Дурашка

Я читал в книжке, что улыбка — лучший способ поселиться в сердце человека... «Наруто: Ураганные хроники»

Настроение быстро катится вниз. Чонгук надеялся, что Тэхён не станет посещать каждую тренировку. И зачем ему вообще это? Сидит на лавке, не издаёт ни звука, наблюдая за происходящим со стороны. Чонгук, снимая обувь при входе в зал, тяжело вздыхает и отворачивается. Планировал прийти самым первым, но и тут Тэхён выделился, а ведь он даже не играет… Молчит как рыба, лишь хлопает своими большими глазами с длинными ресницами да кивает членам команды. Это сложно объяснить. Чонгуку он просто не нравится. Как там говорят, личная неприязнь? Да, она самая. Даже его безмолвное присутствие напрягает. Чонгук старается не обращать на Тэхёна внимание, но всё равно время от времени его взгляд останавливается на знакомом лице. В этот раз Тэхён не фотографирует: просто смотрит, сцепив руки в замок, и перемещает взгляд от одного угла зала к другому. Так и подмывает спросить: «Ну и для чего ты здесь нужен? Для красоты, что ли?» Хоть бы воду в бутылки набрал… Тэхён ему ничего не должен. Абсолютно. Чонгук это знает, но продолжает злиться на него. В конце концов, тихий зритель забывается. Чонгук попросил Чихуна снова встать с ним в пару и рассказать, как он делает такие точные передачи. Пару раз тренер подходил к нему: показывал правильное положение рук для верхнего приёма и шёл дальше. Как ни странно, волнение было не таким сильным, как на первой тренировке. Сердце уже не колотилось как бешеное, сработала мышечная память, поэтому ноги двигались на автомате. Волейбол — очень подвижный вид спорта, пускай на первый взгляд может казаться, что это не так. Если стоять на месте, мышцы быстро остынут и потеряют гибкость. К тому же, во время розыгрыша нельзя сводить взгляд с мяча. Ещё в средней школе их тренер заставлял быть постоянно в движении: прыгать на месте, делать шаги в сторону, а ещё лучше — следовать за мячом, куда бы он ни направлялся. Главное, не мешать игрокам команды, оставаясь в своей зоне, — для этого все позиции распределяются заранее. После разминки они отрабатывают нападающие удары. Связующие занимают место возле сетки (с каждой стороны) и отдают пасы, а те, кто нападает, делают «набегающие» шаги и высоко подпрыгивают, ударяя ладонью по мячу. Чонгук обожает это делать. Когда его ноги отрываются от пола, на какой-то миг ему кажется, что он парит в воздухе. И уже высокая сетка не кажется преградой — он видит другую половину площадки и вкладывает всю силу в удар. Работать с блокирующими гораздо сложнее. Почти каждое его нападение старшие останавливают без труда. Мяч не пересекает линию сетки, возвращаясь к нему раз за разом. Чонгук поджимает губы. Их капитан, занимающий позицию центрального блокирующего, неплохо справляется в одиночку. Если Чонгуку тяжело обойти одиночный блок, то что говорить о двойном и даже тройном? В школе всё значительно отличалось. Многие из ребят только учились играть, поэтому не умели и половину тех вещей, которые сейчас показывают старшекурсники. Это одновременно восхищает и злит. Учиться придётся многому, и Чонгук обещает себе хорошенько постараться. Пока что он чувствует себя неоперённым птенцом. Сидит на полу возле стены, жадно глотая воду из бутылки, и наблюдает за игрой. В первой партии его команда проиграла. Тренер постоянно делает замены, чтобы каждый имел возможность проявить себя. Сыграться им ещё предстоит. В прошлый раз, когда его отправили на скамейку, он решил, что его игрой остались недовольны. Сейчас же Чонгук ведёт себя спокойно. — Не повезёт проигравшим, — голос Тэхёна, раздавшийся рядом, вырывает из мыслей. Чонгук поворачивает голову и смотрит растерянным взглядом, словно тот сказал что-то непонятное. Наказание за проигрыш ещё не объявили. От Намджуна он узнал, что у них уже сложилась традиция: в конце каждой тренировки они играют два сета. Выигравшие могут делать растяжку и идти переодеваться, а вот проигравшим приходится несладко. Физических нагрузок Чонгук не страшится, поэтому не видит смысла переживать. И зачем Тэхён сказал ему об этом? Хотел напугать или, наоборот, предостеречь? Чонгук решает ничего не отвечать. Уже через пару минут его снова выводят на поле. Вторую партию удаётся выиграть, однако следующий сет всё равно заканчивается не в пользу его команды. Он невольно поглядывает в сторону Тэхёна, думая о его словах какое-то время, пока не слышит строгий голос тренера. Всё оказалось намного проще, чем он предполагал — прыжки из глубокого приседа от стены и обратно. Выполнив задание самым первым, он уже хочет встать и сказать что-нибудь Тэхёну, но… — Ещё два раза! Казалось бы: ну чего там сложного? Чонгук тоже так подумал. Ноги заболели уже на втором подходе. Вроде бы, зал не такой большой, но сейчас он кажется просто бесконечным. Мышцы затекают, ноги становятся ватными. Намджун подбадривает проигравших, говоря, что наказание пойдёт им только на пользу. Хочется в это верить. Чонгук плотно смыкает губы каждый раз, когда наклоняется. Многие ребята уже ушли домой, некоторые только переодеваются. Он и ещё двое новичков остались, чтобы собрать мячи и снять сетку. Основное освещение выключено, поэтому спортзал частично погрузился в темноту. Он слышит приглушённые голоса капитана и тренера, — те отошли в сторонку, чтобы обсудить детали следующей тренировки. О чём именно они разговаривают, разобрать не получается. Чонгук прислушивается, пытаясь что-нибудь услышать. — Сильно болят? — появившийся Тэхён заставляет вздрогнуть. Чонгук, наклонившись к мячу, медленно выпрямляется и переводит взгляд на него. Синий шарф сползает с его плеч, но Тэхён, кажется, этого не замечает. — Что? — Мышцы, — объясняет тот. — Сильно болят? Завтра их нужно размять как следует… Нахмурившись, Чонгук обрывает его: — А тебе-то какое дело? Ему лучше знать, что делать со своим телом. Тэхён ни черта не знает о волейболе и о боли в мышцах, остающейся после каждой тренировки. Зачем он учит его? Словно Чонгук впервые пришёл в спортзал. Лезть не в своё дело его никто не просил. Разговаривать с ним не хочется. Убрав мяч в корзину, он забирает свои наколенники, оставленные на скамейке, и уходит в подсобное помещение. Когда он выходит, в спортзале уже пусто. Намджун, стоящий возле двери, привлекает его внимание и просит поторопиться. — Все уже ушли, — говорит капитан, держа связку ключей в своей большой ладони. Чонгук застёгивает куртку и накидывает на голову капюшон (шапка осталась дома). Он вытаскивает проводные наушники из кармана и около минуты думает над тем, стоит ли задавать вопрос. Всё-таки набирается смелости. — У нас будут какие-то изменения в расписании? Догадавшись, что тот подслушал разговор, Намджун усмехается. — Тренеру нужно уехать на пару дней. — Значит, тренировок не будет? — громче обычного говорит Чонгук. Они ведь только начали заниматься. — Почему же? — Намджун убирает ключи в свою сумку и спускается по ступеням. Чонгук идёт за ним. — У вас есть капитан, — подмигивает он. — Не волнуйся, я не в первый раз провожу тренировки самостоятельно. Обещаю, спуска давать не буду. — Намджун широко улыбается, и Чонгук почему-то замирает, глядя на него. От этого парня исходит сильная энергетика. Он кажется таким большим и грозным, но на самом деле глаза у него добрые, а улыбка дружелюбная. Им определённо повезло с капитаном. — Мне туда. — Намджун показывает на другую сторону улицы. Чонгук кивает. — До завтра! — Намджун поднимает руку и машет на прощание. К счастью, долго стоять на остановке не приходится. Сидя в автобусе, Чонгук смотрит в окно и почему-то вспоминает короткий разговор с Тэхёном. Не был ли он слишком груб с ним? Кажется, Тэхён даже растерялся из-за его слов. Обидеть Чонгук не хотел. Он поджимает губы, делая музыку в наушниках громче, и старается ни о чём не думать. Чуть позже на его телефон приходит уведомление: его добавили в общий чат со всеми волейболистами. Он открывает список пользователей, просматривая аккаунты ребят из команды, и на секунду замирает, когда среди игроков находит профиль с ником «winterbear_tae». На аватарке стоит фотография зимнего леса. Чонгук хмурится. Зачем Тэхёна добавили в этот чат? Пока он размышляет над этим, появляется несколько сообщений. best_cap1: всем привет! надеюсь, вы будете проверять этот чат как можно чаще. прикрепляю расписание наших тренировок best_cap1: *вложение* best_cap1: если будут переносы или изменения, я обязательно сообщу об этом! hose_okk: уаа, наш капитан такой заботливый ^_^ best_cap1: младшеньких не обижать! Jisung88: добро пожаловать в команду! shiShi12: хёны позаботятся о вас) Yang_Jeongin: спасибо! В общих чатах Чонгук привык не отвечать. Прочитав сообщения, он уже хочет отложить телефон и пойти в ванную, но тот вибрирует. Хосок добавил его в ещё один чат, где значится намного меньше людей: Намджун, Джисон, Юнги, Джунхо, Сынмин и он сам. hose_okk: ну что, ребятишки, завтра всё в силе? best_cap1: приготовил свою печень?)) Jisung88: она у него вечная, что ли Jisung88: завидую… junhooo: завтра без меня. я пас suga_min: я тоже hose_okk: э-эй! вы охренели? Последующие сообщения остаются непрочитанными: Чонгук, оставив телефон на кровати, всё-таки уходит в ванную. В квартире тихо, если не считать работающего увлажнителя воздуха. Дверь он оставляет открытой и принимается неторопливо раздеваться. К одиночеству Чонгук уже привык. Возвращаясь домой, он испытывает облегчение, когда понимает, что кроме него никого больше нет. Быть одному — спокойно. Никто не пристаёт с вопросами, не тащит на улицу, где холодно и скучно, никто не атакует его телефон (если только старший брат в свободное от работы время). Зачем нужны друзья, если от них одни только проблемы? Если два года назад он с удовольствием слушал Чимина, расспрашивая его о планах на выходных, то теперь даже знакомиться ни с кем не хочет. Один раз уже привязался и почувствовал себя ненужным, — второго раза не допустит. Пускай на него криво смотрят, перешёптываясь за спиной, Чонгуку, если честно, плевать, что о нём думают и что говорят. По крайней мере, так ему казалось до недавнего времени. Перед встречей с новыми знакомыми он чувствует небольшое волнение. С чем это связано, Чонгук не знает. Не хочется весь вечер сидеть с каменным лицом, не проронив ни одного слова. Проблема в том, что по-другому он не умеет. Разговоры — не самая сильная его сторона. Да и в общественных местах он сразу же теряется. В клубе шумно. Ломанные цветные линии гуляют по двигающимся телам на танцполе, — Чонгук, проходя мимо, невольно засматривается на толпу и сглатывает. Они занимают столик на втором этаже. Хосок заказывает напитки, говоря, что в этот раз он угощает, и капитан одобрительно кивает, хлопая его по плечу. Компания собралась небольшая — всего пять человек, не считая самого Чонгука. Непонятно каким образом, Юнги всё-таки уговорили присоединиться. Выглядит он не особо разговорчивым, но почему-то Чонгук не чувствует себя неловко в его компании. Рядом с ним сидит Сынмин и Джисон: первый занят телефоном, а второй помогает Хосоку определиться с заказом. Чонгук, понимая, что отказываться от выпивки будет некрасиво, незаметно вздыхает. Если честно, он надеялся, что вместе с ними пойдут другие новички, — может быть, в таком случае он чувствовал бы себя спокойнее. Хосок сказал, что приглашал ещё двух первокурсников, но поскольку те живут в общаге, гулять допоздна они побоялись. Неудивительно, что среди старших ему неуютно. Первое время он совсем молчит и только вертит головой, разглядывая декор вокруг. — В первый раз? — догадывается Джисон. Неловко улыбнувшись, Чонгук кивает. На плечо сразу же ложится чужая рука, чтобы подбодрить. — Не бойся, мы не кусаемся. — Наклонившись ближе, Джисон снижает громкость голоса: — А вот капитан баскетбольной команды может. Чонгук переводит взгляд на притихшего Юнги и вскидывает брови, не сразу понимая, почему парни начали смеяться. — Да ладно тебе! Расслабься. Легко сказать… Это, конечно, незаметно, но в его голове сейчас крутятся сотни мыслей. Как поддержать разговор? Как реагировать на шутки? Стоит ли пить со всеми наравне? Он никогда особо не выпивал, только со старшим братом. Но тут ситуация совершенно другая. Ребята что-то обсуждают, весело смеются, опрокидывая рюмку за рюмкой, чтобы поскорее дойти до нужной кондиции. Даже Юнги, пускай и не принимает активного участия в разговоре, время от времени вставляет свои комментарии и не стесняется выругаться. Лица всех присутствующих постепенно приобретают розовый оттенок. Чонгук и правда расслабляется, откидываясь на спинку дивана. Алкоголь ощутимо ударил в голову и сделал тело ватным. Он и сам не замечает, как всё чаще улыбается, слушая смешные истории Хосока. Приятная нега расползается от макушки до кончиков пят. Только он размякает, на секунду прикрыв глаза, как его тянут за руку танцевать. О танцполе, надо сказать, он думал весь вечер. Не в плане, что ему поскорее хотелось подвигаться, а наоборот — надеялся, что этот момент и вовсе не наступит. Не то чтобы Чонгук был чересчур стеснительным и совсем не умел танцевать, просто всё происходящее настолько новое и непривычное, что он невольно напрягается. Если бы не помутневшее сознание, скорее всего, он бы попытался улизнуть. Смотрит по сторонам, смущённо улыбается, поглядывая на парней рядом. Толпа быстро проглатывает их, и вот Чонгук уже окружён незнакомыми людьми, которые ненароком задевают его разными частями тела. В этот момент трек переключается, сменяясь энергичной музыкой. Хосок, по всей видимости, знает песню, поэтому что-то громко кричит и, обняв Намджуна за шею, начинает прыгать. Чонгук не сдерживает усмешки. Ему всё ещё неловко, но он заставляет себя хотя бы покачиваться из стороны в сторону. Джисон с Сынмином вскидывают руки вверх и быстро вливаются в общее настроение. Юнги, оставшийся за столиком следить за вещами, наблюдает за ними сверху. Когда Чонгук пересекается с ним взглядом и видит его ухмылку, сразу же отворачивается, почувствовав себя так, словно на танцполе он находится один и всё внимание приковано к нему. Стоять столбом — не вариант. Хосок отлипает от капитана и, заметив его скованность, оказывается рядом, чтобы попытаться растормошить его. Наверное, он выглядит забавно. Двигает плечами и головой, стараясь поменьше думать. Стоит откинуть все мысли прочь, как его окутывает странное состояние. Чонгук прикрывает глаза на мгновение и растворяется в музыке. Кажется, успел опьянеть, поэтому голова немного кружится. Люди, такие же пьяные, как и он сам, наслаждаются моментом. Все танцуют, веселятся, некоторые выкрикивают знакомые слова, другие — жмутся друг к другу ближе и смеются. Стеснение как рукой снимает. Хочется стать со всеми единым целым и забыться хотя бы на несколько минут. Когда в следующий раз подвернётся такая возможность? Уже позже они возвращаются за стол, чтобы смочить горло и перевести дыхание. Чонгук подмечает, что Хосок уже красный как рак. Впрочем, выпить новую порцию водки ему это не мешает. — Кстати, — вспоминает Намджун, толкая Юнги в бок, чтобы тот подвинулся, — я нашёл нам нового менеджера. Сынмин и Хосок на такую новость улюлюкают, требуя немедленных подробностей. — Кан Суджин со второго курса. Приступит к своим обязанностям на следующей неделе. — Да она же милашка! — восклицает Хосок. — Как ты её уговорил? Намджун загадочно улыбается, чем вызывает волну смеха. — Включил обаяние по максимуму. Хосок закатывает глаза. — Знаем мы твоё обаяние. Только попробуй начать с ней встречаться! Прошлого менеджера мы лишились из-за тебя. Тут даже Юнги хмыкает. Про данную историю он слышал как раз от Хосока. Намджун тогда ходил как грозовая тучка целую неделю, сказал, что у него великая депрессия, и отказывался посещать тренировки. Об их отношениях с Ынхой слышала половина универа, если не больше. Всё начиналось красиво: их частенько видели вместе, держащимися за руку, Намджун сиял как гирлянда и витал в облаках. До поры до времени. А потом недопонимание, крупная ссора, расстроенный Намджун и, как следствие, потерянная команда. — Мне разбили сердце, — сказал уныло капитан. — Ну, зато у тебя по-прежнему большой член. — Хосок похлопал его по плечу. — Это должно меня утешить? — нахмурился Намджун. Хосок, смотря в пол, пожал плечами. — Наверное. — Поддерживать ты явно не умеешь. — И без тебя знаю. — Блин. — Что? — Теперь я буду думать, что она бросила меня из-за моего члена. Оба засмеялись. Теперь эта история вызывает лишь смех и светлую грусть. К счастью, хандрить Намджун перестал быстро. Пообещал, что больше не будет пропадать из волейбольной жизни, тем более из-за девушек. — А что насчёт того паренька, который приходит к нам на тренировки? Чонгук невольно замирает. Старается сделать вид, что начавшийся разговор его не волнует, поэтому отворачивается, однако к словам капитана всё равно прислушивается. — Это Ким Тэхён, внук нашего тренера. Время от времени он будет фотографировать нас и размещать снимки на сайте нашего университета. Относитесь к нему проще. — Он какой-то странный, — говорит Хосок, откидываясь на спинку диванчика. — Да ладно тебе. Главное, что он не мешает. — А мне кажется, это круто, что у нас будут хоть какие-то памятные фотографии. О Тэхёне они разговаривают ещё какое-то время. Чонгук слушает ребят и не может понять, почему у него возникает такое чувство, что Тэхёну не особо-то и рады. В любом случае говорить ничего плохого о нём не посмеют. Может, Тэхёну просто интересен волейбол? Не все ведь стремятся влиться в игру — некоторым хочется наблюдать со стороны. Чонгук встряхивает головой, избавляясь от мыслей, которые ни к чему не приведут. Домой он возвращается поздно. Перед глазами всё безбожно плывёт, он запинается о собственную обувь и чуть ли не падает, в последний момент цепляясь за полку в коридоре. Раздевшись, он оставляет вещи на полу и падает на кровать, издавая тяжёлый вздох. Голова так сильно кружится, что заснуть не получается. Чонгук, раскинув руки, долго лежит на спине и думает о том, что пить в таких количествах не стоило. Сидеть в компании — это, конечно, весело, но одному намного лучше. Хотел ведь уехать ещё три часа назад, но Хосок уговорил остаться. Ночью он просыпался пару раз: вставал, чтобы прочистить желудок и выпить чистую воду. Впервые чувствовал себя настолько разбито. Голова трещит весь следующий день, в руках тремор, а в зеркало лучше не смотреться. Даже вылезать из постели не хочется, как и в целом двигаться. hose_okk: все живы?) Сообщение от Хосока приходит вечером. Чонгук, смотря в экран телефона, практически засыпает. Ещё раз он согласится пойти в клуб… best_cap1: я не уверен Jisung88: помираааю Выходные проходят лениво. Поставив любимое аниме на фон, Чонгук заставляет себя заняться домашними делами. Уборка успокаивает, что не скажешь о готовке. Приготовленный ужин он съедает наполовину — вторая попросту не лезет. Телевизора дома нет, поэтому приходится таскать планшет с собой повсюду, даже в ванную его забирает, чтобы не было скучно сортировать грязное бельё. Неделя начинается с самостоятельных тренировок. Если честно, Чонгук думал, что без тренера сохранить дисциплину будет трудно. Однако никто из парней не занимался самодеятельностью. Всю ответственность Намджун взял на себя: под его руководством время летело незаметно. Чонгук отрабатывал нападающие удары и верхний приём. Прогресс был ощутим, и это его порадовало. — Отличная подача! Всё проходит лучше, чем он ожидал. На площадке царит спокойствие и сосредоточенность. После двух сыгранных сетов проигравшая команда остаётся убирать мячи. В этот раз Чонгук с чувством облегчения отправляется в раздевалку. Мышцы приятно ноют из-за растяжки. Давненько он не испытывал удовлетворения от проделанной работы. И Тэхён его сегодня совершенно не отвлекал: тот перемещался вдоль стены, держа фотоаппарат в руках, и старался не мешать. К его безмолвному присутствию привыкнуть будет несложно. Если так всё и дальше пойдёт, то волноваться Чонгуку не о чем. — Хорошо позанимались. Давайте в следующий раз постараемся ещё больше. Капитан дожидается, пока раздевалка освободится. Чонгук, проходя мимо, кивает на прощание и закидывает рюкзак на плечо. Тянется рукой в карман, вытаскивая наушники, и, зацепившись взглядом за чужие пушистые волосы, замедляет шаг. Тэхён идёт впереди него: шагает неторопливо, разглядывая потемневшее небо над головой. По какой-то причине Чонгук вспоминает школьные годы — с того времени между ними мало что изменилось. За последний год старшей школы они ни разу не обменялись приветствием. Он старательно игнорировал существование двух одноклассников, и в какой-то момент действительно перестал обращать на них внимание. И если он смотрел в сторону Чимина, пускай и изредка, то Тэхён стал для него безликой тенью. Он всегда был таким тихим? Не вызывает интереса. Совсем. Чонгук надевает наушники. Даже если Тэхён заметит его и попытается заговорить, он сделает вид, что не услышал. Сам понимает, что ведёт себя по-детски. Всё равно не обгоняет, до последнего надеясь, что Тэхён куда-нибудь свернёт. К сожалению, этого не происходит. Они вместе приходят на автобусную остановку, находясь в паре метров друг от друга. При первом взгляде похожи на незнакомцев, но если приглядеться, можно заметить, как Чонгук как бы случайно скользит взглядом по чужой куртке. Сразу же отворачивается, смотря на дорогу, поэтому не видит, как Тэхён поглядывает на него, думая о чём-то своём. Разговаривать им не о чем. Они не были лучшими друзьями и никогда ими не станут. Дождавшись свой автобус, Чонгук занимает место у окна. Глазами он неосознанно ищет Тэхёна, который остался стоять на улице. Всего на мгновение их взгляды пересекаются. Чонгук отвлекается на свой телефон, делая вид, что чем-то занят. Когда автобус трогается с места, он вздыхает, называя себя идиотом.

🏐🏐🏐

Часы показывают почти двенадцать. Экран загорается, оповещая о новом сообщении. Чонгук уже лёг спать, поэтому сначала не хотел брать телефон в руки. Спустя пару минут всё-таки вытянул руку и, нащупав мобильный, сощурил глаза. В общем чате появились фотографии с сегодняшней тренировки. Тэхён не спит в такое время? Чонгук переворачивается на спину и разглядывает каждый снимок. Кадры получились хорошими, живыми, особенно те, что сделаны в движении. Он не особо разбирается в фотосъёмке, но, кажется, Тэхён обработал каждую фотографию. Если честно, он удивлён. В приятном смысле. Не хочется признавать, но Тэхён здорово постарался. Чонгук ещё долго разглядывает снимки. Внимание привлекает кадр, где он запечатлён во время подачи. Тэхён удачно поймал момент: ноги оторваны от пола, Чонгук находится в прыжке, взгляд сосредоточен, рот приоткрыт, — он полностью сконцентрирован на игре. Так странно смотреть на себя со стороны… Появляется какое-то странное чувство. Так и не разобрав его, он засыпает с мыслями о том, что не мешало бы отблагодарить Тэхёна за проделанную работу. Уже утром в чате появляются восторженные сообщения парней. Реакция была положительной: кто-то не стеснялся похвалить, некоторые написали, что загрузят фотографии в свой профиль. Чонгук планировал присоединиться и сказать что-нибудь приятное в адрес Тэхёна. Даже начал печатать сообщение, но вскоре пальцы замерли над экраном. Пересилить себя не получилось. Так ничего не написав, он убрал телефон в карман. На следующей тренировке на Тэхёна накинулась почти вся команда. — Я не знал, что ты так крут! — А можешь в следующий раз взять меня крупным планом? Хочу родителям выслать. — Классно получилось. Тэхён сразу же засмущался. На комплименты он лишь кивал, а просьбы записывал в заметки на телефон. Один Чонгук стоял в стороне, напоминая белую ворону, и стеснялся хоть как-то отреагировать. Когда все расступились, Тэхён взглянул на него. То ли он надеялся услышать его мнение, то ли просто о чём-то задумался, — Чонгук так и не понял. Поправив наколенники, он ушёл в подсобку, чтобы принести мячи. И откуда в нём взялась эта неловкость? Они с Тэхёном даже не разговаривают, а складывается такое ощущение, что между ними протянулась нить, которая обвязала их запястья. Разве бывают такие совпадения в жизни? Почему из всех людей, которых он мог встретить на новом этапе в своей жизни, он опять столкнулся с Тэхёном? С ним связаны не самые приятные воспоминания из прошлого, — их бы забыть навсегда, удалить из памяти, как лишний мусор. И дело ведь даже не в разбитом сердце, как ему казалось долгое время. Дело в самом Тэхёне. Он не должен был становиться главным героем в этой истории. В какой-то степени Чонгук может оправдать свою злость к этому человеку. Он был влюблён в Чимина, а Тэхён, который всё время оставался в тени, перепутал все карты. Иногда мысли возвращают его в тот вечер. До сих пор Чонгук не может понять, почему он, вместо того, чтобы оттолкнуть, поддался чужому желанию. Эмоции били ключом, создавая вихрь, в котором его закрутило. Под рёбрами всё нещадно болело — Тэхён неплохо постарался, пока вымещал на него свой гнев. Чонгук словно тонул, поэтому ухватился за спасательную соломинку. В тот момент он ни о чём не думал. Совершенно. Хотелось попробовать, узнать, что такое — первый в жизни поцелуй. Тэхён просто оказался рядом — именно тогда, когда он нуждался в чьём-то тепле. Чонгук мечтал о поцелуе с другим человеком, а в итоге выдыхал в холодные губы Тэхёна. И ни за что не расскажет, как той ночью плакал, пока возвращался домой: сначала от сожаления и вины, позже — от непонимания собственных чувств. Первое время злиться на Тэхёна совсем не получалось. Они были в одной лодке: оба страдали от неразделённых чувств и не знали, что с ними делать. Чонгук так и не спросил, что заставило Тэхёна сделать такую глупость. Хотел заглушить их общую боль? Тогда почему та только усилилась? Что тогда, что сейчас он для него — посторонний человек. Единственное, что их связывает, осталось в прошлом, и возвращаться к нему Чонгук действительно не хочет. Поэтому уходит с тренировки первым, надеясь избежать встречи. Хочется отвлечься, направить мысли в другое русло, но те вертятся вокруг одного. Наушники как назло остались дома. Чонгук сбегает от Тэхёна, но мысли догоняют его и накрывают огромной волной. А голос, раздавшийся за спиной, и вовсе обездвиживает. — Чонгук! — Тэхён, на ходу застёгивая куртку, окликает его. — Подожди, пожалуйста! Почему именно сейчас? В этот самый момент, когда он меньше всего хочет видеть объект своих бесконечных размышлений? Он солгал, когда говорил, что Тэхён — это всего лишь опыт, который давно позабылся. Ведь Чонгук не переставал думать о нём. А думать — значит продолжать помнить. Он останавливается посреди улицы. Холодный воздух обдувает лицо, заставляя поёжиться. Остановка перед глазами: достаточно сделать несколько шагов, сесть в автобус, и тот увезёт его подальше от Тэхёна, который бежит за ним от самого спортзала. И зачем только? Чонгук прикрывает глаза, размышляя о причине, что заставила его ждать. Когда Тэхён наконец оказывается рядом и говорит тихое «спасибо», он смотрит на его покрасневшее от бега лицо и поджимает губы. Тэхён даже шарф не успел надеть: держит его в руке, позабыв о больном горле. Наверное, было бы невежливо делать вид, что он его не услышал. — Давно хотел спросить, — растерянно проговаривает Тэхён, отводя взгляд в сторону. Чонгук, вскинув брови, прячет ладони в карманы куртки. — Ты меня избегаешь? Вопрос настолько неожиданный, что он долго не может ничего ответить. Тэхён заглядывает ему в глаза, ожидая услышать правду, и Чонгук вдруг чувствует себя маленьким мальчиком. В какой-то степени так оно и есть, ведь Тэхён прав, но признаваться в этом не хочется. — Нет, — стараясь говорить убедительно, подаёт голос Чонгук. Несколько секунд Тэхён молчит, продолжая смотреть на него. А после, мотнув головой, вздыхает с облегчением. — Хорошо. Мне просто показалось… — Он хмурится, обрывая мысль на половине. Решает не продолжать, поэтому опускает взгляд себе под ноги. Чонгук думает о том, что ему интересно услышать законченную фразу. Стоять в тишине становится неловко. Надо бы что-нибудь сказать, намекнуть на время, но в голове пусто. К счастью, Тэхён кивает в сторону автобусной остановки, и они идут до неё вместе. Он снова заговаривает: — Тебе не понравились фотографии? — Почему? — Чонгук старается смотреть на дорогу. Так странно спустя столько времени разговаривать с ним… Тэхён неловко улыбается. — Ты единственный, кто ничего не сказал. «Я собирался», — хочется немедленно возразить, но язык не поворачивается. — Не умею делать комплименты, — честно говорит Чонгук. — Буду знать. Они останавливаются. Друг на друга по-прежнему не смотрят: Тэхён вспоминает о шарфе и обматывает его вокруг своей шеи, а Чонгук проверяет время на телефоне. Кажется, на этом их короткий разговор закончен. Тэхён больше ни о чём не спрашивает. Он и не должен, если так подумать. Всё, что хотел спросить, он уже озвучил. И почему Чонгук так боялся с ним разговаривать? Казалось, если они заговорят, обязательно вспомнится старое. Обсуждать школу совсем не хочется. Они ведь оба уже выросли, с момента их конфликта прошло почти два года, — вряд ли Тэхён вообще что-то помнит из того дня. Чонгук вздыхает, опуская плечи. На душе становится значительно легче. Никто не заставляет его становиться для Тэхёна другом. Так или иначе, теперь они будут видеться часто, поэтому пора бы относиться к нему спокойнее. О том, что случилось на поле мискантуса, знают только они. Хочется верить, что их общий секрет никогда не раскроется. Когда Тэхён поворачивается к нему снова, Чонгук не сразу понимает, что он прощается, прежде чем сесть в свой автобус. Чонгук поднимает голову, ища его взглядом. Сам не знает, почему это делает. Сразу же успокаивается, стоит Тэхёну занять место возле окна. Они смотрят друг на друга всего несколько секунд. Тэхён внезапно улыбается и отворачивается, пряча улыбку за ворот куртки. Провожая его, Чонгук ловит себя на странной мысли. Тэхён не виноват в том, что между ними произошло. И продолжать злиться на него спустя столько времени — это глупо. Пора отпустить свою обиду.

♫ Survive Said The Prophet — Lost & Found ♫