Жареный лук и чеснок

      Скрип двух перьев по пергаменту. Полумрак. Библиотека. Гермиона и Фред сидят тут с самого обеда, после того, как договорились вместе пойти писать сочинение по Истории Магии.       — Закончил. — Спустя полтора часа тишины Фред нарушил покой и положил перо сверху на пергамент. Гермиона подозрительно на него покосилась.       — У тебя строчки высотой как три моих, — ответила она, не отрываясь от сочинения. — А работа должна быть на пять страниц. Твоя может быть зачтена в лучшем случае на половину.       — Это у тебя три строчки как одна моя. Согласись ведь, что пишешь мелко. К чему только такое стремление сделать всё в двадцать раз лучше в трехкратном объёме.       — Это как у вас с квиддичем, — ответила Гермиона. Фред вопросительно сдвинул брови. — Холодно, ветер, повсюду мячи, люди, опасность, но вы не останавливаетесь и ещё больше получаете от этого кайф.       — Так вот оно что, спортивный азарт.       — Просто получаю от этого удовольствие, — девушка опустила перо и подняла глаза на Фреда. Она совсем не ожидала, что он всё это время сидел так близко. Небесно-голубые глаза отражали пламя свечи, стоявшей на столе. И без того рыжие волосы до плеч ещё ярче горели в полумраке. Гермиона позволила себе залипнуть не более чем на две секунды, после чего отвела взгляд и начала что-то искать в сумке.       — Который час? — внезапно спросила она.       — Девять пятьдесят шесть, — ответил Фред.       Комендантский час начинался с десяти вечера. Гермиона начала в спешке собирать вещи.       — Быстрее, ещё можем успеть.       — Немного опоздать вечером — не страшно.       — Это тебе не привыкать.       Стараясь быть как можно тише, они выбрались из библиотеки и пошли по коридорам, освещённым редкими свечами. Показался последний поворот, всё должно было пройти без происшествий, как Гермиона заметила силуэт по другую сторону поворота.       Её резко взяли под локоть, и спустя мгновение она оказалась в щели за одной из колонн, на которой стояли свечи, видимо, горевшие в дневное время. В полумраке Гермиона разглядела, что стоит прямо напротив груди Фреда.       Силуэт оказался никого иного как директора школы — профессора Макгонагалл. Директор свернула как раз в тот коридор, за которым прятались нарушители спокойствия. Гермиона сжалась и почувствовала, что от этого Фред ещё больше прижался к ней. От близости его тела стало жарко, девушка нервно вдохнула, и почувствовала приятный запах елей, пороха и чего-то слегка сладкого.       Что. За. Чёрт. Ничего лучше этого запаха Гермиона ни разу не чувствовала. Она помнила, чем пахла её амортенция на шестом курсе, но от этого нового запаха, казалось, по телу разливается волна спокойствия, а где-то в центре живота взлетают сотни маленьких бабочек. Гермиона была, как известно, не глупой волшебницей, и поняла, что к чему. Она читала не только магические книги, касающиеся школьных предметов или явлений волшебного мира. Девушку также интересовали физиология и психология. В этот момент она подумала, что, видимо, физически, Фред идеально ей подходит, раз её подсознание получает столько эндорфинов от одного его присутствия. Но Гермиона решила, что разберётся с этим позже, а сейчас следует подумать о текущей ситуации.       Девушка чувствовала, что касается своего рыжего друга почти всем телом. Медленно, чтобы не издать ни звука, она подняла голову, чтобы посмотреть на парня. Фред почему-то смотрел куда-то вдаль, его брови были напряжены, как будто бы сохранение неподвижности давалось ему с невероятно великим трудом, а нижняя губа была слегка прикушена. Гермиона не поняла, что так напрягает друга, но вскоре подметила, что опасность миновала и они могут вылезать из прикрытия.       — Хорошо, что не попались, — прошептала девушка, отходя от Фреда, и ей показалось, что она услышала судорожный выдох парня. — Не знала, что такой крутой для всей школы Фред Уизли такой нервный, — усмехнулась она. Фред улыбнулся краем губ на её слова.       — Подрастёшь — поймёшь, — сказал он и пошёл дальше по коридору, обгоняя Гермиону и оставляя её за своей спиной в попытке понять, что именно имел в виду парень.       До входа в башню Гриффиндора ребята дошли без происшествий. Камин всё ещё горел, но в башне никого не было.       — Спокойной ночи, Гермиона, — сказал Фред, потрепав рукой макушку девушки и скрылся в башне комнат для мальчиков. Девушка не успела ничего ответить и пошла в свою комнату. Парвати и Кэти спали и точно не слышали, как девушка вошла в залитую ночным светом спальню, переоделась в пижамные шорты и футболку и легла. И даже если бы волшебница собрала всю свою волю, у неё не получилось бы не думать о Фреде Уизли.       Как она к нему относится? Когда Гермионе было 11, 12, 13 лет она считала себя не самой красивой девочкой. Но и о мальчиках тогда особо не думала. Ей нравился Рон, но он был как что-то далёкое, о чём приятно мечтать, но что никогда не станет реальностью. Гермиона помнит тот день, когда в больничном крыле ей уменьшали зубы, и она позвала мадам Помфри на долю секунды позже, чем нужно было. Тогда девушка почувствовала себя чуть красивее, хотя теперь и понимала, что передние зубы были у неё вполне нормальных размеров. Отношения с Виктором Крамом не были чем-то, что можно было бы назвать первой любовью. Ей нравилось нравиться ему, нравилось, что кто-то обратил на неё внимание. Рядом с ним она впервые почувствовала себя красивой девушкой. Как только её иностранный друг был вынужден уехать на родину, отношения Гермионы с противоположным полом вернули прежний оборот. Был Рон. Но волшебница никогда не задумывалась, правда ли он ей нравится или это неудовлетворённый пункт её детских чувств. Как бы то ни было, отношения друга с Лавандой Браун на шестом курсе действовали на нервы, что она приняла за ревность, но поцелуй во время битвы за Хогвартс расставил всё на свои места. Позже у Гермионы был разговор с Роном, во время которого она призналась, что в действительности ничего к нему не чувствует. Парню признание пришлось явно не по вкусу, но что он мог в такой ситуации сделать: принуждать других людей делать то, что им явно не хочется было не в его характере, а Гермиона явно была не из тех людей, кто сомневался в подобных решениях.       Нравился ли ей Фред? За последние пару месяцев они действительно стали общаться больше, но не больше, чем это делают хорошие друзья. Изначально предлогом того, что Фред Уизли начал проводить с девушкой больше времени были новые отношения Джорджа. Джордж, стоит сказать, действительно ухаживал за Кэти так, что на её месте растаяла бы даже Амбридж. Компании теперь «одинокого» Фреда Гермиона была не против. Тем более, братья всегда находили время друг на друга и на их изобретения.       Мимо окна пролетела сова, шелестел Запретный лес от прохладного октябрьского ветра. Хогвартс спал, и полы башен заливал лунный свет, струящийся из окон. Или всё ещё сказывались случайные прикосновения Фреда, или девушке просто было спокойно, но волны тепла несколько раз прошлись по телу Гермионы, и она уснула, оставив половину мыслей недодуманными.

***

      Тусклые лучи субботнего утра заставили девушек женской башни Гриффиндора проснуться. Гермиона сладко потянулась, утро было прекрасным: по выходным она не выходила на пробежки, теперь ставшими её ежедневной традицией, а также намечалась вылазка в Хогсмид. Накануне Гарри, Рон, Гермиона, Джинни и близнецы договорились сходить туда вместе, так как с лета не проводили времени исключительно вместе. Парвати и Кэти уже поднялись, Гермиона встала и подошла к шкафу, выбирая, в чём пойдёт на завтрак, откуда уже вся компания отправится в деревню. Её выбор остановился на высоких синих джинсах и свободной футболке. Захватив мантию, Гермиона вышла из спальни, и на неё тут же налетело что-то маленькое и рыжее.       — Долго же тебя ждать приходится, — потянула Гермиону за руку Джинни. — Пошли быстрее в Большой зал.       — Куда ты так торопишься? — спросила Грейнджер, поспевая за подругой.       — Нашей малышке этим летом исполнилось семнадцать, и ей не терпится попробовать сливочного пива, — послышался насмешливый голос. Это был Джордж, догнавший их от гостиной.       — А вот и нет! — воскликнула Джинни. — Я просто давно там не была, вот и всё!       Гермиона редко видела Джорджа одного. Обычно он был в компании или Фреда, или Кэти. Но второго брата нигде не было видно.       — А Фред где? — как бы невзначай спросила девушка.       — Рано утром отправился в магазинчик, — ответил Джордж. — Обещал, что вернётся, как только сможет.       Информация чуть удовлетворила любопытство Гермионы. С другой стороны, она не могла понять, почему Фред не сказал ей этого раньше, если всю неделю они ходили на занятия вместе. Дойдя до Большого зала, ребята обнаружили там уже завтракающих Гарри и Рона. Гермиона взяла себе порцию каши и пару сэндвичей. Аппетит девушки сильно улучшился с лета, чему она была очень рада.       К тому моменту, как компания дошла до Хогсмида, утреннее солнце сменилось серыми тучами, пошёл мелкий неприятный дождь, и ребята решили спрятаться от него в Три метлы. Так или иначе, отведать любимого сливочного пива они сегодня собирались. Гермиона тянула сладкий напиток, смотря в окно, пока остальные болтали о каких-то мелочах. Девушка вспоминала, как ходила сюда с Гарри и Роном пару лет назад, и как всё изменилось с того времени, хотя они и сейчас точно так же сидят вместе и смеются. В голову пришла мысль о том, что на это Рождество она не сможет приехать к своим родителям, как, словно прочитав её мысли, Джинни резко сказала:       — Рождество через два месяца, нужно будет как следует провести каникулы. Гарри, Гермиона, вы же приедете к нам?       Гарри что-то пробормотал про то, что сначала следует заехать проверить дом на улице Гриммо, а потом обязательно проведёт каникулы в Норе. Гермиона подумала о том, что он теперь встречается с Джинни, а значит само собой разумеется, что он проведёт две недели в доме Уизли, уже почти став частью этой семьи. Неизвестно почему, в голову девушки полезли мысли о том, что она, возможно, и так слишком много времени провела в доме родителей лучших друзей и, возможно, будет наглостью явиться к ним, а не остаться в Хогвартсе, когда есть такая возможность.       — Гермиона? — громче сказала Джинни, когда ожидание ответа подруги затянулась на десяток секунд.       Однако, что ответить, девушка придумала тут же.       — Не знаю, совсем скоро ЖАБА, наверное, будет лучше остаться в замке и заняться подготовкой, пока есть время.       Не успели трое Уизли и один Гарри открыть рты, чтобы возмутиться, как к столу подошла высокая фигура в мокрой мантии.       — А нас кто пинать все каникулы будет по-твоему? — Фред, пришедший с улицы, видимо, услышал слова Гермионы.       — Вас пинать-не пинать, всё равно ничего на каникулах делать не будете, — проворчала девушка.       — А как это называется по-твоему, Грейнджер? — уже серьёзно начал Фред, садясь за стол к компании. Чёрная мантия, покрытая каплями воды была расстёгнута, под ней виднелся тёплый приятного зелёного цвета свитер, а слегка мокрые тёмно-рыжие волосы чуть прилипли ко лбу. — Мы все столько лет дружим, теперь, когда всё самое страшное позади, ты отказывалась проводить каникулы с лучшими друзьями, меняя нас на какие-то учебники.       — Нет, всё совсем не так… — Гермиона решила, что её неправильно поняли.       — Гермиона, мама сама попросила тебя спросить, — сказала Джинни. — Она очень боялась, что если не выяснит, ты не догадаешься сама, что тебя ждут в нашем доме.       — Да, Джинни права, — поддержал Рон. — Мы все обязаны жизнью друг другу. Разве это не сделало нас самыми близкими друг другу людьми?       В целом, Гермиона была согласна. Но тяжёлое чувство внутри не давало покоя.       — К тому же, я буду там, — подал голос Гарри. — Мы все должны быть вместе. Это первое мирное Рождество за несколько лет, подумай сама.       «Первое мирное Рождество» — эти слова вывели Гермиону из тоскливого образа мышления. Если подумать, ребята были во всём правы. Она чувствовала, что всем будет не по себе, если она останется в Хогвартсе — представила себя на их месте.       — Решено, Грейнджер, — более весёлым голосом сказал Фред. — Если ты не поедешь добровольно, мы запичкаем тебя чем-нибудь из нашего ассортимента.       — Зудящие облака точно подойдут, — добавил Джордж.       — Магическое облачко, от которых человек испытывает зуд в пятой точке, пока не покинет помещения, в котором оно оказалось, — пояснил Фред, увидев вопросительные взгляды ребят.       — Ладно, еду, — чуть улыбнувшись ответила Гермиона, заставив остальных за столом облегчённо вздохнуть, а чуть захмелевшая от первого пива Джинни обняла её и чмокнула в щёку.       — Правильно, подруга, мы знатно повеселимся.