Знак

Дождь уютно барабанил по крыше, за окнами было темно, в квартире тепло, и Баки со Стивом сплелись в объятиях на диване так тесно, как только могли. Вихры на Стивовой макушке лезли в нос, Баки отфыркивался, но и не думал отодвигаться. Антикварный граммофон только-только доиграл пластинку, нежный (хоть и потрескивающий) голос Китти Каллен стих, но вставать, чтобы поставить новую было лень. — Помнишь, однажды нам пришлось возвращаться домой пешком, — шептал Стив, приятно задевая губами кожу на груди, — и зарядил такой ливень, мы моментально промокли, а впереди еще весь Бруклинский мост и все в воде, ботинки насквозь сырые. Мы шли и шли, на улицах пусто, мы накрылись твоим пиджаком, но с него все равно капало. — Помню, — пробормотал Баки. — Ты вроде потом неделю с простудой валялся. — Это одно из моих любимых воспоминаний, — мечтательно сказал Стив, и Баки было подумал о недельном постельном режиме, но Стив с тихим вздохом продолжил: — Мы шли так близко, тесно друг другу, и держали вдвоем пиджак над головами и это словно был наш маленький мир на двоих, только наш, и можно было касаться тебя, и никто бы ничего не сказал, ведь дождь и так сыро, и вокруг все равно никого. Ты помнишь, Бак? — Немного, — очень смутно помнилось, как Стив, промокший, но с горящими щеками, шлепал и шлепал по лужам, а Баки старался не отставать и следить, чтобы пиджак хорошо укрывал Стива. — Я бы хотел снова почувствовать этот дождь. — Думаю, скоро почувствуешь, — задумчиво ответил Баки, глядя в потолок, где прямо над ними медленно, но верно, собиралось мокрое пятно и вот-вот должно было закапать на них. Чертова крыша протекает.