Луноликая

Найдя лекаршу и отправив её к госпоже, Юлия вернулась в свои покои и без сил рухнула на постель. Какое-то время она прибывала в полу-трансовом состоянии: не моргая глядела в потолок, без конца проводя пончиками пальцев по собственным губам, сгорающим от одних лишь воспоминаний… Достав из-под подушки дневник, девушка поспешно записала в него всего одно короткое предложение: «Меня поцеловала Махидевран Султан.» Только когда густыми чернилами на бумаге была отмечена точка, в сознании Юлии наконец утвердилось, что написанное действительно произошло. Она не знала, как относиться к этому. Как прежде не понимала собственных чувств. Махидевран… весенняя роза, к которой тянется каждая бабочка в животе наивной наложницы. Какие же чувства на самом деле терзали сердце рабыни? И почему она столь отчаянно отказывалась их признавать? Вновь распахнув дневник уже на другой странице, Юлия не думая записала то, что велела ей душа. Вышло то, чего она и сама не ожидала: «Я влюблена в Махидевран Султан.» Девушка окончательно расхотела общаться с самой собой. Гневно закинув дневник под подушку, она укрылась одеялом, стремясь заснуть как можно скорее. Утром, не успев открыть глаза, Юлия уже знала о присутствии в комнате второго человека. Всё с теми же прикрытыми веками, она постаралась проговорить как можно беззаботнее: - Ты ждала, когда я проснусь, чтобы встретить как можно эффектнее? Перебор. Не надо смотреть, как я сплю. Это пугает. На соседней постели уже около пятнадцати минут сидела Екатерина. Она и вправду надеялась на эффект неожиданности. - Ах, поглядите-ка! Предательница заговорила. Последние слова всё-таки заставили девушку взглянуть на подругу. Со всем произошедшим она и позабыла о вчерашнем танце с падишахом, который, очевидно, и стал поводом для гнева Верховенской. - Екатерина… что бы тебе не показалось, всё было совершенно по-другому. Я и думать не хотела о повелителе. Ну, сама посуди, у меня же хороший вкус… Он… он мне вообще не нравится! – ища ещё больше оправданий, Юлия уловила улыбку на лице Екатерины. – Да, что с тобой такое?! - Поверила? – наконец девушка могла не сдерживаться и вдоволь посмеяться. Закончив, она переместилась на постель подруги. - Ты полоумная! Я же чуть не умерла! - Поделом. Нечего моего Султана оскорблять! А вообще, я тебе бесконечно благодарна. Хотя, отказывая падишаху, конечно, можно навлечь на себя неприятностей… Уж не знаю, что ты такого ему наговорила, но после твоих слов ему потребовалось искать утешение. Всю ночь мы с Сулейманом провели вместе, я только недавно вернулась. - Рада за тебя, но кто восстановит мои потерянные нервы? - Будь уверена, настанет день, когда я сумею возместить тебе всё десятикратно! - Скорее империя разорится… - А что поделать? Прихоти госпожи – закон! – Верховенская вновь начала погружаться в свои высокие мечтания, но вдруг опомнилась. – Но ты всё-таки Султану на глаза больше не попадайся. Второго танца я тебе не прощу. Юлия карикатурно закатила глаза. В этот же самый момент двери в комнату распахнулись, и перед наложницами предстал Сюмбюль-ага. Ни для кого не стало неожиданностью его обращение к блондинке: - С самого утра из-за тебя гоняют! – поспешил пожаловаться евнух. – Пошли, госпожа видеть пожелала. Шутливое настроение девушки вмиг испарилось. Что за напасть? Юлии только-только удалось ненадолго отвлечься от вчерашней истории… и вот опять. - Но ещё очень рано. Махидевран Султан обычно ждёт меня не раньше двух часов по полудню. - Махидевран Султан может и ждёт, а вот Хюррем Султан ждать не привыкла! - Ах! – наложница буквально подскочила с места. Туже затягивая пояс на платье, она строила теории о причине своего вызова. – Но что госпоже потребовалось от меня, да ещё в такое время? - А я почём знаю? Это как раз тебе должно быть известно. Чем не угодила госпоже? О, Аллах, лучше не отвечай! Готова? Пошли же скорей. Войдя в покои, Юлия застала их владелицу сидящей на диване. Единственное, чем Хюррем обременила себя в столь безмятежное утро, так это ожиданием русской рабыни. Воспоминания о ней на вчерашнем торжестве не давали Султанше покоя целую ночь, потому она поспешила как можно скорее призвать стоящую в нерешительности у дверей девушку. - Проходи же. – Юлия послушно проделала ещё несколько мелких шажков. - Вы вызывали меня, госпожа? - Вызывала, - женщина говорила чётко и уверенно, выдерживая все необходимые паузы. – догадываешься по какому поводу? – не услышав ответа, Хюррем театрально продолжила. – Забавно… Я ведь поначалу даже прониклась к тебе, а ты вон как… решила интриги против меня плести. - Я не понимаю вас. Какие ещё интриги? - Закрой рот! – послышался резкий стук ладони по столу. – Тебе ещё совести хватает стоять тут и отнекиваться! И это после того, как вчера на моих глазах с моим же мужем танцевала… Теперь я узнаю, что всю ночь в его покоях была какая-то наложница. Полагаю, очевидно какая? - Я поняла к чему вы клоните, - Юлия сразу же вспомнила утренние откровения Екатерины. – но, боюсь, здесь какая-то ошибка. Этой ночью меня не было в покоях Султана Сулеймана, и я не имею понятия, кто из наложниц там был. - Всё ты врёшь! – не унималась Хюррем, но после сменила тон на более вдумчивый. – Уж, не по приказу ли своей госпожи, ты на падишаха позарилась? Не надо делать такое лицо! Я оказала тебе честь, предложив стать моей приближённой, а что же ты? Повела себя неподобающе! А потом и вовсе… к Махидевран Султан прибежала?! - Мне нечего вам ответить. – конечно, у девушки имелось миллион ответов на всё. Начиная тем, что она прислуживает Махидевран не по собственному желанию, заканчивая отсутствием злых помыслов. Но был ли смысл объясняться? Рыжеволосой госпоже всё перечисленное показалось бы пустым звуком. - В общем, это было последнее предупреждение. Ещё один проступок и гарем станет для тебя сущим адом. Ты ещё не понимаешь, с кем связалась, но поймёшь в ту же секунду, как ещё раз приблизишься к повелителю. В этом гареме никто не смеет безнаказанно переходить мне дорогу! Тем временем Махидевран решительно направлялась в покои своей главной соперницы. Женщине удалось ненадолго выбросить из мыслей вчерашнее происшествие, ведь важные дела нужно было решать на здравую голову. Сегодня вечером Мустафа должен переехать в отдельные покои. Узнав, что вездесущая Хюррем чуть не помешала этому переселению, рассерженная мать тут же отправилась разбираться. Но, ворвавшись к рыжеволосой Султанше, женщина вновь позабыла обо всё на свете. Мысли её вернулись во вчерашний день, и она застыла на месте. Чего-чего, а вот застать собственную служанку во вражеской обители, госпожа никак не ожидала. - Ах, это ты, Махидевран, - Хюррем изображала приветливость. – какая неожиданность. Юлия не могла и взглянуть на свою госпожу. Она ещё не была готова к этому, а интуиция подсказывала ей, что Махидевран не готова в той же степени. - Госпожа, - блондинка обратилась к владелице покоев, желая покинуть их как можно скорее. – Если позволите… Хюррем отпустила девушку, спину которой провожал измученный взгляд. Махидевран совершенно позабыла цель своего появления, и, стоило дверям захлопнуться за наложницей, как женщина тут же накинулась со спонтанными расспросами. - Что тебе было от неё нужно? Как ты только позволила себе вызвать её без моего ведома?! - В этом гареме, Махидевран, я могу вызывать кого захочу и когда захочу. Мне твоё позволение не требуется. - Но это моя личная служанка! – женщина перестала следить за собственным тоном, который начал звучать излишне эмоционально, что не ускользнуло от внимания Хюррем. - Тш-ш, эх, Махидевран, - за мгновение Султанша обернулась замышляющей неладное коварной лисицей. – быстро же ты привязалась к этой рабыне. Что такое? Стареешь, становишься сентиментальной? Махидевран хотелось немедленно начать всё отрицать, но слов не находилось. Суждения Хюррем не по-детски озадачили её. Лисица всё не унималась: - М-да, видно, одинокие ночи не пошли тебе на пользу, уже и сама не прочь с наложницами… - Замолчи! - Ну-ну, что же ты так сразу? А вообще… я тебя разочарую. Твоя ненаглядная девочка очень передо мной провинилась. Уж, и не знаю, какое наказание ей назначить... Не посоветуешь? Махидевран всеми силами пыталась держать лицо, но бегающие глаза её выдавали. - Что ж… раз провинилась, то должна ответить. Можешь назначить любое наказание. Мне до этого дела нет. - Правда? - Хюррем было не провести, издевательская улыбка не сходила с её лица. – Тогда я приму решение отослать девушку в старый дворец. - Ну, нет уж! – Махидевран понимала, что вновь начала реагировать через чур эмоционально, но ничего не могла поделать. – Тогда ты оставишь меня без прислуги… этого я тебе позволить не могу. - Хах, - рыжеволосая чувствовала своё превосходство. – значит, причина только в этом? Махидевран уже не могла терпеть это давление. Она и сама себе не была в состоянии объяснить, что происходит, а необходимость отчитываться перед Хюррем просто раздражала. - Мне больше не о чем с тобой говорить. – выпрямив спину, женщина решительно направилась к дверям. Лишь на миг её остановила колкая фраза. - Счастья вам. Вернувшись в покои, Махидевран не находила себе места. На неё навалилось всё, что только могло навалиться: внеочередные измены Сулеймана, подозрения Хюррем, да, ещё и… эта чёртова рабыня никак не выходила из головы. Бродя из угла в угол, женщина снова и снова перекручивала навязчивые мысли. Переживания оказались слишком сильны, и уже под вечер Махидевран слегла с болезнью.