hello stranger
15 декабря 2021 г., 15:29
«Они рассказывали друг другу истории своей жизни — разумеется, неполные и подправленные, как это обычно бывает, когда незнакомые прежде люди хотят подружиться.»
По небольшому помещению разливался теплый свет, где-то раздавалась непринужденная мелодия, которую часто прерывал звук грома. Вокруг витали ароматы только что приготовленных чая, шоколада и американо, постепенно смешиваясь в воздухе. Джисон обхватил кружку руками так, будто это единственное спасение прямо сейчас. Хотя вообще-то так и было- он очень сильно продрог. Хёнджин медленно внюхивался в запах имбиря, а Чан все еще убирал свою рабочую поверхность. –Твои рисунки?–спросил Хан парня напротив. В ответ получил утвердительный кивок от Хёнджина.–Можно посмотреть? – Да, только лучше не смотри на первые работы, они мне не нравятся. Банчан медленно подошел к парням, заглядывая через плечо своего друга. Тот медленно листал альбом, где было много зарисовок архитектуры, животных, пара акварельных рисунков. Некоторые листочки были влажными из-за дождя, от которого бежал Хван–он старался максимально сберечь своё творчество. – Это очень красиво!–восхищенно пропел Джисон. – Ты где-то учишься этому?–спросил Чан, который явно был впечатлен работами. –На втором курсе на факультете искусств и дизайна. –Ты случайно не из Университета Искусств? -–Да, оттуда. Вы тоже там учитесь?–спросил Хёнджин после того, как увидел приятно удивленные лица.- Странно, никогда вас там не видел. –Да, это просто очень редкое явление.–усмехнулся старший–Я большую часть времени учусь дома или пропадаю на работе. Джисон вот тоже редко посещает лекции. Главное практические задания сдавать. –Мы на кафедре музыки, может из-за этого не сталкивались. Каждый потихоньку пил свой напиток и думал о том, какое же это приятное совпадение. Из всех университетов Сеула, где обучают этим специальностям, они выбрали этот. В такие моменты обычно думают, что это так называемая судьба. Люди любят находить хорошие знаки в своих жизнях. Гораздо больше, чем плохие, во всяком случае. Дождь начал стремительно усиливаться, капли ужасно сильно били по стеклу, создавая тревожные звуки. Молнии продолжали сверкать за окном, освещая в те редкие моменты часть улицы и вход к кафе. Как раз таки в такой проблеск Джисон заметил за окном три силуэта. В одном из них он точно кого-то узнал. –Эй Чанни, смотри, это не Чанбин случайно?–вскочил младший, благо его горячий шоколад уже закончился, а то рисункам Хёнджина грозил бы еще и шоколадный водопад с растаявшими маршмэллоу. –Да, вроде бы. Он говорил, что хотел забежать, но не думал что он припрётся в такую погоду. Кто еще там с ним? – Не знаю, не могу разглядеть. Хёнджин чувствовал себя неловко. Это явно их хорошие друзья, он же ни с кем не знаком. У него то и друзей нет, разве что одна однокурсница. Хван был таким человеком, которому очень сложно открыться другим. он и не жаловался- ему было хорошо одному, трудностей не вызывало. Поэтому сейчас эта троица, бегущая по направлению ко входу, заставляла его нервничать. Не любил он толпу. Особенно шумную. этому он посвятил свой рисунок в конце прошлого года, который скромно подписал "Мизантроп." Хотя знакомые с курса привыкли к простому "отшельник". Хёнджину было все равно. Ему нравилось общество семерых: он сам, 4 стены, альбом и карандаш. Дверь отворилась, наконец-то "долгожданные" гости забежали внутрь. –Я все таки пришел, Чанни.– тепло сказал парень невысокого роста. Банчан и Джисон уже подорвались со своих мест, чтобы встретить вошедших. По их лицам было понятно, что и остальные двое им были знакомы. Дабы избежать еще большей неловкости Хёнджин тоже решил встать и поприветствовать парней. Дождь не хотел заканчиваться, а скорее даже начинал новый акт своей пьесы, поэтому каждому было ясно, что тут они вместе и надолго. –Привет, ребята! Рад вас видеть, хотя обстоятельства могли быть и получше.– сказал бариста. –Говоришь так, словно кто-то умер.–снимая куртку ухмыльнулся один из них. Они прошли внутрь, обнялись со старыми друзьями, а позже обратили свой взгляд на Хёнджина, который стоял подальше от них. Но тот пересилил себя, поэтому в следующую минуту они уже пожимали друг другу руки и представлялись. Оказалось, что тот невысокий парень—Чанбин, остальные двое—Минхо и Феликс. –Вам приготовить что-нибудь?–спросил ребят Джисон так, будто он сейчас будет корячиться и вымывать все инструменты и нужную посуду. –Да, может хотите что-то выпить?– спросил Банчан, сначало шутливо гневно взглянув на младшего. Троица благодарно улыбнулась и сделала заказ. Пока Чан ушел выполнять пожелания друзей, думая о том, что его работа вечна и никогда не заканчивается даже после смены, впрочем как и дождь сегодня(все символично), ребята решили познакомиться поближе с новеньким. Джисон активно начал рассказывать Чанбину, Минхо и Феликсу о том, что Хёнджин, оказывается, учится в том же университете, что и все они. Потом начал показывать его работы в альбоме с большим энтузиазмом, но с не меньшей осторожностью. Те высказывали слова восхищения, а Хёнджин думал о том, насколько все же приятно слышать слова похвалы от незнакомых ему людей. А еще думал о том, что прямо сейчас ему комфортно. Кроме шумного Хана и еще более шумных дождя с громом, никто не издавал громких звуков. Каждый из парней был приветлив и казался ему хорошим человеком. Ему становилось комфортно, несмотря на то, что вокруг была та еще суета. Он сам себе удивлялся. Банчан уже прибежал обратно с теплыми напитками. – Из-за дождя придется полы мыть.–недовольно пробурчал тот. Чанбин смотрел в телефон, периодически что-то печатая, а потом сказал: –Йенни с Сынмином хотят присоединиться к нам. Они задержались в библиотеке. Вы не против? Хёнджин решил промолчать, это очередные друзья его новой компании, его мнение тут смысла не играет. Да и что тем двоим остаётся делать? Не мёрзнуть же на улице, пытаясь дождаться автобуса. Тем более еще и нет гарантии того, что он приедет. Тем не менее, взор каждого обратился к Хвану, ожидая лишь его реакции и согласия. –Нет, конечно. Пусть приходят. Возможно он соврал, а возможно его уже с головой охватил азарт к новым знакомствам. Неужели это начало новой, "неотшельнической" жизни?
