Система ДНК

      Алина и Константин приехали к зданию РНИМУ имени Пирогова. Там их уже встретили и провели в кабинет, где началось собрание.       — Константин Владимирович, — около стола стоял главврач городской больницы, где обследовался Князев. — Спасибо, что пришли.       — Да у нас не то, чтобы был выбор, — улыбнулся мужчина, пожав руку Роману Стрижову. Супруги сели за стол, готовясь слушать главврача.       — Мы пригласили вас, чтобы обсудить необычное явление вашего сына, Егора, — объяснил мужчина. Князевы молча слушали Стрижова, прекрасно зная, что услышат потом.       — Вы посчитали нужным скрыть дефект парня от врачей. Мы же решили, раз вы не идёте навстречу науке, мы сами проведём наблюдение.       — Неудивительно, — пожал плечами Константин. — Учёные всегда славились своей бесстактностью и хамством.       — Напрасно Вы упрекаете нас, Константин Владимирович, — Роман покачал головой. — Мы всего лишь занимаемся тем, чем должны заниматься. Вы же, Константин, в силу своих возможностей, не смогли или не захотели продолжить работу инженера.       — Мой муж пережил тяжёлую болезнь, — напомнила Алина. — Он чудом выжил, у него осложнения, а Вы смеете упрекать его в том, что он не продолжил гробить своё и без того расшатанное здоровье?!       — Я ни в коем случае не хотел оскорбить вас, — ответил врач. — Но мы отошли от темы.       — Давайте, Вы не будете тянуть время и сразу скажете, чего вы хотите, — фыркнул Константин, сложив руки на груди. — Это хождение вокруг да около кажется мне подозрительным.       — Мы приглашали месье Гобера, но он отказался от сотрудничества и уехал к себе на родину.       — Логично. Он не имеет права сотрудничать с вами, так как мы подписали договор.       — Это только укрепило наши подозрения, что вы тщательно скрываете состояние вашего сына. Вам же прекрасно известно, чем это чревато…       — Заведёте шарманку об опеке и я обращусь в полицию! Нам не составит труда обвинить вас в слежке и откровенной угрозе жизни Егора, а вот что вы собираетесь предъявлять опеке, интересно?       — Ну ладно, — отступил Стрижов. — Мы не с того начали. Возможно, вы не до конца понимаете, но то, что мы вам хотим предложить, может очень сильно повлиять на развитие науки.       — Спасибо, что не стали вуалировать, — ответил Князев.       — Не только на науку, но и на ситуацию в Чернобыле, — добавил врач.       — Что?       — Мы предлагаем вам подписать соглашение на эксперимент, дабы проверить наши предположения, — объяснил Роман. — Естественно, за большую сумму, как компенсацию в случае, если с вашим сыном что-то случится.       Всего за несколько секунд на лицах Князевых отразилась одинаковая гамма эмоций. Супруги яростно посмотрели на главврача и встали из-за стола.       — Это откровенное издевательство! — воскликнула Алина. — Вы хотите, чтобы мы отдали нашего сына на эксперименты, как какого-то кролика или крысу? Да вы… вы просто рехнулись, если надеялись, что мы согласимся на это!       — Больше не связывайтесь с нами, — прорычал Константин. — Я не отдам своего сына вам на растерзание. Вы не понимаете, чего нам стоило пойти на этот рискованный шаг и завести ребёнка! Мы были готовы к большой ответственности, бесконечным больницам, тому, что у него будет неизлечимая болезнь, и мы его потеряем. Но он родился абсолютно здоровым! Это большое счастье для нас и мы не станем рисковать и провоцировать судьбу, отдавая Егора вам! Всего хорошего.

***

      — «Родители в ярости», — высплыло в голове Егора, а через несколько секунд послышался щелчок замка.       — Егор, ты дома? — раздался из прихожей голос отца.       — Ага.       — Пройди, пожалуйста, в гостиную. Нам поговорить надо.       — Чёрт, — ругнулся парень. — Неужели звонили в школу?       Сын прошёл в комнату, где родители сидели на диване. У обоих был задумчивый и хмурый вид.       — Что-то случилось? — осторожно спросил Егор.       — Да, — кивнул отец, а после объявил: — Мы переезжаем.