Роза Х

      Как и предполагалось прогнозом погоды, с утра серой стеной шёл ливень. Лето решило слегка передохнуть и внести немного свежести в своё жаркое настроение.       Тимур щелкнул зажигалкой и прикурил, мягко падая в кресло перед панорамным окном. По огромному стеклу, извиваясь крошечными водопадами, бежали влажные частые дорожки. Крупные капли неутомимо долбили своей монотонной барабанной трелью. Казалось, дождь был ледяной. С виду он походил на тот, что идёт в конце октября. С одной лишь поправкой — теплее сегодняшнего утра, несмотря ни на что, на всём белом свете, кажется, ничего не было.       На губах всё ещё оставался непонятный вкус от помады Вики, которую пришлось буквально съесть, прежде чем удалось выпустить девушку из своих рук. Тимур готов был дать ей любую работу в их команде, лишь бы сейчас она не уходила. Вики отшутилась, мол, смотреть на сумасшедших фанаток лучше издалека и убежала проходить какую-то стажировку. Тем временем, Гаязов мог лишь думать только о нескольких вещах — в какой спешке вчера Вики собиралась, что даже забыла бросить удобную обувь в сумку, как она планирует целый день пробегать на каблуках, и долго ли ждать вечер. Остальные вопросы, настырно жужжащие в голове, Тимур продолжал упрямо игнорировать.       Ручку входной двери настойчиво дернули, даже без намёка на прелюдию в виде стука.       Наспех Тим затушил окурок в стеклянной пепельнице. «Может, передумала?»       Сквозь улыбку выпустил дым от последней затяжки и поспешил открыть. — Ильяс? — Удивление в голосе Тимура было совсем неподдельным. Меньше всего он был готов увидеть на пороге старшего. — Здорово, — брат без лишних приглашений ввалился в квартиру. Проводив с недоумением широкую спину, Тимур мягко закрыл дверь.       С интересом Ильяс окинул взглядом апартаменты. Небольшие, с хорошим видом на весь город. Приятный современный интерьер в светлых оттенках. Несмотря на отсутствие постоянного хозяина у этой жилой площади, тут было довольно уютно. Правда, вокруг был лёгкий погром — на журнальном столике были какие-то закуски, лежавшие еще с вечера, и недопитая бутылка виски. Небрежно на прикроватной полке валялись часы на стальном браслете. Довольно крупные, но, несомненно женские. Постель вся перевёрнута вверх дном и явно таковой она была не после спокойного сна. Тут пахло хорошей жаркой ночью. Аппетитной и чувственной. Брезгливо самым носком кроссовок Ильяс поддел бесформенную ткань возле кровати. Явно бабскую шмотку. — Скажи, мелкий, а шлюх обязательно тащить в такие дорогие апартаменты? И чем тебя, интересно, не устроила та девка, которую Юля вчера притащила с собой? — Как ты вообще меня нашёл?       Тимур старательно игнорировал провокацию старшего. Ляпнуть сейчас, что тут была Вика, было тем же самым, что вырвать чеку из гранаты. — Ну, когда со счета ночью слетают такие суммы, мне интересно, на что эти деньги потрачены. А вычислить это, как понимаешь, особого труда не стоит. — Спасибо, что не завалился ночью, — резко подняв с пола женское платье, Тим аккуратно положил его на спинку кресла. — Помешал бы? — Вальяжно развалившись в кресле, Ильяс сунул в рот сигарету и прикурил. Зажигалка резко полетела на стол и звонко лязгнула по стакану. Два мутных янтарных глаза пристально следили за каждым движением младшего брата. Тот же, в своей неприступной броне из безразличия к цепляниям старшего, держался крайне достойно. Хмурый и прямой взгляд в сторону внезапного гостя был красноречивым тому подтверждением.       Что до состояния старшего, то либо он всё ещё был пьян, либо пьян и зол одновременно. Но то, что Ильяс до сих пор был под действием алкоголя — являлось очевидным фактом. — Да, помешал бы. — Сквозь зубы рыкнул Тимур, теребя пальцами колючий подбородок. — А Вики твоя знает, — зажатая в губах сигарета медленно тлела, пока старший Гаязов откручивал крышку от бутылки виски. Он щедро плеснул в стакан, выбрав нарочно тот, на котором не было отпечатка женских губ. Косым взглядом старший смирил Тима и криво ухмыльнулся, выпуская облачко сизого дыма сквозь зубы, — а какая ж она твоя, да, брат? Это ты думаешь, что она твоя. Ну или хочешь думать. — Жадно Ильяс отхлебывает тёплый виски и недовольно морщится, опять подставив к губам сигарету. — Морочат эти сволочи нам голову, братик.       Какая-то необъяснимая злость на старшего брата сменилась состраданием. Холодный и непоколебимый нрав Ильяса просто трещал по швам. Всё внутри его кричало об отчаянии и мольбе о помощи. Он не знал, как пережить то, что рвёт на части, вопреки всему здравому смыслу. Он не мог сдаться этому чувству, откуда-то пробудившему незнакомую доселе слабость и беспомощность. Поэтому выставлял свои острые иголки сильнее обычного, отчаянно пытаясь сохранить хоть какие-то остатки прежнего себя. Несломленного и непобедимого, вопреки пугающей реальности.       Десять утра не было самым лучшим временем в сутках, чтобы начинать пить, но Тимур налил на самое дно второго стакана на столе немного янтарного алкоголя.       В этот момент, такой редкий в их жизни, Тимур почувствовал себя тем самым плечом, которое нужно подставить брату до того момента, пока он опять не соберётся. Хоть для поддержки, хоть даже для того, чтобы старший пустил в него слезу в своем пьяном разладе с разумом, о чем, конечно, после они двое будут молчать до гробовой доски. ***       Ближе к вечеру на Вики навалилась давно забытая усталость. Весь день ей приходилось быть на подхвате у опытной девушки, которую смело можно было назвать ветераном этой работы, несмотря на достаточно молодой возраст. В какой-то момент Вики очень пожалела, что вчера не влезла в удобные кроссовки, а нацепила эти туфли, в которых пришлось ретироваться сначала из собственной квартиры, а после и со своего места ночевки после утреннего звонка.       Перед последним показом квартиры на сегодня было немного времени. Его как раз хватило бы, чтобы выпить в ближайшей кофейне любимый цитрусовый раф.       Самый дальний пустующий столик оказался спасением. Устроившись поудобнее, девушка незаметно скинула обувь с уставших ног. Проклятые туфли. Мысленно пришлось выругаться на Макса, настоявшего вчера на том, что на каблуках Вики добавит перед будущим начальством в свою копилку талантов и обаяния ещё один балл. С чего бы вдруг ей пришло в голову прислушаться к нему именно в этом вопросе? Ещё пару матерных слов пронеслись в голове, когда блондинка увидела количество пропущенных от вышеупомянутого парня. Ещё от Карины и от отца с матерью. Хорошо бы, если объединившись они уже не подали её в розыск.       Успокоив родню одинаковыми сообщениями о своём здравии и появлении работы, Вики проигнорировала зашкаливающие количеством сообщения от Максима и закрыла мессенджер.       Найдя в последних вызовах нужный номер, девушка стукнула пальцем по зеленой кнопке. Гудки в телефоне отзывались приятным теплом по всему телу. Что делать с этой глупой улыбкой на лице? — Привет, родная, — а ноги уже готовы нестись босиком по лужам прямиком в машину, из которой остаётся лишь выжать максимальную скорость, с которой быстрее получиться упасть в объятия любимых мужских рук. — Ты чего шёпотом? — Её голос непроизвольно тоже становится очень тихим. — Ильяс завалился. Бухой со вчера и уже накинул с самого утра. Спит теперь беспробудно. Ты как? — Оу, — наверное, скрыть разочарование в голосе у неё не вышло. — Там… там остались мои вещи… Я заеду после работы. Спустишься на парковку? — В динамике тяжело прошипел Тимур, явно прикидывающий варианты, как избавиться от брата, отправив его восвояси. — Тим, — кофе оказался отвратительным, как и последние новости, и Вики недовольно скривила губы, отодвинув кружку. — Я наберу, когда подъеду. Хорошо? — Угу, — смирения в его голосе тоже не наблюдалось.       Та навязчивая мысль, что через несколько часов придётся вернуться в свою квартиру, откуда, наверняка, не испарился Макс, никак не давала сконцентрироваться на последних рабочих моментах. Спектр эмоций за последние сутки просто зашкаливал. И жадно хотелось добавить тех, в которых приходилось утопать ночью, забывая напрочь про всю мирскую ерунду. — Я не хочу, чтобы ты к нему ехала. — Тимура уже не останавливали ограниченные условия салона машины. Целовал её жадно, исследуя языком весь её пылающий рот, кусая губы и не особо сдерживая свои вспыхнувшие желания. — Ты же сама не хочешь. Ведь правда?       Горячие губы дразня терзают кожу ее шеи. Снова разводят этот чувственный пожар в самом низу живота. Девушка протяжно мычит, откинув голову с копной слегка спутанных светлых волос, когда белоснежный оскал Тимура сладостно оставляет свой отпечаток на тонкой ключице, уже выглядывающей из-за ворота полурасстёгнутой блузки. За секунду захмелевшая от волны возбуждения на его коленях, Вики голодным взглядом лупилась в карие глаза. Нет, они чёрные, радужки почти не видно. И всё равно этот взор был самым светлым. Тянет на себя двумя ладошками его лицо и беспорядочно сыпет поцелуями. Плевать на место, все обстоятельства и кучу «но». Как и предполагалось — мосты здравомыслия сожжены и теперь разум совсем не управляет организмом. От горячих мужских рук под одеждой бегут табуном приятные мурашки. Какие нужны ещё ответы, когда он весь на ней? Пропахла за ночь его телом. Кругом его отпечатки, будто других и не было на ней никогда.       Еще чувствуя, как горят последние поцелуи на губах и чертовски тянет неудовлетворённое нутро, Вики искала непослушной рукой ключи в сумочке. Телефон там же уже разрывался не первый раз. — Да, пап, да? — Ключи звонко брякнули об полочку прихожей. В квартире несмело гулял полумрак от дождливого вечера. Безмятежность нечастых капель за окном разрезал лишь голос Вики. Других звуков больше слышно не было. — Ты работаешь теперь у президента? — Отец пытался шутить, но Вики не обратила на это внимания, осматривая комнаты. Вещи Макса были на месте, но самого его не наблюдалось. — До тебя не дозвониться. — Да, немного занята была, пап. — Завтра мы с мамой хотели устроить семейный ужин.       Идея с ужином была актуальна и сейчас, поэтому девушка заглянула в холодильник с мыслью, чем быстро насытиться за день, раз уж других удовольствий на сегодня не предусмотрено. — Что за повод? — Ложка любимого йогурта отправилась в рот. Отсутствие Макса даже немного приподняло настроение. Вторая ложка условного ужина уже казалась куда вкуснее от этой мысли. — Ну, твоя новая работа, к тому же, мы давно не собирались все вместе… — Что-то ты хитришь, папуль. — Этот тон отца говорил сам за себя, и расколоть по нему не составляло никакого труда. — Доча, я серьезно.       Вики пришлось сделать вид, что она ему поверила и согласиться на семейный ужин. Хотя бы родители должны быть спокойны, несмотря на то, что у обеих дочерей в жизни творится абсолютная несуразица.       Следующий день стажировки прошёл гораздо легче первого. Возможно, секрет успеха был лишь в удобной обуви.       Попрощавшись со своим наставником, девушка села в авто и, наконец, добралась до своего телефона. — Как ты меня утомил. — Набор из сообщений и пропущенных от Макса просто нервировал.       Осознание того, что поговорить с ним всё же нужно, так и долбило настойчиво в темечко. Но для Макса заседание в суде было лишь очередным неприятным конфузом, кои периодически выскакивали от не сложившегося брака. И раньше они вместе их довольно мягко переживали. И объяснить парню, чем же этот раз отличается от других, было немного сложнее.       Семейный ужин был запланирован отнюдь не в родительских стенах, а в хорошем заведении в центре города. Глава семейства несомненно любил стряпню своей супруги, но ещё больше он любил всячески облегчать ей жизнь, поэтому и зарезервировал для встречи с дочерями столик в итальянском ресторане.       В семье Скорых всегда господствовали очень тёплые отношения. Несмотря на некоторые моменты, когда младшая дочь бунтовала против родительской воли на тот или иной счёт, и на фоне этого выходили недопонимания, Вики знала, что её безоговорочно любили. Правда, несмотря на все изъяны отношений в юном возрасте, они все же были куда безобиднее нынешних, когда сестры выросли, как и возникающие проблемы в их жизнях, способные огорчить не молодеющих, но по-прежнему трепетно любящих родителей куда сильнее.       «Всё будет хорошо», — сама себя убеждала Вики, приветственно улыбнувшись родне за столом. — Ты прямо с работы? — Зрелая женщина довольно подставила щеку под лёгкий поцелуй дочери. — Да, ты хотела, чтобы я впорхнула сюда в зефирном платье, да, мам? — Засмеялась Вики, ловя изучающий взгляд на своей одежде. Светлые брюки-палаццо, скрывающие истинный миниатюрный размер девушки, были удостоены скептического материнского взгляда. Наверняка и однотонный топ не был в рейтинге лучших из-за своего неброского цвета. Найдя искреннее понимание в глазах сестры, Вики обняла отца по спины и, удостоившись любезного похлопывания по сложенным на его груди рукам, уселась на свободный стул. — Тебе очень идут платья. — Констатировала мать, потянувшись за меню. — Ещё мне идёт быть миллионершей, мам. Но цифрам на счету не хватает нескольких нулей. — Вики ухмыльнулась и тоже опустила голову в поисках интересного блюда из списка, намеренно растянув губы еще шире, после негромкого «язва».       Вечера в семейном кругу чаще всего были размеренными и легкими. Тёплую атмосферу старались не разгонять неприятными вопросами или, коснувшись их невзначай, с лёгкостью переводили в другое русло, считая, что во время ужина нагнетать нельзя и все важные разговоры можно решить позже. Вот и сейчас родители не касались темы развода Карины, хотя ситуация для старшего поколения была более, чем щепетильная и волнующая. Сестра воспользовалась козырем и похвалилась неплохим повышением на работе, чего вполне хватило, чтобы родители гордо улыбнулись её успехам и не зацикливались на личной жизни. — Ничего, всё будет хорошо, — как бы невзначай, разрезая сочный кусок мяса на своей тарелке, заключил отец. — Вики вот недавно была без работы, а сейчас уже трудится. Со всех сторон всё схвачено.       Все стороны, о которых говорил глава семейства, несомненно включали в себя присутствие в жизни младшей дочери очень осознанного Макса, возведённого в родительских глазах чуть ли не в святой сан. Парень ведь и правда был хоть куда по списку своих качеств — внимательным, умным, щепетильным, рассудительным, с возлюбленной почти сдувал пылинки. И совсем не важно, что этой пылью она покрывалась именно из-за его присутствия рядом.       Вики покачала головой. Пусть родители продолжают думать, что всё «схвачено». О том, что на самом деле все трещало по швам, они, скорее всего, узнают в самую последнюю очередь, когда уже между ними двоими все будет решено окончательно. — У нас новый член семьи. — Тихо процедила Карина и припала к своему бокалу губами, взглядом встречая кого-то за спиной Вики.       Обернуться блондинка не успела. Перед глазами возник букет красных роз, а в щеку чуть ли не с разбега впечатался поцелуем Максим. — Привет, милая. Всем добрый вечер.       Теперь для Вики стал более понятен этот внезапный порыв к семейному собранию. Наверняка Макс, смекнул, что собственноручно расположить после недавнего конфликта девушку не получится, и в ход пошла тяжёлая артиллерия с применением всегда верно действующих семейных уз. — Максим, хорошо, что ты настоял на том, чтобы собраться вместе. — Как в подтверждение произнёс отец. Вики лишь оставалось закатить глаза и отхлебнуть свой апельсиновый сок из стакана.       Все изыски итальянской кухни встали поперек горла от незамысловатой хитрости воплощённого парнем плана. И как она, дурочка, не допустила той мысли, что не глупый Максим заставит ее разговаривать, несмотря на весь развернутый против него бойкот. Хитрый лис! Обдурил всех, как и ее все годы. Хотелось прям сейчас прилюдно и без прикрас, выдать горячо любимого родителями Макса со всеми потрохами. Они знали в нем лишь тот фасад, который казался приемлемым для старшего поколения. Почему-то, вся история о его прошлом не была озвучена родителям изначально, когда все только завязалось, а теперь, спустя столько времени, и вовсе норовит пылиться в самом дальнем ящике шкафа вместе со всеми остальными скелетами. Но теперь так и хотелось рассказать про жену, которая так и остаётся женой по сей день и не очень-то торопится менять свой статус. Рассказать, как Вики это все надоело и что больше она не хочет всего этого, так и с ним в целом. Но выбор ресторана для встречи, к которому Максим подвел отца Вики, был не случайным — меньше всего девушке захотелось бы выяснять отношения на публике. Ещё не понимая до конца наверняка, он осознавал, что этот раз его прошлое, если таковым его можно считать полноценно, зацепило их двоих куда сильнее. — Я в туалет. — Холодно буркнув, Вики встала из-за стола, скидывая со своего колена мужскую ладонь.       На экране светились несколько непрочитанных сообщений от Тимура. 20:14: «Как семейный ужин?» 20:16: «Хочу с тобой увидеться после» 20:26: «Позвони, как сможешь»       В очередной раз навязчивое желание послать всё к чёрту прямо сейчас неистово гоняло кровь по венам. Позвонить бы Тимуру, после выйти в зал, сказать родителям, что их дочь живет по какому-то сценарию мелодрамы. Что встретив бывшего, совсем потеряла голову и готова вернуть своего окольцованного не с ней парня хоть обратно жене, хоть просто пожелать удачного путешествия на все четыре стороны. А после выйти из ресторана, глубоко вдохнуть полной грудью и нестись по любому адресу, где ее будет ждать Тимур. Занавес.       Но нет, черт возьми. Так нельзя. Неправильно. Ещё после ночи с Тимуром решила, что всё сделает грамотно. Выйдет из этого боя с минимальными потерями, чистым именем и совестью.       Папа очень активно о чём-то говорил с Максом. У них двоих был давно налажен контакт. Отцу нравилась упорность парня, его собранность, убеждения и наличие холодного, расчётливого разума, в вопросах, касающихся дел. Если Максим был бы родным сыном Скорых, то у дочерей просто бы не было шансов стать любимыми детьми в семье.       В висках начало противно пульсировать. Сколько невесомых ниточек тянулось от пары «Вики-МаксЛучшийПареньДляНашейДочери», порвав которые были бы задеты тонкие чувства родителей.       Мысленно взвыв изо всех сил, блондинка направилась обратно к этому эпицентру лицемерия, в который превратился семейный ужин с появлением благоверного. — Вики, я всё пытаюсь перетянуть Максима в свою компанию. — Озорным, чуть захмелевшим взглядом отец одарил девушку и подмигнул. — Мне нужен такой сотрудник. Он толковый. Поспособствуешь, может.       С каждой минутой ситуация летела без тормозов на всех скоростях в вязкое болото, которое всё больше затягивало без права на спасение. — Максим — взрослый мальчик и сам может принимать решения. — Без интереса процедила девушка и жестом позвала официанта. — Принесите, пожалуйста, бокал этого же. — Взглядом Вики указала на белое вино, которое уже распробовала Карина.       После первого бокала, Вики все же попросила оставить всю бутылку — так было проще мириться с бушующими внутри эмоциями. Вино учтиво убаюкало нервы девушки, до некоторого момента болтающиеся, как на шарнирах, и присутствие Макса, любезно щебечущего с отцом, уже не так напрягало. Мама рассказывала дочерям о какой-то далекой родне, вдруг переехавших в Соединённые Штаты, о именитых кулинарных курсах, которые она прошла от скуки и прочей ерунде, не особо находившей место в голове. — Я могу сесть за руль, — рука Макса опять оказалась на колене блондинки, а его взгляд в её телефоне, где он увидел поиск трезвого водителя.       Чертов спектакль продолжается. Лицо Вики свело в кривой улыбке, с которой она смиренно согласилась на предложение парня. Осталось держать ту же физиономию до самого прощания с родственниками. — Что-то тебя совсем дёргает от него. — Карина подхватила под локоть сестру и оставила позади родителей в компании Максима. — Поругались? Или кто-то совсем уже вытеснил с арены соперника?       Вики устало прикрыла глаза. Даже чуть притупленное алкоголем сознание четко отдавало себе отчет, что рассказывать о событиях последних двух дней, стоя перед парковкой ресторана в опасной близости от внимательных глаз и ушей, совсем не лучшая идея. — Всё вместе. — Сглотнув все вьющиеся на языке слова, Вики тяжело вздохнула, ощущая булыжник эмоций, беспощадно давящий в груди. — Не то, что я лучший советник в этих вопросах, — иронично хмыкнув, Карина потупила взгляд. — Но, если что… — Кстати, — будто вспомнив, тихо выпалила блондинка, — что ты сотворила с Ильясом, что он пьёт второй день?       На лице Карины промелькнуло замешательство, сменившееся лёгкой улыбкой, очень похожей на победную. Чтобы она не сказала или сделала со старшим Гаязовым, сестра явно была собой довольна. Тяжело было ее судить — она хотя бы была свободна и могла заниматься чем и с кем хочет. Скинув кандалы неудачного брака, Карина явно вкусила все прелести отношений без обязательств. — Ты права, советник по отношениям из тебя так себе.       Едва ли сев в машину, Вики хотела заявить Максу, что акт обмана окончен, и он может покинуть сцену прямо за углом ресторана. Парень отодвинул водительское сидение, а блондинку аж злость пробирала от того, с какой обыденностью он это делает. Но приходилось лишь в очередной раз натягивать улыбку и махать в окно отцу с матерью, продолжавшим ждать такси. — Пристегнись, — даже не договорив, он сам протянул ремень безопасности через её грудь и с характерным щелчком вставил в паз.       А дальше произошло какое-то внезапное знакомство с совершенно другой стороной вроде как давно изученного парня. Оказывается, навыки экстремального вождения у Макса всё же были, как бы сильно он не сетовал на превышения Вики за рулём. Отсутствие пробок давали парню возможность нестись по проезжей части с неприличной скоростью, местами даже играя в «шашки». Вики сидела молча, смиренно наблюдая за дорогой, будто в случае чего, от неё что-то зависело. Разметка мелькала перед глазами, как и разноцветная каша из ярких вывесок и фонарей, и цифры на спидометре приятно удивляли. Сама-то Вики частенько могла дать по газам в недопустимом месте, в отличие от правильного Макса… То ли его злость, переживания и что там он ещё испытывал на всё происходящее трансформировались в скорость, то ли он в очередной раз хотел показаться тем, кем не являлся по истине. — Все сегодняшние штрафы твои. — Аккуратно хлопнув пассажирской дверью, Вики кинула взгляд на парня, обходившего машину. — Я оплачу все свои штрафы. — Он положил ключи в раскрытую женскую ладонь. Взглядом зацепился за её чуть хмельные глаза. — Все, Вик, понимаешь?       Разговор уже шёл не за дорожные нарушения, и от этого внутри девушки всё сжалось в неприятной судороге. Как она могла вляпаться в эту идиотскую историю? Долго мириться со статусом женатого мужчины, но спокойно делить с ним быт, размеренно текущий изо дня в день. А потом просто в одночасье понять, какой неимоверной подделкой были все последние годы, вклинившиеся между любовью и ненавистью к Тимуру. Сердце отчётливо стукнуло где-то в глотке, стоило в голове только появиться воспоминанию о Гаязове. По пальцам прошёлся неприятный ток, и блондинка медленно вытянула из крепкой, но аккуратной хватки парня свою ладонь. Что она делает? Почему просто не скажет, что всё не к чему приводить в норму, что теперь это всё между ними стало неважно? Почему продолжает стоять с ним у подъезда, смотреть, слегка задрав голову, в эти серо-зелёные глаза и молчать, так и не найдя слов, которые расставили бы всё по местам раз и навсегда? Почему просто не признается, что до душераздирающего воя скучает по теплому взору в тон крепкого горячего кофе? Шквал вопросов забирал последние силы за насыщенный день. В воздухе в очередной раз за последние дни повис тяжёлый, но свежий запах наступающего дождя. Вики глубоко втянула его ноздрями в отчаянной попытке насытить ясностью свой воспалённый мозг. Попытка не оказалась успешной. В голове всё так же пульсировали вопросы, перебивая друг друга и так не находя ответа. — Пойдём домой. — Не иначе воспользовавшись заминкой, Макс трепетно обнял рукой уставшие плечи Вики.       Вероятно, он не заметил, как кинув косой взгляд на его ладонь, она чуть вздрогнула. Может, подумал, что озябла от внезапного свежего дыхания ветра и совсем не догадывался о том, что вдруг от его рук теперь становилось совсем холодно. — Я в душ. — Не дожидаясь ответа Макса, блондинка скрылась в ванной.       В голове никак не укладывалась мысль, как можно вести себя с Максом ровно так же, как было хотя бы до заседания суда. Да, признаться, всё пошло наперекосяк ещё с конца апреля. С того самого дня, разбередившего все прошлое, которое так старательно пряталось ото всех, включая саму себя, но в тот же момент, всегда было под рукой. Но вот он — апогей этой истории. Когда ты долго плутала в лабиринте из своих чувств сомнений и желаний, добралась до центра, держишь в руках главный приз, жадно смакуешь вкус победы и просто не понимаешь, как теперь выйти по запутанным тропам обратно и вернуться к жизни со статусом «обычная».       Тёплая вода приятно стекала по телу и обволакивала необычайным спокойствием. Такими же были объятия Тимура. Согревающими каждую клетку, наполняющие нежностью. Как бы Вики сейчас хотелось оказаться в них, но вместо этого она лишь крепче обняла саму себя и подставила лицо под струи. Нужно было привести мысли в порядок, хоть немного продумать дальнейшие действия и прекратить всё это самым безболезненным способом.       Алкоголь в крови начал под действием тёплого душа ещё сильнее расслаблять организм, и Вики смирилась с тем фактом, что выходить к Максу всё же придётся. Возможно, даже разговаривать с ним и слушать его оправдания, чего совсем сейчас не хотелось.       Медленно прошлепав влажными ногами по полу, девушка направилась на кухню. Оттуда слабо горела подсветка, мягко ложась на все поверхности и очерчивая на барной стойке два идеально чистых бокала под вино. Тут же стояла уже открытая бутылка белого и небольшая тарелка с крайне старательно нарезанным кусочками сыром. Наспех закатав рукава своей белоснежной рубашки, Макс тщательно намывал под тонкой струёй воды какие-то фрукты, найденные в холодильнике. Кажется, там оставалось пару спелых нектарин и небольшая гроздь винограда. — Что за повод? — Голос Вики стал каким-то мягким. Немного растрепав рукой влажные волосы, девушка уселась на стул, не дожидаясь ответа.       Макс улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой и поставил еще одну тарелку тарелку на стол перед девушкой. Он облокотился двумя руками на столешницу, чуть наклонил голову на бок. — Мне не нужно повода, чтобы выпить со своей любимой девушкой. — Макс, правда, хватит уже. Спектакль можно заканчивать. с ролью крепкой парочки в глазах моих родителей мы справились. Достаточного этого, — один бокал наполнился искрящимся в тусклом свете вином. Бутылка чуть громче положенного соприкоснулась со столом, и Вики тут же сделала несколько мелких глотков, а уже потом посмотрела на парня, продолжавшего наблюдать за каждым ее движением.       Широкие плечи парня расправились, и он уперся двумя ладонями в самый край столешницы. Отчеканил по ней нервно пальцами, глухой стук приводил в строй его свербящие мысли. Он пока молчал, но Вики точно знала, что крутится в его голове. Он точно не пускал пыль в глаза ее родителям. Был искренен, как и его порыв удержать на плаву всю ситуацию. Просто, он делал это так, как умел. А опыта в улаживании подобных конфликтов у него было катастрофически мало — двое сознательных отношений слишком разнились между собой, и он, кажется, так и не уловил до конца правила этой игры, в которой ты не будешь в аутсайдерах. — Вики, — мужской голос был с нотками почти признанного поражения. Устало Макс потер свое лицо широкой ладонью. Искал слова, обладающие что не на есть магическими свойствами. — Ты же знаешь, — она слегка вытянулась и дыхание словно уменьшилось, когда две крупные ладони аккуратно легли ей на плечи и парень прижал ее лопатки к своему торсу, — я так тебя люблю, — на протяжном выдохе низко шипит в светлую макушку.       Знала, но именно сейчас эти слова не обдавали своим невесомым теплом, а совсем наоборот, сеяли внутри вьюгу, пробирающую своим колким морозом до самых костей. Сердце заторможено постукивало под медленно затягивающей коркой льда. Повисла тишина, язык в женском рту лежал словно атрофированный. Он просто отказывался отвечать теми же словами. Они теперь, вроде как, были беззаветно вручены другому.       Грудь парня тяжело поднялась. До боли закусив губу, Вики мечтала лишь об одном — поскорее пережить этот момент. — Может, лучше ликёра? — В её глазах, где частенько играл озорной костёр, едва ли сейчас бликовали слабые искры. — Нам завтра обоим на работу. — Он отдернул руки от женских плеч, будто их резко обожгло. Отстраненно наливал вино в свой бокал, усаживаясь напротив. — Поехали просто покатаемся.       Было очевидно, что все попытки скоротать остаток вечера в компании друг друга не изменят тот факт, что блондинка не ответила на это рядовое «люблю». Парой жадных глотков Макс осушил свой бокал и обновил его содержимое вновь. Вики лишь мимолётно припала к своему, сделав крошечный глоток и слизнув с губ сладковатый привкус алкоголя. — А теперь мы уже оба не сядем за руль. К тому же, у тебя мокрая голова. — Констатировал парень, пожав плечами.       Промочив горло, словно стаканом свежей воды, а не тёплого полусладкого, Макс хапнул с тарелки целый нектарин. Даже не смотрел в сторону девушки, цеплялся взглядом за все, кроме ее персоны. От этого было совсем не легче. — Наверное, нам нужно поговорить. — Само собой вырвалось из блондинки.       Вряд ли бы нашёлся какой-то другой момент, ошибочно казавшийся более удачным. — Ты права. Мне нужно тебе рассказать кое-что по поводу развода с Софией… — Может, сначала… — Давай всё же я, — нервно он кусает спелый фрукт, который до сегодняшнего дня просто отрицал, как нечто съедобное. Сладкий сок брызгает во все стороны, летит сочными каплями на стол, рубашку и медленно ползет вниз по руке и подбородку. — Бл@ть, что за еда! — Несчастный нектарин летит обратно в тарелку, чуть не выпрыгнув из неё как теннисный мячик. — Я все же сначала приму душ, и мы продолжим.       Он было хотел чмокнуть девушку, но передумал, теранув рукой остатки сладкого сока на лице. По пути до ванной дергано стягивал рубашку, чуть ли не теряя пуговицы от резких движений. Как только хлопнула дверь, Вики хапнула телефон, к которому рука тянулась уже давно. Только она хотела набрать нужный номер, игнорируя несколько непрочитанных от Тимура, как всплывающее уведомление оповестило о новом входящим с вложением. Полчище мурашек пронеслось по позвоночнику несколько раз, пока изображение не загрузилось до конца. Пульс гулко бахнул по перепонкам, а вера собственным глазам на секунду пошатнулась. На фото была дверь ее квартиры. Ошибки быть не может. Шквал эмоций штурмовал внутренности, скручивая органы в самых противоречивых чувствах. Телефон бахнул об столешницу, а ноги сами понесли к входной двери. Два поворота замка, и сердце вырывается наружу быстрее, чем его обладательница. Мгновение. И Вики летит босыми ногами по подъездному полу прямиком в объятья Тимура. Ни слова вслух, лишь немой диалог горячими губами навстречу друг другу. — Вика моя… — каждую букву трепетно ласкает своим языком, — скучал, — рука путается в ее свежих, еще чуть влажных волосах. В нос сочится невесомый аромат спелого апельсина с еле уловимыми нотками миндаля. Тонкий вкус вина с ее губ путается с крепким табачным, которым Тим жадно давился, решаясь подняться к ее дверям. Он видел, что Вики приехала с Максом. Тот был за рулем. Хуже было наблюдать за происходящим у подъезда из окна такси. Кулаки сжимались до побелевших костяшек, когда Тимур прожигал взглядом лапищу Макса на заметно поникших плечах девушки. Кажется, раньше Тимур и не знал, что в нем может жить столько злости и ненависти к человеку. А всё просто потому, что он тянул руки к той, которую Тимур беспрекословно считал «своей».       Через распахнутые двери из квартиры доносился добротный напор душа. Из последних сил, абсолютно нехотя, Вики прислушивалась к нему, продолжая жадно срывать поцелуи с пленительных мужских губ, тянула на себя парня, уже ненавидя ту мысль, что сейчас придется выпустить его из своих рук и вырваться самой из тепла его ладоней, так желанно гуляющих уже по ее спине под тонкой тканью домашней майки. — Сумасшедший, — смеётся в пухлые губы и снова смакует их с невероятной жадностью. Нежно трётся носом о чуть колючую щеку и заглядывает в почерневшие глаза. — Я если бы я не вышла? — Очень вряд ли.       Тимур был уверен в обоих. Он бы точно не ушёл, пока не увидел её. Она же, в свою очередь, нашла бы любой предлог, чтобы покинуть стены квартиры. — Вот что ты делаешь со мной? — Вслух произносит то, на что не может сам дать ответ последние месяцы. — Стоял, как мальчишка, ждал тебя под подъездом. Чтобы только вырвать тебя хоть на две минуты. — Путается в своих желаниях, не решая, дышать рядом с ней или наоборот задыхаться от её присутствия рядом.       Вики бросает беглый взгляд в глубь квартиры и почти решается захлопнуть за своей спиной дверь, оставляя за ней Макса со всеми своими вопросами и объяснениями. — Я уезжаю на пару недель.       Выпалил Тимур это очень аккуратно, но голос выдавал нотки тревожности с горьким привкусом досады. — Что? — Одними губами, почти беззвучно.       Кровь остановилась в лабиринте вен. Лучше бы слух обманывал. Только всё в своём беспорядке встало на нужные места — Вики чувствует своё сердце, которое бьётся, колотится во всю мощь только рядом с Тимуром, опять готова утопать в этой воскресшей любви, и обстоятельства снова у неё всё отбирают, оставляя лишь воспоминания о его близости на самых кончиках пальцев. — Забери меня с собой.       Её голос похож на молитву. Отчаянном прошении в последнем и единственном спасении. Ооо, лишь только услышав эти слова с её губ, Тимур готов был на руках, в этом лёгком домашнем костюме из струящейся на обнажённом теле ткани, босую, нести в машину, и везти, куда глаза глядят, лишь бы не терять ни единой минуты вместе. Внутри парня разум объявил войну сердцу. Их битва была жесточайшей и беспощадной.       Лбом припав к её, Тимур наполнял лёгкие родным запахом, стараясь набрать про запас. Тщетно. Он только впитывался во все органы больше и больше, вызывая лишь необратимую острую зависимость, опять сулящую в последствии лишь болезненной ломкой. — Когда я вернусь, мне бы не хотелось больше думать, что ты можешь быть с кем-то кроме меня. — В помутневших от сожаления предстоящей разлуки глазах девушки, Тимур едва ли держался на плаву и из последних сил, почти противореча всему своему сознанию, стоял на своём. Широко распахнутые серые глазищи понимающе хлопали на аккуратном женском лице в сухих и тёплых руках парня. Целомудренно он дважды коснулся её губ. — Тебе же хватит двух недель? Решить это САМОЙ, — с улыбкой выделил последнее слово, дурачась припадая губами к кончику её носа. — Я-то могу решить всё проще… — Не надо. Я разберусь.       Глоток вина не пьянил разум, не остужал вновь вспыхнувший внутри пожар. Потерянным взглядом стремясь сквозь стену с кухонными шкафами, задумчиво Вики раз за разом подушечкой пальца касалась собственных губ. Им было так мало этих нескольких минут под сладким пленом горячих поцелуев. Запретных, украденных в блеклом свете подъездных ламп. Как подростки под родительской дверью, ещё жадно желающие хоть на капельку больше насытиться друг другом. И всё равно мало. Усмехнулась и запила глупую улыбку глотком алкоголя. — О чем задумалась. — Распаренная мужская ладонь скользнула по лопаткам. Будто опалила крылья за спиной.       Думать Вики теперь могла только о одном — впереди были целых две недели, две абсолютно длинных недели, которых ей точно хватит, чтобы не обманывать больше никого.       Размеренный голос парня отдаленным шумом захватывал слух, так и не добираясь до сознания девушки. Сейчас там не было мыслей и планов по поводу того, как ей придется убедить Максима, что больше не любит его и их будущее просто не может состояться. Пока там лишь витал горячий воздух, жадно схваченный между обрывками пылких поцелуев. Носился запах дорогого мужского парфюма и хрипловатый голос, спустившийся почти до шепота в своем прощальном «люблю тебя». — Вики, — девушка чуть не вздрогнула, вырванная из своего сознания едва ли повышенным голосом Макса. Кажется, он обращался к ней не первый раз. Максимально быстро включив вовлеченный взгляд, девушка попыталась собрать воедино обрывки монолога парня. — Понимаешь, я люблю лишь тебя, — мужская ладонь накрыла сверху хрупкую девичью и сжала. Как и все внутренности девушки от очередного признания. Пламя, разгоревшееся от одной искры на лестничной площадке, оказалось в миг по искреннему незнанию затоптано и засыпано короткими словами, так часто звучавшими и раньше. Наманикюренные пальчики неловко дрогнули, но рука осталась лежать смиренно под ладонью молодого человека. — И Злату. Вы два самых дорогих человека у меня. Без тебя я не справлюсь. Я не прошу тебя заменить ей мать в случае чего… — Погоди-ка, — какая-то пелена вдруг отступила и сознание прояснилось, все слова казались чётче и, кажется, речь шла о чём-то и правда важном, — я, вроде, упустила что-то… это вино может… — для правдоподобности даже пришлось прикрыть глаза и устало потереть лоб. — У Софы нашли… — запнулся и сглотнул, — новообразование.       Холод пронёсся вихрем по телу Вики с самой макушки до пят. Какой бы термин не подобрал сейчас Макс, само наличие внезапно поставленного диагноза официальной супруге почти молниеносно вносило слишком непредсказуемые коррективы в несколько жизней одновременно.