Ребёнок мира

Джеральдина вышла из камина. Её разрывала боль изнутри. Тепло покрывало всё тело, но в данной ситуации ничем не помогало. Девушка не понимала, почему голос не забрали сразу, зачем дали поверить, что Марволо не виновен. Дина ненавидела себя за то, что вообще замолчала, ведь может если бы она так не поступила, то голос бы и не пропал. Она, конечно же, могла утолить своё любопытство, пойти и разбудить поместье, призвать Певерелла и спросить, но она не хотела знать правду. На душе сейчас было очень паршиво. Не хотелось никого видеть и слышать. Она была обижена на своего предка и на Тома. Но она не хотела расстраивать своим видом госпожу Шмидт, поэтому натянула на лицо улыбку и написала: — {Я вернулась. Пойду погуляю, ладно?} — Хорошо, конечно, – кивнула женщина, и Грин спустилась с корабля и пошла вдоль берега. Ещё в детстве ей отец говорил, что нельзя давать никому обещаний, особенно в порыве эмоций, а то, что она сделала, даже обещанием не назовёшь. Это была изначально проигрышная затея, ведь они привидения, всё знают, смотря за людьми с того света. Грин согласилась, заключила сделку, а теперь плачет из-за этого. Геллерт всегда говорил, что лучше жалеть о содеянном, чем о том, чего не сделал, так что Джеральдина утёрла слёзы и села на траву, облокотившись на дерево, и стала следить за тем, как садится солнце. И плевать, что голоса нет. Как она и говорила Игнотусу, она сможет и немой радостно жить. Она ведь умнее всех, владеет невербальной и беспалочковой магией, что ещё нужно для счастья? Дина опустила руку в портфель, взяла склянку с зельем и выпила содержимое. На цвет эта жижа была фиолетовой, но на вкус напоминала совсем не чернику, а магловское лекарство от кашля из детства, которое было как йод. Вроде и называлось похоже. Оно при первых использованиях вызывало рвотный рефлекс и кашель, а потом привыкаешь и вкусно. Грин улыбнулась и прикрыла глаза. Она помнила, как они с отцом отдыхали в магловской России, и девушка заболела, потому что попала под ливень, гуляя с местными мальчишками. У Геллерта было хорошее настроение, поэтому он не стал ругаться, но каждый час заставлял пшикать в рот эту гадость и ещё какие-то горькие таблетки пить, но во всех этих лекарствах были одни очень сладкие клубничные сосульки. Правда после них потом язык болел, но зато горло прошло. Джеральдина всё больше думала о Грин-де-Вальде и о детстве и вскоре заснула.

***

Когда Джеральдина открыла глаза, уже поднималось из-за горизонта солнце. Она встала на ноги и потянулась. Несмотря на плохое настроение, с которым девушка уснула, ей не снились кошмары, она выспалась. Что ж, новый день, новые приключения. Грин выпила отвратное зелье для сердца, надела на спину портфель и потопала в сторону кареты. Вокруг было так тихо. Пахло как-то по-особенному. Очень свежо. Негромко пели птицы. Дине нравилось ходить по утрам в одиночестве. Было некое уединение с природой. Француженка прошла чуть дальше корабля, когда к ней подошёл месье Морель. — Грин, скажите, вы издеваетесь? Где вы были всю ночь? — "Я была у друзей на корабле, простите, я забыла предупредить вас", – соврала шармбатонка, надеясь, что он поверит на слово. — Да? – мужчина сложил руки на груди, — Ну давайте тогда уточним это у госпожи Шмидт? — "Хорошо, но вам не кажется, что все ещё спят?" — Дурмстранговцы рано встают, так что идёмте, Грин, – профессор зашагал в сторону судна, и девушка, глубоко вздохнув, последовала за ним. Они поднялись на палубу, и их уже встречала сонная госпожа Шмидт. — Месье Морель, вам нечем заняться утром? Вы же знаете, что на корабле защитные чары, которые предупреждают о чужаках, – закуталась посильнее в халат недовольная женщина. — И вам доброе утро. Где Грин была этой ночью? – перешёл сразу к делу профессор, и Джеральдина глазами указала на пол. — Она с ребятами сидела вечером у камина, а ближе к ночи с девочками ушла в каюту, позволю себе предположить, для того, чтобы поспать, – подыграла учительница, прекрасно поняв намёк студентки, а затем обратилась к Дине, — Я же приглашала остаться на завтрак, почему вы ушли? — {Да мне неудобно как-то}, – поёжилась Грин. — Ой, да ладно вам, оставайтесь, а Месье Морель, раз всё узнал, свободен, – злорадно улыбнулась мужчине госпожа Шмидт. — Даже на чай не пригласите? – выгнул бровь мужчина. — У вас наверняка много дел. Кстати, не могу не спросить кое-что. Как вам игра Дины? Вы ведь были на вчерашнем матче? – сложила руки на груди женщина. — Она играет в Квиддич? Я не знал, – смутился профессор и почесал затылок, — Ну я пойду, наверное. — Угу, всего хорошего, – кивнула мадам Шмидт. — Вы зайдите ко мне в кабинет, как освободитесь, Грин, – произнёс месье Морель и покинул судно. Как только он отошёл на достаточно большое расстояние, учительница поставила руки в боки и строго спросила: — Так где же вас носило всю ночь, юная леди? — {Я уснула на берегу}, – смутилась Джеральдина и опустила голову, — {Я просто была вымотана внутренними переживаниями, понимаете?} — Ох, Дина, ты не замёрзла? Хорошо себя чувствуешь? Если ты не против, я продолжу обращаться на «ты»? — {Всё хорошо, и да, можно на «ты», я не против}, – улыбнулась девушка, — {Простите, что втянула вас во враньё}. — Ой, не забивай себе голову, такой вздор, – махнула рукой женщина, — Идём в столовую, все, наверное, уже там, – они спустились по лестнице и оказались в большом помещении. Всё вокруг было сделано из тёмного дерева, скорее всего из дуба. Под потолком висели керосиновые лампы. В центре комнаты стоял большой стол, на котором уже располагались тарелки с кашей, напитки, пирожные. На завтрак прибывали студенты, а некоторые из них, что-то забыв, разворачивались у входа и шли обратно. По углам толпились маленькие группы, общаясь между собой. Всё это напоминало Дине муравейник. И она улыбнулась своей же мысли. — Дина! – налетела с объятиями Наиля, — Ты что тут делаешь? — Она спала на берегу озера всю ночь, проводи её в ванную комнату, пожалуйста, – обратилась к дурмстрангке госпожа Шмидт. — О, конечно, – Асад взяла за руку шармбатонку и потянула её вперёд по коридору, — Как можно было уснуть на улице? Тебе не холодно было? А комары не закусали? — "Да я случайно, всё нормально", – они зашли в комнату с низкими потолками. Она была очень маленькая: небольшой стол, одноместная кровать и шкаф. — "Что случайно? Ты кому?" – прозвучал заинтересованный голос Кати. — Вот тебе моя запасная форма, уменьши по размеру, паста на полочке, щётку себе наколдуй из ватной палочки, полотенце в тумбочке возьми, удачи, – Наиля всучила одежду в руки Грин и толкнула её в душевую комнату, — "Подойди ко мне, Кать, расскажу". Джеральдина сначала почистила зубы, а затем, сняв с себя вещи, встала под душ. Горячие струи воды позволили девушке немного расслабиться, и она выдавила на руку немного шампуня, после чего стала массировать кожу головы. Когда с этим было покончено, Дина намылила мочалку и приступила к натиранию тела до красноты. Вся эта процедура очищения заставила Грин погрузиться в себя, из-за чего, когда она встала под душ, смывая с себя всё, по её щекам потекли слёзы. Было так больно в груди. Злость на себя съедала изнутри. Француженка постаралась прийти в себя и поспешила закончить водные процедуры. Она вытерлась махровым полотенцем, оделась в серую рубашку и плотные чёрные брюки. Натянула повыше жёлтые носки и обулась обратно в свои магловские кроссовки. Встав перед зеркалом, девушка высушила волосы и сделала высокий хвост, после чего посмотрела пристально на своё отражение. Некрасивая и глупая. — Дин, ты утонула?! – крикнула из комнаты Наиля, и шармбатонка хихикнула, вытерев слёзы и решив, что всё же она красивая и самая умная. Джеральдина убрала вещи в портфель и покинула душевую комнату. — Мы состариться успели! – хохотнул Вова. — "Ой, идите вы!" – надула губки Дина, чем вызвала дружный смех. — Идёмте уже, а то Каркаров будет орать снова, – Влад прокашлялся и состроил грозное лицо, — Как вы посмели опоздать на завтрак? Утреннее принятие пищи – это обряд, который проходит по расписанию! – спародировал он директора Дурмстранга, и ребята, хохоча, покинули комнату, направляясь в столовую. — Что за шум был ночью, кстати? – выгнула бровь Агнет. — Этот придурок с кровати упал! – засмеялся Латвинов, толкая Толсторукова в бок, — Разбудил меня ещё! Запутался в одеяле и встать не мог! Нужно было оставить его на полу спать! – студенты засмеялись, заходя в зал и рассаживаясь по местам. Госпожа Шмидт махнула Дине, и та села возле неё. — Тебе идёт наша форма, – улыбнулась женщина. — {Спасибо}, – кивнула шармбатонка, и в этот же момент в столовую вошёл директор Дурмстранга. Он сел за стол и оглядел присутствующих. Его взгляд остановился на француженке. — Грин? Что вы тут делаете? — Я позвала её на чай, господин Каркаров, – ответила профессор. — Ясно, не буду спрашивать, откуда на вас наша форма, а просто начнём завтракать. Всем приятного аппетита! – студенты и учителя приступили к приёму пищи. Джеральдина пила чай, когда в голове прозвучал голос мадам Максим. — "Грин, вы должны быть через десять минут в кабинете мистера Дамблдора. Вам перенесли экзамен на сегодня", – от этих слов Дина подавилась чаем и закашляла. — "Скоро буду", – ответила она Олимпии и переключилась на друзей, — "У меня экзамен через пять минут, я побежала", – Грин встала из-за стола и обратилась к Каркарову, — {Извините, мне нужно идти}. — Ты готовилась вообще? – подошла и обняла девушку Наиля. — {Я планировала сегодня всё повторить, но взрослые, видимо, решили, что я и так справлюсь. Всё, мне нужно бежать}. — Если не сдашь – переводишься к нам, договорились? — {Договорились}, – пожала протянутую руку француженка, — {Но я точно сдам}. — Удачи! – приобняла подругу Асад и проследила за тем, как первая покидает зал, а затем повернулась к директору, — Готова поспорить, что она пишет экзамен сегодня из-за вас. — Всё может быть, – сделал глоток горячего напитка Игорь, задумчиво смотря в одну точку.

***

Джеральдина забежала в маленький кабинет директора Хогвартса. — Проходите, садитесь, мисс Грин, – добродушно указал на маленький стол возле окна Дамблдор, а затем, покопавшись в шкафу, достал пергамент и перо, которое затем положил возле девушки, — Мы так ещё ни у кого не принимали экзамен, вы первая. Это волшебный пергамент. В нём собран весь материал по всем основным предметам. На нём будут появляться вопросы, как только вы ответите на один, проявится другой. Когда пергамент узнает всё, что ему нужно для определения вашей оценки, он попросит вас продемонстрировать практическую часть. Всё необходимое появится само собой. Думаю, что это всё, удачи, – Альбус почесал свою бороду и покинул кабинет. Дина посмотрела по сторонам. Никого нет, волшебники на картинах спят, значит можно взломать пергамент и поставить себе оценку. Грин взяла в руку палочку и приступила разматывать сплетения чар, которые были наложены, чтобы затем их изменить. Спустя какое-то время у неё получилось, и на листе засветились золотым цветом слово «Превосходно». Но не успела Джеральдина порадоваться, как её окутала чёрная дымка, а затем выбросило на поляну. Девушка едва устояла на ногах, очутившись на зелёной траве. Возле неё были лишь берёзы и где-то шумела речка. — Никому никогда не приходило в голову взламывать всезнающий пергамент, – раздался голос сзади, и Дина развернулась. На неё смотрел мужчина со светлыми кудрявыми волосами, завязанными в хвост, одетый в белую рубашку и свободные штаны. — {Простите, просто так ведь легче}, – опустила голову француженка. — Гении всегда ищут лёгкие пути. В этот раз вам не повезло. Придётся постараться, чтобы выбраться отсюда. Идёмте, – махнул головой незнакомец, ничего не сказав по поводу метода общения Грин, и пошёл вдоль тропинки, — Меня зовут Валентин, а вас? — {Дина}. — Красивое имя, а вот и дом, – он указал на деревянную избу, после чего открыл в неё дверь, пропуская шармбатонку внутрь. Джеральдина оказалась в небольшом помещении. У окна стоял стол и два стула, справа размещалась огромная печь, а слева – стеллаж с книгами, — Здесь вы будете жить. Задание придёт к вам само. Удачи, – с этими словами мужчина растворился. Дина удивлённо вздохнула. Так это был дух? Значит этот человек на самом деле мёртв. Девушке стало очень важно узнать, кем же является этот Валентин, и она подошла к полкам с книгами. Пробежалась глазами по корешкам и выбрала историческую повесть «Всё об эльфах», после чего села за стол и приступила к чтению. Она провела за этим занятием весь день, и только когда стемнело, закрыла прочитанный фолиант. Оказалось, что Валентин когда-то был королём Лесных эльфов и погиб в бою с орками. Войны между этими существами происходили часто, пока не был заключён наконец-то мирный договор, по которому орки получали тот же статус, что и гоблины, а также имели право устроиться на работу к эльфам. Как было сказано в конце книги, войны почти не прекращались лишь из-за того, что стороны никогда не разговаривали. Они нападали друг на друга, не подозревая, что все хотят мира и готовы на любые условия. Эльфам нужно было спокойствие и свои территории, а оркам – работа и уважение. Как только сын Валентина, Виталий, рискнул жизнью и явился лично к Малуму, вождю орков, то конфликт был исчерпан. Наступил мир, и теперь два этих народа вместе изготавливают самое крепкое и острое оружие. Грин вздрогнула от холода и наложила на себя согревающие чары. Она вышла на улицу, освещая себе путь «Люмосом» и прошла на задний двор. Там были грядки, где-то вдали за кустами прятался колодец, а если пройти чуть-чуть левее, то наткнётесь на две деревянные кабинки. Первая это душевая, там, слава Мерлину, на полочке стояли все туалетные принадлежности, а вторая это санузел, если быть точнее, то просто глубокая яма в полу. Француженка вздохнула и поняла, что жить ей будет здесь нелегко. Проснувшись на следующее утро, Джеральдина сначала вышла в огород и выкопала себе морковку, а затем взяла капусту и сорвала несколько яблок. Позавтракав салатом и фруктами, она снова приступила к чтению, а ближе к вечеру наколола дров и развела печь. В таком ритме проходили дни, и Дина сбилась со счёту примерно через месяц. В какой-то момент ей показалась, что она застрянет в этом мире в одиночестве навсегда, но её это не особо пугало. Ей нравилась уединённость и тишина. Грин посвящала всё время себе и жила для себя. Не было шума студентов, не ворчали профессора, не нужно было учиться. Такой деревенский стиль жизни ей нравился. Когда надоедало читать, девушка выходила в огород и сажала новые семена, ухаживала за растениями, пропалывала грядки. Однажды утром произошло то, что изменило пребывание Джеральдина здесь. Она, как обычно, подошла к стеллажу, чтобы взять книгу, потянула на себя «Мактуб» и полки отъехали в сторону, а в открывшемся помещении загорелись факела. Дина осторожно прошла внутрь. В центре комнаты стоял стол, на нём была стопка книг и котёл. Грин взглянула на фолианты. Всё было написано на древних рунах. Большинство слов оттуда они в школе даже не проходили. На стенах висели полки с ингредиентами. Свойства некоторых она даже не знала. Находиться в помещении стало немного жутко, поэтому француженка взяла книги и вышла оттуда, а затем за ней на место вернулся стеллаж. По телу пробежалось тепло, и только тогда девушка вспомнила, что уже достаточно долгое время не принимала зелья для сердца. Джеральдина открыла чтиво на первой странице и приступила к переводу. У неё получалось понимать смысл автоматически, так же, как если бы она читала на английском. Но если бы у неё спросили, что она читала, то Дина точно бы не смогла ответить. Она просто понимала смысл слова, его функции, а объяснить не могла. Следующие две недели прошли за познаванием большого объёма информации. В книгах говорили о том, что очень давно на свете жили Мариам и Анастасия. Они безумно любили друг друга, но не могли быть вместе. Парень являлся принцем и должен был жениться на другой, а девушка была непослушной крестьянкой, которая всегда сбегала в поля, чтобы подраться с дворовыми мальчишками. Когда они были на очередном секретном свидании, то Мариам подарил кольцо Анастасии. Он вложил в него всю свою душу и множество сил. Оно было не лучшим на свете, но для крестьянки оно стало самой дорогой вещью, которую она когда-либо имела. Она носила его, не снимая, и каждый раз смотря на украшение, вспоминала своего Мариама и надеялась, что тот отменит свадьбу, которая должна была состояться уже через неделю. Казалось, что хуже ситуации быть не может, но Агафья - девушка, предназначенная принцу, узнала о любви своего суженого и, несмотря на то, что её имя означает «добрая и хорошая», захотела убить Анастасию. Она взяла лук и стрелы и вышла на поляну. Спрятавшись за деревом, она стрельнула в соперницу, которая смотрела на голубое небо. Но стрела, не долетев до цели, рассыпалась, столкнувшись с золотым куполом, возникшим возле Анастасии. Тогда Агафья и поняла, что ей никогда не стать одной единственной для Мариама, ведь его любовь защищает другую. Также в фолиантах рассказывалось, как создать такое кольцо, для этого нужно было приготовить зелье и добавить его в сложное сплетение чар, но нигде не назывались ингредиенты, а лишь говорилось, какие свойства они имеют. И если с большинством составляющих Дина разобралась, вспомнив всё, что читала по гербологии, то вот где найти светящиеся однолетнее травянистое растение, которое слаще сахара, она не знала. Нет, Грин понимала, что это арбуз, но светящихся она не встречала. Но, слава Мерлину, в последней книге упоминалось, что если скрестить дыню и клубнику и поливать их бодроперцовым зельем, то вырастит именно то, что ей нужно. Грин готова была выполнить все условия, потому что ей было очень интересно, откуда будет у растения идти дым. Со следующего дня Джеральдина принялась за работу, она часами готовила бодроперцовые зелья, поливала ими семена, не забывала следить за температурой возле взошедшего маленького ростка, а также находила время, чтобы готовить основное снадобье для кольца и посмеиваться, смотря, как из маленького листика идёт тонкой струйкой вверх белый дым, при этом издавая негромкий свист. Приблизительно через месяц выросло маленькое деревце, чему Дина очень удивилась, ведь арбузы не фрукты и на деревьях не растут. А потом и появился сам плод. Грин не с самого начала заметила его. Она как обычно поливала растение и случайно отодвинула в сторону большой зелёный лист, а там на ветке висел зелёный в полоску арбуз. Девушка тогда запрыгала и захлопала в ладоши на месте. Она была счастлива. Вскоре ложная ягода оторвалась и упала на землю. Это означала, что плод созрел. Француженка тут же взяла нужное количество мякоти для зелья, небольшую часть положила в колбочки на всякий случай, а оставшееся съела. Внешне и на вкус он был обычным. Сладкий и сочный, как и магловские арбузы, но он вернул шармбатонке её настоящий цвет волос, чему Джеральдина была очень рада. Через некоторое время зелье было готово, а затем и зачаровано кольцо. Дина держала в руках готовый артефакт и не могла налюбоваться им. — Молодец, вы справились, Дина, – подошёл Валентин, и Грин вздрогнула. Она так давно ни с кем не разговаривала. Она уже отвыкла от громких звуков. — {Когда я вернусь, мне всё равно нужно будет отвечать на вопросы пергамента?} – она протянула мужчине украшение. — Нет, вы уже доказали, что заслуживаете по всем предметам «Превосходно». А кольцо оставьте себе, может быть, оно вам пригодится, – улыбнулся эльф, убирая назад волосы, и только сейчас девушка увидела его длинные острые уши и, сама того не замечая, прикоснулась к одному из них, но потом сразу же отдёрнула руку и залилась краской. — {Простите}. — Ничего страшного, – он потрепал её по волосам. — {Навряд ли я когда-либо встречу человека, которого буду любить так сильно, как Мариам любил Анастасию}. — Вы не можете знать своё будущее, Дина, так что оставьте кольцо себе на всякий случай, а там уже время покажет, – Валентин присел на корточки и взял девушку за плечи, — Самое главное в отношениях – это разговоры. Запомните это. Тоже может пригодиться, – шармбатонка кивнула и убрала артефакт в карман штанов, а после всё вокруг потемнело и стало расплываться.

***

— Мисс Грин, мисс Грин, проснитесь, – тряс Джеральдину за плечо Дамблдор. Девушка вздрогнула и приняла сидящее положение. Она потёрла несколько раз глаза и огляделась вокруг. Дина сидела за столом в кабинете директора Хогвартса. На стенах переговаривались портреты. В клетке сидел феникс по имени Фоукс. Помещение было каменным. На полу лежал красный ковёр. Трещал огонь в камине. Всё было таким новым, непривычным. — {Простите, я, видимо, уснула}, – стеснительно почесала затылок Грин и только потом поняла, что её волосы и здесь, то есть в реальности, тоже чёрные. Альбус тоже заметил это изменение во внешнем виде ученицы, но ничего не сказал по этому поводу. — Вы написали всё на «Превосходно», это по-настоящему невероятно, мисс Грин, – почесал бороду Дамблдор, держа в руках пергамент, – Уже сегодня я сообщу об этом вашему директору, и мы выдадим вам аттестат об окончании школы. Не желаете ли вы уже как гость поприсутствовать на последнем испытании Турнира Трёх Волшебников? — {Спасибо, я буду очень рада увидеть своими глазами, кто же выиграет}, – улыбнулась Джеральдина, — {Я могу идти?} — О, конечно, не смею вас больше задерживать, – отошёл в сторону профессор, пропуская француженку. Дина вышла в коридор и пошла в сторону кареты, чтобы переодеться в свою одежду и отдать Наиле её, но шармбатонку перехватили на заднем дворе Джинни и Невилл. — Привет, мы хотели с тобой поговорить, – переступил с ноги на ногу гриффиндорец. — {Здравствуйте, господа. Какие-то проблемы?} – выгнула бровь Грин. — Хватит строить из себя высокомерную стерву! – фыркнула Уизли, — Всем уже давно понятно, что ты добрая. Ты помогла Невиллу пройти два испытания, и сейчас мы хотим, чтобы ты прошла за него третье! – выкрикнула гриффиндорка, а потом резко затихла и стыдливо опустила глаза, когда Джеральдина возмущённо наклонила голову в сторону. — Понимаешь, просто я боюсь идти в лабиринт, и я подумал, что тебе будет не тяжело выпить оборотное зелье с моими волосами и пройти его за меня, – протараторил Лонгботтом и тоже уставился на свои ботинки. — {Забудем про вашу наглость и перейдём сразу к делу}, – Дина сложила руки на груди, — {Вас не смущает, что я не разговариваю? Вдруг меня в образе мистера Лонгботтома попросят что-либо сказать?} — Так ты согласна? Спасибо! – накинулась с обнимашками Джинни, но сразу же отстранилась и неловко улыбнулась. — Может тогда я как-то аппарирую к тебе, когда ты будешь стоять у Кубка? – предложил Невилл. — {Да, я могу сделать вам портключ}. — Ты настолько хороша в артефакторике? – удивилась гриффиндорка. — {Не хочу хвастаться, но я только что сдала ПАУК по всем предметам на «Превосходно»}, – покрутила прядь волос Грин. — Вау! Поздравляем! Молодец! – захлопал в ладоши Невилл. — {Спасибо, ладно, вы делаете мне оборотное зелье на три часа, а я для вас создаю портключ. Встретимся на последнем испытании}, – кивнула Грин и продолжила свой путь.

***

Встретившись за несколько минут до начала третьего испытания, Джеральдина отдала Невиллу артефакт, а сама приняла от него зелье и тут же выпила жидкость, а затем трансфигурировала на себе одежду. Зазвучал оркестр под руководством профессора Флитвика, и тогда Дина в образе Лонгботтома вышла к лабиринту вслед за Виктором, Флёр и Седриком. Все собравшиеся студенты хлопали в ладоши и визжали, а девушки из Шармбатона даже танцевали и пели. Вскоре в центр круга вышел Дамблдор, и присутствующие замолчали. — Сегодня утром профессор Грюм спрятал Кубок Трёх Волшебников в глубине лабиринта. Только он знает его местоположение. Итак, поскольку мистер Диггори и мистер Лонгботтом делят между собой первое место, они войдут в лабиринт первыми! За ними мистер Крам и мисс Делакур. Первый, кто коснётся Кубка, и станет победителем! – все поднялись со своих мест и зааплодировали, как только собравшиеся снова затихли, Альбус продолжил, — Мы будем патрулировать лабиринт снаружи по всему периметру. Если кто-нибудь пожелает выбыть из состязания, он или она должны послать в воздух сноп красных искр! – директор развернулся к Чемпионам и, подозвав их к себе, произнёс, — В лабиринте вы встретитесь с чем-то более страшным, чем драконы и морские твари. В лабиринте люди сильно меняются. Найдите кубок, если сможете, но будьте осторожны, на пути к нему вы можете потерять самих себя, – ребята кивнули Дамблдору, потом – друг другу и встали каждый возле своего прохода. Как только в небо вылетел снаряд, Джеральдина ещё раз оглянулась на Джинни и затем зашла в лабиринт. Как только она оказалась внутри, то кусты за ней срослись, и вокруг наступила тишина. Было очень темно, поэтому первым делом девушка включила «Люмос», а затем создала заклинанием компас. Центр лабиринта на северо-западе, нужно пытаться идти в этом направлении. Девушка свернула налево и вскоре вышла к развилке. Сзади послышался шорох, и Дина резко развернулась. Из темноты появился Диггори. У него была порвана одежда и немного дымились волосы. — Это соплохвосты Хагрида! – тяжело дыша прошептал пуффендуец, — Гигантские! Я еле от них отбился! – он кивнул и исчез за очередным поворотом. Француженка побежала вперёд, ведь с этими огнедышащими скорпионами лучше не сталкиваться. Вскоре, забежав за угол, Грин столкнулась с дементором, но не успела она вызвать «Патронус», как тёмное существо превратилось в чёрный шар. Это её боггарт. Шармбатонка подошла и коснулась сферы. Секунда, и шар рассыпался белым пеплом. Джеральдина снова сверилась с компасом и побежала правее. Через несколько десятков метров она оказалась в золотистом тумане, который меняет всё с ног до головы, если произнести хоть слово. Вдруг где-то неподалёку раздался вопль. Дина возненавидела свою доброту и побежала на крик Делакур. Шармбатонку утаскивала под землю живая изгородь. Грин остановила действие корней и выпустила в небо сноп красных искр, после чего побежала дальше. Несколько раз свернула в тупик, но всё же смогла найти незнакомую дорожку и пойти по ней, но француженке не повезло, она столкнулась нос к носу с соплохвостом. Он был около трёх метров ростом, а его хвост покоился на спине, направляя жало прямо на Джеральдину. Стрелять заклинаниями девушка не спешила, ведь толстый панцирь всё равно всё отобьёт, поэтому Дина попробовала сделать несколько шагов назад, но животное выстрельнуло огнём, которое пролетело в нескольких сантиметрах от головы шармбатонки, и двинулось на Грин. Француженка поспешила отступить, но не заметила корень, поэтому споткнулась об него и упала. Скорпион замер над ней, и тогда Джеральдина стрельнула заклинанием «Остолбеней» в его незащищённое брюхо. Соплохвост замер, и девушка тут же поднялась на ноги и побежала вперёд. Повернув на развилке направо, Дина застала битву Крама и Диггори. Если быть точнее, то Виктор пытал Седрика «Круцио». Пуффендуец громко кричал и извивался. Девушка поспешила всё это остановить и оглушила заклинанием дурмстранговца. — Спасибо, – прохрипел, поднимаясь, пуффендуец. Грин подошла к Краму и выпустила над ним сноп красных искр, а когда развернулась, Седрика уже не было. Француженка побежала вперёд, затем направо, потом влево и за очередным поворот наткнулась на сфинкса с телом льва, головой женщины, большими когтистыми лапами и длинным жёлтым хвостом с коричневой кисточкой на конце. Женщина-львица ходила из стороны в сторону, преграждая проход. Джеральдина подошла поближе, и тогда сфинкс обратила на неё внимание. — Ты близок к цели, – произнесла она низким, хрипловатым голосом, — Кратчайший путь лежит именно здесь, – Дина кивнула, и львица продолжила, — Я произнесу загадку. Если ответишь правильно, то пропущу, нет – нападу, – она легла на землю и заговорила: «Мой первый слог проворней всех слывёт по праву — Он очень быстр на руку, ногу и расправу; Второй мой слог есть плод окружности решений — Её с диаметром законных отношений. Мой третий слог — абстрактно названный мужчина — Ни цвета кожи, ни фамилии, ни чина. Сложив их вместе, существо ты образуешь, Какое ты скорей умрёшь, чем поцелуешь». Грин задумалась. Проворней всех, значит быстрый и скорый. Плод окружности решений – это число пи, она точно знала. Абстрактно названный мужчина – это просто он. Если сложить, то получится... — {Это скорпион}, – ответила Француженка, и женщина улыбнулась, поднимаясь и отходя в сторону, а затем сверкнула своими миндалевидными глазами. — Проходить лабиринт за другого человека – это храбрый поступок или глупый? — {Очень глупый, но я просто не могла отказать}. — Могла, но не захотела, но ладно, иди, дитя, дальше, – шармбатонка кивнула и побежала вперёд, затем быстро наколдовала компас и побежала по направлению стрелки, то есть направо. И вскоре в конце дорожки заметила неяркий свет. В метрах трёхсот от неё на невысокой каменной тумбе сияет Кубок. Джеральдина побежала к нему. Ей почему-то именно сейчас захотелось коснуться Кубки первой. Но её лёгкой победе помешал выбежавший откуда-то слева Седрик. Теперь они вместе, толкаясь, бежали вперёд. Вокруг потемнело, звуки стихли. Ребята видели только голубой свет перед собой. Но неожиданно им навстречу вышел большой паук. Но Чемпионы не обратили на него внимание. Они, пробегая под ним, стрельнули ему в брюхо оглушающим заклинанием. И вот они преодолели ещё несколько метров и одновременно коснулись Кубка. Рывок, и ребята оказались посреди тёмного густо заросшего кладбища, справа за огромным тисом чернел силуэт небольшой церкви. Слева – холм, на склоне которого старый красивый особняк. — Экспеллиармус! – выкрикнул Седрик, и Дина позволила своей палочке вылететь из её рук, — Ты полнейший неудачник, Лонгботтом! Это я кинул твоё имя в Кубок, только благодаря мне ты стал Чемпионом! — "Святой Мерлин, что в голове у этого идиота?" – подумала девушка. — "Ты это про кого?" – спросила Наиля. — "Да я книгу читаю, простите", – ответила шармбатонка и сосредоточилась на происходящем. — Я убью тебя! Проведу ритуал и возрожу Волан-де-Морта! Чистокровные семьи должны стоять у власти, а грязнокровки и маглы обязаны нам подчиняться! — "Святой Мерлин! Да он чокнутый!", – услышав возмущённый кашель, француженка добавила, — "Простите, здесь просто очень напряжённая сцена", – она резко вытянула руку вперёд и проникла в сознание Диггори, после чего удалила все ненужные моменты из его жизни. Таким образом, когда пуффендуец придёт в себя, он будет думать, что занял второе место, а также перестанет быть таким же двуличным человеком, как его отец. Седрик продолжит достигать свою цель. Он мечтает стать таким же крутым ловцом в Квиддич, как и Виктор Крам. Джеральдина выпила противоядие и вернула себе свой облик, а затем послала к Невиллу дельфинчика. Патронус быстро достиг своей цели, так что вскоре Лонгботтом стоял на кладбище. — Кошмар, где это ты? Что за жуткое место? – испуганно сжался гриффиндорец. — {Произошли маленькие технические трудности. В общем, вы берёте за руку мистера Диггори и затем касаетесь Кубка. Дамблдору скажете, что мистер Диггори потерял сознание, потому что на него напал паук. А вы решили его забрать с собой, потому что где-то потеряли свою палочку и не могли наколдовать сноп красных искр для него}, – Дина подумала, а затем, выгнув бровь, спросила, — {Нормальная история?} — Да, всё круто, должно прокатить, спасибо, – он кивнул, а затем вместе с пуффендуйцем исчез. Грин отправила «Патронус» на поиски своего ворона. Птица прилетела через несколько минут. Шармбатонка наколдовала пергамент и ручку, после чего написала: «Здравствуйте, Марволо. Простите, что тревожу вас, но вам следует показать себя миру в ближайшее время, потому что с каждым днём появляется всё больше желающих вас воскресить. Ваши сторонники продолжают придерживаться ваших старых идей, и это очень плохо. Надеюсь, вы примите меры. С уважением, Дж. P.S. Ворона зовут Пист, пожалуйста, приютите его у себя, спасибо». Привязав к лапке животного сложенный лист, Джеральдина погладила птицу и мысленно её попросила отправить письмо к Тому Реддлу. Ворон укусил до крови палец девушки, одновременно ругаясь на неё за то, что про него забыли на несколько лет, а также и прощая свою хозяйку, а затем громко каркнул и взмыл в небо.

***

Джеральдина проснулась рано утром и, собравшись, вышла на улицу в сером спортивном костюме. Она пробежала несколько кругов вокруг Хогвартса, а затем остановилась на заднем дворе, чтобы сделать разминку. Девушка снова вернулась к жизни. Появились силы радоваться всему на свете. Но, чтобы на душе было ещё теплее, Дина решила отправиться в Мунго. Её уже несколько месяцев волновало состояние Лонгботтомов. Она не верила, что их не могут вылечить, скорее всего просто не хотят. Так что доделав все упражнения, Грин переоделась в чёрное лёгкое платье, выпила зелье роста, взяла поддельные документы и камином переместилась в больницу. — {Здравствуйте, я мисс Грин, вам должны были сообщить, что я приду посмотреть на состояние мистера и миссис Лонгботтом}, – улыбнулась Джеральдина, подойдя к стойке регистрации. — Здравствуйте. Да? – девушка пролистнула несколько бумаг, — Не могу найти вас в списке, извините. — {Но как же так? Я от мистера Бейна, я прохожу у него практику, и мы сейчас остановились на последствиях использования Непростительных заклинаний. Мне очень нужно взглянуть на Лонгботтомов, я быстро и очень аккуратно, честно}, – Дина приняла самый невинный вид, и регистраторша всё же вздохнула и протянула руку. — Документы, пожалуйста, – Грин кивнула и протянула паспорт. Она изменила лишь свой возраст, а всё остальное оставила прежним, — Можете проходить, палата №13, – француженка убрала документ обратно в портфель и пошла вдоль по коридору. Вскоре она увидела нужный ей номер и зашла в помещение. Комната была сделана вся в белом цвете. Здесь, даже если ты здоров, с ума сойдёшь. На двух рядом стоящих койках сидели Фрэнк и Алиса. Они смотрели друг на друга невидящим пустым взглядом, слегка пошатываясь из стороны в сторону. — {Что ж, здравствуйте}, – написала перед каждым из больных шармбатонка и сама же смутилась от своего действия, потому что никто никак не отреагировал. Она неловко поставила портфель возле стены и подошла к мужчине. Присела напротив него на корточки и продолжила, — {Если вы не против, то я осторожно проникну к вам в голову?} – Джеральдина проследила за телом Фрэнка, но так и не заметила никаких сигналов, поэтому вздохнула и проникла в его сознание без разрешения. Внутри было темно и тихо. Из дальнего угла шёл маленький свет, поэтому Дина осторожно двинулась туда. Там сидел на полу, обняв свои колени руками, мистер Лонгботтом. Он, как и в реальности, качался из стороны в сторону и что-то бубнил. Когда девушка приблизилась к нему, он замер и испуганно поднял на неё голову. — Ты маленькая, ты не представляешь угрозы, хотя я не уверен в этом. Однажды я уже подпустил к себе человека, которому доверял. — {Кто это, мистер Лонгботтом?} – присела возле мужчины француженка. Он оглядел её с ног до головы, а потом вздохнул и печально произнёс: — Аластор Грюм, правая рука Дамблдора. Оказывается, что Альбус и его приспешники хотят уничтожить большинство чистокровных волшебников, а для этого им нужен герой, за которым все пойдут умирать, и злодей. План должен прийти в силу, когда Гарри Поттеру исполнится приблизительно 16 лет. Дамблдор хочет воскресить Волан-де-Морта и управлять им дальше, как делал это в Первую Магическую Войну, – Фрэнк резко замолчал и снова уставился на свои ботинки, начиная покачиваться. — {Грюм пытал вас, потому что вы не хотели признаваться, что услышали о планах Дамблдора?} – предположила шармбатонка. — Ты абсолютно права. — {Почему вы не хотите снова вернуться к жизни? Вы боитесь, что он убьёт вас?} — Да, к тому же я не смогу притворяться, что ничего не помню. Мне так хочется убить Грюма. Я ненавижу его за то, что он не пощадил Алису! — {Может быть вы согласитесь, чтобы я стёрла из вашей памяти всё ненужное и отправила вас в безопасное место? Что вы думаете насчёт поместья Крэббов? Они уж точно не сдадут вас Дамблдору и не убьют. Они родители моего хорошего друга}. — Можно попробовать рискнуть, но как мы туда попадём? Ты не сможешь вывести нас из Святого Мунго так, чтобы нас не заметили. — {Мы можем аппарировать. Так вы согласны?} — Хорошо, я согласен, выведи меня отсюда, – поднялся на ноги Фрэнк. Джеральдина улыбнулась и потянула мужчину в сторону белого света. Пара секунд, и они сидят друг на против друга в реальности. — {Что ж, всё без изменений, тогда, если вы не против, я посмотрю вашу жену?}, – немного улыбнулась Дина, про себя благодаря мистера Лонгботтома за то, что он продолжил вести себя как больной. Девушка развернулась к Алисе и проникла в её голову. Там было так же темно, а в углу горел свет. Грин подошла к женщине и увидела, как та держит у себя в руках фотографию маленького Невилла и плачет, — {Не стоит лить слёзы, миссис Лонгботтом. Совсем скоро вы сможете встретиться с вашим сыном, если пойдёте со мной и с вашим мужем в поместье Крэббов. Вы согласны?} — Если Фрэнк идёт, то и я тоже, – вытерла влагу с лица Алиса, и тогда француженка взяла её за руку и так же вернула в реальность. Шармбатонка призвала к себе портфель и достала оттуда цепочку. — {Возьмитесь за цепочку, я направлю портключ в нужное место}, – взрослые выполнили просьбу, Джеральдина наложила на помещение иллюзию, а затем они исчезли. Троица очутилась у ворот поместья, и через несколько секунд появился эльф в чёрной сорочке. — Я Тутти, мисс, – поклонился домовик Дине, — Вы к хозяину? Он сейчас работает и не предупреждал, что к нему придут волшебники из больницы. — {Здравствуй, Тутти, я Дина}, – села на корточки напротив эльфийки Грин, — {Нам нужно срочно поговорить с Лордом Крэббом. Передай ему, пожалуйста, что к нему явились Фрэнк и Алиса за помощью}. — Хорошо, – кивнула домовичка и исчезла. — Ты так уважительно к ним относишься, – заметила миссис Лонгботтом. — {Да, они ведь такие же живые существа, как и мы}. — Хозяин ждёт вас в своём кабинете, я вас провожу, – появилась Тутти и, открыв ворота, потопала по каменной дорожке. Они прошли мимо кустов с розами и зашли в тёмное здание. Гостей повели по коридорам, освещённым факелами, а затем завели в кабинет с тёмно-фиолетовыми обоями. — Ты свободна, Тутти, – махнул рукой широкоплечий брюнет, но эльфийка осталась на месте. Она сильно тянула вниз уши и, переминаясь с ноги на ногу, смотрела своими большими голубыми глазами на француженку. Шармбатонка смущённо улыбнулась и села на корточки, после чего протянула руку со сгустком магии. Домовичка радостно приблизилась и схватила оранжевый шар, но он тут же растворился в её руках, окутывая Тутти с ног до головы теплом. Эльфийка вскрикнула от удивления, посмотрев на свои руки. На её теле пропали морщины. И если бы у домовички была такая возможность, то она бы ещё заметила, что стала значительно моложе. — Спасибо, Дина, – с этими словами эльфийка исчезла, а Джеральдина выпрямилась и посмотрела на хозяина поместья, который прокашлялся и тихим голосом заговорил. — И что же одарённая маленькая девочка делает здесь с двумя больными волшебниками, которых не могли вытащить из состояния овощей почти 13 лет? — Состояния овощей? Я бы попросил быть немного повежливее с нами, Лестер! – прикрикнул мистер Лонгботтом. — Конечно-конечно, прости, – отмахнулся Лорд Крэбб, продолжая смотреть на Дину. — {Я Дина Грин, сэр. Простите, что явились к вам без приглашения. Что, как и почему произошло вам подробнее расскажут мистер и миссис Лонгботтом, а я просто хотела бы попросить вас позволить им пожить у вас какое-то время. Просто они в данный момент не могут вернуться к жизни для общественности, а у вас их никто искать не будет, и я доверяю вам и уверена, что вы не сдадите их министерству}, – заламывала пальцы Грин. — И откуда же у вас доверие ко мне? – расслабился отец Винсента и откинулся на спинку кресла. — {Ваш сын замечательный человек, а дети, как правило, являются маленькой копией своих родителей}. — Допустим, – усмехнулся мужчина, — Но вы ведь понимаете, что ничего не делается за просто так? Какую цену вы готовы заплатить? — Может быть я могу что-то сделать для вас? Я не плоха в артефакторике и в зельеварении, – неловко потёрла шею француженка. — Как вы оказались у ворот поместья? – вдруг задал вопрос Лорд Крэбб. — С помощью портключа. Вы берёте его в руку и сами задаёте направление как при аппарировании, а дальше вас уже перемещает он сам, – шармбатонка достала из портфеля артефакт и протянула его хозяину поместья. — Интересно, – покрутил в руках цепочку аристократ, — И на сколько раз его хватит? — {Можно неограниченное количество раз перемещаться, артефакт состоит из тёмной магии, а она, как вы знаете, безгранична, потому что восстанавливается за счёт природной энергии}. — Прекрасно. Тогда я готов приютить у себя Лонгботтомов, если вы отдадите мне этот портключ. — {Хорошо, можете забирать}, – кивнула Джеральдина. — А домой как попадёте? – наклонил в сторону голову отец Винсента. — {А мне нужно сейчас в Мунго, а на больнице нет антиаппарационных чар, так что я смогу переместиться своими силами}, – надела на плечи портфель Дина. — Ну хорошо, вы можете быть свободны, – Грин повернулась к Лонгботтомам и, вытянув руку, наложила на них частичный «Обливиэйт», тем самым стерев им воспоминания о пытке «Круциатусом», а затем вложила им все свои воспоминания, связанные с Невиллом. Потом девушка кивнула Лорду Крэббу и исчезла. Очутившись в палате, Джеральдина поправила иллюзию и затем покинула больницу. Никто ничего не заметил.