Нить
19 ноября 2021 г., 13:37
Он похож на Волка, прочитавшего новую книжку. Скачет по спальне, лёгкий и невесомый с тряпкой в руке, того и гляди затанцует.
Стая молчит и любуется его поведением уже три дня. Табаки вслух поёт романсы о любви, Сфинкс напряжённо наблюдает за ним, Курильщик раздражённо закатывает глаза: «Зайдёшь в комнату, увидишь разгорячённого Мака, и кто знает, чем он тут занимался?»
Когда Македонский сидит на уроке, то постоянно косится на дверь, как будто туда в любой момент может ворваться что-то неведанное.
Когда Македонский сидит на кровати, то кусает губы и смотрит в потолок. Он ждёт четырёх часов. Срочно нужно на пыльный чердак.
А там…там уже не сказка и не фантазии.
— Ты наряжаешься ради меня, — он потирает плечо. — Красишься. Не надо.
Поднимая голову, Македонский видит глаза Химеры, что удивлённо округляются. В этот момент она становится на толику стервозней, как в фильмах.
— Нет! — он выставляет руки перед собой. — Ты красивая. Правда! Просто…ты…я видел тебя вчера, а ты меня нет. Ты была в обычной одежде, а сейчас ты ради меня выбирала платье, и…
— В следующий раз я приду в мешке от картошки, — язвит Химера. — Что, внимание неприятно?
— Мне от этого нехорошо, — признается Македонский, как его губа стыдливо дёргается. Немного подташнивает, но дело вовсе не в отвращении.
— Хорошо, — Химера, кажется, заставляет себя успокоиться, кладя руки ему на плечи. — я буду проще. Но эту зелёную тушь всё-таки оставлю: она мне идёт.
Обнимает так невесомо, что внутри Македонского всё непроизвольно дрожит. «Она помнит, что я боюсь крепких прикосновений. Она это помнит!»
И он благодарит её, словно бога, пропустившего в рай.
Сначала они долго молчат, и Македонский с облегчением выдыхает. Потом вместе пытаются возродить старый телевизор. Химера листает инструкцию, Македонский же гладит провода и «лечит» их. И — о чудо! — они уже сидят, смотрят беззвучные музыкальные клипы и хохочат с этого. Жёлтые сентябрьские лучи освещают чердак, показывают, как же много пудры на щеках Химеры и что волосы на руках Македонского встают дыбом.
Потом они переплетают пальцы: искусанная смуглая ладонь и выбеленная ручка, как у фарфоровой куклы. Снимают друг с друга фиолетовый браслетик и меняются.
Пока на них эта фиолетовая нить с парой бусин, они не имеют права погружаться в свои грехи, грустить и рефлексировать. Они вычитали этот метод в одной из чердачных книг, когда пытались сделать там уборку. создать свою маленькую квартирку.
В шесть Химера кивает ему и, хромая, бредёт к себе. Македонский ждёт, пока она скроется из виду, а потом подносит руку к лицу и нюхает эту нить. Духи Химеры — а она всегда брызгает их и на руки, и на шею — очень резкие и…какие-то зимние. Звонкий чих и смех. Он стремглав бежит в столовую.
