Тёмная сторона его золотой медали

Не верится, что в Готэме ночью может быть так тихо. Это всё заслуга Уэйна или просто отсутствие Джокера в данный момент? — Относительно спокойно, — озвучивает свои мысли в передатчик Бэтмен, словно оповещает себя, а не Альфреда. Сегодня Джокер и не должен был появиться, не в его состоянии точно, но почему-то смутные сомнения прокрадывались незаметно в голову. То был точно Артур Флек, никаких сомнений. Самый страшный криминальный авторитет и есть его давний незнакомый гость. Так странно. Тупо уставившись в одну точку чуть выше линии горизонта, Брюс продолжил размышлять, очевидно не понимая, что толку от него в таком состоянии будет маловато, да и защищать особо некого. Просто… пустынно. Хотелось сесть, взять в руки чашку горячего чая… нет, лучше просто воды с газом, встряхнуть себе мозги и за секунду понять, как тебе относиться к той или иной ситуации. Чтобы сразу, без лишней волокиты в виду ненужных отвлекающих мыслей и потерянного времени. Но порой Тёмный Рыцарь забывал, что он, всё-таки, хоть и со стальными нервами, но в первую очередь человек, не машина. И сейчас ему нужен был отдых, банальный комфорт и уют. Однако вместо того, чтобы денёк отоспаться и прийти, наконец, в себя, не накручивая, Брюс тратит время тут, пялясь на звёздочки. Превосходное занятие, правда, совсем неподходящее! Временами где-то глубоко внутри Уэйн чувствовал, что запутывается и ему нужна поддержка, нехилая такая. С психологом. С целым докторским составом, чтоб всю его дребедень в голове разбирали, ибо одному он рисковал в своих раздумьях просто потонуть. Альфред, как мог, помогал, но и у его возможностей был предел. Девушки у Брюса отродясь не было, лишь небольшие интрижки, которые ни к чему не приводили. Просто ему неинтересно пока что, бессмысленно, да и опасности подвергать никого не хочется. Если уж встречаться с кем-то — обязательно надо выдавать тайную личность, ведь ложь в отношениях ведёт только к одному пути — расставанию. Отношение к Джокеру не особо изменилось, на самом деле. Теперь он просто знал лицо без грима, и всё… да? — Чёрт побери! — Мастер Брюс? — Я так, извини. Что? Вот что изменилось? Ну знает Уэйн: шутник больной человек. Вот невероятно-то, открытие века! Он ещё раз прокрутил в памяти, словно на фотоплёнке, сегодняшнее воспоминание. И, наконец, осознал. Флек обычный, заурядный человек. Хоть с психическими расстройствами, но он не монстр какой-то, а просто житель Готэма, которому нужна помощь. Если раньше Джокер представал перед ним в образе маньяка, отбитого психа и ужасного преступника, которого совершенно не жалко, то сейчас он увидел ту сторону врага, о которой Брюс даже не задумывался. Артур запутался, вероятно, также, как сам Бэтмен, наверное, только немного сильнее, избрав путь наименьшего сопротивления. Клоун болен. Вероятно, уже давно. Его первое появление Брюс видел только по скрытой записи в даркнете, потому что с остальных платформ всё давным давно подчистили. Так какого хрена ему не выдали лечение раньше? Почему тянули? Как позволили развиться в среднестатистическом горожанине… с натяжкой, конечно, среднестатистическом, но всё-таки вполне вменяемом, вот этой гнилой опухоли? Не хватало таблеток, лекарств? Или компетентности? Вот он из раза в раз привозит клоуна в Аркхэм. Снова и снова его там запирают, пичкают неработающими таблетками, и он сбегает. Вспомнились слова Джокера в их недавнюю встречу: «ты так и будешь вечно бегать за мной, потому что такова суть вещей». Интересно, скольких ещё людей Артур вырежет, прежде чем успокоится? Это число вообще можно подсчитать существующими цифрами? Закон нерушим для Бэтмена. Закон — упорядоченный механизм, позволяющий каждой шестерёнке работать беспрепятственно и удобно. Но порой и он подводит, Брюсу об этом известно не понаслышке, потому что бывают элементы, которые в этот механизм не вписываются, как, например, лишние детальки лего. Для таких случаев и существует его альтер эго, и, если так хорошенько поразмышлять, то Джокер действительно напоминает ту самую детальку. А… сам Бэтмен? Что он значит для города? — Так. — Да, сэр? — Мне надо поговорить. — Я весь во внимании, — участливо отозвался дворецкий. — С Джокером, Альфред. Было слышно, как на другом конце провода кто-то подавился чаем и активно пытался откашляться. — Я не ослышался, сэр? — седой мужчина взволнованно постукивал пальцами по столу в Бэт пещере. — Нет. Я выключу наушник. — Что-то случилось утром?.. Но голос слуги уже потонул в вихре начинающего дождя. Весь день был пасмурным, так теперь ещё и ливень в придачу. Но ничего, это меньшая из возможных бед, пусть даже и передвигаться будет неудобней обычного: крыши слишком скользкие, а по улицам шастать в своём чёрном костюме и пугать простой народ Бэтс явно не намерен. Раньше не появлялось необходимости искать логово Джокера — он сам появлялся в центре событий, вызывая бурю эмоций у зевак и море ругательств у копов. А теперь что-то новенькое — выпытывать информацию в тёмных переулках кулаками и страхом оказалось довольно эффективным методом. Никто, собственно, и не скрывал информацию о местонахождении главаря. Один человек в потрёпанной клоунской маске даже как-то странно ненароком обмолвился: — Босс сказал, что летучую мышь он всегда приветствует. Брюс лишь заскрипел зубами и отбросил негодяя к кирпичной стене обшарпанной четырёхэтажки. Послышался глухой стук и тихое поскуливание, похожее на звуки, издаваемые побитой собакой. Почему-то стало мерзко. — Адрес. — Д-да… тут недалеко отсюда, тот пацан проводит, улицы в этой части города запутанные, мы ничего дурного не замышляем, — начал оправдываться упавший, — я б и сам пошёл, да ты мне, кажись, несколько рёбер сломал. Удивившись такому преувеличению, Бэтс согласился. Он был спокоен, абсолютно в своём уме и адекватен, как никогда. Молча он проследовал за хиленьким мальчуганом, по всей видимости, мелким воришкой, который без устали тараторил про то, насколько же Бэтмен крут, но его Босс круче, и вообще не тягаться Мыши с Джокером, тут уж песенка спета… а Уэйн тем временем думал, что пока не может помочь этому ребёнку. Жизненно необходимо организовать детский дом, приют, обязательно. Он хочет смотреть, как дети живут, а не выживают… вот завтра Уэйн этим и займется. Удивительно, много же деталей он пропустил в погоне за повседневной суетой. Как Брюс мог забыть сделать нечто столь важное и значимое? Он ведь и сам сирота, а тут… забегался? Устал? Забыл?.. полтора года прошло, что, руки не дотянулись? Нет, никаких оправданий. Перед очередным поворотом Бэтмен остановился, и его гигантская тень из-за отсвета бледного жёлтого фонаря стала ещё больше. Крыши, всё же, намного удобней для передвижений, пусть даже и скользкие. Мальчишка рефлекторно обернулся, обескураженно замерев с согнутой спиной и на всякий случай прикрыв руками голову. — Как тебя зовут? — фальшивые обертоны прозвучали глухо и пугающе, но ребёнок, казалось, обомлел от счастья, сразу выйдя из закрытой позы. — Ух… не ожидал от тебя хоть слова услышать, — радостно откликнулся он, переминаясь с ноги на ногу, — я Джон. Джон Блэйк! Мне десять, кстати! — Ясно. — коротко ответил тот, — Ты хочешь уйти отсюда, Джон? — Конечно, мистер… сэр… я бы убежал, но мне больше негде прокормиться. А что, под крыло возьмёте, дядь? — насмешливо заметил мальчуган. — Скоро, очень скоро откроется новый центр помощи сиротам. Там всё будет в порядке с едой и жильём. Расскажи своим друзьям, пусть приходят, не стесняясь, даже если нет документов и страшно. Глаза маленького Блэйка начали стремительно наполнятся слезами. Он и сам не знал, почему ревёт, но ему вдруг показалось, что есть надежда и Джон сможет выбраться из того непроходимого ада, в котором оказался… — Я запомню, Бэтмен. Только попробуй соврать! — пригрозил он костлявым кулаком и засеменил дальше, изредка подрагивая плечами. Брюс почувствовал, что стало немного легче дышать.

***

— Срочные новости, Босс! Грузного вида мужчина отворил дверь и сразу чуть не получил пулю в висок, благо, она прошла в опасной близости от его головы. — Стучать, Джордж! Стучать! Так сложно запомнить? — с расстановкой процедил Артур. Хоть сейчас настроение, в общем и целом, было положительным после разговора с Харли, он хотел полностью заживить раны, прежде чем приступать к делам. Визит его парней означал только одно — что-то пошло не так. — П-простите… — туповатый Джордж, казалось, даже не понял, что произошло, — тут к Вам идёт… ну. Он. Ожидая продолжения, которого, собственно, не последовало, Джокер начал заряжать пистолет по новой. — Ну-с, кто бы это мог быть? Новый заказчик? Опять мафия? — Прицелившись и выстрелив в картинку радостного смайлика на стене, Флек саркастично улыбнулся. — Бэтмен. Рука, плавно опускавшаяся на колено, застыла в воздухе. Находящиеся в комнате могли явственно ощутить, как холодок прошёлся по спинам всех присутствующих. Джокер несколько раз моргнул и попросил повторить, а потом начал дико, безумно хохотать. Прошло минуты три, прежде чем он успокоился и выпил ром, стоящий рядом с диваном. — Чёрт, славная ночь. А теперь все вон. Мгновенно изменившийся тон ни секунды сомнения не оставил. Дом опустел полностью, только створки окон покачивались из стороны в сторону. Артур аккуратно подошёл к стеклу, в энный раз осматривая улицу. Фонари всё так же горели, ветра не было. Повертев на пальце оружие, Флек пальнул по выключателю два раза. Свет в комнате погас. Тишина. Прерванная скрипом старой двери. — Поверь мне, люди не поймут твоей души до дна… как полон влагою сосуд, — она тоской полна.* Артур отнюдь не являлся поэтом. Его сущность состояла из щепотки социопатии, капли диссоциативного расстройства личности, нескольких граммов маниакальной депрессии и чего-то ещё, не менее увлекательно звучащего на страницах книг и полностью ужасного при встрече в реальной жизни. Но здесь и сейчас он готов был предстать для Бэтса философом, мыслителем, кем угодно, хоть президентом Америки, но не выдавать своих истинных, скрытых мотивов, которые, на самом деле, были заметны невооружённым взглядом. Им обоим. А Бэтмен, по дороге обдумывающий, что следует сказать такого правильного и жёсткого, дабы убедить в своих идеалах прежде всего не Джокера, а самого себя, продолжал молча смотреть на такой же чёрный силуэт, как и у него самого. Определённо, кто-то из них сошёл с ума. Артур — понятное дело. А вот Брюс… — Я верил, что ты придёшь, — заметно приободрился клоун, поворачиваясь к Стражу Готэма лицом, которого нельзя было разглядеть из-за мрака. — соскучился по ежедневно получаемому адреналину? Он захихикал над собственной шуткой, но Уэйн даже бровью не повёл. — Ты считаешь, что всё это игры? Человеческие жизни, которые ты вплетаешь в сеть своих грязных интриг, — низкий, приятный уху баритон. Да, Артур так долго ждал, и вот он — здесь! Перед ним! — О-хо-хо… задавишь меня своим авторитетом хорошего парня, Бэтбой? Серьёзно, моралфажничать собрался? — Я пытаюсь решить проблему. — Вот как это теперь называется. Твой новый слоган? Бэтмен сжал кулак, пытаясь всеми силами не вестись на поводу у эмоций. — Ты же знаешь, что нам ни за что не быть по одну сторону баррикад, если ты сейчас не примешь лечение должным образом. Повисла пауза, прерываемая судорожным дыханием Артура. — Лечение? Мышонок, ты хоть раз заходил в Аркхэм? Хотя… ладно, давай не будем о грустном. Давай, просвети меня, чем обязан столь неожиданным визитом, — он вальяжно раскинулся на диване, положив ногу на ногу, — что-то ведь понадобилось. Информация? Деньги? — лукаво бросил взгляд на одинокий стеллаж с оружием, — Игрушки? Я весь твой. — Тебе пора в лечебницу, — холодно ответил Бэтмен. Артур улыбнулся одним уголком губ, неверяще уставившись на Героя. Ему захотелось смеяться так долго, насколько это возможно, но клоун подавил желание, сдавливая себе нос, чтобы лишний воздух не выходил, а затем и вовсе сотрясся в беззвучном приступе. Брюс ждал. — Знаешь, ты такой интересный, ах-ха… Наивный донельзя, но внушаешь ужас, умный, но тупишь довольно часто, ах-ха-ха-АХ-ХА-АХ… имеешь невероятную силу и не используешь её по назначению. Весь сотканный из противоречий человек в других мечтает видеть постоянство… — Как будто ты не стремишься к постоянству, Джокер. Уэйн сказал это на эмоциях и сразу же пожалел, шумно выдохнув. Флек же, наоборот, одобрительно кивнул, достал сигарету. Руки не дрожали и довольно скоро по комнате разнёсся аромат сладкого дыма. — Стремлюсь. Я постоянно хочу видеть вокруг хаос. Мне это приятно. Бэтмен хмыкнул, что не укрылось от чуткого слуха клоуна.** — А теперь скажи пожалуйста, — аккуратно подбирая слова так, чтобы не дай бог не вспугнуть или как-то исковеркать значение его реплики, Уэйн ответил, — ты сейчас с собой честен? — Ты что, старуха Мэй из третьего подъезда? Тоже хочешь стать доктором психологических наук? — Мне в последнее время кажется, что ты больше хочешь видеть меня. Именно меня, а не драгоценности или деньги, — видя напускное нарастающее недовольство, но при этом слегка удивлённое и оживлённое выражение лица Артура, Брюс успел забыть, что разговаривает сейчас не просто с принцем преступного мира, но и с Флеком, — все твои преступления, нападения, разбой и грабежи приобрели постоянный характер только с моим появлением. Ты мародёрствовал раньше лишь при необходимости, но сейчас делаешь это постоянно. К тому же, целей у тебя нет, просто случайно выбранное место. Дождь потихоньку прекращался. Рассвет уже был не за горами, пора заканчивать. — Во-первых, я не ожидал, что ты способен выдать столько слов в минуту, Бэтс, приятно удивлён, — он встал, поправляя рукава серой блузки, когда-то, наверное, белоснежной, — а во-вторых… ты прав. Эти два слова настолько шокировали их обоих в равной степени, что Уэйн нахмурился, приоткрыв рот, а Флек наоборот медленно закрыл его рукой. — Забудь, что я сказал, ладно? Просто выкинь из головы! Ох, чёрт! — с силой, несвойственной такому измождённому телу, как у Артура, он ударил по стене кулаком, — нет, не так, не так! — Остановись, давай обсудим… — Да захлопнись, господи! — громко перебил его Джокер, — То из тебя слова не вытянешь, то словно пожарный гидрант тирады выкатываешь!!! — Пожарные гидранты так делают? Брюс просто захотел разрядить атмосферу. У него, конечно, не суперское чувство юмора, но порой проскакивает. — Теперь забудь эту мою неудачную шутку, а я забуду всё, что было ранее. — Невозможно. — Абсолютно. Солнышко уже показалось. Фонари выключили. — Что теперь прикажешь делать, м? — с любопытством опёрся о подоконник Артур. Грим на нем был в превосходном состоянии, но прослеживались те самые, знакомые черты. — Давай тогда до конца всё выясним сегодня, — Брюс не верил, что он может вот так, спокойно общаться с… с Джокером? Убийцей невинных? Нет. Просто сломанным человеком. — Конечно, смысл тянуть. Лицо Артура не выражало абсолютно никаких эмоций, теперь оно стало нечитаемым, а Уэйн еле слышно спросил: — Ты… любишь Бэтмена?