Луноликая

Османская империя 1525г.

В то утро весь Стамбул растворился в блаженной тишине. Первые солнечные лучи совсем недавно озарили великую землю. Уже привычная для дворца Султана Сулеймана суета решила взять законную передышку и некоторое время не посещать жителей этой обители. Даже сложно поверить, ведь обычно во дворце и минуты не проходит без приключений, главными затейницами которых, как правило, выступают любимые наложницы повелителя. Тем не менее, сегодня крики, споры, ругань или же напротив – звонкий смех, всё замерло мёртвой тишиной, которую разбавляло лишь пение птиц за окном. Казалось, ничто не способно потревожить безмятежное расположение духа Сюмбюля-аги. Дождавшись рассвета, прожорливый евнух пробрался в кухню и набрал там столько сладостей, сколько только может уместить его небольшое тело. Теперь, держа в руках поднос, заполненный рахат-лукумом и пахлавой, довольный Сюмбюль спешил в свои покои, напевая одну из любимых мелодий. Возможно, евнуху стоило быть несколько внимательнее, а, возможно, судьба предопределила ему остаться голодным. Как бы то ни было, а за поворотом его ожидало неприятное столкновение. Куда-то спешащая Нигяр Калфа практически снесла с ног ничего не подозревающего Сюмбюля. Одно радовало – евнуху удалось уцелеть, чего нельзя было сказать о подносе со сладостями, ведь его ожидал жаркий поцелуй с холодным полом. - О, ужас! – воскликнул мужчина. Если, конечно, его и можно было назвать мужчиной. – Нигяр-хатун, во имя Аллаха, что это за выходки?! Кто же носится по дворцу, да ещё и в такое время? - Ох, Сюмбюль, прекрати так нервничать. У меня сейчас совсем нет на это времени. – девушка уже была готова удрать, но евнух оказался настойчив и задержал её. - Ты забываешь, Нигяр! Уже возомнила себя Султаншей? Лишила меня трапезы… мало того, ещё и объясниться отказывается! - Говорю же, не до того мне. Дайе-хатун ждёт. Не могу я с тобой болтать. – тут к девушке будто пришло озарение. – Тебе, между прочем, тоже следует пойти. - Мне? Что Дайе-хатун могло понадобиться от меня в такой час? – искренне удивлялся евнух. - Дырявая твоя голова! А ты и не в курсе? Привезли новых наложниц из России. - О, Аллах, Аллах! – лицо Сюмбюля исказилось в забавной гримасе. – Не приведи нам гнев Хюррем Султан… - Нас прикончит гнев Дайе-хатун, если не поспешим. И позабыв обо всём, в том числе и вкуснейших сладостях, парочка кинулась прямиком в общую спальню рабынь. Рахат-лукум продолжил одиноко валяться на плоской ледяной поверхности. Дайе-хатун внимательно разглядывала небольшой строй, состоящий всего из пяти юных уставших девушек. Пальцы женщины уже начали нервно постукивать друг о друга. Она считала непозволительным заставлять себя ждать кого бы то ни было так долго. Разумеется, исключениями являлись мать Султана – Валиде и сам повелитель. Не без лишнего шума, но Нигяр с Сюмбюлем наконец появились в покоях. - Просим прощения… - начал было евнух. - Где вас носило? - Видите ли … неприятнейшая ситуация, вину за которую я целиком и полностью готов возложить… на Нигяр. - Ах, ты проклятый…! – возмутилась девушка. - Довольно! – вмешалась Дайе-хатун, чем вызвала мгновенное молчание. – Не позорьтесь сами и не позорьте наш дворец. Держитесь достойно перед новоприбывшими. – женщина обвела рукой строй, который всё это время наблюдал за увлекательной картиной, периодически похихикивая. – Русские правители великодушно прислали нам этих девушек в качестве наложниц. Доктора уже осмотрели их. Вам остаётся всему их обучить. Тут, я полагаю, вы справитесь? - Разумеется, - заверил евнух. – сто раз это делали. - В таком случае, оставляю девушек на вас. Стоило Дайе-хатун покинуть помещение, как Сюмбюль с важным видом принялся строить командира. Выглядело весьма мило. В считанные минуты наложницам было пояснено их настоящее положение, объяснены права, которых у девушек фактически как таковых и не было, а также дальнейшие обязанности и правила поведения. - Ругаться и сплетничать нельзя. Бездельничать тоже. Все указания должны выполняться быстро и без лишних вопросов. Вам всё ясно? Евнух в очередной раз одарил девушек строгим взглядом. На данный момент его глаза, как и глаза большинства присутствующих, были прикованы к девушке по имени Екатерина, чью красоту отметили ещё на корабле. Сюмбюль и Нигяр рассматривали её с любопытством, а остальные наложницы с долей зависти. На вопрос, заданный евнухом, все рабыни утвердительно закивали головами. Вернее, почти все. - Эй, к тебе это тоже относится! Сразу стало заметно, что одна из прибывших девушек сильно выбивалась из общего строя. Она стояла поодаль от остальных четырёх, ни разу не пошевелившись за всё время разглагольствований евнуха, голова её была опущена, из-за чего лицо закрывали, пожалуй, даже слишком светлые волосы. - Как тебя зовут? – Сюмбюль подошёл к девушке совсем близко, но она даже не подала признаков жизни. – Как это понимать?! Язык проглотила? Эй, я с тобой разговариваю! - Думаю, она вам не ответит. – неожиданно вмешалась Екатерина. - Вот как? - Она молчала всё то время, что мы плыли на корабле. Вряд ли теперь что-то изменится. - О, Аллах! Нам что же… немую подсунули? - Скорее, просто глупую. А говорить она умеет. Я слышала, как она вопила, когда её затаскивали на борт. - Ах, так! – евнух вновь перевёл внимание на блондинку. – Значит, она заговорит, - одной рукой он взял девушку за волосы и резко поднял её голову. Наконец, светлые пряли упали с лица, теперь на нём можно было разглядеть такие же светлые брови и ресницы, зелёные с бирюзовым оттенком глаза, прямой нос, небольшой рот и чуть заметные веснушки на неестественно бледной коже. Общую «картину» портили болезненные синяки под глазами. – а если нет… Не успел Сюмбюль договорить, как девушка резко дёрнулась, и в ту же секунду он ощутил пронзительную боль в руке. - Аа, Нигяр Калфа! Скорее помоги! – евнух отчаянно пытался пошевелить рукой, которую лишь сильнее сжимали зубы блондинки. – Оттащи от меня это бешеную! Ошеломлённая произошедшим Нигяр несколько замешкалась и подбежала уже после того, как девушка и сама «отпустила» Сюмбюля. Кровь из руки не шла, кожа не была прокушена, но, было ясно, что останется синяк. - Совсем с ума сошла?! – Калфа встряхнула девушку за плечи. – Не умеешь вести себя подобающе? - Юлия. – это было перовое слово, произнесённое блондинкой за последние десять дней. - Чего? – евнух до сих пор продолжал потирать пострадавшее предплечье. - Вы имя спрашивали. Меня так зовут. - Отлично, теперь мы знаем, кого вести на казнь… - Я знаю, что вы не в праве отдавать подобные приказы, - каждое слово девушка проговаривала с максимально отстранённым видом. Лицо – камень, ни единой эмоции. - Ой, да что ты говоришь…! - И вы сами виноваты, что я вас укусила, - Юлия старалась держаться холодно. – не люблю, когда трогают мои волосы. Они у меня красивые… так мама всегда говорила… - наконец, голос несколько дрогнул. Сюмбюль и Нигяр быстро переглянулись, а после вновь обратили свои уже более понимающие взгляды на девушку. - Ладно, - евнух снисходительно махнул рукой. – что с неё взять… Дамы, завтра начнётся ваше обучение. Всем необходимо привести в порядок себя и свои постели. - Сюмбюль-ага, - прошептала Калфа и отвела евнуха в сторону. - Ну что ещё? - А как же эта… Юлия? Считаешь, стоит вот так сразу впускать её на занятия? Она же по коридорам будет ходить… - М-да… с бешеной лучше повременить. Пускай посидит завтра в комнате, может, одумается. И не давайте ей сегодня еду. – евнух развернулся и в последний раз громко обратился к наложницам. – Всё ясно? Отлично. Пока что мы вас оставим, можете переодеться. Выйдя из спальни, парочка «учителей» перекинулась ещё парой фраз. - И всё-таки, Нигяр Калфа, проведи-ка ты потом с ней воспитательную беседу. - Почему это я? - Потому что тебя она ещё не кусала. Надо наверстать… чтобы мне было не так обидно. Переодевшись в одинаковые белые платья с голубыми передниками, девушки приступили к укладыванию постелей. Конечно, время было ещё раннее, но занять себя тоже чем-то следовало. Помимо этого, некоторые новоприбывшие принялись активно знакомиться с наложницами, уже ранее проживавшими в гареме. Кто-то сумел обрести новую крепкую дружбу. Юлия долго смотрела на предоставленные одеяния. Во взгляде читалось неприкрытое отвращение. Девушку целиком и полностью устраивали рубаха и сарафан, в которых она прибыла с родных земель. Разве что, эта одежда требовала кардинальной стирки. Ощутив прилив ненависти ко всему окружающему: к этому месту, этим людям и даже этому платью, блондинка не сдержала свои эмоции. Резко потянув одновременно за оба рукава, она и не успела опомниться, как ткань разошлась по швам. Придя в себя, девушка поспешно начала крутить в руках вещь, надеясь придумать, как всё исправить, но, поняв, что нитки с иголкой у неё не имеется, а без них любые попытки починки окажутся тщетными, раздосадовано швырнула платье на пол. Данная сцена не осталась без внимания других наложниц. Алина и Полина, две из четырёх девушек, с которыми Юлия прибыла в Стамбул, начали активно перешёптываться. Хотя, это было сложно назвать шёпотом, ведь их диалог был прекрасно слышен во всей комнате. - Совсем ненормальная… - В этой паре Алина явно была ведущим звеном, а подруга лишь поддакивала ей. - Да уж, такая явно не понравится Султану. И что она вообще здесь делает? - Ума не приложу. А на лицо посмотри! Бледное, недовольное… Где вообще её брови? А ресницы где? - Она блондинка, - Екатерина уже не могла молчать. Ей было мерзко слушать подобные высказывания даже о малознакомом человеке. – вот и брови с ресницами светлые. Ты из какого леса выбралась, если даже другого цвета волос ни разу не видела? - А ты чего за неё вступаешься? Подружку нашла что ли? - Я-то, может быть, и нашла, а вот вы своих подруг, смотрю, на корабле оставили? - Что ты несёшь? - Ну, как же? Мне казалось, вы отлично поладили с палубными крысами. Лицо Алины залилось алой ненавистью. - Ты… - девушка настолько вышла из равновесия, что ей было сложно даже выговаривать слова. – лучше держи язык за зубами. - А то что? И про меня какую-нибудь гадость расскажешь? Так я тебе не то, что волосы обрежу, глаза ночью выколю! Поверь, я никогда не вру. - Полина, - девушка потянула подругу за рукав. – пошли отсюда, они обе ненормальные. Спальня опустела, когда пришло время обеда. В помещении остались лишь Екатерина и Юлия. Первая осталась по собственному желанию, а второй обед в принципе был не положен. Спальные места девушек располагались рядом, потому они находились в отличной досягаемости друг для друга. - Эй, - неожиданно послышался спокойный голос блондинки. - Я не «эй». Меня зовут Екатерина Верховенская. - Эм… ну как скажешь. – Юлия нахмурила брови, практически передумав продолжать разговор. - Чего хотела-то? - Думала, поблагодарить… думала, да вот передумала. - Удивляет то, что ты вообще заговорила со мной. А благодарность себе оставь, мне она ни к чему. - И зачем же тогда нужно было за меня вступаться? Ведь, я вроде как… ненормальная. По крайней мере, так считают остальные. - Да, - Екатерина внимательно осмотрела девушку. Юлии тоже удалось получше разглядеть её лицо: кожа как фарфор, большие карие глаза, обрамлённые длинными ресницами, густые, но аккуратные брови и пухлые губы. Не удивительно, что её отправили в качестве подарка самому Султану Сулейману. – я тоже так считаю. - Тогда я совсем запуталась… - Ну, скажем так… может быть, ты и больная на голову, но хотя бы не такая последняя дура, как эти палубные крысы. - Это предложение дружбы? - Можно и так сказать, - Екатерина даже улыбнулась, протянув ладонь соседке по комнате, после чего девушки пожали руки. – но не расслабляйся! Если сложится такая неприятная ситуация – Султана я тебе не уступлю. - Не сильно разочаруюсь. – усмехнулась наложница. - Как?! – прозвучало искреннее удивление. – Тебе что… не нужен Султан? - А тебе разве нужен? - Разумеется. Знаешь, сколько сил потребовалось, чтобы достать этот… как его? Бакшиш! И подкупить перевозчиков. По глазам вижу, что и понятия не имеешь. Ну, зато теперь вот, какие перспективы. Останься я в России – была бы обычной рабыней. А тут, - тон Екатерины стал тише и настороженнее. – есть возможность выбиться в фаворитки Султана Сулеймана, а если очень повезёт, то и вовсе… Султаншей стану. - А у тебя далеко идущие планы. - Иначе не могу. Я из рода Верховенских. Знакома фамилия? - Сильно обидишься…? - Боже, дай сил… - Екатерина устремила взор в потолок. – Мы – знатный род. Всегда жили в достатке и процветании. Точнее… до недавнего времени. Отец разорился, и всех членов семьи сослали кого куда. Что до меня… я, как видишь, нашла свой путь отхода. - И что мне теперь? Делать реверанс при каждой встрече? - по комнате пронёсся добродушный смех обеих девушек. - Только если сильно захочется. А лучше, теперь ты! Давай! Расскажи о себе. Перед глазами Юлии потемнело. Словно соль на рану, в голову ударили отвратительные воспоминания о последних днях, проведённых на родине. Нет, она ещё не была готова вновь сталкиваться с этим. - Может в другой раз? Я очень устала с дороги и хотела бы немного поспать. - Хм… как хочешь. В таком случаи приятных снов и успешного выживания в этом змеином клубке. - Да… тебе того же. Юлия перевернулась на бок и прикрыла веки. Сон настиг её моментально.