Ваниль

Когда Гарри выпустили из изоляции, все уже было покрыто снегом. И видит Мэрлин, ему самому хотелось под него закопаться, дабы спрятаться от зевак. За этот месяц, он от людей напротив отвык. К счастью его ждал Том Реддл. И в первом же закутке, где никого не было, они долго целовались. - О, я не думал, что тебе все равно что люди подумают… Ты же вроде образцовый ученик… - О, мне плевать, поверь мне, - ответил Том, - С какой радости ученикам факультета Слизерин может быть дело до того, что о них говорят. И пожалуйста, не садись больше в изоляцию. - Ты соскучился? – улыбнулся Гарри. И вдруг почувствовал себя таким счастливым, как вообще никогда раньше. Том в ответ потянул его в комнату с кожаной мебелью, на входе в подземелья. Минуту спустя, они уже целовались, лежа на диване. Но, стоило им приступить к сексу, Гарри ногтями впился в кожаную мебель. Вставлять в себя во время изоляции было нечего, и это дало о себе знать. Реддл задел совершенно определенную точку. Гарри со стоном откинулся назад. - Ну, как оно после месяца изоляции? – жарко прошептал Том ему на ухо. - Как оно выглядит? – Гарри развратно засунул руку Тому практически между ягодиц и провел оттуда наверх до основания члена. - О Мерлин, я рад что ты со мной, наконец-то… - прошептал Реддл. Больше не говорили. На животе подсыхали капли спермы. Гарри тяжело дыша лежал на спине на диване. Рядом устроился Реддл, которых, похоже собирался уже заснуть. - Извините, что прерываю... - в комнату заглянул Люпин. - Что ты здесь делаешь? – опешил Гарри, - Ни минуты покоя… - Дверь была заперта на замок, - заметил Том Реддл, поднимаясь на локтях и бросая на "Лунатика" убийственный взгляд. - Ну… - Люпин немного смутился, - В эту комнату есть секретный код… Извините, что прерываю, - начал он как ни в чем ни бывало, "с чистого листа", - Но мы решили встретить Сириуса, и мы подумали что и Гарри с нами вполне может там быть… - Спасибо! – с чувством ответил Гарри, - Меня приняли в Мародёры. Сейчас только закончу трахаться, извините... - Мы в большом зале. - сказал Люпин, и трансгрессировал прямо из этой комнаты. - Грубое нарушение законов министерства, - констатировал Реддл, - Каким образом я прикрываюсь ими, скажи мне, если я как здравомыслящий человек закрываю дверь на Коллопортус, или пользуюсь Выручай-комнатой, чтобы не проводить месяц в Азкабане? Рассудив, что учитывая присутствие Гарри на суде Блэка, не встретить последнего из тюрьмы будет как-то нехорошо, он еще некоторое время полежал с Томом Реддлом, и все-таки отправился в Большой зал. И как ни забавно, Реддл отправился с ним. Когда Гарри к ним подошел, вся компания уже собралась за столом. Джеймс и Лили спорили. - … но в честь такого события, Джеймс, я требую, чтобы ты перестал гнобить моего друга, Северуса Снейпа… - потребовала она. И тут из воздуха раздалось: - Да не будет никто Нюниуса гнобить, кому он нужен! Все обернулись на голос. - Бродяга! – Джеймс бросился его обнимать, - Так и быть, ради такого события, я не буду больше гнобить Нюниуса! Никогда! - Джеймс, подвинься. – сказал Люпин. - Сириус, как я люблю тебя, господи! – воскликнула Лили, - Наконец-то тебя выпустили из тюрьмы! - Да, в тюряге было не сладко, - сказал Сириус, наобнимавшись со всеми, - Зато теперь я по жизни спокоен, как удав… Эй! – он окликнул проходившего мимо первокурсника и, неожиданно для всех, дал ему ощутимый такой подзатыльник, - Чего расхаживаешь в черном капюшоне?! Так до смерти испугать человека можно! Гарри бросил взгляд на учительский стол. Диппет, синий от злости, пытался считать с прибора информацию о незаконной трансгрессии. Прибор показывал, что никакой трансгрессии не случилось. Реддл, улыбаясь, ждал его в углу зала. На столах появились угощения, предназначавшиеся для полдника. Жизнь шла своим чередом.