Жареный лук и чеснок

      Фонари, огоньки, гирлянды, свечи, толпы студентов с чемоданами. Гермиона еле смогла протолкнуться, чтобы дойти до Большого зала, чтобы позавтракать: все вещи уже были сложены в чемодан. Имбирные пряники, кексы, различные пироги — всё создавало рождественское настроение.       События вчерашнего вечера никуда не делись, но тот факт, что они с Фредом вчера чуть не поцеловались, не укладывался в голове. Поэтому она решила, что будет решать проблемы по мере их поступления: в конце концов, в преддверии Рождества загружать себя совсем не хотелось, а Фред, к счастью, всё утро не попадался на глаза.       Из знакомых за столом Гриффиндора оказалась только Кэти, что было странно, учитывая, что последние два месяца девушка была неразлучна с Джорджем.       — Почему одна? — спросила Гермиона, подсаживаясь напротив. Кэти была очень сонная, длинные волосы явно не были приведены в порядок после вчерашней вечеринки: девушка хорошо повеселилась.       — Джордж уже позавтракал с Фредом, сказал его не ждать, — Кэти зевнула. — Тебя Джинни искала, кстати.       — Зачем?       — Не знаю. И мне сказала, что нам троим нужно серьёзно поговорить. Не знаю уж, что она там задумала.       Болтая о всякой ерунде, Гермиона выяснила, что Кэти тоже была приглашена в Нору на каникулы, но само Рождество проведёт с родителями и приедет спустя несколько дней.       Гермиона удивилась: Кэти первая девушка, которую кто-либо из близнецов в целом позвал в Нору — о других она точно бы узнала (В худшем случае Джинни не упустила бы шанса ей об этом рассказать). Но Кэти она говорить об этом не стала.       Странности начались с того момента, когда при посадке в поезд Джинни уверенно взяла под руки Гермиону и Кэти и повела в пустой вагон: Гарри, Рон, Фред и Джордж уже уселись в другой.       — В чём дело, почему мы едем не с ребятами? — протянула Кэти, явно недовольная разлукой со своим парнем.       — Нам жить с ними в одном доме ближайшие три недели, нужно воспользоваться возможностью гендерно дифференцироваться, — важно произнесла Джинни.              Поезд тронулся, и привычный пейзаж начал скрываться из виду, уступая место лесам и полям, покрытым снегом.       — К слову, — продолжила Джинни. Она и Кэти сидели с одной стороны, Гермиона — с другой, отчего последняя чувствовала себя допрашиваемой под серьёзным взглядом Джинни и проницательными глазами Кэти. — Я вчера выпила недостаточно, чтобы ловить глюки, поэтому точно могу сказать, что видела, как ты выходила с моим братом из гостиной. Вместе. Вдвоём.       Взгляд Кэти тут же оживился.       — С которым из? — спросила она.       — С Фредом, — ответила Джинни. Гермиона понимала, к чему идёт разговор. — Что у вас с ним? Вы пошли на свидание? Целовались?       — Уверена, что хочешь слушать о поцелуях своего брата? — съязвила Гермиона.       — Готова пожертвовать, чтобы послушать о твоих.       — А слушать, кажется, есть о чём, — улыбнулась Кэти.       Гермиона вспомнила, на чём закончились их вчерашние посиделки на Астрономической башне и смутилась.       — Правда что ли? — уже серьёзно спросила Джинни. Гермиона помотала головой.       — Нет, ничего не было, — ответила она. — Мы просто пошли проветриться, поболтали, а потом… разошлись.       — Прям просто так разошлись? — недоверчиво спросила Джинни. — Это же Фред, он не мог ничего не провернуть.       — Да с чего вы вообще взяли, что что-то есть, — отчаянно сказала Гермиона. — Я даже никогда вам не говорила, что он мне нравится. Я даже себе такого никогда не говорила.       В купе повисла пауза. Гермиона подумала, что и правда всерьёз не задумывалась о том, что её лёгкая симпатия к одному из Уизли может прийти к чему-то подобному. Сейчас было самое время подумать о том, нравится он ей или нет.       — Всё просто, — прервала тишину Джинни, перекидывая одну ногу на другую. — Вы проведёте вместе несколько недель. Будете видеться каждый день с утра до ночи. Ты сможешь всё взвесить. Фред хороший парень, а мама поставит тебе памятник, если ты станешь её невесткой.       Гермиона фыркнула, а Кэти внезапно рассмеялась.       — Всё идёт к тому, что Уизли заполнят всю Великобританию, и мы все станем родственниками, — продолжая смеяться, пояснила девушка.       Джинни вальяжно раскинулась на сидении, смахнув с плеч рыжие локоны.       — Я совсем не против, чтобы вы были моими своячницами.       — Эй, не хотите шоколадных лягушек, — рыжая голова Рона показалось в щели дверцы купе. Спустя секунду дверца без пояснений закрылась прямо у него перед носом, оставив парня наедине с возникшим недоумением.

***

      Молли Уизли обнимала каждого, кто заходил в Нору, всё это время они с мистером Уизли жили одни: Чарли был в Румынии, Билл с Флёр обитали в Ракушке, Перси, некоторое время назад съехавший от родителей, пропадал из-за дел в Министерстве.       Уютная комната Джинни была такой же, какой они её оставили в конце августа. Только бушевавшая за окном зима делала её ещё более комфортной и тёплой.       — Знаешь, Гермиона, — Джинни расстянулась на своей кровати, как только они дотащили чемоданы. — Я собираюсь пробыть в таком состоянии ближайшие три недели. Не хочу вообще ни о чём думать.       — Ты шестикурсница, — фыркнула Гермиона, доставая вещи из чемодана. — Было бы у тебя в этом году ЖАБА, не была бы такой беззаботной.       — Кто-то сказал ЖАБА? — в открытом проёме показались две рыжие головы близнецов, и ребята зашли внутрь. — Это слово отныне под запретом в нашем доме. — Джордж был воодушевлён, как никогда.       — После каникул время без занятий даст о себе знать, — вздохнула Гермиона.              — Предлагаешь встретить Рождество в обнимку с Историей магии? — Фред присел рядом с ней. Девушка внутренне сжалась, но внешне решила не давать ему ни одного повода подумать, что ей неловко.       — Очень смешно, — она фыркнула, складывая достанную стопочку вещей в стоящий рядом комод.       — Вы зачем пришли? — недовольно спросила Джинни, приподнимая голову с кровати.              — Во-первых, мама звала всех обедать, — ответил Джордж. — А во-вторых…              — Ждём вас после полуночи в нашей комнате, — закончил Фред.       — Собираетесь перебудить всех в доме? — скептически подняла бровь Гермиона.       — Из «всех в доме» остались только мама с папой, — пояснил Фред манерно-серьёзным голосом, положив одну руку девушке на плечо, отчего та напряглась ещё больше. — Перси больше не сможет срывать наши ночные посиделки. К тому же, Джордж колдует великолепные беззвучные чары, так что внутри нашей комнаты можно будет взорвать салют или приютить десяток драконов.       — Как будто бы без ваших объяснений Гермиона не пошла бы, — язвительно подметила Джинни. — А теперь выметайтесь из комнаты, нам нужно переодеться.       — Почему ты решила, что я всё равно пошла бы? — спросила Гермиона, когда в комнате остались только они с Джинни.       — Я тебя не первый год знаю, деточка, — подруга вскочила с кровати, чтобы подойти к небольшому платяному шкафу. — А если бы и правда не захотела, я бы тебя уговорила, хотя бы под предлогом разобраться с Фредом.       — Нечего там разбираться, — буркнула Гермиона: за весь день он вёл себя совершенно обычно, как будто бы вчера ничего не произошло, в то время как её нервы натягивались до предела от напряжения рядом с ним.       Джинни накинула свободные пижамные штаны и короткую футболку, подчёркивающую её тонкую талию, развернулась к подруге и села напротив неё.       — Я не шучу, — лицо девушки вдруг стало серьёзным. — Я знаю их с рождения, а Фред встречался со многими девушками. Я знаю, как он себя ведёт, когда ему кто-то нравится. Так что не надумывай себе, а лучше разберись в своих чувствах.       Совет не надумывать Гермиона пронесла мимо ушей. Сначала она решила, что это здорово, что по всем признакам Фреду она нравится. Потом подумала, что какой смысл быть очередной его девушкой, с которой он расстанется спустя пару месяцев, если у него таких было много. Мысли прервала необходимость пойти ужинать. Гермиона надела высокие спортивные штаны и майку на бретельках, набросив сверху вязаную кофту с растёгнутыми пуговицами.       — Знаешь, Гермиона, если бы мне не нравились парни, я бы тоже на тебя засмотрелась, — сказала ждавшая её Джинни.       — Дурочка…       — Я серьёзно, мне никогда не хотелось встречаться с девушками, но смотреть на них…       — Джинни, если бы тебя слышал Гарри, то ты бы точно загрузила его размышлениями о бытие на несколько дней, — Гермиона смеялась.       — А что думать, — Джинни взяла Гермиону за руку и потянула к выходу, перепрыгивая с ноги на ногу. — Любовались бы девушками вместе.       Хохоча и ещё что-то шутя, девочки спустились на ужин. Миссис Уизли наготовила целый стол к приезду детей. К удивлению, вовремя с работы вернулся и мистер Уизли, радостно поприветствовав собравшуюся компанию.       Гермиона вспомнила историю Гарри о том, что Сириус, его крёстный и один из лучших друзей отца, постоянно гостил в доме мистера и миссис Поттер — дедушки и бабушки Гарри — из-за проблем с семьёй. Молодой Джеймс Поттер делил крышу с Сириусом, как сейчас семья Уизли делит крышу с ними: Гермионой и Гарри. Наверное, всё в этом мире однажды окупается. Стоит ли напрягаться из-за гостеприимства миссис Уизли, заставляя её лишний раз беспокоиться?       — Дорогая, возьми ещё ножку, — последняя подвинула к Гермионе котелок с горячим. — Ты так исхудала с лета, нужно было больше кушать, пока ходила на тренировки по квиддичу.       «Откуда миссис Уизли знает про тренировки?» — задумалась Гермиона и тут же получила ответ на свой вопрос.       — Я ей об этом писал, — тихо сказал Рон, сидевший сбоку.       Наверное, Джинни не просто так иногда зовёт её своей сестрой…

***

      Стараясь не издавать ни звука, Гермиона и Джинни шли по коридору к комнате Фреда и Джорджа. Та находилась напротив их, но чуть правее, однако разбудить мистера и миссис Уизли всё равно не хотелось.       Из полумрака коридора они попали в небольшую комнату: лампы были выключены, но она вся освещалась горящими лампочками и гирляндами, очень смахивающими на те, что вешают в своих домах магглы в Рождество, но они обычно висят или лежат, а не левитируют, как здесь. Потолок был тёмно-синим, с мигающими, как звёзды, точками. На стенах были развешаны плакаты квиддичных команд и некоторых групп, которыми, видимо, мальчики болели в юности. Всю мебель комнаты составляли две кровати, стоящие параллельно друг другу, две тумбочки между ними, один большой шкаф, широкий стол с большим количеством ящиков в нём, заваленный листами пергамента, и два деревянных стула. Между кроватями лежал пушистый светло-зелёный ковёр. Комната была такой же приятной и необычной, как и её жители.       На полу между двумя кроватями лежало огромное количество подушек, на которых уже уселись близнецы, Рон и Гарри.       — Думали, вас придётся всю ночь ждать, — наигранно проворчал Джордж. Джинни уселась на полу между Роном и Гарри, тут же сцепив руки с последним. Гермионе ничего не оставалось, кроме как усесться между тумбочкой и Фредом.       — Близнецы предлагают сыграть в какую-то маггловскую игру, — пояснил Рон, когда все расселись.       — Да, — Джордж выпрямился, чтобы всем было его видно. — Игра называется «Ты всегда да»…       — «Я никогда не», — перебил его Фред.       — Это имеет значение? — Джордж хмыкнул и продолжил. — Каждый по кругу называет одну вещь, которую он никогда не делал. Остальные загибают палец, если они это делали. Проигрывают те, у кого не останется пальцев на одной руке.       — Играем до двух проигравших, — дополнил Фред.       — Проигравшим загадывается действие, — закончил Джордж.       — Мы правда будем в это играть? — Гермионе занятие напоминало те самые игры вроде «бутылочки», которыми страдали студенты в гостиной на всех вечеринках и заканчивались или явлением Макгонагалл в ночнушке, или ссорами.       — Предлагаешь сыграть в «Правду или действие»? — усмехнулся Фред.       — Нет, — твёрдо отрезала Гермиона. Этого-то ей точно не хотелось. Подумав, что, в целом, можно соврать при большом желании, она всё-таки согласилась.       — Хорошо, тогда я начинаю, — заявил Джордж. — Я никогда не покупал продукцию «Всевозможных волшебных вредилок».       — С козырей начал? — усмехнулся Фред. Однако палец загнули только Джинни и Рон: Гарри по известным причинам мог получить любой продукт магазина бесплатно, а Гермиона ни разу не нашла в нём ничего полезного для себя, не смотря на то, что проводила там много времени, разглядывая витрины и пытаясь понять, на какой магии их содержимое работает.       — Только родственники поддержат семейный бизнес, — Джордж смахнул несуществующую слезу. — Рон, твой ход.       — Я никогда не встречался ни с кем не из своего факультета, — немного подумав, произнёс парень.       По кругу прошёлся страдальческий стон: Джинни, Гарри, Фред и Джордж загнули по пальцу.       — А ты? — Рон уставился на Гермиону. — Неужели у вас с Крамом ничего не было?       — Умей правильно формулировать предложения, — гордо вздёрнула нос Гермиона. — Виктор был из другой школы, а не факультета.       Рон прикусил язык, кивая Джинни, Фред взмахнул палочкой в сторону небольшого проигрывателя и на фоне тихо заиграла какая-то музыка, атмосфера становилась оживлённее.       — Я никогда не набирала высший балл по ЗОТИ, — сказала Джинни, Гермиона и Гарри загнули по пальцу.              — Правда что ли? — удивилась Гермиона. — А как же знаменитый летучемышиный сглаз?       — Вспомни, какие преподаватели у нас были все эти годы… — Джинни поправила волосы: в действительности, ей правда было грустно, что её навыки по этому предмету никогда не оценивали должным образом.       — Я никогда не встречался с кем-то со своего курса, — поддержал направление друга Гарри. Все, кроме Гермионы, загнули по пальцу.       — Ты проигрываешь, — Гермиона покосилась на руку подруги, на которой осталось всего два незагнутых пальца.       — Я же не виновата, что столько всего перепробывала в своей жизни, — усмехнулась Джинни.       Очередь дошла до Грейнджер.       — Я никогда не влюблялась в девушку.       Реакция была такой, какой она и ожидала: даже Джинни загнула палец.       — Как это понимать? — уставился на сестру Рон, а близнецы задыхались в беззвучном смехе от выражения лица Гарри.       — Тогда я ещё не до конца разобралась в своих ощущениях, — Джинни не собиралась смущаться — перед ней были самые близкие ей люди. — Но кто это был, я вам не скажу, — сказала она, только заметив Джорджа, открывающего рот.       Гермиона выигрывала и была этому очень рада: о действии, которое могли придумать близнецы, и думать не хотелось.       — Я никогда не влюблялся в братьев или сестёр своих друзей, — с совершенно невозмутимым видом произнёс Фред, зная, что за этим последует. Гарри уверенно загнул палец, улыбаясь Джинни. То, что Гермиона загнула свой, никого не удивило, но девушка заметно напряглась.       — Продолжу начатое, — подхватил Джордж, которому нравилось происходящее. — Я никогда не влюблялся в друзей своих братьев или сестёр. Джинни загнула палец, став первой проигравшей. Покраснев, загнул палец Рон. И, чего мало кто ожидал, Фред.       — Мне нужны пояснения, — сказал Джордж, смотря по очереди на обоих братьев.       — Их не будет, — сказал Фред, ничуть не смутившись.       Сердце Гермионы, казалось, решило побить рекорд по частоте ударов. В голове метались мысли одна за другой: она боялась предположить, что речь о ней, пыталась найти кого-нибудь другого, удовлетворяющего условию, но тщетно.       — А с тобой, Ронни, нам точно нужно будет поговорить, — усмехнулся Джордж. — Твой ход, к слову.       Рон задумался, смотря на количество незагнутых пальцев остальных.       — Я никогда не признавался в чувствах первым.       — Ты встречался только с Лавандой, ей-богу, — сквозь зубы проговорил Гарри, но палец не загнул.       — А я не знал, что моя сестра более инициативная, чем ты, — язвительно ответил Рон, когда Джинни демонстративно загнула палец на другой руке. Загнул палец и Джордж. — Серьёзно, только двое?..       — Берём пример с тебя, — ухмыльнулся Фред.       «Он правда никому не признавался?» — удивилась Гермиона. — «Все слышали о том, как легко они с кем-то начинают встречаться, но неужели все девушки проявляли интерес первыми?..»       — Эй, не спи, тут задание для тебя, — Фред провёл ладонью по плечу, выводя из мыслей. Гермиона вопросительно посмотрела на ребят.       — Я никогда не встречалась ни с кем не из Хогвартса, — повторила Джинни.       Все выжидающе смотрели на Гермиону. Та задумалась. Сейчас она бы не назвала взаимоотношения с Виктором отношениями: те ограничивались только поцелуями в щёки и держанием за ручки под столом в библиотеке. Но тогда они называли это именно так.       Гермиона медленно загнула палец.       — Так и знал, — пробубнил Рон, а Джордж передал Фреду галеон.       — А это что значит? — заметив последних, возмутилась Гермиона.       — Мы поспорили, встречалась ты с Крамом или нет, — ответил Джордж. — Я был уверен, что нет, а Фред убеждал, что Крам точно не может с тобой просто дружить.       Гермиона опустила глаза: такого она точно не ожидала, чтобы несерьёзный, вечно над всеми подшучивающий Фред так верил в её очарование. У всех сидевших, кроме уже проигравшей Джинни, осталось по одному пальцу. Все с вниманием уставились на Гарри, который долго не мог ничего сообразить.       — Я никогда не влюблялся в парня, — Гарри, кажется, не придумал ничего лучше, тем самым позволив проиграть единственным девушкам компании.       — Какой интересный расклад, — протянул Джордж, смотря на сестру и её подругу.       — Может, пусть выбегут босиком на улицу? — воодушевлённо предложил Рон.       — Чтобы потом болели всё Рождество? — скептически произнёс Фред.       — Когда ты так говоришь, выглядишь, как наша мама, — усмехнулся Джордж. — У меня есть идея повеселее. Просидеть минуту на коленях у любого парня в этой комнате. По их выбору.       — Тебя Кэти за такие предложения не кастрирует? — усмехнулся Рон.       — Я же сказал, по их выбору, — ответил Джордж. — Врядли Гермиона выберет меня.       — Самопожертвенное задание, — ухмыльнулся Фред. — Лишать себя удовольствия ради других.              — Звучит не так страшно, — с надеждой в глазах сказал Рон.       — Не то, чтобы я отказывался, — протянул Гарри, а Джинни расплылась в улыбке.       — У вас закончилась фантазия? — недовольно произнесла Гермиона. Все соглашались с этим нелепым, по её мнению, заданием, само собой не спрашивая проигравших о желании его исполнять.       — Придумать что-то поизвращённее? — ухмыльнулся Фред.       — Нет. — Гермиона сама согласилась на игру и упираться сейчас было бы ниже её гордости.       — Что ж, дамы, милости прошу выбирать, — приветственно провёл рукой Джордж.       Джинни ещё ближе придвинулась к Гарри: другого варианта она и не рассматривала, а Гермиона заметно стушевалась, чувствую прямо на себе проницательный взгляд Фреда, отчего ещё больше боялась поднять голову. Джордж точно отпадал: на месте Кэти, она бы такое даже как игру не одобрила. Рон вроде был самым безопасным вариантом, но давать ложных надежд другу совершенно не хотелось. Нет, с ним хорошо было обниматься при встрече, ободряюще похлопывать друг друга по плечу, но точно не сидеть на коленях. Недоразумение с поцелуем во время Битвы за Хогвартс, хоть и было решёно, всё ещё оставляло неприятный осадок.       Собрав всю гриффиндорскую волю в кулак, она подняла голову, тут же переводя взгляд на Фреда. Тот довольно приподнялся, чтобы сесть на кровать позади. По лицу Рона прошлась тень разочарования, но он тут же сделал вид, что всё в порядке и ему совершенно всё равно.       — Как интересно, — протянул Джордж, смотря на происходящее. Гарри уже сел на противоположную кровать, у него на коленях тут же устроилась Джинни, обхватив парня за шею, а тот сложил руки у неё на талии. Конечно, для них это было обычное дело, и они ничуть не чувствовали себя скованно. В отличие от Гермионы.       Стараясь не начать краснеть раньше времени, девушка села на колени к другу, тут же ощутив накаченные бёдра под собой: ей не показалось. Руки было совсем некуда девать, и девушка сцепила их в замке у себя на коленях, смотря куда-то в стену.       — Время пошло, — объявил Джордж.       Боковым зрением Гермиона видела, что Фред смотрит на её лицо, казалось, он внимательно изучал те эмоции, что на нём сейчас были. А девушка тем временем старалась расслабить все свои мышцы. Ноги не доставали до пола, сидеть было не очень удобно.       — Не съезжай, — прошептал Фред, кладя руки ей на талию и притягивая к себе.       Нужно успокоиться.       Гермиона поймала себя на мысли, что все его девушки могли просто так сидеть у него на коленях и чувствовать ладони на своей талии. И не только на талии… До жути захотелось оказаться на их месте. Только вот, казалось, что большая близость с этим парнем её бы просто уничтожила, потому что даже сейчас не покидало чувство, что её тело ощущает любое прикосновение в десятикратном размере, а из головы вылетают совершенно все адекватные мысли, уступая место бесконечному спокойствию и ощущению удовольствия за гранью её разума.       Фред не дышал. Долго, она сразу это почувствовала. Неужели происходящее было волнительно не только для неё? Минута, казалось, длилась бесконечно.       Рон протяжно зевнул: время перевалило за час ночи, а долгая дорога давала о себе знать.       — Закончили, — тоном тренера заявил Джордж. Джинни поцеловала Гарри в щёку и села рядом. Гермиона вскочила и опустилась на пол.       — Не знаю, как вы, но я хочу спать, — сказал Рон, потягиваясь.       — Я тоже думаю, пора расходиться, — поддержала Джинни.       — А мы в вашем возрасте могли не спать всю ночь, — растроенно протянул Фред.       — Мы не спали половину прошлой и сегодня провели дорогу в поезде, — ответил Гарри, который тоже заметно устал.       — Тогда выходите партиями. Пусть сначала уйдут Гарри с Роном, — предложил Джордж.       Парни тихо вышли. Джинни и Гермиона тоже начали вставать, подходя к двери. Гермиона подняла глаза на Фреда, тот смотрел на неё. Она не помнила, когда его взгляд был таким спокойным, умиротворённым и… решительным. Ей не хотелось отрываться, она пыталась прочитать, что же он задумал. Прошло секунды четыре, Джинни толкнула подругу в бок.       — Пойдём, соня. Спокойной ночи! — помахала младшая Уизли близнецам.       — Спокойной ночи, Джинни, — ответил Фред, всё ещё следя взглядом за Гермионой. Девушки пошли по тёмному коридору к своей комнате. Джинни зашла первой, следом сделала шаг Гермиона, но почувствовала чьи-то руки на своём локте.       Её тянули за собой, в свете из комнаты получилось разглядеть только рыжие волосы, отчего девушка не стала кричать, как захотелось сделать в начале.       Они оказались в комнате в самом конце коридора, которая, по всей видимости, принадлежала Биллу и сейчас пустовала. Перед ней стоял Фред, лицо которого освещалось светом луны из не закрытых шторами окон.       — Что ты делаешь? — возмутилась Гермиона, снизу вверх смотря на него.       — Прости, не нужно было тебя так хватать. Не знал, как ещё тебя вытащить, — его голос был мягким и чуть более низким, чем обычно.       — Для чего вытащить? — Гермиона чувствовала себя уверено: в полумраке Фред не мог чётко разглядеть её лицо.       — А сама не догадываешься? — Фред ухмыльнулся, глаза сверкнули в темноте. — Думала, я оставлю всё, что было на Астрономической башне так, как есть?       Гермиона опешила, осознавая, что Фред целый день ждал возможности поговорить с ней о произошедшем, в то время как она решительно делала вид, что ничего не случилось.       — Тогда, на Астрономической башне, — неуверенно заговорила она. — Я думала, ты не вспомнишь про это.       — Про что ещё я не должен был вспоминать? — Фред сделал шаг вперёд. — Думаешь, для меня это мелочи?       Он оказался совсем близко. Сердце забилось уже не от страха, а от волнения. Она подняла глаза, встретившись с его голубыми, которые даже в полумраке комнаты блестели дрожащими огоньками.       Даже если бы она сейчас захотела, не смогла бы отойти назад. Вместо этого она сделала пол шага вперёд, оставляя между собой и Фредом не более двух сантиметров. Его глаза сощурились в лёгкой усмешке, а она уже понимала, что сейчас произойдёт. Он наклонился ниже, максимально сократив растояние, и коснулся губами её нижней, слегка её прикусывая, и остановился. Гермиона поняла: он ждёт ответа. Чуть приподнявшись на носочках, она приоткрыла губы, позволяя ему продолжать. Поцелуй увлекал её всё дальше, руки Фреда оказались на спине, забравшись под подол вязаной кофты, она запустила пальцы в рыжие волосы, отчего парень сильнее прикусил её губу. Волны бабочек уже начали крутить восьмёрку, Гермиона подумала, что ощущений ярче быть не может, когда его ладонь медленно проехала по талии до поясницы, прижимая ближе к себе, отчего девушка выгнулась в спине. Удивляясь реакции тела, ещё ярче выраженной в трезвом состоянии, Гермиона чуть не застонала, приоткрывая рот чуть шире, чем и воспользовался Фред, пустив в ход язык.       Звуки влажных поцелуев заставили девушку прийти в себя, последние разы захватывая мягкие губы Фреда, и сделать шаг назад, отчего парень по инерции потянулся следом, но вовремя заметил её реакцию. Она пыталась отдышаться и смотрела на него, не зная, что сказать.       — Что такое, Гермиона? — спросил Фред.       «Если он ещё раз произнесёт моё имя с такой интонацией, я снова на него наброшусь… И как давно он называет меня по имени?»       — Ты уверен, что это то, чего ты хочешь? — тихо спросила она, смотря ему в глаза. Это был вопрос без упрёка: ей важно было знать.       — Я уверен в этом с того дня в Хогсмиде, — твёрдо произнёс Фред.       — А я… — Гермиона запнулась. Ей безумно понравилось то, что с ними только что произошло. И что ещё необыкновеннее, ей хотелось бы продолжить.       — Если ты не уверена, я готов ждать, — Фред сморел ей прямо в глаза, слова звучали очень тихо. — Пока не подумаешь и не решишь, чего хочешь сама.       Гермиона медленно кивнула, парень сделал шаг вперёд и коротко поцеловал её в лоб.       — Спокойной ночи, Гермиона, — он быстро скрылся из комнаты, оставив девушку одну со вкусом сладкой мяты на губах.