс воспользовался моментом. — Лунатик! Наконец-то, заходи! — О чем вы все говорили? — спросил Ремус, усаживаясь напротив Джеймса. Справа сидели Ремус и Роза, а слева, ближе всех к окну, был Питер, напротив них, Джеймс в середине и Сириусу окна. — Ни о чем, Лунатик. — сказала она, ухмыляясь, зная, что это имя вызовет у вышеупомянутого закатывание глаз. — Не похоже на то, что вы говорили о чепухе, Розочка. — парировал Ремус в ответ. — Хватит флиртовать, у нас серьезное, не смей говорить, что это Блэк, дело которыми нужно заняться — объявил Джеймс. — Ах да, я полагаю, нам нужно обсудить некоторые очень важные вещи, не так ли, Цветочек Розы? — Сириус ухмыльнулся, подмигнув ей. — Ах да, мы помним! , — усмехнулась она в ответ. — Можем ли мы все спросить, кто новый капитан гриффиндорской команды по квидиччу? — При этих словах Джеймс горько хмыкнул, а Ремус с улыбкой покачал головой. Питер казался растерялся. — Кто? Кто это? — искренне поинтересовался Питер. Он всегда был самым медлительным из них, но, тем не менее, они любили его. — О, Пити! Если вам интересно, то это я! Правильно, Розабелла Поттер — капитан гриффиндорской команды по квиддичу, Розабелла Поттер, не Джеймс Поттер! — громко объявила она, вставая, чтобы продемонстрировать свой блестящий красный значок «капитана», прикрепленный к ее мантии, чтобы его было лучше видно. Ремус вздрогнул при виде значка, но быстро пришел в замешательстве. Как будто прочитав его мысли, она сказала, — Не будь глупым Лунатик, я уже преобразовала серебряный значок в просто, ну, не в серебро. Это олово! Роза уже догадалась, что серебро повредит Ремусу из-за его ликантропии или его «маленькой пушистой проблемы» как ее называли мародеры. Она все еще гордилась тем фактом, что первой узнала, что он оборотень, во время их первого курса. Она никогда не комментировала это до тех пор, пока на втором курсе они, наконец, не сблизились с оборотнем. Розабелла пообещала не рассказывать остальным, но Сириус вскоре сам догадался. — Конечно, ты это сделала.— Ремус благодарно вздохнул. — Я когда-нибудь говорил тебе, как сильно я люблю тебя, Белла? — Эй, а как же я? — Сириус заскулил, надув губы. — О, тише, Ремус, ты флиртуешь! , — она небрежно отмахнулась от него, — Но можем ли мы вернуться к тому факту, что ты, Джеймс Поттер, не получил должность капитана, вместо этого Минни отдала значок, его намного превосходящей сестре! — О, засунь себе это в задницу, Роза, — вздохнул Джеймс, — Как будто я не слышал достаточно об этом все лето от тебя, мамы и папы… и Сириуса, и Ремуса. Вот это да. Только Пит не доставал меня! — Потому что я не знал! — воскликнул Пит — Но, черт возьми, Джеймс, Роуз-капитан, а не ты, ты должно быть разочарован? — Да, да. Я проиграл, давай двигаться дальше. Хорошо что я не староста, поспорим что, Эванс староста? Ремус внезапно пошевелился, достал сумку. Он открыл ее и вытряхнул ее Джеймсу на колени, и на ногу Поттера упал блестящий серебряный значок префекта. — Черт возьми! — воскликнули все они. Они смотрели на значок, прежде чем Роза быстро взяла значок и преобразила его, превратив из натурального серебра, олово. Ремус, казалось, снова обрел свой румянец, который потерял, когда доставал значок. — Еще раз спасибо, — пробормотал Ремус. — Съешь что-нибудь, ты выглядишь больным. Я не могу поверить, что тебе так долго приходилось сидеть с серебряным значком рядом с тобой. Можно подумать, что Дамблдор был бы достаточно умен, чтобы не использовать серебро. Мне придется украсть все остальные значки и трансфигурировать их… — Роза говорила больше с собой чем с кем-либо. —Ты староста. — воскликнул Сириус — Да, — смущенно подтвердил Ремус. Разговор продолжался о новой должности старосты Ремуса, и все четверо безжалостно издевались над ним за то, что он был старостой, и все это, конечно же было в шутку. Они также говорили о том, как они могли бы использовать его вновь обретенную власть в своих интересах, когда будут устраивать розыгрыши в этом году. Но, как они и подозревали, вскоре в купе вошла Лили с блестящим серебряным значком префекта, приколотым к ее униформе. — Ремус, мы должны идти на собрание старост— заявила Лили, переходя прямо к делу. Ее глаза не потрудились взглянуть на других мальчиков, которых она так сильно ненавидела. — Да… Полагаю, вы правы, ну что ж, ребята, я пошел. — сказал Ремус, вставая и быстро выходя из купе, радуясь возможности избежать насмешек Сириуса и Джеймса. Роза, однако, замерла на месте. Лили всегда была красивой, несмотря на то, что Лили думала о себе и своем весе. Но Роза не ожидала, что за лето Лили станет еще более потрясающей. Ее рыжие волосы были коротко отстрижены до плеч, что было очень необычно после ее длинных волос. Это вызвало странное волнение в Розабелле. На Лили также было небольшое количество макияжа, а в ее волосы были вплетены цветы. Лили всегда была пухленькой, но Роза обожала это и никогда не воспринимала это как ее недостаток. И все же она не знала, что внезапно почувствовала, увидев подругу. В любом случае, ее мысли, однако, были прерваны Лили, которая, казалось, заметила, что она смотрит на нее. — Никаких остроумных комментариев, капитан Поттер? — Лили обратилась к ней, поймав взглядом ее значок. — Не сомневайся в моих способностях, Эванс. Но теперь я счастлива, так как я нашла Лилию для своей Розы. Ответила она, отгоняя свои мысли, подумав, что это ничего не значит. Встав, чтобы обнять Лили, она в то же время произнесла невербальное заклинание, чтобы значок Лили стал оловянным, а не серебряным. Роза также отметила, что теперь она возвышалась над девушкой со своим новым ростом. Лили была ростом пять футов и три дюйма (160см) — Теперь ты чертово дерево, — изумленно заметила Лили, освобождаясь из объятий — Ну, я тоже должна быть на собрании, но я хочу, чтобы ты знала, что Мэри, Доркас и Марлен готовы откусить тебе голову за то, что ты с ними не поздоровалась. Как только Лили ушла, Роза прогнала Питера, чтобы он пересел, чтобы она могла сесть между братом и Сириусом. Улегшись так, чтобы ее голова лежала на коленях Сириуса, а ее длинные ноги на коленях Джеймса, они вчетвером провели остаток поездки, обсуждая карту, свои планы и многое другое.

***

Пир прошел так же, как каждый год, Ремус осторожно брал еду с серебряных блюдец, она и Джеймс говорили обо всем с Сириусом, Питер слушал их набивая рот едой. Ей пришлось на некоторое время отойти, чтобы поговорить с Марлен, Мэри, Доркас и Лили. Они говорили о своем лете, но Розе было трудно сосредоточиться, так как к ней снова вернулось то странное чувство. Ремус и Лили не могли пойти с ними вместе в общую комнату из-за того, что им нужно было сделать обход, поэтому вместо того чтобы пойти с девочками, Роза пошла с тремя другими мародерами в гостиную, и поднялась в общежитие для мальчиков. Она проводила много времени в их общежитии, зная, что заклинание не распространяется на девочек, поднимающихся по лестнице к мальчикам, как это работает с мальчиками, поднимающимся по лестнице к девочкам. В общежитии мальчиков всегда был беспорядок,и там было пять кроватей хотя, им нужно было всего четыре. Это было потому, что на третьем курсе Роза нашла способ добавить еще одну кровать в общежитие, потому что, когда она ночевала у них, ее смущало то что она спит кровати одного из мальчиков, пока он спит на полу, независимо от того, сколько раз они говорили что это им не в тягость. Четверо Мародеров провели эту ночь, планируя как розыгрыши, так и предстоящие события. Как только Ремус вернулся, она решила, что пришло время отправиться в женское общежитие, зная, что ее соседи по комнате, скорее всего убьют ее за то, что она не провела первую ночь в своей постели.

***

— Клянусь, Поттер, если ты еще раз упомянешь квиддич, то проведешь ночь на диване в гостиной. — Марлен разочарованно выругалась. Пятеро девочек бесцельно болтали о самых разных вещах и темах, но Роза снова нашла способ заговорить о квиддиче. — Хорошо, Маккиннон, не набивай свою хорошенькую карликовую блондинистую головку чепухой — Ты выше всего на дюйм! — воскликнула Марлин — Засунь уже это себе в задницу! — Хорошо, вы двое, я думаю, нам пора заканчивать. У нас завтра занятия, - весело объявила Лили со своей кровати. — Боже, какая скука, и как раз в тот момент, когда я подозревала, что они откусят друг другу головы! — Мэри разочарованно вздохнула. — Я все еще ставлю пять сиклей на Розу, - добавила Доркас. — РОЗА?! Я бы победила!Не девчонка Поттер! — Марлен обиженно ахнула— Доркас! Ты должна быть на моей стороне! Это предательство! — Ах да, почему бы и нет. пять сиклей на то что Блонди выиграет Инопланетянку — Доркас беспечно согласилась, всегда питая слабость к Марлен. — Я не инопланетянка— добавила Роза, вздыхая над тем , как Доркас всегда называла ее инопланетянкой, из-за ее способностей Метаморфомага . Конечно,все это было в хорошем смысле — как скажешь, инопланетянка — Ладно. - Выключи свет, - прервала ее Лили, — везде — Спокойной ночи — хором воскликнули пять девушек