Перелом времени

... — Перелом времени? — эхом откликнулся Гарри. Звучало как-то странно, совсем неправильно. Гермиона кивнула: "Да, ты ведь слышал про теорию относительности? Среди волшебников не очень изучаются труды людей, родившихся в обычных семьях. Однако и среди них есть множество великих умов, Гарри". Он не стал спорить. В конце концов: разве не сама Гермиона являла яркий пример человека, родившийся в "обычной семье"? Да и он сам вырос в среде магглов, и многому у них учился. Даже сейчас иной раз на ум приходят старые-добрые способы решения проблем. Далёкие от волшебства. Его подруга продолжала: — В теории относительности говорится о силах, под воздействием которых происходит искажение в пространстве и даже времени. Среди трудов волшебников тоже порой упоминается, что внешние воздействия могут влиять на время... И есть поверье, что время может защищать себя. Как, интересно, это происходит? Словно услышав его мысли, Гермиона включила свой обычный занудный тон: — Гарри, нельзя быть слишком неосторожным с подобными материями! Судя по тому, что я читала, если нарушить баланс, может возникнуть параллельная реальность. И даже не одна... Там застревают слишком рьяные любители попутешествовать во времени. Как это: застревают? — Что это значит? — Параллельная реальность как ответвление от основной. Ты можешь перемещаться только назад или вперёд... по ответвлению. Так основная временная линия будет не подвержена твоим влияниям. Это и есть её защита. Пока что выглядело не слишком весело. И, если он и правда, оказался в этом "ответвлении", назад будет вернуться очень сложно. Но можно ведь? Гарри даже не собирался думать, что это невозможно. В его жизни уже произошло столько всего невероятного. Разве не может оно... всего раз, ещё разок случиться? — Но даже это — не самое печальное, — Гермиона явно оседлала любимого конька, и останавливаться не спешила, — В параллельном мире всё происходит по другим законам. Нельзя предсказать, как будет всё выстраиваться. Любые самые странные повороты здесь возможны. Любые... парадоксы. Которые не каждый разум может выдержать. Иначе говоря: можно немного спятить, да? Однако Гарри это почему-то не пугало. Порой ему казалось, что всё это вообще ненастоящее, и происходит только в голове. Возможно, он очнётся наконец... и всё закончится. Но, что, если он должен что-то сделать, чтобы наконец... очнуться? — И как проверить, что ты пока что не сошёл с ума? Гермиона не ответила. Её пристальный взгляд, казалось, прирос к лицу Гарри. Что, он сказал что-то не то? — Ты ведь не просто так спрашиваешь, верно? Гарри, расскажи мне, что происходит. Вроде бы он приноровился избегать спорных тем, но вот опять. Впрочем, возможно, он узнал достаточно? И всё же... если изменения так сильно влияют на реальность. То почему сейчас? В тот раз они довольно много поменяли, спасая Сириуса. И это только помогло: дало тому чуть больше времени. А что если... Гарри внезапно замер, осенённый этой мыслью. Что, если, мы как раз тогда... застряли? ... И всё же самым главным сейчас являлся вопрос про его разум. Он должен оставаться в своём уме. Поэтому нельзя это пускать на самотёк. Гарри постарался состроить самый невинный вид: — Я не могу сейчас всё рассказать. Но это правда важно: можно ли проверить, что... не сошёл с ума? Гермиона чуть поджала губы, но всё-таки не стала спорить: — Профессор Макгонагалл рассказывала о таком. Я ведь сейчас всё время перемещаюсь, и нужно держать в голове, что кому сказала, где была. Нужно постоянно концентрироваться... и, говоря по правде, это так выматывает. — Как ты справляешься? Есть ли какой-то способ? Она кивнула: — Да. Что-то вроде медитации. Когда ты поднимаешься над временем и пространством... Но у меня пока не очень получается. Гарри удивился: его подруга редко в таком признавалась. И если даже она не справилась... удастся ли ему? Впрочем, кто не попробует, тот не узнает. — Расскажешь мне подробнее? И Гермиона начала рассказывать.

***

Следующие пару ночей Гарри пытался воплотить в жизнь её советы. Но результате добился лишь того, что у него исчезли всякие кошмары. Он спал теперь вообще без сноведений. Возможно, этот кратковременный успел и стал причиной его ошибки... ... Урок по изучению магических зверей начинался с привычных слов: — Встаньте вдоль изгороди, — распорядился Хагрид, — Ну, чтобы всем вам было видно. А теперь давайте... открываем книги. — Как это, открываем? — вякнул Малфой. Поймав изумлённый взгляд нового учителя, он медленно продолжил, — Как. Мы. Должны. Их. Открывать? Гарри нахмурился: с одной стороны, хотелось встать на сторону лесничего. С другой... тот правда порой перебарщивал. И эти кусачие учебники заставили как продавцов так и учеников поволноваться. Столпившиеся вокруг студенты держали в руках то перевязанные ремнями книги, то книги в тесной папке или каком-то свёртке. Никто не представлял, что с ними делать. — Кто-нибудь... способен.. их открыть? — уверенность Хагрида явно пошатнулась. И Гарри решил прийти на помощь: "Смотрите, просто нужно их погладить." Он провёл пальцами по обложке, заставив книжку вздрогнуть и раскрыться. Это было даже слегка мило. Со всех сторон раздались удивлённые возгласы, как будто Гарри смог вырастить крылья. Поймав взгляд Гермионы, он невинно улыбнулся. Подруга точно что-то начала подозревать после беседы про временные парадоксы. И вот сейчас она как будто укрепилась в подозрениях. — И как же ты узнал об этом? — тон голоса не предвещал хорошего. Но не на того напала! — Послушай, это же Хагрид! — тихо подметил Гарри, — Чего от него ожидать? Гермиона громко фыркнула, но всё же поубавила свою уверенность. В конце концов, наверняка ей даже в голову не могло прийти, что происходит на самом деле. — Эм.. Гарри, молодец! — Хагрид наконец пришёл в себя и вспомнил о своей роли преподавателя, — Давайте покажу вам волшебных существ. Он направился в лес и вскоре растворился среди деревьев. — Этот придурок будет нас учить! Куда катится мир?! — воскликнул Малфой. Гарри хотел его заткнуть, но его заглушил чей-то крик. Он повернулся и увидел их. Из леса к ученикам приближались гиппогрифы. Стальные клювы их сияли при свете солнца, огромные блестящие глаза смотрели свысока, а когти... были настоящим орудием убийства. Но Гарри знал, что гиппогрифы не способны причинить ему вреда. Пока он не боится, пока он знает к ним подход. В конце концов, он уже несколько раз летал на них! Малфой, впрочем, не разделял его позицию. Он отошёл подальше, следуя за большинством. Никто не жаждал пообщаться с диковинными животными. — Гиппогриф поступает как пожелает и любит церемонии, — стал разъяснять Хагрид, — Когда ты подошёл к нему, то нужно поклониться. И ждать. Если ответит на поклон, то можешь его погладить... а если нет, скорее отходи. Гарри шагнул вперёд: "Да, это не очень сложно. Но важно не бояться". Он подошёл к Клювокрылу, поймав его пристальный взгляд. Старый-добрый приятель... давно не виделись! Гарри поклонился и сразу же снова взглянул в знакомые глаза. Но Клювокрыл чего-то медлил. И это ожидание стало каким-то странным. В мыслях мелькнуло: что, если что-то пойдёт не так? Ведь в этом времени может произойти всё что угодно. Внезапно гиппогриф встал на дыбы, а Хагрид чего-то закричал... Но Гарри уже его не слышал. Взмах крыла сбил его с ног и, падая, он думал только об одном: Где он ошибся? ... Хагрид едва смог оттащить Клювокрыла, и крикнул: — Гарри, уходи давай! Не стоит тебе пока тут быть. Наверное, он прав. Гарри развернулся и зашагал широкими шагами к замку. Он знал, что Гермиона с Роном наблюдают, но всё-таки не повернулся. Внутри было уж слишком скверно. Впервые кто-то из старых друзей.. ну, если можно так назвать гиппогрифа.. вдруг повернулся против него. Что, если дальше будет хуже? Если Рон... Гермиона... Сириус... или даже его отец станут ему врагами? Он даже не мог представить такой исход. И главное: он даже не мог представить, что можно сделать.

...

Перед следующим уроком только и разговоров было о том, что Гарри чуть не пострадал. Как и предсказывала Трелони! Со всех сторон доносились ахи-вздохи, и Гарри рад был наконец отвлечься, когда у Гермионы вдруг порвалась сумка. Похоже, та только недавно переместилась с помощью маховика. Пытаясь отдышаться, она заметила: "Фух, слишком тяжело... Возможно, стоит заклинанием сделать учебники полегче". Рон наклонился, рассматривая вывалившиеся книги: — Но у нас нет этих уроков... зачем ты всё это таскаешь? — Ты забываешь, что у меня больше предметов чем у вас, — всё так же тяжело дыша, сказала Гермиона. И, протянув его сумку, добавила: "Ты подержи пока, я всё сложу". Перекусив, они отправились на Защиту от Тёмных искусств, которую вёл Римус. Гарри давно уже хотел с ним пообщаться, но всё не удавалось перехватить. Но наконец тот появился. С улыбкой зайдя в класс, Римус бросил на стол старый залатанный портфель. — Приветствую всем, — сказал он, — Вы можете убрать учебники. У нас будет практическое занятие. Ученики зашуршали сумками, запихивая туда книги и оставляя только палочки, а также: тихо перешёптываясь. Прежде практических занятий у них не было, ну кроме как у Локонса, который явно не оставил слишком приятный след. Кстати, куда он делся? Гарри упустил этот момент. Ведь, провалявшись в Больничном крыле, он потом оказался сразу дома... Наверное, незадачливый преподаватель предпочёл сбежать. — Итак, готовы? — поинтересовался Римус, — Пойдём со мной. Они отправились следом, и вскоре остановились у какой-то двери. Кажется, это была учительская? Прогнав повисшего там Пивза (Гарри казалось, что в прошлый раз это было другое заклинание... или он просто подзабыл?), Римус запустил внутрь учеников. В просторном кабинете стояло много кресел. А также, портя вид, в одном из них расположился Снейп. Услышав шум, он обернулся и с кривой улыбкой произнёс: "Я, пожалуй, пойду, Люпин. Зрелище предстоит не из приятных". Гарри сжал зубы. А ведь Снейп собирался высказаться о Невилле! Которого он не переносил без всяких на то причин... Впрочем, постойте, причины были. Его же собственные ошибки. — Хочется вас предупредить, Люпин, что одним из учеников в этом классе является... — ... Не стоит лишний раз упоминать, — нагло влез Гарри, — Прямо неловко даже. Но ничего, я благодарен, что вы так рьяно печётесь о моих отношениях с новыми преподавателями! Снейп зло взглянул ему в глаза. Губ Римуса коснулась едва заметная улыбка: — Надеюсь, каждый ученик сможет проявить свои таланты на моих уроках. Благодарю вас за напутствие! Снейп хмыкнул, явно демонстрируя свои сомнения, а после вышел, громко хлопнув дверью. — Обратите внимание на гардероб, — тем временем, продолжал Римус. Он указал вдаль комнаты. Там расположился длинный шкаф-гардероб, который сразу зашатался, словно заметив их взгляды. Кое-кто даже вздрогнул, а кто-то предпочёл уйти подальше. Сам Гарри совершенно не волновался... но, может, зря? По опыту с гиппогрифом, пожалуй, стоило быть начеку. — Не бойтесь, там всего лишь обычный боггарт... Эти существа любят темноту, — начал разъяснять Римус, заметив, что никто особо не расслабился, — И прячутся обычно в шкафах, под кроватью, в футлярах часов... Этот появился тут вчера, и я попросил директора его оставить для нашего урока. Кто-то может сказать, что же такое боггарт? Конечно, могла Гермиона. — Боггарт — это привидение, способное менять свой вид. Он отражает наши страхи. — Верно, — ответил Римус, — Превосходный ответ. Боггарт узнаёт глубинный страх человека и обращается в него. Но в нашем случае, у нас есть кое-какое преимущество. Скажешь какое, Гарри? Конечно, это очевидно. — Нас слишком много, поэтому боггарт не будет знать, какую форму принять первой. — Ты совершенно прав. Запомните ещё одно: лучшее оружие против боггарта это смех. Вам нужно высмеять свой страх... и боггарт пропадёт. Также понадобится заклинание. Все повторяйте за мной: Ридикулус! Ученики забормотали новое слово на все лады, а Гарри обратил опять внимание на гардероб. Стоит ли в этот раз попробовать? В прошлом, Римус не дал ему сразиться. А что будет сегодня? — Можно я буду первым? — спросил он. Римус чуть нахмурился, но всё же не стал спорить: "Конечно. Только не спеши, продумай наперёд, что будешь делать". Гарри и рад бы был продумать... вот только он не представлял, какую форму примет боггарт. Дементора? Зелёного луча?... Чего он сейчас боялся? — Давай на счёт три, — сказал Люпин, нацелив палочку на дверь шкафа, — Раз, два... три! Из палочки вырвалась струя искр и ударила в ручку двери. Гардероб раскрылся, и прямо навстречу Гарри выплыло что-то серое... Тот сделал шаг назад, невольно отшатнувшись. Такого он не ожидал. Прямо напротив стояла арка. Казалось, что она завешана тонкой прозрачной тканью. И эта занавеска колыхается, как будто ветер её раскачивает. Туда-сюда. Туда-сюда. Но Гарри знал, что ветра нет. Он почти слышал чьё-то дыхание, чьи-то вздохи... шёпот, который доносился изнутри. С той стороны. Шагнув вперёд, он замер, ощущая как внутри всё леденеет. Он, кажется, мог даже разобрать слова. Иди сюда. Ты должен находиться здесь. Иди сюда. Сделав ещё один шажок, Гарри почувствовал, как занавеска почти его касается. Теперь он слышал шёпот где-то за спиной. Комнаты больше не существовало. Вокруг был лишь туман. Гарри попробовал вскинуть палочку, но руки стали будто каменные. Похоже на этот раз он... проиграл. ... — Гарри! Гарри! Крики доносились словно сквозь вату. Но наконец он смог разобрать слова. — Гарри! Ты очнулся! — Гермиона склонилась к нему, — Мы так испугались! Рядом маячило лицо Рона. Тот молчал, но тоже выглядел испуганным. — Где это... я? В Больничном крыле? — Да, — Рон подал голос, — Дружище, что это было? Гарри не хотел об этом говорить. На самом деле, ему не помешало бы сейчас обсудить это с Римусом. Но того поблизости не наблюдалось. — Можешь позвать ко мне Ри... профессора Люпина? — попросил Гарри, — Мне очень это нужно. Гермиона и Рон переглянулись. Они не раз советовались подобным образом. И как он прежде мог не замечать? Да эти двое спелись куда раньше, чем сами осознали свои чувства... не на четвёртом... даже не на третьем курсе. Всё было так очевидно. Уже давно. — Хорошо, я позову его, — сказала Гермиона, — Побудь с ним. (Это уже было к Рону). Повернувшись, она быстрым шагом покинула палату, а Гарри ненадолго прикрыл глаза. В ушах странно шумело, как будто он долго висел вниз головой. Подобный опыт у него имелся, в детстве, из-за проделок Даддли. Но наконец шум немного стих, и сразу же раздался голос: — Ты хотел поговорить со мной? Гарри чуть повернулся к Рону: "Извини... можешь оставить нас?" Тот чуть насупился, но всё же кивнул. Вскоре его шаги затихли где-то за дверью. — Римус, помните мы говорили про крестражи? — начал Гарри сразу с главного, — Удалось что-то ещё про них узнать? Возникло странное молчание. Гарри встретился взглядом со своим старым другом, но не заметил понимания. — Крестражи? ... Гарри, откуда тебе про них известно? Римус нахмурился, как будто чем-то недовольный. Может ли быть...? Внутри что-то невольно сжалось. Может ли быть, что в этом параллельном мире тот разговор исчез? Пусть и казалось, что всё по-прежнему, что старое осталось, чтобы залатать дыры из прошлого... но важные беседы, похоже просто сгинули. Или... тот притворялся? Гарри попробовал внимательней всмотреться в лицо напротив, но по нему нельзя было что-то понять. Римус умел скрывать свои эмоции. Но как тут ни крути... он явно не желал что-то рассказывать. И Гарри оставалось только сдаться: — Похоже, мне это приснилось, — тихо сказал он, — После этой странной арки я словно выпал из реальности. Возможно, это было не по-настоящему... Римус кивнул: "Скорей всего. Гарри, я никогда подобного не видел, поэтому пришлось даже привлечь директора. Но сейчас всё должно наладиться." Он улыбнулся: "Воспользуйся шансом и отдохни пока. Ведь тебя ещё столько ждёт впереди". Его улыбка была немного странной, но Гарри всё же заставил себя тоже улыбнуться. Им ведь обоим явно не по себе. И оба совершенно не представляют, что нужно делать. Хотя... Если какие-то события вдруг растерялись при переходе, он может только тыкать наугад, ведь так? Однако даже в этом хаосе было что-то чёткое, константа, да? Наверняка именно это слово употребила б Гермиона. Лазейка, случайно для него оставленная. И Гарри должен был вновь воспользоваться этой лазейкой.

...

Нужно было обратиться к тому, к кому он прежде обращаться не хотел. Но ведь лишь они двое знают, что происходит... Присев на край стола (в прошлом Снейп бы сразу высказался по поводу столь вопиющей наглости), он сразу начал вываливать всё, что накопилось. И, если ненавистный профессор и собирался сделать выговор, то ему приходилось повременить. — Поттер..., — всё же начал он, но Гарри сразу перебил: — ... И теперь он просто делает вид, что разговора не было! Он сам прислал тогда письмо и вроде бы хотел помочь. Не понимаю, это всё парадокс или что-то ещё пошло не так? Он встал со стола и начал ходить по кабинету туда-сюда: — Нужно понять, что ещё осталось как раньше, что поменялось... совершенно невозможно с кем-то говорить! — Поттер, замолчите! — наконец прошипел Снейп, — Вы понимаете, что здесь не место и не время что-то обсуждать? Гарри вскинул брови: "Что вы предлагаете? В Визжачую хижину спуститься?" Снейп хмыкнул, словно давая оценку его очередной глупой идее. И затем тихо произнёс: "Возможно, для вас самым лучшим выбором для конспирации является Большой зал или своя гостиная, но люди, которые действительно хотят что-нибудь скрыть, находят те места, где их точно не смогут подслушать". О да, разве не Снейпу как шпиону положено всё знать о том, как правильно подслушивать? Внутри снова начал подниматься старый гнев. Ведь именно этот человек тогда принёс пророчество Волан де Морту! Ведь именно с него всё началось! Из-за него...! — Поттер, ваши мысли насколько громкие, что удивительно, как вы вообще дожили до этих лет. Насколько понимаю, я прежде давал вам уроки, но вы их не смогли применить в деле. Впрочем, как и уроки по Зельеварению... Он ещё что-то тихо бормотал, но Гарри уже не слушал. Он следил за тем, как Снейп снимает крышку с высокого сосуда. Омут памяти? Тот пустит его в свои воспоминания? Снейп мрачно усмехнулся: "Не обольщайтесь, ничего интересного вам видеть не придётся. Однако это место — одно из немногих, где никто не сможет нас услышать. Всё что происходит внутри Омута, там и остаётся, эти моменты невозможно вытащить даже из вашей памяти." Он поднял тяжёлый взгляд на Гарри: "Если, конечно, вы сами никому не разболтаете". Он чуть подтолкнул Гарри к сосуду. — Прошу. Тот наклонился, привычно погружаясь в эту вязкую субстанцию. Секундный полёт... и вот он стоит на какой-то полянке. Неподалёку под деревом расположился младший Снейп, что-то усиленно строчащий на длинном свитке. Гарри невольно осмотрелся, но мародёрской четвёрки поблизости не наблюдалось. Недаром ему было сказано, что ничего интересного тут не ждёт. Взрослый Снейп махнул рукой на озеро: "Известно ли вам, что скрывается под этими водами?" Впрочем, почти сразу он вспомнил с кем говорит и руку опустил. Гарри едва сдержал порыв сказать, что он вообще-то в этом озере бывал, в самых его глубинах. И познакомился там с примечательными обитателями. Снейп повернулся в его сторону: "О чём вы собирались поговорить с Люпиным? Вы обнаружили новый крестраж?" Гарри кивнул: "Вообще-то... я знаю, где находятся все 7 крестражей. Если, конечно, ничего не поменялось из-за парадокса времени. Один: у Сириуса в доме, второй: в змее, третий: в чаше Беллатрисы, четвёртый: в диадеме Серой дамы, пятый..." Снейп его прервал: "И что вы собираетесь с ними делать?" Конечно, уничтожить, что ещё? Снейп пристально в него взгляделся: "Как насчёт вас? Дамблдор подозревал, что вы — седьмой крестраж." Гарри вспомнил ярко-зелёный луч, исторгнувшийся из палочки Волан-де-морта. Если заклинание подействовало как полагалось... то в нём теперь только его душа. Вот только... подействовало ли оно... как надо? Как он попал сюда? — Вы слишком много думаете не о том, — прервал Снейп его терзания, — Вы — лишь подросток, не нужно вешать на себя всё, что ни попадя. Помимо вас есть много взрослых, которые способны разобраться с тёмными искусствами. Он явно собирался подчеркнуть, что Гарри как раз из тех, кто Не способен. Дав насладиться этой мыслью, Снейп продолжал: — Достаточно будет, если мы с вами обсудим всё, что может пригодиться. Договоримся о способах связи и условных знаках. Помните: необходимо держать ваше появление здесь втайне. И нам понадобится легенда. Верно, вряд ли кто-то внезапно побежит искать крестражи, не понимая, откуда вообще взялась информация. Особенно если учесть, что в этом мире Волан-де-морт даже не вернулся... пока. А Дамблдор? Единственный, кто мог бы... Гарри до сих пор не знал, что с этим делать. — Даже Дамблдору не стоит пока всё рассказывать, — считал вмиг его мысли Снейп. Гарри раздражённо нахмурился: да сколько можно? — В конце концов, это — мои воспоминания, — зазвучал в голове знакомый голос. На губах Снейпа возникла снисходительная улыбка, — Возможно... впрочем, нет, определённо, вам не известны все возможности Омута памяти... Это место практически неуязвимо. Однако можно и застрять здесь. Оно может стать как тюрьмой, так и больницей. Он улыбнулся неожиданно приятно. Впрочем, ведь были вещи, которые Снейп любил. Он обожал, к примеру, рассказывать про тёмные искусства. — Время здесь ни над чем не властно. Но оно властно над миром снаружи. Он повернулся к Гарри: "То, что вы устроили, нельзя исправить. Но больше ничего не следует менять." Гарри едва успел уловить этот внезапный переход. Теперь они говорят о... ? Снейп кивнул: "Временной парадокс — редкое явление, и всё же кое-что о нём известно. Я расскажу вам." Он начал говорить, и Гарри ощутил, как словно вокруг свиваются кольца змеи. Он даже не представлял, что может стать намного хуже. Казалось бы, куда уж? — Что мне делать? — невольно вырвалось. Снейп пожал плечами: "Займитесь пока обычной жизнью. Жили вы когда-нибудь такой?... Без попыток влезть во что не следует, попыток вскочить на пьедестал. Возможно, покажется, слишком скучным, неподходящим для великого мистера Поттера. И всё-таки вы постарайтесь." Опять он о своём. Однако... Гарри не думал, что такое вообще возможно. Конечно же, он собирался немного подключить своих знакомых для поисков, но всё же... совсем скинуть на них всю грязную работу? Пожить обыкновенной жизнью? Не думать ни о чём, не волноваться... как настоящий школьник. Серьёзно? Вот так просто? Он горько усмехнулся. Да даже если бы он мог... разве исчезла б эта тяжесть внутри? Пустив на самотёк, сможет ли он просто наслаждаться, зная, что кто-то там рискует жизнью? За дело, которое он так привык считать собственным долгом? — У вас теперь есть отец и дом, излюбленные друзья вашего отца торчат поблизости, и ваши собственные друзья всё время рядом. Чего ещё желать? — с едким смешком заметил Снейп, — Не думаете ли вы, что без вас не обойдутся? — Я просто..., — начал Гарри. Не хочу, чтобы снова что-то пошло не так. Чтобы кто-то пострадал. Чтобы всё пришло к тому, что было раньше?

...

— Сев, вот ты где, — раздался знакомый голос, и Гарри вздрогнул. Их взгляды, мрачного профессора и щуплого подростка, сошлись в единой точке. Теперь они вдвоём смотрели на рыжеволосую девчонку, подсаживающуюся к младшему Снейпу. — Достаточно, — хмуро подметил старший Снейп, — Смотрите на меня и попытайтесь вспомнить всё, что вам известно о крестражах. С первого раза, когда вы про них услышали. И до момента, когда мы с вами оказались здесь. Гарри попробовал последовать совету... но почему-то всё пошло наоборот. Первым, что всплыло в памяти, были загадочные слова из письма Римуса. Затем мелькнули бесконечные дни в палатке... погоня за призрачными надеждами. Попытки отыскать и уничтожить... Но... когда он узнал о крестражах? Как это вообще случилось? Да... верно, Слизнорт. Он выполнял задание Дамблдора. ... — Сев, пошли, мы можем опоздать! Знаешь..., — вывел его из размышлений голос Лили. И сразу его заглушил старший Снейп: — Думаю, этого мне хватит. Сейчас я вытащу вас наружу... Пока мы не вернулись, попробуйте услышать кое-что. Вы — не первый, кто возомнил о себе слишком много. Таких было довольно много. И каждый кончил плохо, — он поймал взгляд Гарри, заставив оторваться от изучения юной Лили, — Забудьте про крестражи. Ими займётся Орден Феникса. И если что-то взбредёт вам в голову: полазать по дневнику Тёмного лорда, переместиться в прошлое, забраться в чей-нибудь камин... то потрудитесь сообщить мне. Прежде чем вызвать новый Парадокс. Как будто он специально! Гарри открыл рот, чтобы сказать, что думает, но цепкие пальцы Снейпа потянули его наверх, заставив снова ощутить это мгновение полёта. Они вернулись в кабинет. — Аудиенция закончена, — повернувшись спиной, процедил Снейп. Похоже, он истратил все силы на относительно нормальное общение. Гарри был с ним солидарен. Оставаться здесь дольше не было ни малейшего желания. Он повернулся и покинул класс.

...

Карта Мародёров порой бы очень пригодилась, — думал Гарри следующим вечером, желая выбраться наружу. Конечно, мантия всё ещё была при нём, но карта открывала ему множество возможностей... ну, например, он не мог просто так открыть статую Ведьмы. Никто не должен был оказаться поблизости. Он также был не прочь увидеть Сириуса. Но посещения учеников необходимо было согласовать с директором. А этого Гарри ни разу не желал. Впрочем, как оказалось, у Сириуса тоже есть свои идеи.

...

Они стояли около Визжачей хижины. Бродяга в виде Нюхальза резвился на поляне, Ива пыталась их достать, но не могла пока что дотянуться. Почти идиллия. Неподалёку стоял Римус. На его лице застыло выражение неудовольствия. Не выдержав очередного собачьего подскакивания, он наконец заметил: — Думаю, не стоит тебе превращаться у стен замка. Ведь Дамблдору всё ещё неизвестно про ваши трансформации. Сириус вернул себе свой облик: — Не будь занудой! Он уже был готов обратно перевоплотиться, но Римус возразил: — Не думаю, что занудство — желать, чтобы тебя не отправили снова в Азкабан. Гарри застыл. — Ты был в Азкабане? Сириус сразу помрачнел. Он явно не желал обсуждать эту тему: — Да, было дело. Ты правда хочешь об этом знать? Значит, в этом времени тоже что-то произошло. Гарри не хотел давить на болевые точки... но он не мог совсем смолчать: "Отец ничего мне не рассказывает о прошлом. Я понимаю, что это тяжело... но можешь хоть немного поделиться?" Сириус нахмурился, а Римус сказал: "Если желаешь, я расскажу". И тот кивнул. — Если ошибусь, поправь меня. Мне известно всё по рассказам, — объяснил он Гарри, — В те времена многие друг друга подозревали, и мы не стали исключением. Гарри вмешался: "Тебя считали шпионом, верно?" Эта часть ему была известна. Сириус неловко провёл рукой по волосам: "Лунатик, ты собираешься рассказывать всё с самой древности? Мы ведь уже это не раз обсуждали..." Римус спокойно улыбнулся: "Я не в обиде, просто разъясняю Гарри, почему могу где-то быть неточным. Я продолжаю?.. — не дождавшись возражений, он стал говорить, — Чтобы обезопасить свою семью, Джеймс решил наложить заклинание Доверия на дом, где вы скрывались. И только Хранитель этой тайны мог выдать вас... , — он повернулся прямо к Гарри, — Как думаешь, кто стал Хранителем? Гарри не нужно было думать, это он тоже знал: — Питер. Римус кивнул: "Да, как тебе известно, в прошлом году его смогли поймать. Однако в газетах не рассказывались подробности. Питер был тем, кто выдал семью Поттеров, кто повернулся против тех, кто доверял ему". В его голосе слышалась скрытая боль. Пусть он и говорил, что не в обиде, однако вопрос доверия явно остро его задел. Сириус подхватил рассказ: "Да... когда мне стало известно, что Питер нас подставил, я сразу же отправился к вам. Но не успел, совсем немного не успел! — он сжал кулаки, — Если бы я пришёл чуть раньше!" Римус скептически подметил: "Тогда мы бы с тобой сейчас не разговаривали". И всё же... если всё прошло как прежде, как Джеймсу удалось выжить? Очевидно, вопрос был написан на лице, но Сириус всё же не знал ответа: "Мне неизвестно, что произошло внутри. Когда я появился, Джеймс лежал в дальнем углу, а Лили: около твоей... крова..тки". Его голос на мгновение сбился, и Римус продолжал: "После этого они с Джеймсом хотели мстить. Совершенно потеряли голову." Сириус со злостью вновь перехватил: "Как будто можно было её не потерять! Мы облажались, впустили крысу в дом! ...А больше всех: Я облажался!" Гарри слушал, затаив дыхание. Наверняка всё было так и в его реальности. За исключением того, что там Сириус пошёл один. Терзаясь виной и гневом, потерянный, он совершенно не понимал, что делает. Он мог бы остаться рядом с Гарри, взять под опеку. Рассказать Дамблдору правду, в конце концов: дать прочитать свои воспоминания! И всё пошло бы по-другому. Римус встретился глазами с другом: "Что дальше было, говорить?" Сириус покачал головой: "... Я сам скажу. Мы пошли искать Питера вдвоём. И даже его нашли... Но он внезапно завопил на всю улицу: "Ты выдал Лили и Джеймса!" Рыдал, актёрствовал изо всех сил. И Джеймс на него отвлёкся. И стал меня расспрашивать... как будто... как будто тоже сомневался". Он замолчал, но Гарри вдруг сам осознал, что было дальше. История повторилась снова. Сириус словно в трансе продолжал: "Пока мы говорили, Питер устроил взрыв... а сам сбежал с другими крысами... Джеймс, подраненный, валялся рядом, а я мог только повторять: "Это моя вина, это моя вина"... Он замолчал, как будто возвращаясь в реальность. "Вот так меня и сцапали." Римус кивнул: "Джеймс потом кричал: Это не он! Ну и его тоже забрали... Потом обоих Дамблдор пытался вытащить. Однако Сириусу пришлось подольше задержаться, пока шло разбирательство." Он встретился с Гарри взглядом, и тот заметил, что тот реально злится: "Джеймс смог доказать как было дело, в итоге. Но Питера он упустил". Они все замолчали. Гарри думал о том, как всё же мало изменилось. Всего одна деталь... но почему? Как это связано с тем, что он проник в крестраж? — Мне нужно идти, — внезапно сказал Римус, — Не слишком долго тут оставайтесь. Сириус кивнул, хотя не факт, что он услышал. Его взгляд явно бродил где-то далеко. Провожая взглядом друга, Гарри тоже немного углубился в мысли. Что если он попробует кое-какую вещь? Он столько раз затягивал, столько потом жалел, что что-то не успел, что сделал кое-что невовремя. Поэтому на этот раз тянуть нельзя. — Нам надо поговорить, — негромко произнёс он. Сириус повернулся: "Что-то произошло?" Вот только стоило последовать недавнему совету. Пусть Омут памяти ему и недоступен... но всё же есть ещё довольно интересное местечко. Вот прямо тут. Они могут поговорить в Визжачей хижине.

...

Расположившись у привычных деревянных стен, они немного помолчали. А после Гарри подал голос: — Тебе известно что-нибудь про заклинание Легиментс? Сириус криво усмехнулся: "С чего вдруг тебя заинтересовало чтение мыслей?" Не получив ответа, он пожал плечами: "Честно сказать, прежде не приходилось залезать кому-то в голову. Почему тебя это интересует?" — Я должен поделиться кое-чем. — Ты можешь просто... не знаю, рассказать? — порою Сириус мог быть таким язвительным. Конечно, это — самый очевидный способ. Вот только в этот раз следовало попробовать кое-что другое. Хотя и в этом Гарри был не уверен до конца. Получился ли повторить? — Другие способы тут не подходят. Сириус потянулся, хрустнув костями: "Ох, стар я стал для таких вещей. Гарри, давай поближе к делу." Он улыбнулся: "Чего ты там затеял?" — Давай попробуем... а там: ты сам увидишь. Бродяга никогда не отказался бы от приключения... и от разгадки тайны. Поэтому и здесь он не мог просто отступить. — Ну, хорошо. Он вскинул палочку. — Что там надо сказать? ... Они попробовали. Снова. Снова. И на какой-то раз Гарри почувствовал щекотку в голове. Сириус пристально смотрел ему в глаза, но непонятно было, может ли он что-нибудь услышать. Гарри попробовал направить ему нейтральное воспоминание: как отправлял письмо отцу. Ну же? Получилось? Когда Снейп применял свои способности, Гарри прямо ощущал, как воспоминания мелькают перед глазами. А иногда тот просто неотрывно смотрел прямо в глаза... и тоже считывал. Возможно, всё зависело от глубины и времени? Или ещё каких-нибудь деталей? Возможно, играла роль и невербальность? Наверное, не помешало б уточнить у Гермионы. Или наведаться в библиотеку? Внезапно Сириус поморщился словно от боли: "Гарри, ты слишком много думаешь. Невероятно много. Это довольно... тяжело." Он прервал зрительный контакт: "Зачем тебе вообще это понадобилось? Всё ещё не понимаю". Конечно, Гарри не ожидал, что всё получится за один день. Но он не знал, сколько времени в запасе. Когда может всё измениться? Когда он вновь останется один. Среди знакомых лиц. Близких людей. Которые его не знают. Нет. Он не вынесет. Нужно что-то делать, сейчас! И Гарри решил выложить последний козырь: "Не только же на Снейпа мне рассчитывать!" Сириус удивился: "При чём тут он?" — Тебе известно, что Снейп умеет читать мысли? — продолжил Гарри, — Это — практически врождённая способность, талант, которым обладают единицы. Возможно, даже Дамблдор не может тягаться с ним. Сириус внезапно как-то странно понизил голос: "Откуда ты это знаешь?" И Гарри наконец сорвался: "Именно это я и пытаюсь ПОКАЗАТЬ тебе!" Он выдохнул и вновь вдохнул: "Прости, Сириус, но давай ещё попробуем." И тот наконец сдался: "Дай мне несколько минут. Потом продолжим".

...

Они тренировались до вечера, пока Сириус не спросил, не собирается ли он тут случаем заночевать. И Гарри подтвердил его догадку. — Останемся тут до утра. — Что ж, тогда я, пожалуй, лягу. Сириус забрался на кровать. Его лицо казалось чуть бледнее чем обычно. Похоже, он и правда вымотался. Гарри присел на пол, вытянув ноги. Сам он спать пока не собирался. В голове крутилось слишком много мыслей, вспугнутых многочисленными Легиментсами. Но всё же он не отказал себе в возможности прикрыть глаза.

...

Утро пришло внезапно. Как будто просто неожиданно включили свет. Гарри поднялся на ноги, которые успели затечь за ночь. И их попытки повторились. Но то ли после сна сознание было менее защищённым, то ли поскольку они с вечера не ели... на этот раз всё стало получаться куда быстрее! И вскоре Гарри ощутил знакомое мелькание воспоминаний. Зелёная вспышка возникла перед глазами, и Сириус вдруг отшатнулся. Такого выражения лица у него прежде не было. Смесь потрясения и сомнения. И что-то ещё странное, неуловимое... возможно, страх? Отмерев, он тихо произнёс: — Что это было? Кошмар? Гарри покачал головой: "Нет, реальность. Поэтому мне и нужно, чтобы ты знал. На всякий случай. Если это повторится..." Сириус нахмурился: "Что повторится?" Верно, тот ведь не понял... слишком всё было быстро. Гарри начал быстро объяснять: "Время может опять сместиться, и всё пойдёт не так как было раньше. Тебе, наверно, кажется, что я немного спятил... но это правда. Я был в том будущем. Я прожил 17 лет. А после... Волан-де-морт попробовал меня убить..." Сириус попытался его перебить, но Гарри продолжал: — Попробовал, но у него не вышло. Я оказался здесь, — он покачал головой, — Точнее: не совсем здесь. Это была другая ветка времени. Ну, если верить Гермионе. Он невольно улыбнулся. Всё-таки единственный стабильный элемент во всех этих реальностях это бесконечный источник знаний в лице его подруги. Сириус осторожно заметил: "Гарри, тебе не кажется, что это был..." — Что, сон, кошмар? Бред переутомившегося школьника? — поинтересовался Гарри. Голос слегка дрожал. Конечно, он и сам бы наверняка не смог поверить сразу... и всё-таки сердце коснулась тень обиды. Он ожидал, что Сириус не станет сомневаться. В конце концов: разве не тот всегда любил бросаться в авантюры, нарушать правила, вмешиваться в привычный ход вещей? Переворачивая всё с ног на голову? Быть тем, кто выделяется из общего порядка? Если уж кто и мог поверить, то это он. Или... таким был Сириус из будущего? Которого он знал... когда-то. Гарри почувствовал, как глаза щипет. Порой казалось, что он начал забывать, как было раньше. Он ни за что не должен позволить тем дням исчезнуть! Пусть только в его памяти, они должны существовать. ... Сириус потёр виски, как будто у него заболела голова. А потом вдруг сказал: — Покажи мне ещё. Гарри встретил его тяжёлый взгляд. И провалился в него в него, как в бездну. Он чувствовал, как в голове всё снова начинает мелькать, кружиться... воспоминания накатывали потоком... и в этот раз он совершенно не управлял ими. ... Мелькали будни в доме Дурслей. С какой вдруг стати? Это тут совершенно ни при чём. Гарри толкался со своим кузеном, ссорился с ним, обменивался колкостями... вываливался из его одежды, скакал по крыше, где непонятно как вдруг оказался... Они сидели вместе за столом... Гарри ногой встал на чашку у двери... пожал Даддли руку... Воспоминания сменились. И вот перед глазами: школа. Его гостиная. Красный уютный полог на постели. Сочные блюда на столе. Учебники, разбросанные по столу. Свитки, едва влезающие в сумку. Гарри посасывал сладкое перо и отрешённо смотрел куда-то вдаль. Сверху спикировала сова, присела на плечо. Погладив её по мягким перьям, он аккуратно отвязал письмо от Сириуса. Тот предлагал увидеться перед испытанием. Сцена сменилась: Гарри стоял напротив Реддла среди тёмного леса. По кругу выстроились силуэты в тёмных балахонах. Холодный ветер касался лица. Он жаждал убежать, вернуть всё... Ведь этого не могло быть! Не должно было случиться! Теперь он сидел в палатке. Тёмный медальон поблескивал в ладонях. Он проводил рукой по крышке, и буква S змеилась между пальцами. ... Гарри шатнуло, и он едва не грохнулся. Поток воспоминаний прекратился так же внезапно как появился. Сириус сидел напротив и выглядел не лучше. Его лицо казалось почти белым, и Гарри невольно вспомнил тот первый раз когда его увидел. — Я знаю этот медальон, — внезапно сказал тот. Как будто не знал, с чего начать, — Он у меня в шкафу валяется как будто испокон веков. Гарри кивнул: "Да. Это он". Сириус замолчал. А потом тихо сказал: "Не знаю, зачем ты показал всё это мне. Возможно, Дамблдор бы подошёл лучше..." Такого точно он не ожидал. Значит, вот так? Всё это было... зря? Гарри почувствовал, как внутри неприятно сжимается. Страх, отторжение... и гнев взметнулись одной волной. — Я показал тебе, поскольку хотел, чтобы ты помнил, — сказал Гарри, — Если всё поменяется. Опять. Хотел, чтобы мне было с кем поговорить! Чтобы не приходилось бегать к Снейпу!... Но если ты считаешь, что это ни к чему... Он сжал и разжал руки: "То извини." Сириус, которого он знал... исчез. Он зря вообще это затеял. Гарри развернулся и резко раскрыл дверь. На него сразу повеяло запахом земли. — Послушай, — раздалось вслед, — Ты показал мне, что Джеймс в тот день... погиб, — сдавленным голосом произнёс Сириус, — что я проторчал в Азкабане 12 лет, что Волан де Морт опять вернулся... что в медальоне, торчащим сто лет в моём доме, его крестраж... И после этого ты ждёшь, что я за пять минут смогу это понять... принять??! Он повысил голос. И Гарри застыл на своём месте. В комнате вновь возникла тишина. А потом Сириус намного тише сказал: "Мне нужно время... " Гарри обернулся: "Я не знаю, есть ли это время". Он должен быть честным, в конце концов. — Я даже не знаю, существует ли вообще эта реальность. Или я просто её придумал. Сириус чуть усмехнулся: "Джеймс бы сказал, что твою спесь нужно скорее сбить..., — он снова помрачнел, — Если и правда ты смог устроить парадокс, то этот мир реально существует. Другое дело, что тебе надо будет отсюда выбраться. Ведь ты и хочешь это сделать? Гарри теперь и сам не знал. Выбраться... чтобы вернуться... куда? В мир, где всех этих людей рядом нет?... Он даже не знал, что с остальными... что стало с ними, когда он отправился в Запретный лес? Вдруг они... тоже? — Я никогда не интересовался временными катаклизмами, — добавил Сириус, — Да, было кое-что, что я хотел бы изменить. Но я не стал бы рисковать тем настоящим, чтобы бросаться в неизвестность. Не стал бы рисковать: это точно не про тебя, — подумал Гарри. Сириус внезапно улыбнулся: "Да, здесь у меня есть ты, и Джеймс, и Римус. И я сделаю всё, чтобы с вами всё было в порядке. Гарри присел с ним рядом: "Надеюсь, всё это останется между нами? Не говори никому больше: даже отцу". Сириус посмотрел на него с неясным выражением, а потом развёл руками: "Да все решат, что я поехал крышей. И что я могу сказать? Твой сын пришёл из будущего?... Как думаешь, что стало с нашим Гарри?" — внезапно перевёл он разговор. Возможно, его просто не было? Это ведь — всего лишь ветка той реальности, откуда он пришёл. — Я думаю, что он и я — одно лицо. Просто добавились... воспоминания, — ответил Гарри. Сириус кивнул и больше к нему не поворачивался. ...