Плохие сны

      — Казуха! Казуха, проснись, — прорвался сквозь пелену сна далёкий голос.       Казуха проснулся. Резко открыв глаза, уставился на лицо напротив себя.       — Казуха? Казуха, ты в порядке? — обеспокоенно спросил юноша с тёмными волосами, держа напарника за плечо. Должно быть, в попытках разбудить его до этого. Серые глаза Скарамуччи часто моргали, что выдавало его волнение.       Каэдэхара не ответил, но слов и не надо было, чтобы всё понять.       — Казу, хэй, Казу, всё хорошо, ты меня слышишь? Тебе приснился плохой сон? — спросил Предвестник, мягко проводя ладонью по щеке Казухи. Ресницы того вздрогнули и он произнёс:       — Дзуши... — ронин открыл было рот, чтобы ещё что-то добавить, но тут же и закрыл, промолчав и опустив глаза.       — Казу, Казу, — Скарамучча мгновенно притянул Каэдэхару к себе, прижимая к груди и начиная поглаживать его волосы.       Чужое сердце билось слишком ощутимо — Предвестник мог почувствовать, как быстро звучат удары, как прерывисто дыхание Казухи.       Через пару минут Скарамучче показалось, что напарник успокоился. Но Казуху вдруг пробило мелкой дрожью, будто ему стало холодно — Сказитель сразу же слегка отстранился, чтобы посмотреть на лицо друга.       — Казу, я рядом, ты меня слышишь? Казу, я никуда не уйду, — тот заботливо накрыл чужую руку своей, перебирая пальцы, поглаживая ладонь. Казуха притиснулся обратно к Дзуши и крепко обнял его, пряча лицо в чужом плече.       Скарамучча проводил второй рукой по белоснежным прядям волос, не прекращая говорить:       — Мы здесь только одни, правда же? Я тут. Возле тебя. Никто к тебе не притронется. Я не позволю.       Его слова продолжили течь из уст, благодаря чему тревога чужого сердца поутихла. Дрожь пропала, но Казуха всё равно продолжал тесно обнимать чужое тело.       — Дзуши... извини меня. Я веду себя неподобающе.       — Не говори ерунды. Я накажу тебя за это, — деланно пригрозил Предвестник, заставив Каэдэхару слегка улыбнуться.       — Ха-ха-ха. Не позволишь мне спать с тобой одну ночь?       — Нет. Не позволю тебе говорить что-то подобное. Даже думать о том, чтобы просить прощения за подобное.       Скарамучча отпрянул и взглянул на чужое лицо. Вытер слёзы на щеках друга и, быстро поцеловав в лоб, вновь посмотрел в алые глаза.       — Казу, никогда не извиняйся за такое.       Ронин намеревался что-то ответить, но решил просто спрятать улыбку в плече Предвестника. Тот же продолжил:       — Я серьёзно, — он стал перебирать чужие волосы пальцами и шёпотом добавил: — Ты же знаешь, что я просто искренне волнуюсь. И буду волноваться. И в твоих извинениях нет никакого толку, Казу! Ты же не виноват!       Не услышав ответа, он опустил голову и тут же почувствовал грудью тихое сопение. Мягко улыбнувшись, Предвестник оставил поцелуй на пряди волос Казухи и тоже закрыл глаза.       — Прошу, пусть тебе будут сниться хорошие сны. Доброй ночи, Казу.