Мы тебя тоже любим, Северус

       Северус сидел за преподавательским обеденным столом в Большом зале и мысленно проклинал Альбуса. Тот сидел недалеко от него и размешивал золотой чайной ложечкой сахар в красивой чашке с чаем, чуть улыбаясь. Старый мерзавец. Манипулятор. Подлец! Снейп вцепился бледными пальцами в свои локти, но на лице не мелькнуло ни капли других эмоций, кроме отчуждения и некоего презрения. Но внутри мага все бушевало, он дрожал.        Буквально несколько минут назад Дамблдор без утайки влил в его кубок с соком какое-то зелье и сказал его выпить. Сказал, что оно не опасное и вреда не причинит, а только поможет самому Северусу. Как — не сказал. И кто такой Северус, чтобы перечить Альбусу? Выпил. Сейчас жалеет.        Взглянув на Гарри и Гермиону за гриффиндорским столом, мужчина сжал зубы и сглотнул, впиваясь короткими ногтями в ткань на локтях. Его сейчас разрывало. Хотелось многого: подойти к ним, обнять, поцеловать. Но это только цветочки! Хотелось раскинуться на полу под их ногами, одновременно восседая в кресле с плетью в руках. Садистом в плане секса Северус никогда не был и начинать им быть не хотел. Для него секс — не игра, а проявление чувств и ласки. Без боли, желательно. Но из-за этого чертова зелья хотелось сесть к двум известным львятам в ноги, можно выше…на бедра, на живот, на грудь…на лицо. Мама родная, на лицо! Щеки мужчины слегка покраснели, и он плотнее прижал ноги друг к другу. Хорошо, что мантия скрывает конкретный бугор в штанах.        Отмахнувшись от коллег с их различными вопросами, Снейп стремительно покинул зал, направляясь в подземелье. Благо, ученики все были на ужине, поэтому никто на пути не встречался. Но добежать до своих комнат Северусу так и не дали: чьи-то руки схватили его за предплечье и прижали к стене, рядом оказалось что-то очень горячее. Кто-то что-то говорил, дотрагивался до его щеки. «Либо Дамблдор с его заботой, либо Помфри с тем же, либо Гарри с Гермионой», — подумал Снейп, пытаясь всмотреться в чуть поплывшие лица. О, да, очки-велосипеды, бледный шрам за челкой, рядом чья-то светлая пышная грива. Да, это были его львята. — Северус, — позвал парень, а Грейнджер пощелкала пальцами перед его глазами и коснулась лба. — Температура есть небольшая, — сказала она. — Может, отведем в лазарет? — Нет, — стараясь говорить холодно и без дрожи, сказал зельевар. Он не смог отпрянуть от холодной стены, которая приятно остужала его тело даже сквозь одежду, — Это… Альбус, паразит… — Профессор Дамблдор? — нахмурилась Гермиона и посмотрела на Поттера, — Гарри, помоги дойти Северусу до комнаты, а я к директору. Скоро вернусь.        Парень только кивнул, прижал к себе тело Снейпа, перекинул его руку через свое плечо и поплелся к нужной двери. Уже в гостиной он опустил профессора на диван напротив незажженного камина и начал расстегивать мантию, чтобы избавить от тяжелой ткани и дать путь воздуху. Северус вцепился в руку Гарри слабой хваткой, пытаясь остановить. — Северус, что случилось? — спросил гриффиндорец, посмотрев в черные блестящие глаза. — Не надо, Гарри. Все нормально, это скоро пройдет, — пробормотал Снейп. Он понимал, что упертого гриффиндорца это не остановит, но он и сам был упрям.        Гарри нахмурился и все же снял с мужчины мантию, сразу замечая его возбуждение. Он надеялся, что Гермиона вернется и расскажет, что сделал такого Дамблдор. — Это Дамблдор сделал, да? Зачем? — спросил парень, но, не дождавшись ответа, он вздохнул и встал коленями на диван, нависнул над Северусом и мягко поцеловал его в губы.        Тот сопротивлялся едва ли, но, стоило Гарри еще чуть податься вперед, и мужчина сдался, приоткрывая рот и отвечая на поцелуй, вздрагивая всем телом. Парень углубил поцелуй и вплел одну руку в черные волосы, а другой сжал бок. Снейпу было горячо от чужих касаний и он извивался, то стараясь прижаться ближе, то пытаясь уйти от касаний.        Через несколько секунд зельевар все же отодвинул от себя Поттера и посмотрел в его глаза, облизав чуть припухшие губы. — Гарри, остановись, — это звучало как мольба, а не приказ, даже не просьба, — Не надо. — Что «не надо», Северус? — спросил тот, заправив его черную прядь за ухо. — Просто… Не надо… Уходи, — дрожащим голосом сказал Снейп, отдернув голову. — Северус? — изогнул удивленно брови Гарри, чувствуя каким-то шестым чувством, что сейчас что-то будет. Может, и хорошее, но явно после чего-то плохого. — Ты не можешь просто уйти и оставить меня? — воскликнул Северус, уперевшись руками в грудь парня.        В этот момент зашла слегка смущенная Гермиона и, увидев представшую перед ней картину, подошла ближе. — Вы уже разобрались? — спросила она, сжав пальцы рук впереди. — В чем? — ответил вопросом парень. — Дамблдор подлил Северусу слегка измененный афродизиак. Он также возбуждает человека, только делает это, если его половинка тоже хочет…соития. Конечно, этот эффект не навсегда, всего на час-полтора. — Всего лишь. Я с этим легко справлюсь. Уходите, — невесело усмехнулся Снейп.        Ученики переглянулись какими-то решительно-обреченными взглядами, поджали губы и вдвоем навалились на несчастного зельевара. Девушка обошла диван и обняла его за плечи, целуя уши, затылок и шею, пальцами расстегивая пуговицы сюртука. Гарри ей в этом помог. Они избавили Северуса от верхней одежды. Гермиона перешла на плечи, руками сжимая грудные мышцы, а Поттер опустился на колени между ног Снейпа и расстегнул молнию и пуговицу на его брюках, приспустил нижнее белье, высвобождая колом стоящий чуть длинноватый член, произнес невербальное очищающее и коснулся губами красной горячей головки, прикрыв глаза. Бедра Северуса сильнее задрожали, он заскулил и чуть раздвинул ноги, вцепившись ногтями в обивку дивана. Кожа была безумно чувствительной, и Снейп уже вскоре готов был кончить. Он хотел отстранить Поттера от своего члена, но Гермиона вцепилась в него и не отпускала. — Нет, пусти, — прохрипел Северус и заерзал, бурно кончая в горячий неумелый рот.        Стало легче. Гарри отстранился и опять использовал невербальное очищающее, не проглотив ни капли. Он не такой извращенец, чтобы пить все подряд. Парень поднялся, переглянулся с Гермионой и сел рядом с поплывшим Снейпом, облокачивая его на себя. Девушка обошла диван, сглотнула и, превозмогая дикое смущение и понимая, что все бывает в первый раз, начала чуть дрожащими пальцами снимать мантию, а потом галстук, а потом начала растегивать пуговицы белой блузки. Оставшись только в нижнем белье и юбке, Гермиона перекинула ногу через бедро Снейпа и села на него, чуть поерзав.        Мужчина тихо застонал и положил руки на ее бедра, чувствуя приятную мягкую кожу под пальцами. Член уперся в трусики девушки, но оба от этого возбуждались. — Слезь, Гермиона, — прошипел Северус, но, вопреки своим словам, его пальцы сильнее сжали ее ноги. — Спокойно, — прошептал на его ухо Гарри, сжимая горячее тело в руках и уткнувшись носом в волосы, — Гермионе сейчас сложнее, чем тебе, — а потом он посмотрел на гриффиндорку и улыбнулся, — Все хорошо, Мио, продолжай.        Гермиона, чтобы отвлечься самой и отвлечь почему-то сопротивляющегося Северуса, легла на него и взяла в рот розовый сосок, поражаясь его нежности. Она будто заигралась, пытаясь распробовать вкус кожи и пытаясь языком почувствовать мелкие пупырышки вокруг. Она отстранилась, только когда услышала тихий смех Гарри и стоны Снейпа сквозь губы.        Грейнджер виновато улыбнулась и оставила поцелуй на шее Северуса, после чего избавилась от лифчика, сместила ткань трусиков и медленно опустилась на каменный член мужчины, замерев и привыкая. Тот вздрогнул и выгнулся, открывая рот в немом стоне. Мерлин великий, как же хорошо! Так тесно, влажно, горячо. Восхитительно!        Гермиона начала двигаться, постепенно ускоряясь. Ей слегка мешала юбка, но избавиться от нее она просто не могла. Слишком сильно стеснялась. Может, позже.        Гарри тоже помогал в получении удовольствия: он ласкал чувствительную шею, шептал разные развратно-милые глупости на ухо и гладил медленно пальцами соски. Северус внутренне разрывался от всего вместе взятого и чувствовал себя даже не на седьмом, а на десятом небе от счастья. Накрученные опять плохие мысли забылись, и он отпустил себя, не сдерживаясь.        Гарри заметил, что Гермиона постепенно утеряла пыл. Возможно, быть наездницей ей не очень понравилось, но изменить позу не получится, поэтому парень подложил под голову зельевара диванную подушку и встал, сел сзади гриффиндорки, заключил ее в свои объятия, рукой лаская чуть торчащий бугорок промежности, а губами целуя ее шею. Девушка моментально снова возбудилась и задрожала, выгибаясь и начиная сжиматься вокруг члена. Северус зашипел и сжал бедра Гермионы, снимая ее со своего члена и кончая на ее ноги.        Девушка обессиленно пересела на диван и облизала губы. — Все довольны? — спросил Гарри, опять применив очищающее. — А ты? — пробормотала Гермиона.        Поттер только усмехнулся, чмокнул ее в нос и посмотрел на Снейпа: тот обмякший лежал на диване, тяжело дыша и прикрывая глаза рукой, а его недавно опавший член снова проявил заинтересованность. Гарри встал на колени на диване, навис над Северусом и поцеловал его в губы. Тот лениво ответил, убрал руку с глаз и обнял гриффиндорца, послушно раздвигая ноги, когда тот надавил на пах.        Гарри потянул на себя мужчину, заставляя его встать в коленно-локтевой позе лицом к Гермионе. Северус сразу все понял, но противиться не стал. Только расслабился и шире расставил ноги, прогнувшись в пояснице. Поттер развел ягодицы и с удивлением уставился на мягкую кожу и чуть блестящий розоватый вход. Дотронувшись до влаги пальцем, он признал в ней что-то скользкое, похожее на смазку. — Этот афродизиак вырабатывает смазку на всех интимных местах. Выделяется, как пот. Для мягкого проникновения, — пробормотала Гермиона, не отстраняя от себя Северуса, который уткнулся носом в ее живот и щекотал кожу дыханием и волосами.        Гарри только кивнул и ввел один палец, аккуратно отодвигая бархатные горячие стеночки. Зельевар гортанно застонал и вильнул бедрами, стараясь получить больше. Парень намек понял и ввел еще один палец, а потом и еще один, растягивая.        Через пару минут, когда Северус громко застонал и начал активно насаживаться на пальцы, Гарри их вытащил и заменил своим членом, плавно входя одним толчком полностью. Они ненадолго замерли, а затем гриффиндорец медленно начал толкаться, прикрыв глаза.        Снейп, видя явное возбуждение Гермионы, непослушными руками приподнял ее юбку и начал ублажать языком, одновременно активно подставляясь под толчки. К третьему оргазму он подошел чуть позже, но он был не менее грандиозным.        Гарри отстранился, утер рукой пот со лба и удовлетворенно уставился на заснувшего Северуса и на довольную Гермиону. — Иди в душ, а потом я, — сказал он, поцеловав ее в губы.

***

       Северус просыпался медленно, чувствуя себя невероятно легко и хорошо. Все тело было в приятной неге, шевелиться не хотелось вообще. Три оргазма за один вечер для него было слишком много. Все дело в афродизиаке.        В районе груди что-то завозилось. Открыв сонные глаза, Северус увидел Гермиону в школьной рубашке, которая перекинула через него свою руку и уткнулась носом в шею, снова засопев. Мужчина только нежно улыбнулся и обнял девушку в ответ, спиной и затылком чувствуя другое тело. Гарри прижался к нему со спины, щекоча дыханием затылок. На нем были только боксеры. Зельевар сильно зарделся, вспомнив, чем они занимались прошлым вечером.        И опять чертово беспокойство. Они переспали. По любви или из жалости? А что, если после этого они уйдут? Что, если Северус теперь неинтересен? Отработанный материал, не интересная игрушка. Если все это — шутка? Проспоренное желание. — Спи, Севи, еще рано, — хрипло пробормотал за спиной Гарри, сжав его тело и тело Гермионы руками, чмокнув его горячими губами в затылок.        Гермиона во сне чуть нахмурилась и закинула еще и ногу, а ее рука сжала руку Снейпа, переплетя их пальцы. «Пошли вы нахуй!» — горячо послал мужчина свои сомнения и страхи, утыкаясь носом в волосы гриффиндорки и засыпая с улыбкой на губах. Его любовники — самые любимые, страстные и преданные маги, которых можно только пожелать. И они полностью принадлежат ему!

***

— Прости меня, мальчик мой. Вы хоть и не афишировали свои отношения, но я-то все видел. Не злись на старика, я просто хотел помочь, — говорил Альбус, стоя на перроне отдельно от учеников. — Я не злюсь, Альбус, но следующий год будет моим последним в этой школе, — спокойно сказал Снейп. — Последним? Ты все же уйдешь? — Разумеется. Гарри и Гермиона не будут вечными учениками, они идут дальше, а я пойду за ними. Слишком сложно будет совмещать работу в школе и личную жизнь, — нахмурился мужчина. — Эх, любовь… Что ж, Северус, не имею права тебя держать. Удачи вам, — с грустной улыбкой сказал директор и отошел.        Северус, рассадив своих слизеринцев и убедившись, что все комфортно устроились, направился к нужному ему купе. Там уже сидели Гарри с Гермионой. Девушка уместила голову на плечо и сидела с закрытыми глазами, а парень просто смотрел в окно. Снейп сел рядом и тоже положил голову на его плечо, потерев переносицу пальцами. — Голова болит? — спросил Гарри. — Да. Всегда устаю от этого колоссального шума, — ответил мужчина, вытянув гудящие ноги. — Потерпи. Мы скоро будем дома, — сказал гриффиндорец, закрыв глаза.