Дурашка

Необходимо заявлять о своих чувствах, ради своего же блага. «Эта фарфоровая кукла влюбилась/Любовь с иголочки»

— Что ты делаешь? — хмурится Чонгук, чувствуя себя атакованным, а ведь ещё только утро. Часы показывают начало восьмого. Он разбудил Тэхёна минут двадцать назад, отправил в ванную, а сам принялся готовить завтрак, от которого в итоге отказались. Тэхён не привык есть с утра, он до сих пор не проснулся — сидит с прикрытыми глазами на стуле и улыбается, продолжая массировать чужую мочку. Будто вот-вот заснёт прямо за столом и останется здесь, позабыв об учёбе. — У тебя такие мягкие уши, — чуть ли не мурлычет. Чонгук зависает с кружкой у рта. Иногда Тэхён ведёт себя странно. Например, сейчас. И зачем ему сдались его уши? Тянется через весь стол, всё наглаживает как домашнего кота, а Чонгук и возразить не может. Ничего плохого Тэхён не делает, однако от его поглаживаний розовеют щёки. Они ведь уже не дети, чтобы прикасаться друг к другу из любопытства… Он ведёт плечом и отстраняется, заставляя убрать от себя руку. Тэхён недовольно дует губы. — Злюка. И чего он такой игривый с утра? Ещё глаза не открыл, волосы не расчесал, а уже куксится. Чонгук не сдерживает усмешки. Тэхён прям на своей волне: включает музыку на телефоне, делая погромче, одевается, вместе с тем пританцовывая возле зеркала. Утро ненавидит всей душой, поэтому создаёт себе хорошее настроение самостоятельно. Чонгук и не знал, что он бывает таким милым. — Свежее молоко в холодильнике, — кричит из ванной, чтобы Тэхён хоть чем-нибудь позавтракал. Собравшись, они выходят вместе. На улице прохладно и свежо, — конец мая радует. Чонгук накинул на плечи ветровку, под низ надел простую белую футболку и синие джинсы, на ногах — любимые кроссовки, влажные волосы прикрыты кепкой с металлическими кольцами на козырьке. Тэхёну пришлось остаться во вчерашних вещах: в однотонной кофте с длинными рукавами бежевого цвета и брюках. Стиль в одежде у них противоположный. Если он предпочитает что-то спортивное и удобное, то Тэхён обожает классику, — частенько ходит в рубашках и жилетах, подчёркивая свою утончённую красоту. От него веет теплом и уютом — он сам олицетворение комфорта. Убирая ладони в карманы, Чонгук поднимает уголок губ. Интересно, как они выглядят со стороны? У него за спиной рюкзак и спортивная сумка с волейбольной формой, у Тэхёна — браслеты на запястье и волосы пушистые. Разные не только снаружи, но и внутри. Как-то ведь общаются. Значит, всё-таки есть что-то общее? Нога, к счастью, почти не болит. Хочется верить, что все неудачи остались во вчерашнем дне. Сегодня настроение куда лучше. Возможно, дело в Тэхёне — с ним грустить как-то не получается. Всё-таки хорошо, что он приехал и остался у него. Как лучик солнца пробился через тёмные тучи и осветил собой всё пространство вокруг, наполнив его светом. Он улыбается, о чём-то рассказывая, поправляет кулон на шее. Честное слово, Чонгук старается его слушать, но мысли, стремительно заполнившие голову, отвлекают от чужого рассказа. До этого момента он не придавал значения тому факту, что рядом с Тэхёном ему хочется улыбаться. Без причины. Слушать его истории, наблюдать, замечать странные привычки и запоминать их. В груди поселяется тёплое чувство, — разобрать его пока не получается, однако оно заставляет задуматься. Чонгук чувствует себя растерянно. Словно упустил из вида что-то важное, и это «что-то» набирает обороты чересчур быстро. И когда он перестал контролировать ситуацию? — Эй, я с тобой разговариваю! — Тэхён, не дождавшись ответа, толкает его в бок и весело улыбается. Чонгук молчит, размышляя о своём. К его плечу прижимаются и тянутся к руке, лениво переплетая их пальцы. Жест дружеский, не подразумевающий под собой ничего плохого. И всё же Чонгук отдёргивает руку, пряча ту в карман. Тэхён, оказывается, тактильный, а он… Он совершенно не такой. Может, для Тэхёна простые объятия и прикосновения ничего не значат, и он не задумывается, когда дотрагивается до кого-то, а для Чонгука каждое касание — маленький взрыв в груди. Даже родителям не позволяет себя трогать, каждый раз вздрагивая, когда те гладят его по спине. К Тэхёну он только начал привыкать: тот уже нарушал его личное пространство, но черту дозволенности не пересекал. Лежать рядом — одно, совсем другое — держаться за руки, тем более на улице. Из-за какого-то пустяка настроение катится вниз. Тэхён тоже почувствовал себя неловко, потому что его оттолкнули, так что всю оставшуюся дорогу молчит. И вот снова Чонгук ощущает себя виноватым. Не сказать, что ему неприятны чужие прикосновения, — скорее, непривычно, когда кто-то касается с такой периодичностью. Это другой уровень в отношениях, — если когда-нибудь они дойдут до него, Чонгук будет только рад, а пока что он поджимает губы и отворачивается. Думает об этой ситуации весь день. Вечером предлагает прогуляться, и Тэхён с радостью соглашается. Всё проходит как обычно: вкусная еда, разговоры ни о чём, громкий смех, удивлённые взгляды прохожих, когда они устраивают соревнование прямо на улице. А потом происходит что-то странное: потеряв Тэхёна в парке развлечений, Чонгук растерянно оглядывается по сторонам. Уже хочет позвонить, тянется в карман за телефоном, как сзади его крепко обнимают. Перед глазами появляется воздушное облако розового цвета — Тэхён протягивает ему сахарную вату и широко улыбается. — Прости. Напугал? Чонгук не шевелится. Взгляд останавливается на чужих руках, что покоятся на его груди. Первая мысль — оттолкнуть, поскорее избавиться от физического контакта и спрятаться в своей скорлупке, а вот вторая немного пугает. Тэхёна хочется притянуть к себе ближе и сказать, чтобы тот больше не исчезал так внезапно. Три минуты назад они разговаривали, обсуждая аттракционы, а потом Тэхён резко пропал, — как выяснилось, увидел тележку с сахарной ватой и не смог пройти мимо. Ничего необычного не произошло, тогда почему на секунду в груди стало так пусто? Чонгук ничего не понимает. Ныряет в свои мысли с головой, идёт машинально, следуя за Тэхёном. Тот взял его за руку, сказав, что хочет прокатиться на карусели, и смело идёт вперёд, к своей цели, не обращая внимания на людей вокруг. Чонгук смотрит ему в спину. Все школьные годы Тэхён казался ему социально неловким и пугливым. Да, он со многими находил общий язык, но по своей натуре был скромным и тихим. Как-то так получилось, что, повзрослев, они поменялись местами. Из бесстрашного мальчишки, готового кинуться в бой при малейшей необходимости, Чонгук превратился в спокойного парня, который лишний раз не произносит ни единого слова. Может быть, вынужденное одиночество и начало самостоятельной жизни сделали его таким. Он стал более собранным, внимательным, понял, что за спиной больше нет старшего брата и родителей и положиться он может только на себя самого. На самом деле, это интересно — то, как меняется человек с возрастом. Казалось, только вчера он смотрел на своих одноклассников свысока и искренне верил, что ему не место среди них. Тэхён был для него скучным и слишком правильным, а вот Чимин вызывал интерес, — до сих пор не знает, почему тянулся именно к нему. Может, видел своё отражение? Говорят же, мы притягиваемся к людям, которые являются теми, кем бы мы — в глубине души — хотели стать, но не нашли в себе смелости. Чимин отличался своей искренностью, — в средней школе Чонгук был таким же. Тоже старался всем помогать, с лёгкостью заводил новых друзей и даже не подозревал, что люди могут ответить жестокостью на добро. По крайней мере, так случилось с ним. Тот весенний день ничем не отличался от других. Они с одноклассниками убирали кабинет после уроков, учитель попросил перенести старые стулья в кладовку. Чонгук вызвался первым: взял сразу два и вышел на улицу. Нужно было обойти школу, чтобы попасть в кладовку. Было тепло, солнце светило очень ярко, приходилось жмуриться и время от времени останавливаться. Поставив стулья возле стены, Чонгук направился к выходу, однако путь к двери ему перекрыли трое одноклассников. Те уже поджидали его. Причина их недовольства стала понятна не сразу. Его толкнули в грудь и окружили с двух сторон, — третий стоял на улице и караулил. Сердце наполнилось тревогой и забилось в агонии. Всё началось с насмешек. Оказывается, одному из них не понравилось, что в раздевалке Чонгук вёл себя чересчур тихо и с любопытством поглядывал на остальных. На тот момент единственным его другом был Чхве Ёнджун из 3-B. Они учились в разных классах, но почти всё свободное время проводили вместе. Дружба была тесной: они частенько подшучивали друг над другом, то шлёпали по заднице, то тыкали в щёки пальцами, изображая влюблённую парочку. Чонгуку нравилось устраивать импровизированные спектакли, к тому же Ёнджун всегда подыгрывал ему, не считая странным такое близкое общение. Несмотря на одинаковый возраст, Чонгук считал своего друга взрослым не по годам. Ёнджун создавал образ мудрого и спокойного парня, который знал много интересного. Это была не влюблённость, их связывала крепкая дружба и общие увлечения. Однако его одноклассники считали иначе. Было противно слышать из их уст оскорбления. Ёнджун был выше него на целую голову, — нападать на него побоялись, поэтому выбрали жертву послабее. Завязалась драка. Чонгук пытался дать отпор, но силы были неравны. В какой-то момент к нему пришло осознание: его хотели не побить, а просто запугать. У них это получилось. Вернувшись домой, он закрылся в своей комнате и проплакал несколько часов. Было банально обидно. Что плохого он сделал? Даже если ему симпатичны другие парни, почему он должен страдать из-за этого? По случайности Сокджин, его старший брат, увидел синяки, которые он прятал под одеждой. Родители, узнав о драке, подняли много шума. Всех четверых вызвали к директору и долго разбирались. Конечно, никто не признался в истинной причине конфликта. Если честно, Чонгуку было всё равно, какая участь ждала его одноклассников. Родители были так возмущены произошедшим, что приняли решение до конца средней школы перевести сына на домашнее обучение. Экзамены Чонгук сдавал вместе с остальными. После — они переехали в другой город, где он пошёл в старшую школу, — там и встретил Чимина с Тэхёном. Наверное, эта ситуация оставила большой след на нём. С новыми одноклассниками он даже не пытался подружиться. Рассказывал о своих родителях, о крутом старшем брате, но близко никого не подпускал, потому что боялся, что история повторится. А потом на одной из перемен к нему подошёл Чимин и угостил рисовыми пирожками, — так и начали общаться. Чем больше проходит времени, тем сильнее Чонгуку кажется, что на чужой счёт он всё-таки ошибся. Чимин не был его первой любовью — он в какой-то степени напоминал Ёнджуна. Они ведь тоже близко общались и носили статус друзей. И если в средней школе Чонгук даже не думал о романтических чувствах, то на новом месте весь страх испарился. Он словно хотел доказать самому себе, что больше не боится, поэтому может влюбиться в другого парня и не прятать своих чувств. Любить Чимина было удобно, как бы странно это ни звучало. Он хороший, добрый и интересный друг, — ничего не мешало сделать его объектом своей симпатии. Чонгук ни за что не признается, что первое время заставлял себя думать о нём. Делал это нарочно, чтобы привязаться ещё крепче. А внимание всё равно привлекал тот, кто ходил за Чимином хвостиком и раздражал одним своим видом. Он много размышлял, почему его отношение к Тэхёну так резко изменилось в какой-то момент. Поначалу тот совсем не вызывал интереса, шёл в дополнение к Чимину, поэтому гулять приходилось втроём. Тэхён мог ничего не делать: просто сидеть рядом и заниматься своими делами, а Чонгук чуть ли не кипел, охраняя Чимина как стервятник. А потом вбил себе в голову, что Тэхён может помешать его планам. Его тёплые чувства, взявшиеся из ниоткуда, выбили всю почву из-под ног. Чонгук собирался добиться внимания Чимина, и Тэхён, честно говоря, мешался. Чужая ориентация не пугала: даже если Чимину нравились только девушки, Чонгук лелеял надежду, что они всегда могут хотя бы попробовать. Из серой тени, что всегда следовала за Чимином, Тэхён превратился в соперника. Казалось, что он заберёт Чимина, наплетёт какой-нибудь ерунды, и тот перестанет с ним общаться. И вот сейчас уже не разберёшься: Тэхён ревновал своего лучшего друга или действительно был в него влюблён? Всё походило на какую-то игру, вернее — на соревнование по перетягиванию каната. Чонгук видел в Тэхёне конкурента, но ни разу не задумывался, почему он был уверен, что Тэхён сделает всё возможное, чтобы они с Чимином прекратили общение. Если он рвался в бой и был готов пойти в лобовую атаку, что по итогу и сделал — признался в чувствах и планировал поцеловать, — то Тэхён ведь с самого начала не предпринимал никаких действий. Его словно всё устраивало. Он любил втайне, и чувства его были светлые и нежные, в большинстве своём именно дружеские. До сих пор Чонгуку непонятно, что побудило Тэхёна на поцелуй. Он был слишком злым и раздражённым: переживал не из-за того, что Чонгук опередил его, а волновался за состояние Чимина. Ощутив его холодные губы на своих, Чонгук на какое-то мгновение и вовсе забыл об их маленькой войне. Тэхён не нападал: он сдался ещё давно, подняв белый флаг. Его решение отступить было разумным и смелым. А вот Чонгук всё не мог смириться с мыслью, что он снова проиграл. Проиграл в битве с самим собой. Прошло два года. Чимин забылся, словно его никогда и не было. А Тэхён… сжимает его пальцы своими, пока их кружит карусель, и басисто смеётся. С самого начала, с момента их знакомства, Тэхён вечно стоял где-то позади, но тенью Чимина он никогда не был. Чонгуку не хотелось его замечать, но кто сказал, что он этого не делал? — Вы до сих пор общаетесь? — набравшись смелости, спрашивает Чонгук, когда они заглядывают в кофейню по пути домой. Тэхён не пьёт кофе, поэтому он взял для него красный чай с имбирём и апельсинами. Для вечернего перекуса сгодились круассаны с ветчиной, сыром, листом салата и помидором. Они разместились у самого дальнего столика, возле небольшого окна. Кофейня достаточно маленькая, но уютная. Включённая гирлянда на стене отбрасывает тёплый свет; вместо твёрдых стульев — глубокие кресла с подушками. Пахнет молоком и чем-то сладким — кажется, ванилью. Чонгуку здесь нравится. Не поняв вопроса, Тэхён поднимает брови. — С Чимином, — поясняет Чонгук, отпивая свой арахисовый раф. Начавшийся разговор не вызывает в нём эмоций. Ему просто стало интересно, как так получилось, что два лучших друга, которые были не разлей вода с самого детства, теперь живут в разных городах. — Общаемся, — спокойно говорит Тэхён. — Мы созваниваемся с ним по видеосвязи почти каждый вечер. Иногда ему совсем некогда. — На его губах расцветает улыбка — добрая и в то же время грустная. Тэхён наполняет свою чашку наполовину, убирает заварочный чайник в сторону и поднимает на него взгляд. — Недавно Минни начал встречаться кое с кем, — решает рассказать Тэхён. Он частенько называет Чимина таким образом. Чонгук понимает — они всё ещё очень близки, ведь Тэхён отзывается о друге с прежней теплотой. — Перед каждым свиданием он спрашивает моего совета, будто я что-то смыслю в любовных делах, — усмехается. — Но вообще-то, польза от меня есть. Благодаря мне он выкинул ужасную рубашку жёлтого цвета, которая ему совершенно не подходила. Не знаю, почему она ему нравилась… — Тэхён на секунду задумывается о чём-то. Сделав глоток чая, он поднимает взгляд на Чонгука и спрашивает: — Есть какая-то причина, по которой мы заговорили о нём? Не хочется ставить Чонгука в неловкое положение. Тэхён специально не упоминал Чимина в разговорах всё это время, потому что думал, что Чонгуку будет не совсем приятно слушать о нём. Однако он не выглядит расстроенным, и это радует. — Нет, — пожимает плечами Чонгук. — Просто осознал, что ты ни разу не рассказывал о Чимине. Он ведь твой лучший друг. Повисает пауза. Интересно, а Чимин в курсе, что они с Тэхёном возобновили общение? Что-то ему подсказывает, тот давно обо всём знает… Внезапно пришедшая мысль заставляет замереть. Чонгук, чуть нахмурившись, вспоминает старый разговор. Тэхён говорил, что переехал в Каннын из-за дедушки, но почему он поступил именно в этот университет, где учится Чонгук? С дедушкой он даже не пересекается, если только на тренировках, на которые приходит по своему желанию. Ездить на другой конец города ежедневно и оставаться в университете до самого вечера, чтобы составить компанию своему дедушке по дороге домой, это немного… странно? Зачем проделывать такой длинный путь? Мог бы поступить в другое место, поближе к дому. Чонгук переводит задумчивый взгляд на Тэхёна, и тот, почувствовав себя неловко, тушуется. Сразу губы облизывает, начинает нервничать, словно стоит перед учителем. — Почему ты на меня так смотришь? — растерянно улыбаясь, задаёт вопрос Тэхён. С ответом Чонгук не спешит. Он не такой самовлюблённый, чтобы думать, будто Тэхён выбрал университет только из-за него. Однако вспоминая, как он пытался заговорить с ним в самые первые дни их встречи, Чонгук уже ни в чём не уверен. Что-то Тэхён не договаривает… — А ты знал, что мы поступаем вместе? Прямое попадание в яблочко. По чужому взгляду можно догадаться, что Тэхён крайне растерян. В глаза больше не смотрит — гуляет взглядом по потолку, стенам, пытаясь срочно что-то придумать. Чонгуку по какой-то причине становится весело. Он даже улыбается, неверяще качая головой. Не может быть. Всё это время Чонгук полагал, что их встреча — простое совпадение. Один и тот же город, один университет, один спортзал, в который Тэхён ходил с завидной регулярностью, хотя в волейболе ничего не смыслил. Причина действительно в дедушке, как думал Чонгук всё это время? Или же Тэхён преследовал другую цель? — Знал, — наконец признаётся он, поджав губы. — Я разговаривал с твоим старшим братом ещё в конце лета. Мы пересеклись случайно, на улице возле вашего дома. После похорон бабушки я часто гулял по вечерам в одиночестве, — рассказывает Тэхён тихим голосом. — Твой брат спросил, куда я планирую поступать, и вскользь упомянул, что ты собрался переезжать в Каннын. Вот я и подумал… — Он вздыхает, заставляя себя поднять глаза и посмотреть на Чонгука. — Я подумал, что было бы неплохо учиться с тобой в одном университете. Чонгук даже не знает, как ему реагировать. Не может выдавить из себя ни слова, хлопает ресницами, глядя в чужие глаза, и совсем теряется в своих мыслях. Какова была вероятность, что он захочет общаться с Тэхёном после того, что между ними произошло? Как долго он бы бегал за ним, не предложи Чонгук прогуляться в один из вечеров? Появляется так много вопросов, из-за чего у него начинает болеть голова. Но в данный момент его волнует только одно. — Ты хочешь быть моим другом? — всё, что ему необходимо знать. Тэхён не тратит время на раздумья. Смотрит прямо в глаза и говорит с уверенностью: — Нет. Сердце словно ухает куда-то в пятки. Его будто гвоздями к стулу прибили — пошевелиться не может, как и задать следующий вопрос. Впрочем, нужды в этом нет. Тэхён больше не собирается скрывать свои истинные намерения. — Просто другом быть не хочу. Никогда не хотел. Понял ещё в школе, но боялся тебе об этом сказать. У Чонгука горит лицо. Он отворачивает голову, не в силах смотреть в глаза. Их только зарождавшаяся дружба рушится в одночасье. Ещё утром он сидел с Тэхёном у себя дома и думал о том, что из них получатся хорошие друзья. А оказывается, дружить Тэхён и не планировал вовсе. Тогда что же он хотел? Спрашивать об этом Чонгук не собирается. По крайней мере, не сейчас, — хватит с него потрясений за один вечер. Забрав свою сумку, он направляется к выходу — надо подышать свежим воздухом и успокоиться. Снаружи уже стемнело; люди возвращаются с работы, кто-то гуляет, держа любимого человека за руку, а он идёт вниз по улице и чувствует себя идиотом. Как он мог не заметить раньше? Все эти прикосновения, долгие изучающие взгляды, разговоры на личную тему. Тэхён хотел с ним сблизиться, и у него это получилось. Чонгук и не понял, когда успел подпустить к себе настолько близко. Он растерян. Возможно, даже напуган, потому что не ожидал подобного расклада. Что значит «понял ещё в школе»? При чём здесь вообще школа, если тогда они даже не общались? Голова сейчас взорвётся, честное слово. Чонгук срывается на бег, но из-за больной ноги приходится перейти на шаг. Оборачивается, чтобы убедиться, что Тэхён не побежал за ним, и резко останавливается. Тэхён стоит посреди улицы и смотрит на него. С места не сдвигается, даёт время всё переварить и решить, будут ли они видеться дальше, или это конец. Чонгук жмурится. В груди тяжело, будто камни внутрь наложили. Он поворачивается и плетётся медленным шагом обратно. Будет глупо сбегать вот так — без всякого ответа. Но сказать ему и правда нечего, да и Тэхён не просит. — Прости, что говорю это только сейчас. — Его тихий голос мешается с шумом улицы. Чонгук голову не поднимает, смотрит себе под ноги и долго молчит. — И что теперь? — наконец собирает себя по кусочкам и вздыхает. — Не знаю, — честно говорит Тэхён. — Если хочешь, мы и дальше будем общаться. — А смысл? — хмурится Чонгук. — Я наигрался в игры, Тэхён. Больше не хочу всей этой недосказанности… Скажи прямо… — Он устремляет взгляд на него, чувствуя, как разгоняется сердце, — …на что ты надеялся? Тэхён пожимает плечами. — Ни на что я не надеялся, Чонгук. Просто хотел, чтобы ты стал частью моей жизни. — От этого откровения замирает дыхание. Тэхён не пытается ничего утаить или спрятать — говорит как есть. Без ножа режет: взглядом рассекает грудную клетку, пробираясь ещё глубже. — У меня есть хотя бы шанс? — Шанс, — повторяет Чонгук, нервно усмехаясь. — На что? Не понимает. И не хочет понимать. Тэхён сводит брови к переносице. Разве его намерения не очевидны? Почему Чонгук делает вид, что он ещё не догадался? — На отношения, — совсем тихо. Чонгук зарывается пальцами в волосы и отворачивается. Какие, нахрен, отношения? Между ними? Что за бред Тэхён вообще несёт? — Кто вообще сказал, что я встречаюсь с парнями? — спрашивает у себя самого и всё-таки уходит. Разговаривать им больше не о чем. Уже в спину доносится: — Трус! Чонгук не смеет спорить. Тэхён прав: он жалкий трус, которому легче убежать и спрятаться в своей конуре, нежели принять новую реальность.

🏐🏐🏐

— Я оттолкнул его, Минни, — говорит Тэхён грустным голосом, едва ли сдерживаясь, чтобы не начать грызть себя изнутри. Он валится на кровать мешком и долгое время молчит, с надеждой глядя в экран телефона. Чимин в другом городе, даже обнять его не может, пускай очень хочется. Выслушав Тэхёна, тот вздыхает на другом конце провода. Помочь ничем не в силах — утешающие слова вряд ли спасут ситуацию. О его влюблённости Чимин узнал несколько месяцев назад: Тэхён пришёл с чистосердечным, во всём сознавшись. Пазл наконец собрался воедино. Рассказал и про драку, и про поцелуй, и про странное чувство в груди, которое появляется всякий раз при виде Чонгука. Реакцией Чимина было удивление. С тем, что в него были влюблены двое друзей, он до сих пор не смирился. Поговорил после с Тэхёном, спросил, уверен ли он в своих чувствах, а тот и признался: любит Чимина как друга и всегда будет любить. Что же касается Чонгука, то Тэхён понял — вляпался. Конкретно вляпался. Кажется, это произошло на поле, в тот момент, когда они, глядя друг на друга со злостью в глазах, потянулись навстречу и сцепились. Да, Тэхён проявил инициативу, но ведь Чонгук ответил с не меньшим порывом. Проник под рёбра, прямо в сердце, и засел там основательно. И всё же такая новость стала неожиданностью. Тэхён никак не планировал, что теперь все его мысли будет занимать одноклассник. Приходил в школу, смотрел на Чонгука, пока тот не видел, и увязал в своих мыслях. Поговорить не хватало смелости. К тому же, Чонгук сильно отдалился и пресекал любые попытки начать разговор. Тэхён не хотел на него давить, поэтому решил, что лучше всё оставить как есть. В глубине души надеялся, что после сдачи экзаменов станет легче. Разлука должна была пойти на пользу, однако вдали от Чонгука он не находил себе места. Постоянно порывался дойти до его дома, написать сообщение, перекинуться хотя бы парой фраз. Лезть в чужую жизнь без разрешения казалось неправильным. В последний момент принял решение переехать к дедушке и поступать на факультет искусств. Мысли о встречах с Чонгуком грели сердце. Даже если бы они пересекались лишь в коридоре университета и проходили мимо, ему было бы этого достаточно. По крайней мере, так ему казалось первое время. А потом увидел Чонгука в спортзале — пришёл туда из любопытства — и утонул. В своих чувствах. Мог и дальше оставаться в тени, но не захотел. Каждый ведь для себя решает сам: стоять на привычном месте или же рисковать. Плана никакого не было. Тэхён не представлял, как сложатся их отношения. Пока думал, с какой стороны подобраться, Чонгук сделал первый шаг. Сердце трепыхалось во время их первой прогулки. Чонгук просто смотрел, а у него в груди всё трепетало от волнения и радости. Тот заметно изменился со школы: стал тихим, спокойным, перестал сторониться. И Тэхён тянулся, так отчаянно тянулся к нему, потому что видел, что Чонгук тоже проявляет интерес. Неужели он неправильно его понял? — Что будешь делать? — спрашивает Чимин, привлекая внимание. Тэхён переворачивается на спину и смотрит в потолок. — Не знаю. А что я могу сделать? Буду ждать. — Ты правильно поступил, что был честен. — Да, но я его напугал. — Тэхён закрывает лицо ладонью и опускает веки. Собирался признаться, поджидал удачного момента, а всё произошло совсем не так, как он представлял. Винить себя не в чем: лгать в любом случае не стал бы. Единственное, что мог сделать, так это не раскрывать все карты сразу. События уже не переиграешь. Теперь Чонгук будет избегать его, прямо как в школе, а ему останется наблюдать за ним со стороны. Вот и конец истории. — Дай ему время, — успокаивает Чимин. Тэхён открывает глаза. А у него есть выбор? Остаётся только ждать и надеяться, что Чонгук не станет повторять старые ошибки.

🏐🏐🏐

Утро начинается с дикой головной боли. Он переворачивается в кровати и с трудом разлепляет тяжёлые веки. Прикладывает ладонь ко лбу, понимая, что у него жар, и шумно вздыхает. Заставить себя подняться и дойти до кухни — полбеды, сложнее перестать злиться. Сегодня тренировка, а он в разбитом состоянии. И как умудрился заболеть? На дворе начало июня, воздух тёплый, перепады температур не такие сильные. Или напился холодной воды, или нагулялся раздетым — из спортзала выходил мокрым, потому снял кофту. Ужасное начало недели. Горло свербит, голова раскалывается, а нужные таблетки всё никак не находятся. Чонгук отправляет два сообщения: старосте учебной группы и Намджуну, предупреждая, что сегодня пропустит тренировку. Выпивает стакан чистой воды, чихает ровно четыре раза, пока плетётся обратно в постель, и залезает обратно. Сон лечит любые болезни, — бабушка всегда так говорила. Просыпается через два часа. Лучше не становится. Приходится пересилить себя и поискать жаропонижающее ещё раз. Так плохо, что аж глаза болят. Выпивает таблетку и садится на край кровати. Сразу же принимает горизонтальное положение — так справляться с головной болью легче. Из-за того, что шторы плотно задёрнуты, в квартире темно. Он спит практически целый день. Встаёт, чтобы сходить до туалета и на обратном пути набрать себе ещё один стакан воды. Хочется верить, что к завтрашнему дню всё пройдёт — пропускать учёбу не особо радует. Хотя, если быть честным, о ней Чонгук думает в последнюю очередь. С момента разговора с Тэхёном прошла уже неделя. Они так и не обсудили сложившуюся ситуацию, даже не виделись все эти дни. Чонгук много думал о его словах, но ни к чему конкретному так и не пришёл. Не общаться с Тэхёном сложно. Не писать ему, не спрашивать о делах, не болтать о какой-нибудь ерунде, не гулять по вечерам. Не слышать его успокаивающий голос и не видеть больших глаз, что всегда смотрели с искренностью. Неужели так быстро привязался? За месяц близкого общения уже как-то привык к нему. Теперь снова приходится мириться со своим одиночеством и включать аниме на фон, чтобы хоть чем-то заполнить тишину. Да, может быть, соскучился, но ни за что в этом не признается. Пройдёт время, и всё вернётся на круги своя, — он уверен. Надо лишь подождать. До этого же как-то жил без общения с Тэхёном — значит, проживёт и дальше. Jisung88: хэй, как самочувствие? best_cap1: тебя не хватало в зале. поправляйся скорее best_cap1: ты хоть лечишься? junhooo: чонгук-а, я скучаю! suga_min: я что-то пропустил? Jisung88: наш чонгук-и заболел suga_min: а-а suga_min: ну, не болей Читая сообщения от парней, Чонгук не сдерживает усмешки. В общем чате ему тоже пожелали поскорее выздороветь. Взгляд ненароком падает на диалоговое окно с Тэхёном, — там тишина уже целую неделю. Так странно на душе. Словно лишился кусочка себя — маленького, но его всё равно не хватает для полноты картины. Вздохнув, Чонгук убирает телефон подальше от глаз. Подушка и одеяла стали мокрыми от пота — температуру удалось сбить, и теперь его снова знобит. Менять постельное бельё не видит смысла: всё равно ложится в постель грязным и обессиленным. Закинул в себя шоколадные хлопья и завернулся в одеяло, пытаясь согреться. Ненавидит болеть. Тем более в не самый подходящий момент. Впереди сессия, надо готовиться к экзаменам, а он уже второй день не появляется в университете. Выглядит как зомби и понятия не имеет, как выздоравливать за короткие сроки. К вечеру его тело снова напоминает раскалённые угли. Он звонит маме, спрашивая, какие лекарства лучше выпить, — недостающее закажет через интернет. Как всё-таки хорошо жить в двадцать первом веке: можно оформить доставку любого товара в любую точку мира. Уже через сорок минут раздаётся звонок домофона. Чонгук, еле как перебирая ногами, подходит к двери, чтобы забрать пакет из аптеки. Курьер уже ушёл, оставив заказ прямо на полу. Чонгук наклоняется и, заметив чужие потёртые кеды перед глазами, замирает. Тэхён поднимает пакет и протягивает ему. — Привет. — Привет. — Почему не сказал, что заболел? — А должен был? Чонгук выпрямляется и заглядывает ему в глаза. На Тэхёне голубая рубашка, заправленная в светлые брюки, кардиган в полоску и любимые кеды. Лицо частично скрыто за белой маской. О том, что Чонгук пропустил тренировку, узнал от дедушки. Сразу же оделся, вышел из дома и сел на первый автобус. В магазине купил продукты, потому что знал, что Чонгук вряд ли выходил из дома и что-то готовил. В аптеку тоже зашёл, — как оказалось, зря. Зачем пришёл? Конечно же, увидеться. Накормить горячим бульоном, пожелать выздоровления и… На большее не надеется. Поговорят потом, когда Чонгук будет чувствовать себя лучше. Сейчас не до разговоров. — Я волновался, — признаётся на грани шёпота. Боится спугнуть снова. — Это было лишним, — хрипит Чонгук, забирая пакет из его рук. — Даже не впустишь? Тэхён ни разу не плакал из-за него, а сейчас на глаза почему-то наворачиваются слёзы. Обидно. Он примчался через весь город, как дурак стоит с пакетом апельсинов и поджимает губы, чтобы не расплакаться. Чонгук даже не смотрит на него, и это расстраивает больше всего. Неужели их общение и правда подошло к концу? — Ладно. Прости, — нарушает тишину Тэхён и пятится назад. Продукты оставляет, надеясь, что они пригодятся, а сам разворачивается. — Да за что ты вечно извиняешься? — не выдерживает Чонгук, подняв голову. Тэхён останавливается. — Зачем ты вообще приехал? Собрался заботиться обо мне? Чтобы я почувствовал себя нужным, а потом меня снова оставили одного? Тэхён молчит, стоя к нему спиной. В голосе Чонгука ни капли злобы — лишь бесконечная грусть и страх перед будущим. С чего он вообще взял, что Тэхён его оставит? Это не он дурак, а Чонгук. — Глупый, — внезапно говорит Тэхён. — Что? Чонгук теряется. Забывает о своей головной боли, о том, что стоит босиком на пороге квартиры, забывает, как дышать, когда Тэхён поворачивается и, взглянув на него, улыбается сквозь слёзы, — Чонгук это понимает по образовавшимся складочкам рядом с глазами, которые блестят от влаги. Он повторяет ещё раз: — Глупый. — Подходит медленно, сокращая между ними расстояние, касается указательным пальцем щеки и шепчет: — Дурашка. Чонгук не может пошевелиться. Замер как статуя и заворожённо наблюдает за тем, как тот ведёт кончиком пальца по горячей коже и добирается до губ. Подушечкой Тэхён нажимает на нижнюю губу и улыбается снова. — Я готов заботиться о тебе, не преследуя никаких целей. Просто потому, что я этого хочу. Попросишь уйти — я уйду. Попросишь остаться — я останусь. Есть ещё вопросы? — Да, — двигает губами Чонгук, вынуждая убрать от себя руку. — Почему я? — Не знаю, — пожимает плечами Тэхён. — Ты мне нравишься, потому что ты — это ты. Нужны ещё какие-то причины? Чонгук растерянно качает головой. Ему только что в симпатии признались? Впервые в жизни. Ещё и при таких странных обстоятельствах… — У меня ноги замёрзли, — говорит он спустя две минуты. Облизнув пересохшие губы, Чонгук чешет затылок. — Ещё не передумал заходить? Чужие уголки губ ползут в стороны. Тэхён обхватывает его ладонь, и Чонгук тянет на себя, закрывая за ним дверь. Пакеты остаются лежать в прихожей — бульон и лекарства подождут. А вот Тэхён, прижимающийся к его груди, — нет. Обнимаются, чувствуя себя неловко, улыбаются в полумраке. Чонгук мягко вдавливает его спиной в письменный стол и встаёт вплотную, заглядывая в глаза. Тэхён оставляет руки на его талии, — там им самое место. — Ну? — Что? — усмехается Тэхён. — Рассказывай. — Нечего рассказывать. Я уже всё сказал. Чонгук не отводит взгляда от его глаз. Хочет увидеть лицо полностью, но снять маску не решается — он всё-таки болеет и заражать Тэхёна не хочется. Грудь вся горит. Его лихорадит из-за поднявшейся температуры или дело в Тэхёне? Тот поглаживает его бока: Чонгук чувствует через одежду прохладу кожи. Подцепляет чужую ладонь и прикладывает к своей шее, издавая шумный вздох. Обычно у Тэхёна тёплые руки, но сейчас они холодные, — или ему просто кажется, потому что он слишком горячий. Водит ладонью по своему лицу и шее, чувствуя себя чересчур странно, а Тэхён ничего не говорит, наблюдая за ним со всей внимательностью. — Так хорошо… — Чонгук прикрывает глаза, прижимаясь пылающей щекой к раскрытой ладони. — Ты же весь горишь, — шепчет Тэхён. Надо бы дать ему таблетку и положить под одеяло, но оторваться сейчас друг от друга слишком тяжело — всё, приклеились. Из-за близкого расположения их тел дышать становится трудно. В горле всё пересыхает. Тэхён облизывает губы, увлажняя их, — зачем это делает, не знает, Чонгук всё равно не видит из-за маски. — Тебе надо отдыхать. Чонгук его даже слушать не хочет. Опускает взгляд и подаётся вперёд, но тут же отстраняется и сглатывает. Вроде, хочется поцеловать, но он не уверен, что момент подходящий. Может, Тэхён вообще не хочет с ним целоваться? Надо спросить или его вопрос прозвучит глупо? Мечется несколько секунд и в итоге сдаётся: наклоняется, положив руки на стол по обе стороны от Тэхёна, и прижимается своими губами к его, целуя сквозь тонкую ткань. Тэхён теряется всего на мгновение. Подцепляет маску пальцами и быстро снимает её, убирая в карман. Тёплое дыхание Чонгука оседает на лице. Он кладёт ладони на его щёки и смотрит в глаза, прежде чем сократить расстояние и поцеловать по-настоящему. — Не боишься заразиться? — спрашивает Чонгук шёпотом. Тэхён не отвечает: целует, прикрывая глаза, и улыбается в поцелуй. Целоваться не умеет, поэтому поначалу медлит, отрывается от губ, гладит щёки Чонгука большими пальцами, а затем тянется снова. Всё происходит как-то само собой. Как и в первый раз доверяется внутреннему ощущению и просто двигает губами, обхватывая ими чужие и неторопливо отпуская. Чонгук придвигается ближе и вытягивает руку, собираясь приобнять, но смущение слишком велико. Касаться Тэхёна пока не решается, у него уже крышу сносит от того, что они целуются — мягко, осторожно, изучающе. Так получилось, что его первый поцелуй украл Тэхён. И второй тоже… И третий. Они прерываются на секунду: Тэхён меняет положение головы, наклоняя её в другую сторону, и приближается снова, в этот раз действуя посмелее. Чонгук так и не придумал, что делать со своей рукой, поэтому оставил её на столе. Целоваться приятно. И совсем не сложно. У Тэхёна губы мягкие, немного шершавые и сухие. Чонгук, наверное, сейчас сгорит от стыда. Первым задействует язык, облизывая нижнюю губу Тэхёна, а затем проникая в тёплый рот. Никто не против. Постепенно поцелуй перестаёт быть неловким. Чонгук делает шаг вперёд, укладывая ладони на чужих лопатках и притягивая к себе ближе. Тэхён улыбается на это действие, однако не прерывается. Целуются медленно, тягуче, только привыкая к новым и таким приятным ощущениям. В груди теплеет. Чонгук отстраняется первым: распахивает глаза, смотря на Тэхёна расфокусированным взглядом, снова наклоняется, коротко целуя в уголок губ, и выдыхает горячий воздух. — Теперь точно заболеешь, — всё тем же шёпотом, поглаживая спину. — Ну и ладно. Чонгук смущённо улыбается. — Мне понравилось. — И мне. — Тэхён прижимает руки к его груди. — А ты знаешь, что поцелуй снимает стресс? — Чонгук мило хмурит брови — не знал. — В мозгу продуцируются эндорфины — эндогенные опиаты: они вызывают чувство радости и одновременно снимают боль. Тебе стало легче? — М-м… — Чонгук задумывается. Всё тело по-прежнему горит, ещё и сердце быстро бьётся, будто вот-вот остановится. — Кажется, я скоро откинусь. Тэхён пугается не на шутку. Отодвигает его за плечи и убегает в коридор за аптечным пакетом, а Чонгук смеётся. — Я же пошутил. Тот останавливается посреди квартиры и одаривает его прищуренным взглядом. — Дурашка, — снова называет этим странным прозвищем. В какой-то степени оно даже милое, потому что звучит по-детски и как-то ласково. — Мне тоже надо выпить противовирусное. Через слюну столько бактерий передаётся! — Тэхён качает головой, раскладывая лекарства на столе. — При поцелуе, кстати, происходит химическая реакция. Наш организм определяет, подходит нам партнёр или нет. Происходит гормональный всплеск, выброс половых гормонов — адреналина, окситоцина, — в то же время в крови падает уровень гормона стресса — кортизола, — рассказывает Тэхён, находя нужную упаковку. — А вообще, целоваться полезно, хотя и с гигиенической точки зрения — опасно, ведь можно подхватить какую-нибудь инфекцию. Мне попалась одна интересная статья на эту тему, и там врачи говорили, что целоваться с кем попало не стоит. Представляешь, если у партнёра есть ранки на губах или во рту, можно не только герпес подхватить, но и какую-нибудь инфекцию, передающуюся половым путём. Я так удивился, когда прочитал об этом. — Тэхён поднимает голову, понимая, что Чонгук молчит уже несколько минут. Он ведь ни о чём не жалеет? — Не знаю, зачем я тебе всё это говорю... Просто вспомнилось. Только не подумай, что я готовился к нашему поцелую, поэтому перечитал кучу статей и посмотрел обучающие видео. Блин, я не должен был это говорить. — Он закрывает лицо дрожащей ладонью и усмехается. — Ты с кем-нибудь целовался? Ну, помимо меня… Почему-то захотелось спросить. Если ответ будет положительным, Чонгук не расстроится, а если отрицательным — немного успокоится. Если у Тэхёна нет опыта, как и у него, ему не с кем сравнивать. А вдруг он уже с кем-то встречался? С каким-нибудь мастером поцелуя, с которым Чонгук и рядом не стоял? Кажется, он начинает нервничать. Тэхён наливает в стакан чистую воду и подходит к нему, протягивая на ладони круглую таблетку. Чонгук показательно обхватывает его запястье и наклоняется, забирая содержимое и вместе с тем касаясь губами кожи. Тэхён улыбается. — А ты? — Я первый спросил. И почему так неловко признаваться в том, что он неопытный? Будто Тэхён над ним посмеётся, честное слово… — Нет, — мотает головой Тэхён и вытягивает руки, обвивая шею. Чонгук вздыхает с облегчением. — Тоже. «Вот и замечательно», — проносится в мыслях у обоих. Тэхён вдруг хрипло смеётся. Хочется поцеловать Чонгука ещё раз, но ему начинает казаться, что он успел заразиться. Кажется, потом будет очередь Чонгука ухаживать за ним.

♫ Masayoshi Yamazaki — One More Time, One More Chance ♫