Знак

— Это он?! Знак? — возбужденно спросил Баки, увидев на ладони Стива синюю кляксу. Тот только вздохнул. — Нет, это просто краска, — терпеливо ответил Стив. За последний год Баки чуть не каждый день донимал его, выискивая, не проявился ли где знак пары. Раньше семнадцати лет они обычно не приходили, и вот с его прошлого дня рождения Баки горел энтузиазмом, больше Стива желая, чтобы знак наконец появился. У самого Баки все произошло, как по учебнику, в день семнадцатилетия (почти два года назад) на правом плече у него возникла светлая звезда, едва видимая, белесая и тусклая. Баки невыносимо гордился ею, часами обсуждая со Стивом, кто мог бы стать ему парой. Знаки соулов так или иначе были связаны с человеком, отражали его имя, внешность или профессию, иногда даже просто улицу, на которой жил соулмейт. В момент появления знака и потом при встрече он наливался цветом, становился ярким и почти обжигал кожу. Пропустить это было невозможно. — Тебя же берут на испытательный срок в Старк Индастриз, может твой соул Старк, — мстительно сказал Стив, когда Баки в очередной раз завел шарманку, кем бы могла быть его “звездная” пара. — Да ну тебя. Бак явно обиделся, но Стив больше не мог обсуждать эту тему. Ему никакой знак был не нужен, и никакие бесконечные двойные свидания, на которые его таскал Баки в надежде, что при встрече с той самой знак проявится, хотя бы так, запоздало. Стив и так знал, кого он любит и с кем хотел бы провести свою жизнь. *** — Стиви, покажи! — Баки схватил его за запястье, увидев кляксу от чернил, но сам понял, что это не то, и разочарованно поник. — Бак, если за столько лет он не появился, то сейчас уже вряд ли. Он не понимал, почему Баки так рвался найти ему пару. И не хотел сейчас об этом думать. Баки сверкал новенькой формой с сержантскими нашивками, а Стиву отказывали раз за разом во всех приемных пунктах. — Может, на Экспо встретишь пару, — взволнованно сказал Баки, почти насильно таща его на дурацкую выставку. — Может, ты встретишь? — но Баки только отмахнулся. Последние пару лет он перестал обсуждать, кем будет его соул, но взялся за Стива словно бы с двойным напором. Пару Стив конечно не встретил, но получил шанс попасть на фронт вслед за Баки. *** — Ну теперь есть? Появился же, да? — улыбаясь нетрезвой улыбкой, жадно спросил Баки. Пегги уже ушла, нокаутировав своей красотой всех мужчин в баре. — Это ведь она? — допытывался Баки, кривя губы. — Нет, не она. Стив подхватил его за локоть и повел наружу. Баки пора было освежить голову, и вообще на сегодня хватит. Последние несколько дней, с момента, как он узнал, что сто седьмой попал в плен, Стива потряхивало и начало отпускать только сейчас. Баки, живой и почти невредимый, шагал рядом, пихал его плечом и вымученно смеялся над собственными шутками. Ему надо было отдохнуть. — А может, это я твой соул, — вдруг четко и трезво сказал Баки, а Стив остановился. — А что? Светлая звезда, как на твоем щите и на клоунской форме. — Но тогда он должен был проявиться по-настоящему, в цвете, — растерянно ответил Стив. Его аж обожгло возможностью, но…. — И ведь у меня ничего нет, Бак. Ты думаешь… — Забудь, — прервал его Баки, сунул руки в карманы и ссутулился. — лучше расскажи про ту беленькую из штаба, думаешь, у меня есть шансы? И познакомь со Старком, а то вдруг он и правда мой соул, — он снова пьяно засмеялся. А Стив в очередной раз напомнил себе, что это только у него нет знака и он мог бы свободно выбирать, а Баки ждет впереди правильный партнер, и нельзя тянуть его в ненастоящие отношения. Потом им всем будет только больнее. *** Чертов знак появился в последние мгновения на Валькирии. Стиву уже было все равно, оглушенный потерей, заледеневший, он даже не посмотрел на плечо, обжигающее меткой соулмейта. Ему все равно, что там было, какой символ, кто его запоздавший соул. Не раздумывая больше, он обрубил радиосвязь и направил самолет во льды. Боль от удара перекроет боль от знака, плеснувшую в душу кислотой и гневом. *** На правом плече тускло-красным выделялась звезда, такая же формой и размером, что была у Баки. Что это? Вселенская ошибка? Чудовищный рассинхрон или все-таки соулом Стива был не Баки? А кто-то из дружественных советских частей например. У них в штабе было несколько солдат Союза, но Стив ни разу с ними не пересекался. Все равно гадать было бессмысленно, прошло почти семьдесят лет. Знак наконец появился, вот только Баки уже об этом не рассказать. *** Обжигающая боль в плече настигла его с выходом на крышу, боец с металлической рукой и чертовой красной звездой на плече с легкостью поймал щит и швырнул его обратно. Дезориентированный, Стив не успел уклониться и получил удар собственным щитом. Когда он отдышался, бойца и след простыл. Он никому не сказал, что Зимний Солдат его соулмейт. Хотя Наташа уж очень пристально смотрела, слушая его скорректированный рассказ. *** Плевать, ему никто не нужен, кроме Баки. А Баки больше нет. *** Жив. Он жив. Ничего не помнит, в лапах Гидры, но жив. Господи, Баки жив! Знак горел огнем, требуя подтвердить связь, и Баки тоже должен был это чувствовать. Он с бешенством бросался на Стива, хелликерриер горел и падал, Стив пытался докричаться до Баки. Боль взрывалась в голове от ударов металлического кулака, Баки, с искаженным от гнева и боли лицом, бил и бил. — Он появился, Бак, — с трудом выговорил Стив, понимая, что не переживёт падение в реку, не с этими травмами. — Ты мой соул. На этих словах стекло под ним разрушилось, и Стив полетел вниз вместе с обломками хелликерриера. Удара об воду он почти не ощутил, потеряв сознание. *** Просыпаться в больнице похоже стало его вредной привычкой. Мерный писк приборов странно успокаивал, из-за двери доносились напряженные голоса, он узнал Наташу и Сэма, другие были незнакомы. — Ты не соврал, — сказал Баки, а Стив резко распахнул глаза, на мгновение ощутив дурноту. Баки сидел слева на стуле и разглядывал Стива. Закатанный рукав больничной рубашки не скрывал ярко-красную звезду на плече. — У меня такая же, белая. Болит. — Сильно? — хрипло спросил Стив. Во рту пересохло, он закашлялся. — Уже меньше. Когда ты рядом, почти не болит, — Баки впихнул ему в губы соломинку, прохладная вода омыла рот, принося облегчение. — Вдова пыталась меня выгнать, или арестовать, я не понял. У нее не вышло. Стив протянул руку, хватаясь за его ладонь. Сжал крепко. На глазах вскипели слезы, он проморгался, глядя в потолок. — Ты что же, досматривал меня, пока я был без сознания? Баки вдруг ухмыльнулся очень знакомой, такой родной усмешкой. — Искать недолго пришлось. Но не думай, что смог бы скрыть ее от меня, будь она в другом месте. Семьдесят лет, а Баки в своем репертуаре, следит и бдит. Стива омыло теплом, пришло осознание — все позади, время в одиночестве позади, и любые трудности они преодолеют вместе. — Я тебя почти не помню. — Ничего. Ничего страшного, даже если не вспомнишь. Баки задумчиво посмотрел на их сцепленные ладони. — Знаю только, что ты мой. — Этого достаточно, Бак, — улыбаясь, почти пьяный от накатившей радости, ответил Стив. — Этого хватит.