Зачем ты это сделала?

Всю следующую неделю Гермиона пыталась свыкнуться с мыслью, что ей нравится Драко Малфой. Если бы она хоть раз произнесла это вслух, то любой свидетель этого признания, не медля ни секунды, отправил бы её в больницу святого Мунго, прямиком в отделение для душевнобольных. Всё это время глаза девушки буквально сверлили Малфоя при любом удобном случае. Слава Мерлину, никто из друзей не замечал этого: все были слишком увлечены своими делами. Да и «задумалась об учёбе» было прекрасным прикрытием от лишних вопросов. Никто не мог усомниться, что мисс Грейнждер думает об учёбе 24 часа в сутки 7 дней в неделю, да ещё и наверняка пользуется маховиком времени, чтобы вернуться в прошлое и доучить то, что не успела. А вот Малфой заметил её взгляд. Дважды. Первый раз на общем занятии по зельеварению. Гермиона нагло разглядывала парня сквозь легкую завесу дыма, который поднимался из её котла. Вдруг где-то рядом раздался оглушительный хлопок. Невилл, который располагался через парту от Гермионы, снова перепутал последовательность ингредиентов зелья, и его котел изверг сноп искр и знатно громыхнул. Внимание обоих факультетов устремилось на опешившего Невилла. А через пару секунд, когда Гермиона снова повернулась в сторону слизеринца, их взгляды встретились. Он смотрел на неё три долгих удара сердца, которое сейчас, кажется, стучало так же громко, как взрыв котла Лонгботтома. Гермиона успела заметить напряженное, но совершенно не злобное выражение лица Малфоя, а его глаза показались девушке невероятно глубокими. Ровно на третьем ударе сердца Гермионы они с парнем одновременно отвели глаза. Больше в этот день Грейнджер не позволяла себе смотреть на блондина даже мельком. Второй раз случился вчера в Большом зале за ужином. Гермиона разрешила себе лишь на мгновение задержать взгляд на идеально ровной спине молодого аристократа, но именно в это мгновение он обернулся. Словно почувствовал её взгляд на себе. Они вновь встретились глазами. Гермионе достаточно было пары секунд, чтобы покраснеть и смутиться, будто её застали на месте преступления. Она тут же потупила взор, делая вид, что старательно изучает содержимое тарелки. -Гермиона, ты же сдашь себя с потрохами, — прошептала она сама себе. -Полностью согласен, на вкус это точно как потроха, — сказал Рон. -Сегодня эльфы Хорвартса не очень-то искусничали с ужином, — подхватил Гарри. Гермиона снова мысленно поблагодарила Мерлина, что разговор направился в безопасное русло, и друзья ничего не заметили. Но, если так пойдет и дальше, она точно не сможет сохранить свою тайну, а значит, ей не избежать кучи глупых вопросов мальчиков, на которые так не хотелось отвечать. Да если они только узнают, о ком она мечтает… страшно даже представить их реакцию. Надо завязывать с этим и держать себя в руках. *** Ничто так не помогало Гермионе Грейнджер занять мозг, как учёба. Она решила полностью погрузиться в процесс получения знаний, чтобы остановить безумные желания в своей голове. Поэтому сегодня на занятиях она была максимально сосредоточена, а после урока Трансфигураци сама подошла к Макгонагалл и попросила дополнительное задание. -Но, почему ты не хочешь идти с нами на тренировку? — по средам Гермиона всегда сопровождала мальчиков на поле для квиддича и покорно следила за их тренировкой с трибун. А сегодня как раз была среда. -Вы же сами слышали, что мне нужно делать доклад по Трансфигурации. У меня такая интересная, но очень сложная тема! Мне нужно начать уже сегодня. -Гермиона, у тебя всё в порядке? В прошлый раз ты тоже не пошла с нами, — Гарри немного нахмурился, — мы точно ничем тебя не обидели? -Что вы, мальчики! — Гермиона взяла обоих друзей под руки, встав между ними, — вы самые лучшие друзья на свете! Со мной всё в порядке. Вы же знаете, как для меня важна учёба. Поэтому не дуйтесь, не надумывайте себе проблем там, где их нет, хватайте свои метлы и бегите тренироваться. Встретимся за ужином! Не дожидаясь ответа, она одновременно двумя руками растрепала и без того лохматые головы своих друзей и зашагала прочь. Жизнь Гермионы в школе всегда шла по строгому распорядку, который девушка установила себе сама. Дисциплина и график позволяли ей быть максимально продуктивной, успевать куда больше, чем остальные ученики. Не только учеба, но и время с друзьями, время отдыха — всё это было прописано в её расписании. Изменения допускались лишь иногда. Например, когда Рон дольше обычного не мог понять новую тему, которую проспал на уроке, а теперь пытался наверстать под чутким руководством подруги. Или сейчас, когда уже две среды подряд вместо времени с друзьями Гермиона решала провести время с собой. Сегодня она не хотела просто оставаться одна. Боялась, что мозг снова даст волю образам из её фантазий и мыслям, от которых ей так хотелось избавиться. Поэтому она пошла в библиотеку. Библиотека Хогвартса была огромной. Здесь можно было не только найти практически любую книгу, которая только существовала в магическом мире (и даже некоторые маггловские издания в секции «Маггловедения»). Здесь можно было провести время в тишине, никем не потревоженным, сидеть за читальным столиком среди бесконечных стеллажей. В библиотеке Гермиона могла побыть одна, но при этом загрузить мозг информацией из книги, чтобы не дать мыслям утечь «не туда». Девушка неспешно шла вдоль книжных полок. Она не столько выбирала среди старинных фолиантов и современных переплётов что-то подходящее для этого вечера, сколько наслаждалась тишиной библиотеки, которая прерывалась только успокаивающим шелестом страниц, доносившимся откуда-то справа. Гермиона даже не задумывалась, в какую секцию она забрела, не вглядывалась в названия книг. Она просто легко дотрагивалась до корешков пальчиком, не останавливая шаг. Вдруг впереди она увидела нечто, что заставило её нервно сглотнуть и, не глядя, вытащить первую попавшуюся книгу с полки. Точнее, это был некто. Точнее, она точно знала, кто он. Драко Малфой. Собственной персоной. Он сидел за читальным столом в зеленом бархатном стуле с высокими подлокотниками. Одной рукой он поддерживал книгу, а пальцы другой меланхолично теребили слизеринский галстук. Поза парня была расслабленной, но всё лицо выражало крайнюю сосредоточенность. Между ним и Гермионой было несколько метров, но она хорошо разглядела, что брови Малфоя были слегка сведены к переносице, губы плотно сомкнуты, а глаза быстро бегают по строкам. Он был полностью поглощен чтением. Гермиона замерла, не в силах отвести взгляд. Впервые она может разглядеть его вот так: без его вечной шумной свиты, без его стандартных масок надменности и высокомерия, без колких шуточек. А главное, без страха быть замеченным кем-то. Кем-то, кроме самого Малфоя. Но ему точно было не до неё. Он был настолько увлечен чтением, что, кажется, даже ни разу не моргнул. Даже перелистывая страницы невербальным заклинанием, он не отрывал глаз от книги. В этой атмосфере Малфой был ещё более притягательным и одновременно более досягаемым, чем обычно. Они вдвоём в тишине библиотеки среди нескончаемых стеллажей, скрытые бесчисленными полками от посторонних глаз. Мерлин! Гермиона пришла сюда, чтобы сбежать от мыслей о нём, а всё получалось в точности до наоборот. В голове девушки мелькнула дикая мысль: а что, если подойти и поцеловать его. Вот так, нагло и бесцеремонно. Ну и что, что он может после этого снова называть её самыми ужасными словами, пусть даже аваду запустит. Лучше умереть, познав, какие на вкус его губы, чем жить и мучительно пожирать саму себя от желания. Про эти губы ходит столько слухов по школе, столько девушек мечтают почувствовать их прикосновение, они абсолютно точно должны того стоить. Как говорила Луна, не попробуешь- не узнаешь. А ещё она говорила что-то про то, что мы сами определяем, когда наступит то самое подходящее время. Кажется, оно наступило сейчас. Время, чтобы попробовать. Гермиона мешкалась. Этот поцелуй мог стоить ей, как минимум репутации. Но в этот момент она заметила, как Малфой легко и неспешно облизал верхнюю губу… Кто-то нажал спусковой крючок. Гермиона буквально подлетела к столу Малфоя. Не дав ему даже мгновения на то, чтобы осознать ситуацию, она в долю секунды склонилась над ним, положила ладонь на его щеку, слегка повернула его лицо в свою сторону и поцеловала. Когда их губы соприкоснулись, Гермионе показалось, что потолок библиотеки стремительно падает на них, а звук её сердцебиения был, кажется, настолько громким, что вот-вот из-за угла покажется мадам Пинс, недовольная нарушением тишины в зале. Три секунды их контакта длились вечность. Мягкие губы Малфоя имели привкус мяты и вишни, а его терпкий мужской парфюм сводил с ума. Его кожа была прохладной, но очень нежной. Мерлин, как долго она мечтала прикоснуться к нему! Гермиона закрыла глаза и постаралась запомнить все ощущения. А их внутри было огромное множество: бешеный тремор сердца, взрыв удовольствия в груди, теплая вата, в которую превращались её ноги и тугой покалывающий узел где-то внизу живота. «Что ты творишь, Гермиона!» Голос разума прозвучал набатом. Гермиона резко открыла глаза и отпрянула назад. Малфой выглядел ошарашенным. Она ожидала, что он перевернет свой стол, набросится на неё и покалечит за такую наглость. Но он был настолько шокирован, что лишь смотрел на нее немигающим изумленным взглядом, широко распахнув свои серые глаза. -Грейнждер… что ты… сегодня же среда. -Я… Гермиона крепко прижала к груди книгу, которую схватила с полки ещё до момента своего безумства, резко развернулась и помчалась к выходу, оставив Малфоя, который так и не мог пошевелиться, в одиночестве. Она бежала по коридорам, не замечая никого на пути. Как только Гермиона закрыла за собой дверь спальни, она прижалась спиной к стене и медленно сползла по ней на пол. Её губы, которые ещё помнили вкус вишни и мяты беззвучно прошептали: «Зачем ты это сделала? Зачем?»