На чердаке

Македонскому нравится Курильщик, потому что иногда он упоминает краски.       — Македонский, сделай что-нибудь, Толстый поел мои масляные тюбики! А ведь только они дают объём!       — Ясно, в этой стае цвета сочетать вообще никто не собирается.       — Цвет пыльной розы — это не то, это вообще напоминает состояние дачи возле города! А вот серо-буро-малиновый очень изысканный. Хотя, вы всё равно меня не поймёте… Но Македонский понимает разницу между двумя еле заметными оттенками. Вот зелёный свитер Волка, которым он моет пол. Почему именно зелёный? Волку же всегда шёл красный или грязно-жёлтый. А сейчас ещё и тусклый…это плохой цвет. А есть её атласное платье. «Цвет называется Парижская зелень», — Химера достаёт сигареты, что вызывает у Мака смешинку. — «В новое время он был очень популярен, и в составе его был белый мышьяк», — она вздыхает и закрывает огонёк рукой. — «Оттого большинство богачей и умирало от отравления» Улыбка, которую Чёрный называет щенячьим восторгом. Всё отлично! И плохо, потому что она так специально наряжается… Македонский берёт свитер Волка, кидает на швабру и затухает. От этого цвета тошнит. Если бы не Волк, он не оказался бы на крыше, а потом не прибежал на чердак и не познакомился с ней. Это просто круговорот людей в природе или же закон кармы? — Выше нос, полководец, — Табаки щёлкает его по лбу. Македонский поднимает голову и довольно морщит нос. — Не унывай ты так, какие твои годы! — Ты что, знаешь, из-за чего я приуныл? — Нет! — Табаки весело пожимает плечами. — Но у вас сейчас только одно на уме с этим Новым Законом. Вот я и говорю: пройдёт! — Да ну, — удивляется Сфинкс. — неужели у Македонского и впрямь появилась симпатия? Интересно, кто же это? А он молчит и дальше моет пол, уже не сдерживая смеха. Сами вы симпатия.