противоречие

      За окном стояла глубокая ночь. Пожалуй, соседям стоило запастись терпением. По комнате то и дело разносились всхлипы, сопровождающиеся возбуждёнными вздохами, словно так и должно быть. В мыслях то и дело крутилось: " ЭТО НЕ НОРМА. " Однако, когда оно так двигалось по члену, создавая контраст безумной эйфории и непередаваемого наслаждения, думать об этом, было просто непростительно. Хрипло застонав, мальчишка прикрыл дрожащей рукой рот, пытаясь заглушить очередной непристойный звук, что был впрочем неизбежен, параллельно слишком извращенно выгибая спину до хруста костей, переча любым своим нравам и убеждениям. Щуп сжал плоть сильней, и на миг показалось, что такого он не испытает больше нигде, никогда и не с кем. Сдерживая подступивший всхлип, юноша тихо пробормотал, сжимая край приподнятой ткани: — Боже… С-стой… Это слишком… Действия прекратились.

***

— Вечеринка? Лёгкое прикосновение ощутилось на нервно подрагивающей руке, от чего та в свою очередь заметно расслабилась. Время близилось к девяти. Темнеть начинает рано, и безлюдный переулок освещали только яркие огни. Юноша спешно собирал вещи, закидывая все необходимое в заранее выбранный рюкзак, пытаясь на ходу вспомнить о нужном, не желая возвращаться домой вновь. — Да Ви, вечеринка. Это что-то типа мероприятия, где можно повеселится. — подбирая не самые по его мнению понятные слова, Брок нервно вздохнул, направляясь с ношей на плечах в прихожую, мимолётно осматривая себя в зеркале. Некоторое время постояв возле двери, думая о чем то своем, что конечно же не скрылось и от симбиота, Эдди помедлил, обувая любимые кроссовки, вспомнив только сейчас о необходимости написать друзьям. — Повеселится? Это хорошо? Удостоив паразита только лёгким кивком, мальчишка поспешил на выход из помещения, автоматически вытаскивая из кармана мобильник, набирая краткое сообщение Энн, что вероятно, вместе с Дэном уже дожидалась его у назначенного места. Он вновь опаздывает. Выходя из квартиры, закрывая дверь на ключ, Брок нервно вздохнул, уже заранее готовясь к новой порции нотаций и упрёков. Идти в тишине не хотелось. Немного помешкав с выбором темы, юноша в ступоре замер от пришедшей так внезапно мысли. — Ви… То что между нами… Это… Почему мы вообще делаем это? — слова давались с трудом. Он скорее выжимал их из себя, пытаясь сменить слишком жалкий тон на что получше. Безрезультатно. — Между нами? Мы не понимаем. Лицо вспыхнуло, и недолго думая, мальчишка кинулся к лифту, что к счастью, оказался именно на его этаже. Тишина затягивалась. Протянув руку к нужной кнопке, та неловко замерла. Тело предательски вздрогнуло, покрываясь стаей мурашек. По коже прошелся холодок. Из конечности вылез пут, в миг проворно юркая под свободную футболку, оглаживая бока. Пискнув, Эдди неуверенно покачнулся, уже будучи готовым к словесному нападению, как в кабину с этажа выше вошла средних лет женщина, мило здороваясь, и нажимая в конечном счете на кнопку самого нижнего яруса. Осилив лёгкий ступор, студент растерянно поздоровался в ответ, надеясь на скорое прибытия, теперь уже слишком ясно испытывая смущающие действия со стороны сожителя, что стали только уверенней и свободно бродили по открытым участкам кожи. Женщина смотрела точно на него, чему то улыбаясь, время от времени качая головой. Попытавшись незаметно ухватить рукой обнаглевший щуп, мальчишка ахнул, прикусывая до крови нижнюю губу. Этот гад… Объект проскользнул под резинку штанов, проходясь по бедру, а затем и совсем рядом с областью паха. Внутри все скрутило, и эрекция стала возникать неосознанно, становясь слишком большой проблемой. Наконец, двери лифта открылись, и пулей вылетев из замкнутого пространства, журналист тихо выругался, замечая как пут заполз обратно под кожу, оставив после себя лишь налитый кровью член. Конечно, этого было не избежать. Гребанные гормоны. — Блять, что это черт возьми было! Ви, ты с ума сошел?! — натягивая футболку посильней, юноша укутался в теплую, и такую же длинную кофту, заворачиваясь в нее словно в защитный кокон. Паразит молчал. Выйдя из подъезда, подросток направился по знакомому маршруту в сторону клуба, дожидаясь ответа, что впрочем, спустя пару минут все же последовал. — Об этом ты говорил, Эдди? На секунду задумавшись, юноша покосился на уже виднеющуюся крышу, нервно сглотнув. — Да. То есть нет. Точнее не совсем. Я говорил о наших м… Поцелуях? Но теперь и об этом тоже. Что это было? Зачем ты это сделал?! Да и ещё в присутствии той женщины… И вновь знакомое молчание. Значит, симбиот что-то активно обдумывал, приходя к иным выводам. И эти выводы… — Потому что мы женаты, Эдди. Брок остановился, анализируя его слова. Женаты? И что это черт возьми значит? — Нет, Ви. Мы не можем быть женаты. Это невозможно даже чисто физически. — вновь возобновляя ходьбу, мальчишка ухватился пальцами за край футболки, нервно сминая ее. Разве они уже не обсуждали это? — Но так делают только женатые люди. Немного помедлив, Эдди тяжело вздохнул, скрещивая пальцы меж собой, смотря вперед слишком обречённо и потерянно, однако, все же заключая: — Не совсем. Так могут делать и те, кто встречаются. Они не настолько близки, но это особо ничем не отличается. По бедру вновь прошёлся пут, от чего второй возмущённо воскликнул, уже собираясь пресечь очередное вызывающие действие. — Значит мы встречаемся, Эдди. Не успев толком сообразить, как щупальце сразу вошло под кожу, исчезая. На парня в миг что-то налетело, вовлекая в объятья, от чего тот от неожиданно сдавленно вскрикнул, испытывая слишком разный спектр эмоций в секунду, что так быстро менялись, сменяя одну на другую. — Эдди! Боже, мы думали ты умер по дороге! Ну как можно быть таким копушей? Пойдем, мы тебя уже заждались. — придя в себя, Брок приобнял в ответ слишком энергичную подругу, возвращая взор перед собой, кивая дожидающемуся их Дэну. Окончательно отлипнув от друга, девушка бесцеремонно схватила его за запястье, потащив никак не сопротивляющегося одногруппника в сторону ее парня, тоже обхватывая его свободной рукой, теперь ведя обоих в сторону помещения, из которого уже вовсю была слышна громкая музыка. Где то внутри симбиот ощутимо завибрировал, явно недовольный сложившейся ситуацией и громкими звуками, о боязни которых сообщил Броку совсем недавно. Внутри было ещё громче, и под сдавленный рык, студент кинул друзьям еле разборчивое «я буду у стойки», и поспешил отправится в самый дальний угол, где звук не так резал бы уши. Прихватив с барной стойки близь стоящий напиток, Эдди сел на диван, расслабившись, поднося бутылку ко рту, делая небольшой глоток. Горло опалило жаром, и ненадолго закашляв под теперь уже звонкое рычание, студент сморщился, презренно фыркнув. — Эдди! Не пей это! Вредно, неправильно. Нам не нравится! Прочистив горло, Брок взглянул на этикетку, подтверждая свои догадки. Конечно. Он взял виски пятилетней выдержки. Что может быть лучше? Однако, сейчас ему казалось не важным, что пить. Поэтому, уже через секунду он сделал повторный заход, глотая немного больше чем в первый раз, все так же морщась но уже не давясь. Пут возник рядом, в тот же миг попытавшись ухватиться за бутылку и отдернуть ее от носителя, но к несчастью, сразу был пресечен рукой, что быстро зажала заторможенный объект. — Ви, не высовывайся. Тебя никто не должен видеть. — говорить становилось тяжелей. С каждой секундой алкоголь перемещался по венам все дальше, дурманя рассудок, от чего язык стал заплетаться, не давай произнести слова достаточно внятно. — Не пей это! Оно плохо влияет на нас! Убери! Рык раздался совсем рядом, и на секунду показалось, что башка материализовалась рядом с ним, однако этого не произошло, и облегчённо выдохнув, журналист сделал ещё глоток, ощущая как сокрушенно завибрировал паразит, почему то чувствуя себя виноватым. — Ви, все в порядке. Так и должно быть. — тело становилось ватным и тяжёлым, с трудом реагируя на посланные команды. Веном не был доволен. Он все ещё беспокойно пульсировал, то и дело тянувшись щупом к бутылке, но так и не касаясь ее, другим же объектом поддерживая связь с рукой хоста, словно переплетаясь. Спустя ещё несколько глотков, юноша окончательно потерял здравый рассудок, уходя целиком и полностью в позыв неправильного кайфа, устало прикрывая глаза. На фоне слышался все такой же перепуганный тон симбиота, однако, сейчас Броку было совсем не до него. Дыхание становилось ровным и от накатившей усталости, он провалился в недолгий, но спокойный сон.

***

Прошло не так много времени. От силы минут двадцать. Тем не менее за них, Эдди успел порядком прийти в себя, и от былой усталости не осталось и следа. Алкоголь все ещё бурлил в крови, создавая слишком спокойное, но такое фальшивое состояние. Обведя взглядом переполненный зал, юноша не нашел ни Энн, ни Дэна, в тот же миг недовольно хмурясь. Ну не могли же они уйти и бросить его здесь одного? Поразмыслив с секунды на ватных ногах студент кое как поднялся, ощущая большую опору в лице сожителя, что поддерживал его тело на весу, не давая упасть. Однако, за все время пробуждения, он так и не проронил ни слова. Может, обиделся? Прикинув все за и против, журналист тихо фыркнул, двигаясь в сторону уборной, планируя хоть немного привести себя в порядок. — Ви… Не обижайся. Это… Не вредно и не опасно. Оно наоборот помогло мне почувствовать себя лучше. Видишь? — еле слышно пробормотав оправдание, что вероятно, было здесь лишним, мальчишка наконец нашел нужную комнату, что к счастью, не была заперта. Веном молчал. Его присутствие определялось только едва уловимой вибрацией, от чего на душе становилось как то теплей. Он теперь не один. Невольно улыбнувшись, подросток протянул руку к ручке, дёргая ту себя, неосознанно бормоча что-то вновь. — И вообще знаешь… Алкоголь довольно-таки полезная штука. Он может… Юноша замер в дверях. Глаза округлились, а тело инстинктивно подалось назад. Студент неверующе смотрел на представленную пред ним картину, слегка приоткрыв в ужасе рот. Льюис до сего момента прижимающий обнаженную девушку к себе, также шокировано смотрит на него в ответ, не сводя казалось бы немигающего взора. Подруга тоже пришла в себя, испугано начиная: — Эдди… Это не то что ты подумал… Точнее то, но… Его «любовник» тоже перестал вибрировать, замолкая. В голове неприятно гудело, и на миг зажмурившись, мальчишка только сейчас осознал что открыто пялиться на полуголых друзей, пусть и неосознанно. Покраснев, Брок повертел головой в знак протеста, смущённый не меньше их. Словно это они застукали его. — Все в порядке! Боже, простите! Я думал здесь свободно… Я… До завтра! Мне пора! — быстро развернувшись, слыша позади себя копошение, Эдди закрыв за собой дверь, пулей вылетел из клуба, забывая обо всем на свете. — Эдди… Сглотнув подступивший ком, юноша быстро замахал головой в разные стороны, намереваясь отогнать подошедшее чувство обречённости. Внизу все обдало неудержимым жаром. Ноги крупно подрагивали, кое как удерживая владельца на весу. Щеки пылали, превращая смущенное лицо в нечто безнравственное, что казалось, не должен видеть никто. Нет. Нет, нет, нет, нет. Он не мог возбудиться лицезрея обычный половой акт. — Не сейчас, Ви! Потом, все потом. Оставшийся путь они прошли в тишине.

***

— Эдди. Что-то не так. Покосившись на материализованную башку, юноша тихо застонал, уже зная о чем пойдет весь дальнейший диалог. Мысли путались. Он, пожалуй, все же перебрал. — Да, Ви. Что-то действительно не так. Я не могу быть таким извращенцем. Белые очи напротив сузились в непонимание. От столь пристального контакта разом закружилась голова. Стало совсем не по себе. — Мы можем как то помочь? Прикрыв на время глаза, Брок покачал головой. И что ему теперь делать? Возможно, проблема крылась в слишком редкой мастурбации, на которую в последнее время не было сил. Но разве сейчас это так важно? — Мастурбации? Что это? (?) Проклиная себя на забывчивость, Эдди кивнул сам себя, в мыслях произнося: «просто посмотри в моих воспоминаниях», желая как можно скорее закрыть эту мало приятную тему. Не медля ни секунды, Веном проворно юркнул под кожу, погружаясь целиком и полностью в мысли хоста, ненадолго затихая. Этой свободной минуты хватило, дабы привести сознание в порядок, и немного протрезветь, не вовремя сообразив о неправильном подходе. — Ви… Забей на это. Завтра я все тебе расскажу сам. Так ты ничего не… Речь оборвал рваный всхлип. Еще частично возбужденного члена коснулось что-то влажное, оплетая целиком. Впав в недолгий ступор, юноша не сразу осознал суть происходящего. Касание повторилось, но теперь более настойчиво, вовлекая в своего рода кокон, затягивая. Тяжёлый вздох, и вот уже журналист сидит как на иголках, испугано глядя на копошение снизу. — Что за… Ви! Что… Боже! Движения стали напористей, уже вовсю перемещаясь по окончательно вставшей плоти. Слова давались с трудом. Тело напряглось, следуя за ощущениями, что будто сводили за раз с ума. Слишком… Слишком хорошо. Задыхаясь, юноша то и дело закатывал глаза в неповторимой порции до жути неправильного блаженства. Нет! Это не норма. Хватит. Неправильно! Неестественно! Однако, все это, в ту же секунду отошло на второй план, заменяя ее непередаваемыми ощущениями, которых не хотелось прекращать. Щуп двигался под стать вздохам, ускоряясь с каждой секундой, вводя тело в новую, ещё большую порцию дикого опьянения. Руки мелко подрагивали от нарастающего возбуждения, что никак не хотело спадать. Ужасно. Ужасно неправильно, но и так прекрасно. Тихо застонав, задыхаясь проговорил он на одном дыхании: — Это… Это слишком… С-стой! Действия прекратились. Потерянный вздох засел глубоко, передавая весь спектр эмоций на лицо. Непонимание отразилось моментально и мучительно вздохнув, Брок потерянно замер, тихо спрашивая: — Почему ты… Почему ты остановился? Ответ последовал незамедлительно. — Эд-ди… Ты сам сказал остановится. Вздрогнул, мальчишка тихо застонал от утробного рыка, что разнёсся по сознанию молниеносно. По голосу можно легко понять, что симбиот крайне недоволен и растерян не меньше его. Неужели он чувствует тоже самое? — Нет, Эдди… Я ощущая куда больше и сильней. В разы. Он… И несмотря на это, он остановился? Украдкой усмехнувшись, Брок невольно улыбнулся, откидывая голову назад, начиная ощущать крайне сильное нетерпение и вожделение второго. — Ви, я сказал это не в прямом смысле. Я… Я не хочу чтобы ты останавливался. Касания вмиг возобновились. Прикрыв то и дело бегающие из стороны в сторону глаза, юноша уже через пару толчков, открыто застонал, изливаясь в замеревший щуп. Секунда. Две. Три. И он безмятежно проваливается в сон, напоследок замечая, как зубастая пасть возникает рядом вновь, осторожно наблюдая. Жалеть обо всем он будет завтра.