Педагогика журналистики

По итогам дополнительных занятий, которые проводила Носеда, персонально для младшей Блайт, та вернула себе статус лучшей. Эмити не могла заснуть, прокручивая в голове образы своего педагога. Считала ли она это нормальным? Нет. Хотелось ли ей думать о ней? Да. Шумно выдохнув, девушка крепче сжала подушку, впиваясь в ткань, набитую пухом, своими аккуратно подточенными коготками. Шатенки никогда не было в доме Блайт, несмотря на это, запах свежести от постиранного белья ассоциировался с именно с ней. Как давно она вглядывается в эти карие глаза? Наверное, с самого начала. Конечно, Миттенс знала, что происходит. Так точно понимать себя стало ее проклятием, особенно сильно это повлияло на нее в период с первого по второй курсы. Тогда девочке пришлось справляться с давлением сверстников и изначально мертвой симпатией к молодому стажеру, который отверг ее с первого взгляда. Разумеется, это не его вина. Чего уж точно не могла ожидать Блайт, так это шутки судьбы, в лице Носеды, которая свалилась на нее по воле сестры и случая. Вся соль в том, что пусть журналистка и добра к ней, Эмити уверена, дело в статусе ее родственников. Мятноволосая грубо перевернулась на бок, глотая ком. Ей не нравится думать об этом. О чем угодно, лишь бы не о возможной лжи шатенки. Но черт возьми. Как же ее не хватает. Сегодня они не виделись совсем, Эмити хило замычала. «Соскучилась? Я?» шумно втянула та воздух. Возможно она слишком стремительно поддлалась и поплыла по течению, но ей это не мешало Нет, вернее мешало. Или нет. Мисс Идеал сама не была уверена в том, как ей воспринимать ситуацию, потому покорно отпустила мысли в свободное плавание. За пеленой несчастья возможна и любовь. Только бы повезло. **** Луз старательно обхаживала все углы своей квартиры. Ей не присуща чистоплотность, но кажется, волнение так сильно ударило в голову, что спасением стало лишь дотошное вымываение полов и истребление пыли. Уже завтра она идёт на вечеринку Эмиры и Эдрика. Прекрасно зная шатенку, с лёгкостью можно отметить, что она сочла их лучшими друзьями, будучи знакома с теми несколько минут. Уж больно хороши для доминиканки. Насвистывая себе заурядную мелодию шансона, коих тысячи под одну гребенку, кареглазая прыгает по орнаменту своих полов, накручивая влажную тряпку в руках. Настроение на редкость летабельное, забавно то, что сама девушка даже не понимала, что послужило толчком. «Надеюсь я не покажусь грубой, или не сделаю что-то не так» переживала Носеда, споласкивая зеленое и пыльное плотно. Закончив с уборкой, чайник приторно забурлил, нашептывая лестные слова, где-то в закромах фантазии. Любимое печенье в момент оказалось на столе, а стул противно скрипнул, приглашая за стол. До обеда ещё далеко, но побаловать себя плюшкой и чаем Луз была рада ежесекундно. Остаток дня ничем особо не отличался, разве что предвкушение встречи настойчиво опутывало свинцовыми оковами. За все это время шатенка не могла занять себя достойным делом. В голову доминиканки лезли различные проекции квартиры Эдрика и Эмиры, их возможный досуг, непрошенная улыбка младшей Блайт, которая задержалась дольше всего. С того раза мятноволосая настолько редко искренне улыбалась, что ухватиться за память, как за выступ эвереста, было единственным способом не упустить картину. Эта гримаса, полная счастья, настолько впечатлила журналистку, которая слишком часто опиралась лишь на позитив, что теперь хотелось пробить панцирь Эмити, заморозив ту, как эталон грации и красоты. **** Утро следующего дня подбило шатенку забежать в ближайший ларек и купить себе пюре. Детское питание восхищало и поражало своей сладостью и простотой послевкусия. Наверное, девушка смотрелась бы комично, особенно потягивая ее на рабочем месте, но чем раньше встаёт Луз, тем реже успевает позавтракать. В связи с весьма нестабильным климатом, местами уже распластался палас снега, горделиво возвышаясь над скромной талой лужицей, намереваясь задавить своими объёмами и превосходством. Влетев в университет, спешно скрываясь от морозного воздуха, Носеда победно выдохнула. До пары оставалось минут двадцать пять, поэтому Луз, карабкаясь по лестнице на этаж, неторопясь раскручивала крышку своего безупречного завтрака. Словно по клише, в аудитории уже сидели несколько человек, включая и юную Блайт. Она лениво листала свой конспект, заткнув одно ухо наушником. — Доброе утро — не выпуская изо рта тюбик, пропыхтела Носеда. Со стороны учеников потянулся монотонный гул, ака приветствие. Эмити спешно вскинула голову, сканируя доминиканку. Внезапно, соскочив со своего места, чем заставила некоторых лиц вздрогнуть, Миттенс направилась к преподавателю. Подойдя достаточно близко, зеленоволосая кхмыкнула, прочищая горло. — Эмира просила передать, что сегодня не сможет вас встретить. В целях экономии времени, я сопровожу вас. — отрапортовала девушка, демонстративно разворачиваясь. Не дождавшись ответа, она зашагала в сторону своих вещей. От глупого вида слегка растерянной и запыхавшейся Носеды лицо зеленоволосой зарделось, крича о срочном отступлении. Сев на место, Эмити снова кинула короткий взгляд в сторону учительского стола, шатенка, поймав глаза Блайт, спешно оттопырила большой палец, раскрываясь в улыбке. Миттенс рывком отвернулась на окно, захлебываясь в мыслях. *** Пары прошли наиболее продуктивно и спокойно. По субботам их посещают дай бог половина студентов, которые либо идут на пьедестал, либо погружены в процесс. Молодые люди утекали постепенной струйкой, пока журналистка собирала вещи, устало потягиваясь. Взглянув на часы, девушка хмыкнула. В такое время начинает темнеть, воздух нарочито окутывает пеленой колюще-режущего мороза, открывая новую уличную тему «гололед». Эмити ждала кареглазую около выхода, внимательно следя за каждым движением. В кармане щекотно завибрировал мобильник. Вытащив его уж как-то больно ловко, Луз оценила входящий, приняв звонок. — Да, любимая, слушаю тебя — усмехнулась девушка, подшучивая над звонящей. Носеда знала, что подруга не любит такие шуточки, ибо, как утверждает, 1000% гетеро персона. — Шиншила совиная, твою мать. Когда ты уже перестанешь нести свою лесбийкую сопливую чушь?! — взвизгнула Уиллоу. — Никогда тебе о чем-нибудь говорит? — — Ты невыносима — фыркнула девушка. — Что тебе нужно? — — Я приезжаю через пару дней. Буду жить у тебя, просто предупреждаю. Гони всех своих проституток. — — Неужели сама Уиллоу Парк снизойдет до грешника. Дождь из сыра пойдёт. — залилась Носеда, бросая косой взгляд на проводника. Та угрюмо пожирала глазами в цвет золота пол, оперевшись на косяк. — Мне пора, росточек, прекрасная принцесса не будет долго ждать. — не успела собеседница и слова сказать, как оказалась в гордом одиночестве. Шатенка сунула телефон в нагрудный карман футболки, извиняясь за ожидание. Весь путь они обе шли, погруженные в себя. Разница заключалась лишь в том, что Эмити изредка шмыгала носом, отстраненно шагая впереди, а Луз не могла уловить ее настрой, так как обогнать малышку будет нелогично. Кареглазая уткнулась в мех своей куртки, согревая замерший нос. — Как дела, Эми? — Блайт вздрогнула, не сбавляя темпа. — Нормально, спасибо — От того, насколько хмуро это прозвучало, не по себе стало даже шатенке. Судя по всему, диалога у них не выйдет. «да что у неё на уме?» фыркнула журналистка, пожирая спину мятноволосой. **** Остаток пути прошёл в гордом молчании двух сторон. Наконец, добравшись до небольшого двухэтажного дома, Эмити остановилась. — Сюда — Не оборачиваясь, воскликнула девушка, перешагивая через поребрик. Калитка поддалась, стоило лишь приложить брелок к домофону. Неспешным шагом, любуясь пейзажем, доминиканка шла вслед за студенткой. — Голову сломаешь! Крути поменьше! — крикнул с окна Эдрик, махая прибывшим. Младшая Блайт его жест словно не заметила, в отличии от Луз, которая остановилась и принялась описывать половину окружности. Вдоволь наулыбавшись, девушка наконец вбежала в дом, утонув в объятьях Эмиры. — Луз! Привет, сова! Ну как ты? — пропела зеленоволосая, крепко сцепив доминиканку. — Очуметь хоромы! — восторженно пискнула девушка. — А то! Ну, иди приводи себя в порядок. Ванная комната за углом слева. — улыбнулась декан, удаляясь в неизвестном направлении. Переодевшись, Носеда потянулась и наклонилась к зеркалу, оттягивая свои синяки под глазами. — Сосуд лопнул, емае. — устало буркнула она, походя на мертвеца. Полюбовавшись своей небрежной укладкой, создав объем, шатенка покинула помещение. В гостиной стоял массивный стеклянный стол, усеянный разнообразными закусками и напитками. Все было украшено праздничными лентами, отсылая на зачинщиков праздника. Эдрик носился с тарелкой начос, пока Эмира, что-то выкрикивая, описывала зигзаги, пытаясь догнать вора. Разрывая тишину смехом обоих, картина наполнялась нотами счастья и веселья, что стирало усталость полносью. Заметив доминиканку, оба остановились, приводя себя в порядок. — Сегодня ты у нас посыльный, Носеда. — добро улыбнулся Эдрик, нехотя отрывая тарелку «от сердца». — Будь добра, поднимись за Эмити, должно быть, она у себя. — Поддержала Эмира, отодвигая начос подальше. — Скажи, что ужин готов, это ее подкупит. — усмехнулся парень, убирая руки в карманы. Луз коротко кивнула и развернулась на носках. Половицы на лестнице местами поскрипывали, осведомляя всю нечисть в доме о скором приближении доминиканки. Второй этаж был мрачнее первого. Нащупав выключатель, коридор озарился блеклым светом. Носеда прошла вдоль комнаток, пока не наткнулась на дверцу, обклеенную стикерами с Азурой и котиками. Выдержав секундную паузу, шатенка тихо постучала. — Эми, я вхожу — Предупредила доминиканка, неспеша открывая дверь. Младшая Блайт, накинув на плечи одеяло, уткнулась в колени. Вид у неё был откровенно говоря поникший. — Эмира зовет ужинать. Хорошо себя чувствуешь? Может мне принести еду тебе в комнату? — Мятноволосая подняла голову, недоуменно моргнув. — Когда ты…— она осеклась. — Вы вошли? — чуть тише буркнула Блайт. — Только что — улыбнулась девушка, и, скрестив руки, оперлась на дверной косяк. — Что-то случилось? — — Ничего, все в порядке — поднимаясь с кровати, буркнула Эмити. — Ужин остынет, пойдёмте — пожирая Носеду взглядом, хмыкнула младшая Блайт. Обе вышли из темной обители. Зеленоволосая изредка оборачивалась, проверяя наличие шатенки. Не то, чтобы в доме можно потеряться. Но почему-то младшая Блайт ужасно боялась ее потерять. Луз не могла не отметить эту деталь, поэтому каждый раз подмигивала. Плюхнувшись за стол, Носеда размяла пальцы, охватывая весь ассортимент. — А пахнет как вкусно! — — Спасибо, я старалась — кивнула Эмира, накладывая себе в тарелку борщ. Как и полагалось, начинать стоило с горячих блюд, а уж после переходить к холодным закускам. Обычаям хозяев никто, в лице доминиканки, противиться не стал. Под конец трапезы Эдрик внезапно исчез, возвращаясь с несколькими бутылками дорогого алкоголя. — Я надеюсь ты будешь пить добровольно. — Выдал парень, импровизированно чокаясь бутылками. — Разумеется! — пододвигая бокал ближе, выпалила шатенка. Эдрик на радостях заполнил его чуть ли не до краёв, двигаясь дальше. Зеленововлосый остановился напротив сестры, выжидающе посмотрев в глаза. — Варежка, снова обойдешься соком? — добро отметил мужчина, подмигивая в сторону Луз. Мятноволосая замялась. Щеки заблестели едва уловимым глянцем, глаза забегали. Быть единственным ребёнком в помещении не вызывало никакого желания. Потерев запястья Эмити мотнула головой. Сиблинг на радостях чуть ли не подпрыгнул, роняя первые капли в ее фужер.