Все возможно

Находясь в тюрьме Дрим вел дневник, записывая все присходящие: Каждый приход и уход Квакити, каждую картофелину что ел, каждый бесов кошмар. Дрим чуствовал страх, но боялся он не за себя, а за Томми что остался там, снаружи, вынужденый скрываться от глаз чужих. Дрим медленно но верно терял рассудок, время в тюрьме так долго тянулось, и каждый день казался годом, вечностью. Масочник чуствовал пустоту без Томми, без его пшеничных волос с ароматом утренней прохлады, без его глаз цвета василька, без его вспыльчивого но доверчивого характера и забавных повадок, как сбор дисков или поиск скандалов и порча настроения окружающим... это все и отторгало, но и наоборот притягивало к парню, Дрим просто устал спорить с тем что он просто помешан на этом подростке и принял это за факт стараясь сблизиться с ним. Дрим был пуст как душевно так и морально, он не мог признать тот факт что он, сильнейший воин ДСМП вот так сгниет в тюрьме, он ждал, он как ребенок ждал помощи от Томми что ушел от него с амулетом что может помочь парню обрести небывалую силу, а может и больше. Дрим ждал и ждал, день за днем, он ждал и надеялся что Томми не ушел просто вот так оставив его тут в тюрьме гнить и доживать последние годы жизни ненависного всем воина и тирана. Глаза Дрима, что когда-то были цвета изумруда стали темнее и стали более подобны яшме, зрение Дрима так же начало проседать и он уже еле как видел даже яркую и жгучую лавовую завесу. Да жизни в трех обсидиановых стенах с такими же потолком и полом и завесой из лавы не пошла мужчине на пользу но ему ничего не остается кроме того что ждать спасения со стороны Томми.