Колыбельная для взрослого сына

      Ольга в конце концов уснула на успокоительных, а Марина все ждала. Она тоже устала и была голодна, но трогать что-либо на кухне невестки себе запретила. До девяти часов вечера она трогала лишь оконное стекло и свой телефон. Она подняла все свои связи, которые могли помочь в поисках Паши, звонила на другие подстанции и знакомым из МЧС, пытаясь понять, что происходит в Зорино, кого нашли и вытащили из пожара. Утешало одно: трупов не было. Но и Паша пропал бесследно.       А потом вдруг в замочной скважине щелкнул ключ и в прихожую ввалился усталый, но вполне здоровый Паша. Лицо с въевшейся под кожу копотью, волосы с едким запахом дыма.       — Мам? А ты что здесь делаешь?       — Я уже ухожу, — Марина поджала губы. — Оле твоей плохо стало, до дома довезла на служебной машине. Теперь домой.       — Что с Олей? — Паша застыл.       Вот это у него от матери, замирать, чувствуя приближение опасности.       — Ты ее доктору покажи, Паша. По-моему уже пора.       — Она записана к неврологу на понедельник, она постоянно наблюдается.       — Я не невролога имела в виду, — и на вопросительный взгляд Паши Марина вскинула вверх руку: — Нет-нет, разбирайтесь сами! Я ничего не говорила.       Опешивший Паша помог матери надеть пальто и закрыл за ней дверь. Тихонько прошел в спальню к жене.       — Паш, — Ольга сонно улыбнулась и потянулась к мужу. — Рыков, я же тебя предупреждала, что до весны объяснительные писать будешь.       — Буду-буду, родная, — Паша прижал ее пальцы к губам. — Что скажешь, то и буду.       Ольга села на кровати, уткнулась носом в пропахший дымом воротник Пашиной рубашки, жадно втянула запах в себя, аж слюной зашлась, как понравилась острая горечь с примесью мужского пота. Паша попытался оторвать Олю от себя. Ничего не получилось. Арефьева жадно нюхала своего мужа.       — Оль, — смущенно начал Павел. — Ты мне ничего не хочешь рассказать?       — Нет, Рыков. А вот тебе придется объяснить, почему ты не вернулся с Арашем на подстанцию.       — Да все просто. Я оставил Араша с одним пациентом в машине, пошел посмотреть другого. Тот тяжелее оказался, я с ним остался, вызвал еще одну бригаду. Но тут Хлынин заехал, он недалеко был и подобрал меня раньше. Так что я с Хлыниным вернулся. Меня просто из виду потеряли. Объяснительные напишем. Теперь твоя очередь. Давай, рассказывай.       — Что рассказывать? — не поняла Ольга. — Меня твоя мама привезла домой. Кстати где она?       — Ушла уже, не волнуйся.       — Ой, Паш… Я ей таких гадостей наговорила. Надо извиниться. Она сильно обиделась?       — Да я не заметил. Мне показалось, что она заранее обижается, что ей внуков не покажут.       — Каких внуков, Рыков? — Ольга отмахнулась.       — Оль, ты мне точно ничего не хочешь рассказать?       — Точно, Рыков!       — На сто процентов уверена, или мне все-таки сходить за тестом на беременность?       Ольга задумалась, муж так ошеломительно приятно пах дымом, что в этом было что-то подозрительное.       — Ладно, Паша, сходи за тестом. Но больше я тебя никуда не отпущу!       Паша встал и пошел к выходу и уже в спину услышал, как Ольга серьезно добавила:       — И кстати зря твоя мама боится, что внуков не покажут. Хорошая бабушка нам очень даже пригодится.