sick desire

Тимоти обхватывает меня за плечи, пьяно смеясь. Я прижимаюсь к нему ещё плотнее, согреваясь. Мы были у Тима несколько часов и сейчас он провожает меня домой. Я выпил совсем немного пива, а вот кареглазый разошелся и выпил две бутылки. По пути я ужасно замёрз, ведь был в одной футболке, а сейчас я иду в толстовке Тимоти, который рассказывает мне что-то забавное и прижимает к себе. Прошло ровно три недели спустя нашего знакомства с Тимом. И несколько дней назад я искренне признался себе в том, что влюблён в этого парня. Этот кучерявый паренёк занял все мои мысли. На уроке я думаю о нашей ближайшей прогулке, во время прогулки думаю о нем, когда ем думаю о нем, когда сплю он мне снится, когда Харгривз бьёт меня, я забочусь о том, чтобы Пятый не бил по видным местам. Ведь Тим может запросто увидеть. — Хееей! Эйдан, ты чего такой вяленький? – Тимоти задорно хохочет, остановившись и смотря в мои невинные округлые глаза. — Ничего.. всё в порядке. Просто задумался, – отвожу взгляд, смотря на сгущающиеся тучи. Похоже, скоро дождь... Я шмыгаю носом и зарываюсь им же в толстовку парня. Божечки, как мне холодно. Но с Тимом я готов хоть на Аляске голым сидеть. Лишь бы он был рядом... — Окончательно замёрз. Идём скорее домой! Говорил же, надо ночевать у меня..! – язык парня заплетается, но речь внятная, но я лишь киваю, не давая ни себе, ни ему нормального ответа на это. — Мне кажется, тебя что-то тревожит, – кучерявый берет двумя пальцами мой подбородок и заставляет смотреть в свои глаза. — Тебе просто кажется, – слегка улыбаюсь, — Пошли уже домой. Он нахмурился и наклонил голову ко мне, касаясь своим носом моего. Я ошарашенно распахнул глаза, смотря точно на парня. Он подаётся ещё чуть ближе..ещё пару миллиметров и... Резко на нас обрушилась стена ливня. Мы тут же отпрянули друг от друга, испуганно дыша. Я начинаю краснеть и волноваться, а Тимоти вдруг рассмеялся и схватил меня за руку, тащя к дому. Я улыбнулся и пошел следом. — «Он просто пьян. Может, он и не собирался делать то, о чем я подумал». – от этой мысли должно стать лучше, но мне стало только хуже.

***

Проснулся я в пять утра. Меня дико знобило, тело сковала ломота, голова болела, а в горле першило. Я незамедлительно нашел в аптечке дома градусник и измерил температуру. — Тридцать восемь и два. Ебаный в рот, – я выругался и убрал градусник вместе с аптечкой. Все равно она пуста. Пару бинтов и рыбий жир в капсулах, который давно просрочен. Я взял из отцовской пачки сигарет одну штуку и сел на крыльцо, смотря на поднимающиеся над горизонтом солнце. Меня продолжало знобить. Я согрел только пальцы. Даже обжёг, ведь засмотрелся на Тимоти, который с утра пораньше зашёл за мной, чтобы прогуляться до моей школы. Я отбросил окурок и шикнул, сунув обоженный палец в рот. На дрожащих от холода ногах, я встаю и кидаюсь в объятья парня. — О! О! Что с тобой, Эйд? То стесняешься, а сейчас обнимаешь так! – он смеётся, приобняв меня одной рукой. От него и не скрылась дрожь моего тела. — Ты весь дрожишь..что такое..? Тимоти отходит от меня и осматривает. — Выглядишь неважно...ты что, простудился? Я не в силах врать ему, устало киваю. — Немедленно идём ко мне, – он нахмурился и приобнял меня, ведя обратно к дому. Я даже не сопративлялся. Я просто хотел согреться и быть с ним.

***

— Ложись! Не ломайся, как тёлка! Кучерявый легонько толкает меня на кровать, и я послушно ложусь, прикрывая глаза. — Я так понимаю, что никаких лекарств нет..? Кивок. — Я сейчас. Не смей вставать, – сказал грозно, Тимоти, укутывая меня в несколько одеял, словно ребенка. Я проваливаюсь в сон и просыпаюс от боли в боку. Резко открываю глаза и с ужасом обнаруживаю то, как Тим осматривает увечья, «подаренные» Харгривзом. — Эйдан..что это, мать твою? — с удивлением спрашивает кареглазый. И уже тогда я почуял подвох. Моя сладкая жизнь кончилась.