Учитель-вампир

— Я слышал, что в этом году у нас будет необычный учитель! — взволновано произнёс высокий, довольно мускулистый парень, взволновано обводя взглядом класс. Девушка, сидящая с ним за одной партой лишь фыркнула и, похлопав того по плечу, спокойно заявила: — Не волнуйся так, Хёнсон-сси! Всё будет в порядке! Парень слегка ссутулился и жалобно произнёс: — Но ты ведь должна помнить, Хивон-сси! Рядом прошла на своё место русоволосая девушка, и мягко улыбнулась нервничающему парню, произнося: — Это была не твоя вина, Хёнсон-сси! Просто она была не очень компетентна, — она немного скривилась, тут же вновь мягко улыбаясь. — А ты, Ю Санга, как всегда милая и добренькая! — послышалось с задней парты, и девушка вздохнула. Эта стерва постоянно говорила странные вещи. С одной стороны их можно было расценивать как оскорбления, а с другой как... Флирт. И что с этим делать, она совершенно не понимала. — Суён-сси, ты ведь не можешь отрицать, что наша бывшая учительница была несправедлива к Хёнсону-сси? — максимально нейтральным тоном произнесла Ю Санга. Хан Суён лишь насмешливо фыркнула, отворачиваясь к окну. Вдруг зазвенел звонок и все тут же стали занимать свои места. Класс у них был небольшой, поэтому почти половина парт пустовала. Ученики тихо переговаривались, ожидая учителя, и поэтому никто не заметил странное покачивание тени в углу класса. Всех больше интересовали слухи о принятии в школу на должность преподавателя нелюдя. Обычно человеческие школы полностью состояли из людей. Да, в мире нормально сосуществовали все виды существ, от тех же ангелов и демонов до обыкновенных, ничем не примечательных гоблинов и оборотней. Но у каждой школы была своя программа, специально подготовленная для различных учеников. Было не принято учиться человеку в школе ангелов, или демону в школе оборотней. Так что зачисление на должность преподавателя существа другой расы было невероятной новостью. И сейчас все обсуждали, кто будет их учить. Класс, в прошлом году весь такой светлый, с белыми стенами, что резали глаза, сейчас был чуть-ли не склепом. Окна зашторены плотной тканью, практически не пропускающей света, кофейные стены (за это ученики были очень благодарны неизвестному учителю, потому что белые стены давили и из-за них у многих потом болела голова), и светильники с мягким жёлтым светом. В общем, в комнате царила уютная полутьма, что весьма всех устраивало. Некоторые уже начали в волнении переглядываться, не понимая, почему учитель так опаздывает. Как вдруг послышался довольно громкий шорох из угла комнаты. Все дети резко смолкли, переводя взгляд туда, откуда донёсся звук. Тень в углу вдруг пошевелилась, и оттуда буквально выплыла фигура. Все ученики тут же насторожились, смотря на невысокого и жутко бледного мужчину в белом пальто. Промелькнувшие клыки в немного насмешливой ухмылке были слегка длинноваты для «человека»... «Вампир» — пронеслось в голове у многих. Остальные же заворожено наблюдали за плавными движениями мужчины. Он будто плыл, а не шёл. Дойдя до учительского стола, он грациозно скользнул в кресло, закидывая ногу на ногу, и улыбнулся. Из-под тонких бескровных губ опять показались острые клыки, а взгляд вампира ехидно смотрел на учеников, но за этим ехидством крылась огромная вселенная, тонущая в чёрных глазах. Странная, напряжённая атмосфера продлилась минуты две, пока вдруг резко не поменялась, когда вампир обречённо вздохнул и мягко сказал: — Ну здраствуйте. Прошу прощения за это выступление, хотелось посмотреть на вашу реакцию, — смешинки заплясали в чёрном взгляде, и мужчина изящным жестом слегка взьерошил чёрные волосы, — вы так не пугайтесь, это просто аура охотника. Ученики заметно расслабились и с любопытством начали осматривать преподавателя. Он не был жутко красив или симпатичен, скорее, среднячок, но что-то цепляло в нём настолько, что глаз оторвать нельзя. Вампир опять мягко улыбнулся и представился: — Моё имя Ким Докча, приятно со всеми познакомиться! Вас же я буду узнавать на наших будущих уроках, потому что если вы сейчас назовёте мне свои имена, я их всё равно не запомню, — фыркнул мужчина, и несколько учеников попытались подавить смешки. Он взял со стола учебник с истории за последний класс и пролистал первые страницы. Глаза его бегали по строчкам, и с каждым прочитанным словом вампир хмурился. Ученики всё ещё с огромным интересом разглядывали его, пока он вдруг не встал и небрежным жестом закинул учебник куда-то в угол, произнося: — Мусор! Короче, всё не так было, слушайте!

***

Уже через неделю Докчу обожали все ученики, которые ходили на его уроки. Мужчина завораживал своими рассказами о событиях, которые происходить могли даже тысячелетия назад. Его взгляд горел в такие минуты, и хотелось слушать и слушать. Также Ким Докча не был лишён чувства юмора, и поэтому на его уроках то и дело слышались смешки. Домашкой как таковой он подростков не загружал, относился к ученикам со странной нежностью. И за это его просто жутко любили. Но бывали и такие казусы, когда вампир заглядывал в учебник и тупо смотрел на страницу. Некоторое время усиленно читал текст, а потом растерянно признавался, что такого не помнит, и бурчал что-то о том, что он в этот момент скорее всего спал. Ну или читал. О ненормальной увлеченности учителя книгами было известно всем, кто ходил на его уроки. В такие моменты, как правило, он просто задавал прочитать параграф, и сам же сидел и читал его, на некоторых моментах скептически хмыкая, будто говоря, что бред это всё, ну не могло так быть. В этом году история у многих классов велась совершенно по-другому, и почему-то никто не задумывался о том, что экзамены им сдавать придется по тому, что в учебнике. А они знают совершенно другую историю, с совершенно другой стороны. — Чего? Проверка? — удивлённо проговаривает вампир, разглядывая бумажку в руке как какую-то гадость. Услышав такое, ученики тут же зашептались, с сочувствием глядя на учителя. То тут, то там слышались шепотки: «ох, жалко его...», «Да его же просто на кусочки разорвут», «А зачем проверку вообще проводить?», «бедняжка...». Докче это стало откровенно давить на нервы, потому что дети его уже чуть-ли не похоронили (и плевать, что вампиры бессмертны), и говорили так, будто эта проверка нечто настолько ужасное, что ему будет очень плохо. Правда, все эти фразы вскоре перестали раздражать мужчину, и даже вызвали капельку интереса, так что он с нетерпением начал ждать начала урока. И ровно в тот момент, когда прозвенел звонок, в класс зашёл высокий мужчина в чёрном плаще. В уставе школы было разрешено носить обычные вещи, главное чтоб они не выделялись слишком сильно. Поэтому одежда мужчины не вызывала никаких вопросов. А вот взгляд вызывал. Холодный, жуткий, прямо кричащий о том, как он хочет здесь всех поубивать. И если бы Докча не был вампиром, он наверное испугался бы. Лицо застывшее, с несколькими шрамами, нахмуренными бровями, и чёрными бездонными глазами. Волосы также были черного цвета, и слегка вились. Чёлка немного прикрывала левый глаз, а на правый спадало несколько смоляных прядей. Выглядел мужчина... Ну очень красиво. Аж дух перехватывало. Докча буквально ел глазами незнакомца, улыбаясь чему-то своему. А мужчина лишь взглянул на него краем глаза, холодно бросая: — Ю Джонхьюк, заместитель директора. И застыл у стены, будто каменная статуя. Вампир фыркнул, поворачиваясь к классу и мягко приветствуя их. Ему ответил неслаженный хор голосов, заставляя улыбнуться чуть шире. Он достал учебник, всё так же недоверчиво поглядывая на него, и открыл на нужной теме. — Сегодня мы будем проходить... Э-э-э... — Докча, нахмурившись, пробежался глазами по строчкам, тут же устало выдыхая, — Французскую революцию. Открываем восьмой параграф, читаем. Желательно найти литературу по этой теме в библиотеке, может, я вам что-то из своей принесу, — он косо глянул на учебник. Потом вздохнул и извиняющимся тоном сказал: — Извините, ребят, вообще такого не помню. Походу, эту революцию я благополучно проспал, — закатил глаза он, а отовсюду послышался звонкий смех. Он уже уселся поудобней в своём кресле, даже успел открыть этот самый злополучный восьмой параграф, как буквально над головой арктическим тоном сказали: — Не знаете? Докча фыркнул про себя. Ой, весело же будет... Вампир поднял голову, вглядываясь прямо в глаза Джонхьюка, и спокойно сказал: — Не знаю. Я пропустил это событие, и поэтому рассказать о нём не могу. Приходится полагаться на это, — брезгливый кивок на учебник. Глаза мужчины наполнились холодной яростью. Он вернулся к стене, не говоря ни слова. И всё было бы также, как и в начале, если бы на этот раз Ю Джонхьюк вдруг не стал пронзать его взглядом. Так и прошёл весь урок. Зам директора всё время проделывал в нём дыры своими яростными взглядами, а вот Докче хоть бы хны. Ну не пугал его этот человек, ну вот совершенно. Наоборот, чем-то привлекал. Ну, внешностью так точно, уж больно красив был мужчина, но явно не только этим. Учителю истории очень сильно захотелось понять его.

***

Присутствие Ю Джонхьюка на его уроках стало нормой. Уже даже ученики совершенно не обращали внимания на грозного зама директора, лишь вежливо здоровались и прощались. Тот хмуро смотрел на Докчу, будто это вампир был виноват в том, что... Ладно, он был, но это ведь не было намеренно! Дети всего лишь переняли его поведение. Но Джонхьюка это явно не интересовало. Их каждодневные перепалки вскоре стали пересказываться и разыгрываться на переменах, что было довольно забавно. Хотя иногда Ю Джонхьюк выбешивал Докчу почти до невменяемого состояния. В один такой раз, когда этот болван посмел пройтись лишь одной колкой фразой по умственным способностям вампира, сравнивая оные с кальмаровыми, он не выдержал и наорал на того, в бешенстве называя «солнечной рыбой». Это не было каким-то слишком уж обидным оскорблением, но в сумме с «Ты прямо как она! Плывёшь по течению, нихрена не делая, лишь действуя всем на нервы!» получилось жестко. После этого мужчина просто развернулся и ушёл, а Докча через некоторое время узнал, что тот попытался добиться его увольнения. Вот только у него ничего не получилось, потому что директор Ли Сеольва прекрасно знала Докчу, а также понимала, что все ученики будут явно недовольны. Ю Джонхьюку не осталось ничего, кроме как скрипеть зубами от ярости. Докча тогда весело фыркнул, когда мужчина вновь появился на пороге его класса спустя несколько дней. Вампир даже предложил ему сесть. Ну, тот, правда, всё равно отказался. И продолжал злиться. Потому что ублюдочный вампирёныш чем-то зацепил его. Рассказы про битвы и революции, войны, про костры, пылающие под тёмным небом, мирное время, суды над виновными и безвинными. Сумасшедшее самопожертвование и непомерная жадность. Тот так рассказывал об этом, что хотелось застыть с открытым ртом и слушать, слушать... Хорошо, что Джонхьюк неплохо умел себя контролировать. А ещё этот гадёныш был красив. Не так, как все, а своей, особенной красотой. И к нему тянуло со всей силы. Прижать где-нибудь к стене и впиться в эти тонкие губы, точно зная, что они холодные. Заглянуть в чёртовы чёрные глаза, в которых плещется вселенная, и запустить руку в наверняка мягкие волосы. И всё бы ничего, но у Ю Джонхьюка очень туго с отношениями. Проще говоря, он не умел высказывать свои чувства, и поэтому ходил с каждым днём всё мрачнее, с яростью смотря на этих чёртовых детишек, которые постоянно окружали Докчу. А эти самые «детишки» были довольно наблюдательны. Особенно Хан Суён, которая почти сразу заприметила искру между этими двумя, и с каждым разом всё больше и больше убеждалась в их чувствах, закатывая глаза на попытку зама спрятать слегка покрасневшие кончики ушей, которые заалели при взгляде на учителя, и тяжело вздыхая на явно заинтересованые взгляды Докчи на мужчину. В конце концов ей всё это надоело, и она собрала всех в пустом классе, чтобы обсудить этот вопрос. — Ну и зачем мы здесь? — спокойно поинтересовалась Ю Санга, недоверчиво смотря на болтающую ногами Суён. Девушка вытянула лимонный леденец изо рта и сказала, ошарашивая всех находящихся в комнате: — Мне надоели голодные взгляды Кальмара и Солнечника, направленные друг на друга, поэтому я предлагаю их свести. Чон Хивон и Ли Хёнсон молча переглянулись, пока Ю Санга ошарашено разглядывала Суён, что вновь с наслаждением посасывала леденец. — Т-ты сейчас шутишь? — всё ещё не отошла от шока русая, продолжая рассматривать девушку. Та громко фыркнула и сказала: — Неужели вы действительно не замечали, как они смотрят друг на друга? Этот вопрос поставил в тупик и заставил их всех задуматься. Пока Хивон задумчиво не пробормотала: — А ведь и правда... Через некоторое время, когда все смирились с услышанным, начали обсуждать план. В самом конце все дружно посмотрели на Суён, отчего та опасливо сузила глаза и почти прошипела: — Что вы на меня так смотрите?! Трое людей переглянулись между собой и, ухмыльнувшись, выдали: — Ты предложила, ты и иди!

***

Проклиная всё на свете, Хан Суён шла по коридору, надеясь на удачу. Первый шаг плана был довольно прост: сделать так, чтобы Ким Докча и Ю Джонхьюк столкнулись. В прямом смысле, они должны были врезаться друг в друга. Хоть это и звучало странно, но этот план должен был сработать, чтобы эти двое наконец начали думать в правильном направлении. Единственная сложность была в том, что вампир практически всегда сидел в кабинете, а если и выходил, то ненадолго. И не факт, что он встретит Ю. Поэтому Суён и злилась, потому что это было сложное задание. Она, конечно, хотела свести этих двоих, но только ради веселья. А теперь ей приходится выполнять всю грязную работу, чёрт возьми. И тут ей просто несказанно, просто сказочно повезло! Потому что Докча, за которым она шла, свернул в узкий переход в другое крыло, а прямо навстречу ему шёл ничего не замечающий Джонхьюк! Суён быстро поблагодарила Сатану за своё невероятное везение и резко помчалась вперёд, «случайно» толкая Докчу и видя, как тот летит прямо в грудь Ю. Секунда, чтобы осознать падение, попытка вцепиться в что-то, чтобы удержаться, и наконец попадание на кого-то, кто смог его поймать. Вампир поднимает взгляд вверх, чтобы поблагодарить, как тут же встречается с чёрными знакомыми глазами, что ошарашено взирали на него. Так они и замерли: Докча, намертво вцепившийся руками в плащ мужчины, и Джонхьюк, продолжающий его обнимать за талию. Когда они наконец осознали, на каком расстоянии находятся их лица, то резко отпрянули, жутко краснея. Ким тут же начал бурно и смущённо извиняться, пока Солнечник нечитаемо смотрел на вампира, пытаясь погасить вспыхнувшее смущение. Докча, извинившись уже раз в сотый, наверное, сбежал в свой кабинет, отчаянно прикрывая алые щёки ладонями, пока Ю Джонхьюк осознавал, что пропал окончательно и бесповоротно. Суён же, стоя за поворотом, хитро ухмылялась, набирая сообщение Санга. Вскоре две девушки встретились в каком-то пустом классе. Ю нахмурилась, вопросительно глядя на довольную Хан. А та всё же обьяснила: — Во-первых. Да, мы тут одни. Я только тебя позвала. А во-вторых, операция прошла успешно! Стоило девушке услышать это, как она радостно заулыбалась и зажмурилась, и поэтому совершенно пропустила тот момент, когда её притянули к себе за талию и чмокнули прямо в губы. Санга ошарашено распахнула глаза, ловя цепкий взгляд Суён. Та вдруг очень мило улыбнулась, ещё раз чмокнула девушку в губы и отпустила её, ухмыляясь и вдруг срываясь с места, крича что-то вроде: — Адьос! Ю Санга лишь удивлённо дотронулась кончиками пальцев к своим губам и покраснела, глядя Суён вслед.

***

С того столкновения всё немного изменилось в их отношениях. Они больше не ссорились по любому поводу, и Ю Джонхьюк больше не стоял у стены, а садился на стул, который стоял рядом с учительским столом. Но больше ничего не происходило. Вообще ничего. И вскоре это начало раздражать зама. Он уже решил, что сделает этого чёртового вампира своим, но случая никак не представлялось. Этот. Грёбанный. Вампир. Он никогда не был один. И чёрт возьми, как же Ю бесился... Пока один раз, закончив с работой, он уже собирался уйти домой из опустевшей школы, как из-за угла вынырнул Докча. Один. Ю Джонхьюк просто не мог упустить такой шанс. — Ким Докча. Вампир дёрнулся и резко развернулся, удивлённо посмотрев на мужчину. — Ох, я думал, Вы уже ушли домой, — с усталой улыбкой произнёс Докча. И вдруг облизнулся. Быстро, практически незаметно, скорее всего просто для того, чтобы смочить пересохшие губы, но этого хватило, чтобы у Ю сорвало крышу. Он схватил ошарашеного вампира за руку, затащил в пустой класс и прижал к стене, тут же впиваясь в тонкие губы поцелуем. «Холодные», пронеслось в голове, а потом мысли просто пропали. Ким от шока и смущения чуть разомкнул губы, чем тут же воспользовался Джонхьюк, проникая языком и начиная исследовать чужой рот. Несколько секунд ступора, и Докча уже рьяно отвечает, закидывая руки за шею и притягивая к себе ещё ближе. Их языки сплелись в жарком танце, а тела плавятся от возбуждения. Вот так вот, задыхаясь, они стояли и целовались долгое время, пока Ю не отстранился. Ниточка слюны протянулась от его рта до чужого, а потом оборвалась. Оба смотрели друг другу в глаза и видели лишь пелену желания и странной нежности. Докча вдруг прижался чуть ближе, потершись своим телом о чужое и зашептал прямо в губы: — Джонхьюк-а, можно я тебя укушу? И почему-то он согласился. В глазах вампира зажегся огонёк, и он осторожно оттянул край ткани до того, пока не оголил ключицы. А потом припал к ней, сначала мягко целуя, а потом вгрызаясь в нежную кожу так, что из ранок потекли ручейки крови. Ю почувствовал вспышку довольно сильной боли, но она прекратилась так же внезапно, как и началась. В голове появился странный туман, и эйфория наполнила всё его тело. В это же время Докча самозабвенно слизывал ручейки крови, и спокойно зализывал ранку, про себя радуясь о том, что она не скоро сойдёт. Когда кровь окончательно остановилась, вампир потёрся своим пахом о пах Джонхьюка и тут же кончил, содрогаясь в спазме оргазма, как и Ю. Через некоторое время, уже отдышавшись, Солнечник вдруг взглянул в тёмные глаза и совершенно безучастным голосом заявил: — Поехали ко мне. А Докча и не был против.

***

Суён тихо присвистнула, подзывая всех к окну. Ученики лишь ошарашено уставились на то, как их учитель истории наклоняется и целует прямо в губы вечно хмурого зама, который вдруг дарит целомудренный поцелуй в ответ и совсем чуть-чуть улыбается. — У нас всё получилось, — самодовольно хмыкнула Хивон, оборачиваясь к счастливому за учителя Хёнсону. Хан Суён легко улыбнулась, тут же отворачиваясь. Да, всё пошло именно так, как она и задумала. И тут её кто-то целует в щёку. Девушка резко оборачивается, и видит смущённую, но озорно улыбающуюся Ю Санга. Она тихонько хихикает и вдруг убегает, не оборачиваясь. Суён же прикладывает руку к тому месту, где её поцеловали и, смотря вслед убегающей девушке, мягко улыбается и слегка краснеет.